Гостьи с Востока. 4 Часть:Тени Крови

Утро в гроте выдалось на удивление тихим. Все разбежались по делам. Рикки ушла в своё кафе, Вейлан отправилась с Мимми по каким-то важным вопросам, Ондина потащила Зака и Эви в магазин за продуктами, а Никси с Лайлой устроили соревнование по скоростному поеданию пончиков где-то в городе. В гроте остались только двое. Шэнь и Рэй. – Ну что, – вздохнул Шэнь, глядя на львёнка. – Остались мы с тобой. – Ага! – обрадовался Рэй. – А мы будем играть? – Будем. – А во что? – Не знаю. Ты предлагай. Рэй задумался, почесал лапкой за ухом. – А можно мультики посмотреть? – Можно. – Ура! Шэнь включил телевизор, нашёл какой-то детский канал с яркими картинками и весёлыми песенками. – Держи. – А ты со мной посмотришь? – спросил Рэй, глядя на него большими глазами. – Я... эм... – Ну пожалуйста! Шэнь посмотрел на экран. Там какие-то разноцветные зверюшки прыгали и пели дурацкие песни. – Нет, – твёрдо сказал он. – Почему? – Я это не люблю. – А что ты любишь? – Другое. Рэй надулся, но спорить не стал. Он уселся поудобнее на диване и уставился в экран. Шэнь тем временем достал из кармана наушники, воткнул их в телефон и включил свою музыку. Азиатские мотивы полились в уши. Гучжэн, эрху, тихий перезвон колокольчиков. Это успокаивало, расслабляло, уносило куда-то далеко. Рэй иногда поглядывал на него, но ничего не говорил. Ему было интересно, что там слушает этот странный дядя, но он понимал – лезть не надо. Так они и сидели. Рэй – перед телевизором, Шэнь – с наушниками. Каждый в своём мире. – Шэнь! – вдруг позвал Рэй. – М? – Шэнь снял один наушник. – А ты что слушаешь? – Музыку. – А какую? – Азиатскую. – А можно мне тоже? – Тебе не понравится. – А вдруг? Шэнь подумал секунду, потом протянул ему один наушник. – Держи. Рэй надел наушник и замер. Из динамика лилась мелодия. Спокойная, глубокая, красивая. Она не была похожа на те песенки, что играли по телевизору. Она была... другой. – Вау, – выдохнул Рэй. – Нравится? – Очень. – Тогда слушай. Они сидели так ещё долго. Рэй слушал азиатскую музыку в одном наушнике, а телевизор показывал мультики без звука. – Шэнь? – М? – А ты когда-нибудь был в Азии? – Был. – А расскажешь? – Потом. – А когда потом? – Когда вернутся остальные. – А они скоро? – Скоро. – Ладно, – кивнул Рэй. – Я подожду. – Умница. – А можно ещё музыку? – Можно. Шэнь переключил трек. И они продолжили слушать. Вдвоём. В тишине. По-своему счастливые. Они сидели так уже около часа. Рэй в одном наушнике слушал азиатскую музыку, Шэнь в другом – ту же самую. Мультики на экране давно закончились, по телевизору шла какая-то передача про животных, но никто не переключал. – Шэнь, – вдруг сказал Рэй. – М? – А тебе не скучно? – Нет. – А почему? – Потому что тихо. – А тебе нравится тишина? – Очень. – А мне иногда страшно в тишине. – Почему? – Потому что кажется, что кто-то есть. – Никого нет. Только мы. – А если есть? – Тогда я его прогоню. – Обещаешь? – Обещаю. Рэй улыбнулся и вдруг подполз ближе. – А можно тебя кое о чём попросить? – О чём? – Можно... можно ты меня пощекочешь? Шэнь замер. – Чего? – Пощекочи! – засмеялся Рэй. – Я люблю, когда щекочут! – Я не умею. – Научишься! – Не знаю... – Ну пожалуйста! Шэнь посмотрел на него. На его большие глаза, на улыбку до ушей, на то, как он нетерпеливо перебирает лапками. – Ладно, – вздохнул Шэнь. – Закрывай глаза. Рэй зажмурился. Шэнь осторожно протянул руку и начал водить пальцами по его животику. Рэй взвизгнул. – А-А-А! ЩЕКОТНО! – Терпи. – НЕ МОГУ! ХИ-ХИ-ХИ! Он захохотал, забился, попытался увернуться, но Шэнь держал крепко. – ЕЩЁ! – заорал Рэй сквозь смех. – Ещё? – ДА! Шэнь продолжил. Рэй хохотал так, что, кажется, стены дрожали. – ХВАТИТ! – закричал он наконец. – НЕ МОГУ БОЛЬШЕ! – Точно? – ТОЧНО! Шэнь отпустил. Рэй отдышался, вытер слёзы и посмотрел на него с обожанием. – Ты самый лучший, – сказал он. – Я знаю. – Скромный. – Счастливый. – Это одно и то же? – Когда ты рядом – да. Рэй улыбнулся и прижался к нему. – Я тебя люблю, – сказал он. – Я тоже. – И маму люблю. – И маму. – И всех. – И всех. – А почему ты редко это говоришь? – Что? – Что любишь. Шэнь задумался. – Не знаю, – честно ответил он. – Наверное, привык молчать. – А ты говори. Мне приятно. – Буду. – Обещаешь? – Обещаю. – Тогда договорились. – Договорились. Они сидели в обнимку, смотрели на заходящее солнце и молчали. Но это молчание было тёплым. Родным. Счастливым. Вечер опустился на грот тихо и незаметно. За окном стемнело, только слабый свет луны пробивался сквозь щели ставен. В гроте было тепло и уютно, пахло сушёными травами и чем-то домашним. Рэй сидел на диване, обложенный подушками, и смотрел на Шэня сонными глазами. – Шэнь, – позвал он, зевая. – М? – А ты устал? – Немного. – А спать хочешь? – Хочу. – А почему не ложишься? – Жду, пока ты уснёшь. – А я не хочу спать! – Хочешь. – Не-а! – У тебя глаза слипаются. – Не слипаются! – Слипаются. – Не-а! – Слипаются. Рэй попытался открыть глаза пошире, но они предательски закрывались сами собой. – Ладно, – сдался он. – Немножко хочу. – Я знал. – Ты всегда всё знаешь? – Всегда. – Идиот. – Любимый. – Это точно. Рэй засмеялся, но смех вышел каким-то сонным. – Ложись, – сказал Шэнь. – А ты? – Я рядом. – Обещаешь? – Обещаю. Рэй кое-как забрался под одеяло, устроился поудобнее и посмотрел на Шэня. – А ты меня укроешь? – Укрою. Шэнь взял край одеяла и аккуратно подоткнул его со всех сторон. Рэй оказался завёрнут в уютный кокон. – Как гусеница, – улыбнулся он. – Как гусеница, – согласился Шэнь. – А ты превратишь меня в бабочку? – Утром. – Обещаешь? – Обещаю. – Тогда спокойной ночи. – Спокойной. Рэй закрыл глаза и через минуту уже спал. Шэнь посидел рядом ещё немного, глядя на его умиротворённое лицо. – Спи, малыш, – прошептал он. Он встал, поправил одеяло, выключил свет и вышел в гостиную. Там он уселся на диван, закрыл глаза и тоже провалился в сон. В гроте было тихо и спокойно. Только где-то вдалеке шумел океан. Шэнь вышел на балкон и закрыл за собой стеклянную дверь. В гроте было тихо – Рэй спал, укутанный в одеяло, и даже не ворочался. Можно было выдохнуть. Ночной воздух обнял его прохладой. Где-то вдалеке шумел океан, звёзды мерцали в тёмном небе, а луна отражалась в воде серебристой дорожкой. Шэнь облокотился на перила и просто смотрел. Он любил такие моменты. Когда никто не трогает, не спрашивает, не лезет в душу. Когда можно просто стоять и смотреть в никуда. Мысли текли медленно, как вода в реке. Он думал о Рэе. О том, как тот прижимался, как смеялся, когда его щекотали. Как назвал его «самым лучшим». – Странно, – прошептал Шэнь. – Раньше я не думал, что могу быть кому-то нужен просто так. Он вспомнил своё детство. Обезьяний остров. Приёмного отца. Лили. Потом – Вейлан. Потом – Ондину. – Теперь ещё и этот львёнок. Уголки его губ чуть приподнялись. – Семья растёт. Где-то вдалеке мигнул маяк. Шэнь проводил его взглядом. – Шэнь, – раздался тихий голос сзади. Он обернулся. На пороге балкона стояла Ондина. Уставшая, но с тёплой улыбкой. – Ты чего не спишь? – спросила она, подходя ближе. – Дышу. – А Рэй? – Спит. – Уложил? – Ага. – Молодец. – Знаю. Она встала рядом, прижалась к его плечу. – Красиво, – сказала она, глядя на океан. – Ага. – О чём думаешь? – О разном. – О чём именно? – О Рэе. О тебе. О будущем. – И что надумал? – Что всё будет хорошо. – Правда? – Правда. – Откуда знаешь? – Знаю. Она вздохнула и поцеловала его в плечо. – Я люблю тебя. – Я знаю. – Скромный. – Счастливый. – Это одно и то же? – С тобой – да. Они стояли так долго, глядя на океан. А за их спинами в гроте спал маленький львёнок, который назвал Шэня самым лучшим. И, наверное, так оно и было.