Изнутри

Коля далеко не сразу решился рассказать Феде о произошедшем — но пообещал себе, что обязательно это сделает. Хотя бы чтобы сбросить груз с души. Он сомневался, что Феде это будет хоть сколько-нибудь интересно, и все же... Дима, несмотря на то, что Федя его не разблокировал, все равно не отстал и выдумывал новые и новые причины, почему тот мог этого не сделать. С ним Коля первым и решился поделиться тем, что случилось между ним и Полиной (само собой, только насчёт ее признания в любви и прекращения общения, про Федю и не заикнулся), но явно не из большого доверия и близости. Он просто этим объяснил то, что какое-то время ему нужно подумать и побыть наедине с собой, и аккуратно попросил Диму ему не написывать. Убил двух зайцев одним выстрелом, потому что рассказать об этом в любом случае пришлось бы рано или поздно, а Дима уже поделится этим со всеми остальными. Но Коле на самом деле нужно было от всего и всех отдохнуть. И ему уже было не так важно то, как он отдалялся от друзей, которые с каждым днем постепенно приближались к статусу простых приятелей. Коля предпочитал думать, что это все пройдет и в конце концов вернется на круги своя. Он немного не учитывал, что, пока Федя есть в его жизни, к лучшему ничего не изменится. Он сильно сомневался, что смог бы его оставить, даже если бы они не жили в одной комнате. Хотя в таком случае они вряд ли бы когда-либо познакомились. Коля понимал, что именно из-за Феди все рушится, хотя тот практически ничего не делал, и все равно только сильнее к нему привязывался. Он и не думал, что вообще способен на такие чувства. Выходит, из всего своего окружения он действительно выбрал только его? И как так получилось? Коля и сам не заметил, когда Федя стал для него приоритетом. Так прошло несколько дней, когда Коля совершенно ни с кем не общался. Для него это было ужасно непривычно, учитывая, что раньше он сам постоянно всем написывал или подходил поговорить с поводом и без, и все же сейчас он и подумать ни о чем подобном не мог. Домой он, понятное дело, возвращался всегда сразу после колледжа, и никто из друзей теперь уже за ним не увязывался, как Дима в прошлый раз. Федя с ним, конечно, тоже не заговаривал, только один раз написал, чтобы попросить забрать заказы. А потом ему, видимо, попросту стало скучно, а потому в очередной день, когда Коля только зашел в комнату, Федя не поленился встать с кровати и подойти к нему, чтобы взяться за его плечи тонкими пальчиками и потянуть за собой. Коля, к счастью, без лишних слов понял, что тот хотел, чтобы он сел к нему на кровать, и так и сделал. Он уже примерно догадывался, что сейчас будет. — Ты какой-то грустный постоянно, меня это бесит, — сказал Федя, склонив голову набок. Коля уже не надеялся, что за колкостью скрывалось волнение: ему казалось, это как-то не в духе Феди. — А еще меня бесит, что ты все время находишься в двух... или сколько, не знаю, метрах от меня, но даже не думаешь ко мне подойти, хотя знаешь, что я не против. Я тебе всё-таки больше не нравлюсь? Его лицо было карикатурно обиженным, а одна рука скользила по Колиному торсу сверху вниз, пока не достигла паха, а после скользнула под футболку. Становилось все очевиднее, какое именно внимание нужно было Феде сейчас. — Федь, я правда не в настроении, — вздохнул Коля. Хотя даже в таком состоянии, наверное, если бы Федя потрогал его еще немного, этого было бы достаточно, чтобы привести его в нужную форму. — Ты уже который день не в настроении, — фыркнул Федя, резко отстранившись. Теперь он действительно казался искренне обиженным. — Что у тебя такого случилось, что ты можешь меня не хотеть хотя бы секунду? Невероятно. Федя интересовался тем, что у него случилось. Пусть это и, очевидно, было не из волнения или хотя бы банального любопытства, это ведь можно назвать прогрессом, да? — Да у меня просто есть... была подруга близкая, с которой я спал, и — так вышло — она узнала про тебя, и я ей уже всё рассказал. Ну, не прям все, ты понял. А она в меня влюблена на самом деле была и решила на этом разойтись. Вот я и... Коля поджал губы, а Федя стал казаться даже не просто обиженным. Он выглядел так, будто его только что предали, взгляд его опустился, а губы приоткрылись. Коля такой реакции не понял, как и того, из-за чего именно Федя вдруг расстроился? Ему же должно было быть все равно, разве нет? Может, Коле просто показалось? На этом очаровательном личике эмоции всегда выражались каким-то не совсем стандартным образом — что искренние, что фальшивые. А Федя, откровенно говоря, и сам не понимал, что с ним происходило и почему это вообще вызвало в нем хоть какие-то чувства. Почему-то вдруг стало так до ужаса неприятно, что почти тошно. Он не резался с тех пор, как потерял сознание тогда. Видимо, очень скоро он это исправит. То есть... пока у Коли был Федя, такой милый и идеальный, он спал с кем-то еще? Он должен был скорее взять его силой, чем даже думать о ком-то другом. Феде бы такое даже понравилось, а это... хотя этой девушки уже не было, чувствовал он себя так, будто его заменили. Но она ведь не могла быть лучше, чем он? Или Коля на самом деле интересовался только девушками, и Федя его привлекал только потому, что был на них похож? Федя царапал острым накладным ногтем большого пальца свое запястье с внутренней стороны и молчал уже достаточно долго, чтобы Коля сильно встревожился. Какое ему было дело до того, с кем он еще спал? Федя и так знал себе цену, то, что какой-то парень предпочел ему другую, не могло поколебать его уверенность. — А зачем вы с ней расстались? — наконец подал голос он, улыбаясь и подняв взгляд обратно на Колю, и уже не особенно контролировал и понимал то, что говорил. — Трахал бы ее дальше. Она же тебя любит, наверное, с ней приятнее. А еще она девушка. Этого ведь достаточно, нет? Зачем ты мучаешься со мной, если я тебе даже не интересен? Она наверняка... нормальная, и поэтому привлекает тебя больше. Тебе было бы лучше, если бы ты закрыл глаза на мой характер и понял, что тебе должно быть важно только мое тело. И тогда бы... даже не подумал о ком-то другом. Голос Феди звучал ужасно неуверенно, хотя он явно пытался добавить большей колкости своей интонации. Колю ужасно пугало, когда он так звучал, не говоря уже о том, о чем он вообще говорил. Федю и правда так сильно задело то, что у Коли был кто-то еще, кроме него? Это на него было совсем не похоже, Коле и в голову не могло прийти, что он вообще придаст этому какое-либо значение. Видимо, его самооценка гораздо хрупче, чем кажется на первый взгляд, раз он так загонялся просто из-за того, что Колю мог привлекать не только он. Бред, конечно, но это признание наконец заставило Колю понять, что у Феди никогда и не было высокой самооценки. Вроде бы такой безразличный ко всем, думает только о себе, но ужасно зависим от чужой любви и ее подтверждения. А Колины слова, судя по всему, заставили его очень усомниться в собственной ценности. Это даже мило. — Федь, я спал с ней только раз с тех пор, как мы переехали. И это было до того, как ты меня впервые поцеловал. Я же ни на что не рассчитывал с тобой, думал, ты на меня и не посмотришь, — удивительно спокойно объяснил Коля. Федя все еще выглядел зажатым, но лицо его смягчилось, и Коле даже показалось на секунду, что ему стало слегка стыдно за свои слова. — Правда? — невинно спросил он. Коля кивнул, и Федя снова стал к нему ластиться. Видимо, словесного подтверждения его безоговорочного превосходства было ему критически недостаточно. Его ладонь вскоре бесстыдно юркнула под его штаны и стала оглаживать его пах, пока Федя наблюдал за выражением лица Коли. — Тогда почему ты все еще не набросился на меня? Я ведь так мечтаю, чтобы ты меня... использовал. Просто перестань быть со мной аккуратным и покажи, что ты хочешь меня так сильно, что теряешь рассудок. Иначе я тебе не поверю. Феде явно бесполезно было бы даже пытаться объяснить, что заботливое отношение демонстрирует любовь гораздо больше, чем животное желание и грубость. Он видел ценность только в своем теле, но не терпел аккуратного обращения даже с ним, как будто хотел быть разрушенным окончательно. Коля понимал, что это ненормально. Но он так боялся, что Федя отдалится от него еще сильнее, что не был способен ему отказать сейчас. Он ведь обещал себе, что будет в первую очередь думать не о своих чувствах, а о том, чтобы оберегать Федю настолько, насколько это возможно, так почему?.. Во время секса Федя наконец выглядел действительно удовлетворённым. Коля все еще боялся ему навредить и тем не менее был грубее, чем в первый раз. И на самом деле из-за этого Федя выглядел настолько довольным, словно был под кайфом. У него и глаза закатывались, и стонал он громче, чем когда-либо говорил, и в плечи он его вцепился мертвой хваткой — ну, по крайней мере, для кого-то такого слабого, как он. Наверное, если бы не страх за накладные ногти, он бы исполосовал Колину спину в кровь. И он время от времени что-то нашёптывал едва слышно о том, как ему приятно, и молил Колю быть еще грубее. Не стоит и упоминать, что все его лицо было в слезах удовольствия. Однако Федя получал неимоверное наслаждение и тогда, когда себя резал. Так разве можно тогда утверждать, что подобная яркая положительная реакция означала, что все в порядке? Скорее всего, ему было так приятно именно из-за того, что Коля причинял ему боль. Причинял удовольствие, как и добро. У Коли возникала дилемма на этот счет, потому что, с одной стороны, ему хотелось сделать то, что делало Феде приятно, а с другой... границ между приятным и болезненным у того вообще не было, для него это ведь было одно и то же. Как же всё , связанное с ним, сложно, даже в сексе. Нет, в сексе — особенно. Когда все закончилось, Коля лёг рядом с Федей и очень упорно старался держать глаза открытыми. Засыпать было нельзя, они ведь оба раздеты, кровать была в беспорядке, и было слишком уж легко догадаться, чем они занимались. Коле бы все же не хотелось, чтобы отец обнаружил их в таком виде. Лишние разбирательства с этим... Коле уже и не хотелось думать о том, что это и правда его папа. Спустя время он так и не смог это принять, и теперь в его голове отец до и после переезда стал двумя разными людьми. Федя забрался на Колю сверху и лег на него всем телом. Вроде бы он и ниже только чуть больше, чем на голову, но его тело было достаточно маленьким по сравнению с Колиным, чтобы прекрасно на нем уместиться. Коля машинально запустил руку в Федины волосы, решив, что погладить его по голове в тот момент было просто необходимо, хотя Феде бы, наверное, больше понравились прикосновения к более интимным зонам. Во всяком случае, выражения лица его он не видел, потому что Федя уткнулся носом в его шею. Сердце Коли ни с того ни с сего застучало чуть быстрее, пока он просто смотрел на красивый изгиб спины и тонкую талию. Нежный. Ощущать скромный вес Феди на себе было невероятно приятно. На минуту Коля позволил себе забыть о том, в каких они отношениях, и представить, что все в порядке. Правда, немного неровное дыхание Феди у его шеи слегка этому мешало. Его пальцы цеплялись за простыни, сжимая их. Ему явно сейчас не было так хорошо, как Коле, а тот боялся даже спросить, что случилось, — или просто не хотел. Расслабление после секса как-то слишком уж быстро ушло, и Федя снова стал внутреннее загоняться. Ему была так отвратна мысль, что не каждый знающий о нем человек считает его самым привлекательным на свете, и никакой здравый смысл не говорил ему, что такого не бывает. Он и всех своих хейтеров считал своими тайными особенно большими фанатами, боящимися стать одними из его симпов. Но получать прямое подтверждение того, что даже его внешность не идеальна, — намного хуже. Федя потому и прижимался сейчас так к Коле, словно пытался заставить его забыть обо всех, кого он считал красивыми помимо него. У Коли должен был быть только он. Вообще-то, хоть это и было одной из самых главных его тревог, так накрывало его нечасто, просто потому что зачастую все ему говорило о том, что его любят. А началось это... Полтора года назад.

***

Феде было шестнадцать, он оканчивал десятый класс. Он тогда только недавно начал вести Онлифанс и еще даже не постил слишком откровенные фотографии. Но уже тогда его взгляд на себя и на свою жизнь сформировался окончательно, уже тогда он объективизировал себя едва не больше, чем его подписчики, некоторые из которых на тот момент еще были уверены, что по крайней мере биологически он девушка. Он любил время от времени развлекать себя просмотром сообщений от подписчиков. Интересно, на что они рассчитывали, когда строчили все эти пошлости в его личку? Хотя, видимо, было на что, раз Федя иногда им все же отвечал, пусть и зачастую поучительными словами о том, что нехорошо такое писать шестнадцатилетнему мальчику, естественно, в своей манере. Тех мужчин это еще больше заводило. Был у него один особо настойчивый подписчик. Постоянно скидывал ему донаты и просил ответить ему в личке. Федя какое-то время этим пользовался, конечно, и не отвечал ему, чтобы не потерять такой большой денежный мешок. Однако тот, похоже, об этом догадался и стал скидывать меньшие суммы, приписывая, что если Фей-Фей ему ответит, то получит гораздо больше. И тогда тот сдался. Он пожалеет об этом. Федя по юзернейму нашел его аккаунт и совсем не удивился, увидев кучу сообщений примерно одинакового содержания в разной степени извращения. На аватарке был простой мужчина средних лет. У него наверняка есть жена и дети — и прочее "взрослое". «Ты ведь на самом деле девочка, да? Зачем ты притворяешься». О, он из этих. Как же им всем не хочется признаваться себе, что им мог понравиться мальчик. Федя решил ему подыграть. «нуу вы же не видели что у меня под юбочкой, откуда вам знать». Федя ожидал, что ответ получит только ближе к вечеру, ведь мужчина наверняка был на работе, и уже собирался выйти из чата, но, как назло, тот почти мгновенно появился в сети и быстро напечатал своими потными пальцами сообщение: «Покажи мне что у тебя под юбочкой». Боже, Феде еще ради него идти сейчас краситься? Нет уж, как-нибудь обойдется фотографией без лица. «ммм, подождите чуть чуть». На самом деле в глубине души ему было немного тревожно. Он, вообще-то, никогда до этого не делал таких откровенных фотографий, и пусть это было лишь для одного человека... оттого это почему-то ощущалось еще страннее. Он бы лучше сейчас сделал и выставил эту фотографию в свой профиль, потому что это казалось ему гораздо менее интимным. Боже, да какая интимность? Это просто извращенец, который будет дрочить на эту фотку и упиваться тем, что она есть только у него, так еще и на его деньги Федя сможет накупить себе всяких милых вещей. Ему не стоило переживать. Федя собирался сфотографироваться в том, в чем был, но внезапно стал загоняться по поводу того, что выглядит он слишком по-домашнему, и это заставит подписчика решить, что он не вложил в это абсолютно никаких усилий. Федя пытался убедить себя, что просто волновался о том, что получит не так много денег, как мог бы. Но его почему-то и правда волновало мнение о нем какого-то случайного мерзкого мужчины. Почему?.. В конце концов он и правда приоделся понаряднее, и теперь на нем было и платье, и чулки, и всякие колечки, и манжеты. Старался он, само собой, не для этого мужчины, а просто потому, что хотел выглядеть красиво. Определённо. Нижнее белье Федя снять не решился. Ему же будет лучше, если он продолжит думать, что он девочка. Он сел на кровати на колени, приподнял юбку так, чтобы открылся самый выгодный вид, и принялся подбирать нужный ракурс. Руки не дрожали, но скорее благодаря опыту, чем отсутствию волнения, которое вернулось к нему с двойной силой. Деньги он получил очень скоро после отправки фотографии, однако это не вызвало желанного удовлетворения. Феде почему-то больше понравилось, когда мужчина назвал его "кукольной шлюшкой". Какой изобретательный. Так его еще не называли. «Только в следующий раз не прячь свое личико зайка». "В следующий раз?" О, ну конечно, ему этого будет недостаточно. Феде не стоило удивляться. Не то чтобы он был против, хотя ему ужасно лень было стараться ради кого-то одного — а ему, между прочим, и на оба своих профиля тоже нужно что-то выкладывать. Однако в то время донаты ему присылали еще не так часто и не такие большие — и этим он продолжал оправдывать то, что целый месяц почти ежедневно отправлял этому мужчине новые и новые фотографии. Каждый раз он прикладывал все больше усилий. Он не задумывался о том, откуда у него вообще столько денег, и не считал, сколько в сумме подписчик ему задонатил. Феде важно было слышать одобрение, поощрение и похвалу, это заставляло его чувствовать себя ценным, и он просто не мог остановиться. А потом... «Ты умница, Фей, но ты оказалась такой покорной что мне это наскучило. И я нашёл другую очень милую девочку, тебе есть чему у нее поучиться. Удачи милашка». Он ещё и, словно чтобы добить, скинул ссылку на профиль той девушки, о которой он говорил. Федя потратил не менее часа, разглядывая ее фотографии и силясь понять, чем она была лучше его. Ну почему ему не было просто все равно? Конечно, он не мог быть идеальным для всех, это ведь... Нет, это неправильно! Все должны были любить его. Иначе жить ему и вправду совсем незачем даже сейчас. Незадолго после этого Федя и стал публиковать особо откровенные фотографии на Онлифанс. И с еще большим удовольствием читал комментарии о том, какой он милый и как хорошо было бы его трахнуть. Это ведь тоже любовь. Они все его любят, и он должен сделать все, чтобы они не ушли.

***

Федя заснул на нем, а Коля никак не мог заставить себя выбраться из-под его хрупкого тельца. Сон Феди не был спокойным, и наверняка ему снилось что-то неприятное, судя по его резким вздохам и ворочанью, и все же Коля боялся его разбудить. Не просто же так он столь легко вырубился, значит, тоже недосыпал. Или, наоборот, спал так много, что его организм слишком к этому привык. Щелчок замка наконец заставил Колю все же постараться разбудить Федю, потому что теперь просто стащить его с себя было недостаточно, им обоим еще и нужно было успеть одеться. Коля молился, чтобы отец не решил заглянуть к ним. Дверь в комнату была приоткрыта.