Опасная близость

После ухода Понда Пхувин вспомнил за парня которого побил псих поэтому подскочив быстро пошёл в лазарет. Не бегом — он никогда не бегал без необходимости — но шаг был резче обычного. В голове уже складывался список действий: оценить состояние, проверить зрачки, убедиться, что нет внутреннего кровотечения, обработать ссадины, возможно швы… Он свернул в коридор, ведущий к лазарету. — Не спеши. Голос прозвучал сбоку. Пхувин остановился и повернул голову. Понд стоял, прислонившись плечом к стене, будто ждал его именно здесь. Руки в карманах, выражение лица спокойное, как всегда. — Тому уже помогают, — сказал он. — Кто? — сразу спросил Пхувин. — Его друзья. Воды принесли. Антисептик нашли. Пауза. Пхувин посмотрел на него внимательно. — Они не врачи. — Зато не идиоты, — ответил Понд. — Справятся до твоего прихода. Ничего смертельного там нет. Пхувин секунду молчал, оценивая — не слова, а тон. Понд не врал. Врач тихо выдохнул. — Если он потеряет сознание... — Не потеряет, — перебил Понд спокойно. — Я проверял. Пауза. Пхувин чуть прищурился. — Ты проверял? — Я смотрю бои не ради развлечения, — лениво ответил Понд. — Пошли. Он кивнул в сторону зала. — Следующий бой интереснее. Несколько секунд Пхувин стоял неподвижно. Потом развернулся. — Если он умрёт, — сказал он спокойно, — я вернусь и буду злым. — Тогда мне придётся постараться, чтобы он выжил, — так же спокойно ответил Понд. Они пошли обратно. Зал встретил их шумом. Они заняли места. Пхувин сел, как раньше — чуть подавшись вперёд, сцепив пальцы. Понд устроился рядом расслабленно, закинув руку на спинку кресла. На арене уже выходили новые бойцы. Пхувин некоторое время молчал, наблюдая. Потом спросил: — Есть ещё такие? — Какие? — лениво уточнил Понд. — С психушки. Понд усмехнулся уголком губ. — Нет. Этот — единственный. Пхувин кивнул, будто ожидал такой ответ. Прошло несколько секунд. — Где ты их находишь? — спросил он. Понд скосил на него взгляд. — Кого именно? — Бойцов. Понд посмотрел на арену. Удар. Аплодисменты. Крик ставок. Он ответил не сразу. — Я их не ищу. Пхувин повернул голову. — Они сами приходят? — Некоторые. — Остальные? — Остальных приводят. — Кто? — Те, кто уже здесь. Пхувин чуть нахмурился. Понд пояснил: — Это место работает как магнит. Слухи. Разговоры. Проигравшие бойцы. Выгнанные из лиг. Те, кому больше некуда идти. Те, кому нельзя драться официально. Те, кто слишком жестокий. Или слишком странный. Он чуть наклонил голову. — Или слишком хороший. На арене кто-то упал. Толпа взревела. Пхувин не смотрел. — И они приходят сами? — Да. Сначала — посмотреть, — сказал Понд. — Потом — попробовать. Потом — остаются. — Почему? Понд ответил спокойно: — Потому что здесь им разрешают быть теми, кем они являются. Пауза. Пхувин тихо произнёс: — Даже если они чудовища? Понд пожал плечом. — Особенно если они чудовища. На ринге раздался хруст удара. Пхувин всё же бросил взгляд. — И как они узнают о тебе? Понд усмехнулся. — Я не реклама. Меня не ищут в интернете. Он кивнул в сторону зала. — Меня находят через людей. Через слухи. Через проигранные бои. Через долги. Через страх. Через жадность. Через отчаяние. Он чуть повернул голову к Пхувину. — Самые лучшие бойцы приходят не за деньгами. — А за чем? — За местом, где их не остановят. Тишина между ними длилась несколько секунд. Потом Пхувин спросил: — А что насчёт того? Он не уточнил имя. Потому что не знал, но и не нужно было. Понд понял. — Врачи хотели от него избавиться, — спокойно сказал Понд. — Я предложил решение, мне же нужно было чем-то удивить гостей. — Ты купил пациента психбольницы, — медленно произнёс Пхувин. — Я забрал оружие, которое никто не умел держать, — поправил Понд. Пхувин смотрел на него долго. — И он слушается только тебя? — Да. — Почему? Понд чуть улыбнулся. — Потому что я первый, кто не испугался его. На арене бой закончился. Гонг. Шум. Аплодисменты. Пхувин тихо спросил: — Ты уверен, что контролируешь его? Понд посмотрел на площадку, где уводили проигравшего. — Нет. Пауза. — Но он уверен, что контролирую. И именно это прозвучало опаснее всего. ####### На следующий день Пхувин шёл по коридору клуба почти бесшумно, ощущая под ногами холодный бетон и лёгкий запах пота, смешанный с металлической пылью. Мысли всё ещё вертелись вокруг вчерашних боёв, ран, крови и тихого, пугающего спокойствия Понда. Он размышлял о том, как необычно устойчиво держатся бойцы, пока не заметил фигуру впереди. Псих стоял прямо посреди прохода. Слегка сгорбленный, с тёмными волосами, свисающими на глаза, и странной улыбкой, которая не соответствовала привычным эмоциям. И глаза — глаза, в которых было слишком много внимания, слишком много интереса. Они мгновенно заставили Пхувина ощутить, как холодное давление скользит по позвоночнику. Несколько секунд они молчали. — Ты не боишься, — тихо сказал псих. Голос у него был спокойный, почти мягкий, но от этого становилось только хуже. Пхувин ответил ровно: — Я не вижу причины бояться. Улыбка на лице парня стала шире. — Люди всегда видят причину. Просто не всегда признаются. Он сделал медленный шаг вперёд. Расстояние всё ещё оставалось безопасным, но давление уже ощущалось — не телом, а чем-то глубже, будто воздух стал тяжелее. — Ты ведь наблюдаешь за мной, — продолжил он. — Я чувствовал это вчера. Взгляд врача. Такой взгляд не перепутаешь. Пхувин не отвёл глаз. — Я наблюдаю за всеми бойцами. — Неправда. Сказано было тихо. Без агрессии. Как констатация факта. — За ними ты смотришь как врач, — псих слегка кивнул в сторону зала. — А на меня — как человек, который пытается решить задачу. Пауза. Он наклонил голову, изучая выражение лица Пхувина. — Ты пытаешься понять, сломан я… или просто другой. Пхувин ответил после короткой паузы: — Я пытаюсь понять, опасен ли ты для окружающих. Глаза психа вспыхнули интересом. — Хороший ответ. Он сделал ещё один медленный шаг. Всё ещё далеко. Всё ещё не вторгаясь в пространство. Но давление усилилось. — Тогда скажи честно, доктор… — его голос стал тише. — Ты уже решил? Пхувин держал взгляд. — Да. — И? — Да, ты опасен. Тишина стала плотной. Псих не разозлился. Не дёрнулся. Наоборот — его плечи чуть расслабились, будто он услышал то, что хотел. — Спасибо, — сказал он почти ласково. — Мне нравится, когда люди говорят правду. Особенно те, кто пытается выглядеть спокойным. Он слегка подался вперёд корпусом, но не приблизился. — Знаешь, как я понимаю, что человек боится? Пхувин молчал. — По дыханию. По глазам. По тому, как напрягается шея. Ты очень хорошо держишься… но тело всё равно говорит. Он улыбнулся. — Сердце быстрее. Плечи жёстче. Пальцы напряжены. Ты боишься. Пхувин спокойно ответил: — Страх — это нормальная реакция. — Нет, — мягко возразил псих. — Нормальная реакция — убегать. Он сделал ещё шаг. Теперь дистанция была такой, что при желании любой из них мог сорваться в движение — но пока никто не двигался. — А ты не убегаешь, — продолжил он. — Значит тебе любопытнее, чем страшно. Это редкая болезнь. В этот момент из поворота коридора показались бойцы. Они мгновенно оценили ситуацию. Ни слова не сказав, подошли и встали перед Пхувином плотной линией — спокойно, уверенно, закрывая его собой. Псих перевёл взгляд на них. Медленно. Очень медленно. — О, — тихо сказал он. — Стена. Один из бойцов ровно произнёс: — Всё нормально. Сейчас мы не враги и драться не собираемся. Псих сделал шаг вперёд. Бойцы не шелохнулись. — Правда? — спросил он тихо. — А вы уверены, что я собирался? Никто не ответил. — Интересно… — пробормотал он. — Вы стоите перед ним, как будто он хрупкий. Из-за их спин спокойно прозвучал голос Пхувина: — Они стоят не потому что я хрупкий. А потому что умеют работать командой. Псих медленно перевёл взгляд обратно на него. И улыбнулся шире. — Ты мне нравишься всё больше, доктор. Шаг. Ещё шаг. Он двигался медленно, почти лениво, словно проверяя границу — не физическую, а психологическую. — Скажи… — продолжил он тихо. — Если бы их здесь не было… ты бы всё ещё говорил так же спокойно? Пхувин ответил сразу: — Да. Пауза. Псих смотрел долго. Слишком долго. Воздух будто застыл.И именно в этот момент коридор разрезал резкий вой сигнализации. Псих дёрнулся всем телом. Резко. Глаза расширились, дыхание сбилось, плечи напряглись. Он обернулся на звук — и вся его уверенность исчезла так быстро, будто её выключили. Ещё секунда — и он уже отступал. Потом развернулся и почти бегом исчез в коридоре в направлении двери что вела в подвал. Сигнализация оборвалась. Тишина вернулась так резко, будто ничего не было. Бойцы вздохнули и расслабились. — Что это было? — тихо спросил Пхувин, пытаясь восстановить дыхание. По громкой связи раздался ровный, спокойный голос: — Прошу прощения, бойцы. Я не уследил за ним. Могло произойти что-то опасное, пока я бы добрался до вас. Поэтому использовал сигналку — чтобы отвлечь и напугать его. Всё под контролем. Пхувин посмотрел на потолок: на верхнем этаже зрители даже не подозревали, что внизу чуть не произошло что-то страшное. Пхувин глубоко вдохнул. Он понял: здесь опасность не только на ринге. Она была повсюду, даже когда всё казалось спокойным. И он впервые осознал, что психологическое давление здесь страшнее любого удара. Шум коридора постепенно стих, бойцы разошлись. Пхувин всё ещё стоял там, когда в клубе раздался характерный, глубокий голос. — Так… — произнёс кто-то с самого входа, и все инстинктивно повернулись. Понд вошёл в клуб, спокойный и уверенный, но в его взгляде читалась недовольная строгость. Ему донесли о происшествии: как псих выбрался, как бойцы прикрыли Пхувина, как сработала сигнализация. — Что произошло? — строго спросил Понд, подходя к человеку, который наблюдал за психом. — Я… — начал тот, но Понд сразу перебил: — Не «я», а «почему ты не уследил»! Наблюдающий за психом поник, стараясь не встречаться взглядом с хозяином клуба. — Он выбрался из камеры, как только я случайно задел кнопку открытия двери, — объяснил он тихо. — Я не успел закрыть её, он выбежал быстрее. — Не успел? — хмыкнул Понд. — В следующий раз «не успел» может стоить гораздо дороже, чем тебе кажется. Запомни: здесь нет времени на оправдания. После этого Понд подошёл к Пхувину. Врач стоял рядом с теми самыми бойцами что его скажем защитили. — Как ты? — спросил Понд. — Всё в порядке? — Да, — кивнул Пхувин. — С ними рядом было безопасно. — Многое может казаться безопасным, — спокойно сказал Понд. — Не всегда рядом буду я. И не всегда кто-то другой сможет вовремя вмешаться. Будь осторожен. Пхувин кивнул, внутренне оценивая, что это был первый раз, когда он реально осознал масштабы опасности, скрытой в клубе. Понд сделал шаг в сторону бойцов, которые его прикрыли. Их плечи ещё дрожали от напряжения, но глаза светились решимостью. — Молодцы, — сказал он ровно. — Не испугались. Сразу встали на защиту. Так держать. Он достал из кармана несколько конвертов. — Это небольшая премия. Деньги за то, что не дрогнули. И напоминание: здесь ценят не только силу, но и умение действовать в опасности. Бойцы переглянулись, удивлённые, но удовлетворённые. — Молодцы, — повторил Понд, ещё раз окидывая их взглядом. — С этим подходом вы проживёте здесь дольше, чем кто-либо ещё. Пхувин наблюдал за всем этим. Даже в момент награды для бойцов чувствовалось скрытое напряжение: Понд не улыбался, но каждая фраза, каждое действие были рассчитаны. Он видел, что в этом клубе любая ошибка стоит слишком дорого, и что спокойствие Понда — не гарантия безопасности.