Вкуси мой ритм, Байерс.

Музыка всегда была для Майка чем-то большим. Громкий звук из огромных колонок, толпы людей, объединённые общей любовью к группе, сногсшибательное соло на гитаре и ласкающий уши голос вокалиста — всё это было для него словно другая жизнь. Молодой музыкант, только начинающий свой путь, чувствовал, что музыка — его призвание и свобода. С детства Майк любил панк-рок, что очень удивляло его родителей, ведь они никогда этого не слушали. Они долго ворчали и не хотели отдавать его в музыкальную школу — считали, что это не всерьёз. Однако мальчишка то и дело зевал на работе отца, пока тот «очень интересно» проводил какие-то счёты и объяснял это сы... стоп, а где сын? — а сына уже не было в кабинете мистера Уилера, ведь тот настолько увлеченно вёл свою бухгалтерскую работу, что даже не заметил уход Майка, которого, между прочим, он должен был заинтересовать. — До чего же ты упрямый, — каждый раз вдыхала Карен, смотря на Майка, который играл на подаренной гитаре, убежав из кабинета своего отца. — Это вы тут упрямые, а я всего лишь следую зову своей души! — каждый раз драматично капризничал Майк Родители сдались. Они боялись, что протесты могут привести к побегам и плохим компаниям. Вдруг он свяжется с плохой компанией, где ему любезно предложат играть на гитаре, а вскоре с такой же милой улыбкой предложат вещества? Миссис и мистер Уилеры очень сильно переживали за своего сынишку, по-прежнему воспринимая его маленьким наивным мальчиком, но в этом и была их прелесть. Они часто ругались, потом недовольно мирились, но Майк все равно любил своих родителей также по-своему, как и они его. Единственный запрет оставался неизменным — Майку запрещалось что-либо менять в своей внешности. Ох, сколько же скандалов было... Казалось, их было слышно на весь район. Майк мечтал покрасить свои волосы и изменить свою прическу с «меня стрижет мама» на «мама, я панк», чтобы приблизиться к этой культуре, однако родители были иного мнения. Считая это уродством, супруги глаз не сводили с сына. Ни одна деталь в его внешности не должна была меняться, ни одна волосинка становится на тон светлее, даже если это так падал свет. — Когда тебе исполнится 18, делай что хочешь! — говорила Карен.   — Ну, мам… — возмущался Майк и обиженно хлопал дверью. Наступило его совершеннолетие. Майк окончил музыкальную школу и мечтал ворваться в панк-рок-сцену. Но всё оказалось сложнее: большинство групп нужны были опытные гитаристы, а на сцене Майк стоял только на отчетниках в музыкальной школе. Вступать в неизвестные команды было бессмысленно — никто не обещал быстрого успеха, а играть в забегаловках за копейки Майк не собирался. В общем, хотел и рыбку съесть, и нахуй сесть. И, кажись, одним вечером его желание сбылось... *** Летний ветер нежно ласкал острые пряди его волос. Майк шёл по давно затихшей Калифорнийской дороге, недавно переехав туда полгода назад. Вскоре его ноги привели его в популярное в те времена заведение — «Beverly Hills Diners». Там его приветливо встретили официанты, и он быстро оставил немного вещей за столиком, отправившись прямо к коморке закулисами.   Сердце колотилось безумно — сегодня ему предстояла встреча с легендарной группой DLS. Майк буквально с 16 лет фанател по этой группе, а особенно по их вокалисту. Он мечтал оказаться рядом с ним и по-белому завидовал сверстнику, который в 14 уже гастролировал по стране. — Привет? — осторожно постучавшись, вошёл Майк.   Ведущий группы, Уилл Байерс, сразу бросился в глаза: его волосы — беспорядочный хаос, зеленые глаза подчеркивала темная подводка, а ритмично постукивающие пальцы на столе сразу захватили взгляд Майка.   — О, — улыбнулся он, поворачиваясь к Майку. — Ты Майк Уилер?   — Ага, — прошептал рыжеволосый, глядя в его медово-зеленые глаза. Он никогда и подумать не мог, что его имя может звучать так сексуально из чьих-то уст. — Ну, значит, смотри, это Лукас — наш гитарист. Он бесится, когда его называют Лукой, так что не путай, — указав на темнокожего парня, проговорил Уилл, а после показал на рыжую девушку. — Это Макс, девушка Лукаса — она отвечает за ударные, Дастин — бас-гитарист, Джейн — клавишница, — он указал пальцем сначала на полноватого кучерявого парня, а затем на тихую девушку. — Ээм... ну, и я? — Да.. да-да, я знаю вас, — закивал головой парень. — О, ну и славно, но про «Лукас — не Лука» запомни, — по-кошачьи улыбнулся шатен, на что получил раздраженный выдох Синклера, однако рассмеявшиеся ребята быстро сбили его недовольство. Мозг Майка все ещё отказывался принимать реальность, в которой он не просто дышит одним воздухом с Уиллом, но и будет сейчас играть с ним на одной сцене. — Что ж, ребят, готовы? — задорно подал голос шатен, получая в ответ утвердительные кивки и возгласы, и группа выдвинулась на сцену. *** Игра началась — концерт прошёл идеально. Зажигательная живая музыка оглушительно гремела по всему заведению, заставляя публику надрывать голоса, подпевая харизматичному вокалисту-шатену. Постепенно шумиха вокруг раздачи автографов начала спадать, уступив место расслабленной атмосфере. Лукас с Макс давно уединились где-то в укромном месте, пока Джейн с Дастином вместе выпивали за прилавком, тихо смеясь и болтая о своем. После выступления Майк остался на улице со своим новым другом.   — Ты отлично выступил, мне понравилось, — улыбнулся Байерс, прислонившись к капоту машины. — Будешь теперь с нами. — Серзьёзно? Вы меня берете за второго гитариста? — удивился Майк.   — Да, и мои ребята уже этого хотят. Так что — добро пожаловать в нашу команду, — ответил он спокойно, подмигивая под звёздами.   — Только… твой ритм был медленнее нашего. — он улыбнулся, — в постели такой же?   Майк засмеялся:   — Нет, просто… Я давно мечтал оказаться с вами всеми на одной сцене. С тобой особенно, — воодушевлённо заговорил Майк, но его голос утонул в горячих губах вокалиста, внезапно прижатых к своим собственным. Это сон?.. Майк уверенно притянул паренька за бёдра ближе к себе, глубоко погружаясь в страстный поцелуй. Ответ прозвучал мгновенно: мокрый язык Уилла проник сквозь мягкие губы Майка, повторяя движение с той же пылкостью. Крепко сжимая талию партнера, бывший брюнет едва удерживал шатена на весу, рискуя оставить следы синяков даже поверх плотной ткани тёмно-красной футболки. Поцелуи становились всё настойчивее, пальцы Уилла запутывались в растрепанных локонах Майка, тогда как ночь беззвучно поглощала тихие стоны и чмоканья. Наконец, Уилл прервался, взглянув прямо в полные вожделением глаза партнёра, затянутые густым туманом страсти. — Как далеко ты живешь? — наконец спросил Байерс, оторвавшись от поцелуя.   — На Родео-Стрит, пять минут езды отсюда.   — Тогда едем к тебе.   Парни мгновенно оказались в машине, и Уилл тут же рванул вперед, топя педаль газа в пол. Неважно, что они ушли, не простившись с друзьями, — теперь существовал лишь Уиллер, которого волновало куда меньше дорожные правила. Дверь квартиры мягко захлопнулась за ними, отсекая от всего мира. Майк немедленно набросился на Байерса, целуя его жестче прежнего, разорвал тонкую ткань под приглушенные звуки недовольства шатена. Одежду они сбрасывали почти машинально, не доходя до спальни, Майк нетерпеливо оттолкнул парня на ближайший диван. — Как же ты груб, Уиллер... — Неужели тебя это расстраивает? — Совсем наоборот, — язвительно усмехнулся Уилл, хитро щурясь. Многочисленные объяснения были излишними: Майк прекрасно понимал ритм движений своего партнёра. Без колебаний он снова погрузился в поцелуй, одновременно вводя два пальца внутрь, вызывая у Уилла короткий всхлип. Шатен инстинктивно выгнулся навстречу прикосновениям, напрягаясь от ощущения вторжения, пока ловкие пальцы Майка медленно растягивали его тело, аккуратно разводя стенки в стороны подобно лезвиям ножниц. Сначала это приносило лёгкий дискомфорт, однако, едва Уилл приспособился к размеренным касаниям, один из пальцев неожиданно наткнулся на заветную точку внутри, вырвав у вокалиста сладостный стон. Обрадованный успехом, Майк сосредоточенно продолжил массировать её, наслаждаясь картиной извивающегося парня, беспомощно застонавшего и смущённо зажимающего рукой собственный рот, будто пытаясь таким образом заглушить непроизвольные звуки удовольствия. Настолько трогательно и безнадёжно наивно. — Спокойней, Байерс, — хрипло произнес музыкант, наблюдая за парнем, тяжело дышащим от нахлынувших чувств, пока его пальцы виртуозно двигались по телу юноши, словно извлекая мелодии из самой души инструмента, реагируя яркими всплесками на каждое точное прикосновение. Решив, что тело Уилла готово принять его, Майк осторожно убрал пальцы, освободился от ремня и спустил брюки, устремляясь своей горячей плотью к напряженному отверстию и резко проникая внутрь одним решительным движением. Громкий стон эхом прокатился по комнате, заполнив пространство, а тишина ночи сделала отчетливо слышимым даже учащённое биение двух сердец, отчаянно пульсирующих в унисон. Но, несмотря на нарастающее напряжение, красный шатен замер неподвижно, продолжая выжидающе смотреть на парня. — В чем дело? — послышался озадаченный голос шатена снизу. — Ни в чем, — буднично ответил Майк, разглядывая фарфоровую грудь вокалиста. — Скажи мне, ты действительно это хочешь? — Майк, что за вопросы? — нахмурившись спросил Уилл. Его выдержка таяла на глазах, остро нуждаясь в немедленном удовлетворении. Парень попробовал слегка пошевелить тазом, стремясь возобновить приятное трение, но свободная рука спутника мертвой хваткой сжала его бедро, жестко пресекая любые попытки двигаться. — Ответь мне. — Да, — сердито цокнул языком Уилл, готовясь деликатно подтолкнуть Майка к действию, но взгляд его вдруг привлекла странная улыбка, медленно расползающаяся по лицу собеседника. Хищная, голодная улыбка, скорее напоминающая зловещий оскал, обещала явно не радостные события впереди. — Тогда заставь меня умолять об этом, — произнес Майк с грубым толчком, попадая прямо по простате. — Майк, прошу... — прошептал еле слышно Уилл, однако голос его звучал нытьём, больше похожим на жалобный скулеж. — Громче. Я желаю слышать это с такой же громкостью, с какой ты сегодня прекрасно пел на сцене, — склонившись к самому уху Байерса, горячо прошептал ему гитарист, нежно прихватывая зубами мочку. — Боже... Боже, да... Прошу, Майк, — отчаянно молил парень, ощущая себя абсолютно беспомощным перед Уилером. — Хороший мальчик, — одобряюще шепнул Майк, наконец начав ритмичные движения. Толчки становились всё быстрее, резче и глубже, лишая Уилла последних крох достоинства. Тот бессвязно шептал что-то себе под нос, судорожно цепляясь пальцами за плечи и волосы Майка, а громкие, мелодичные стоны сливались с влажными звуками соприкосновения тел. Взгляд Уилера сосредоточился лишь на одном: диван, куда он буквально впечатывал парня, и тело последнего, трепещущее в его объятиях, тщетно ищущее опоры на его плечах. Перед глазами словно картина маслом: чёрная подводка растёклась по щекам, алые опухшие губы едва смыкаются, выпуская сладостные стоны и вскрики имени Майк. Каждый раз, чувствуя близость финала, Майк намеренно сбавлял темп, превращая движения в мучительно мягкие, заставляя шатена молить вернуться к прежнему ритму. Парень нарочно не позволял партнёру адаптироваться, чередуя стремительные рывки, доводящие до экстаза, с почти неподвижностью, вызывая тихие стоны и хриплые всхлипы у тела, извивающегося под ним. Спустя несколько мучительно-глубоких толчков Уилл кончил, а следом за ним и Майк. Майк избавился от презерватива и выбросил его в урну, после чего тяжело рухнул рядом с полуживым вокалистом, похоже, окончательно сорвавшим голосовые связки. — Может, переберёмся в спальню? Или хотя бы в душ? — прохрипел Уиллер, стараясь отдышаться. — Сначала душ, потом кровать… — согласился певец, преодолевая слабость в конечностях. Несмотря на тяжёлое состояние ног, парень поднялся первым и бережно поднял Уилла на руки — тому передвигаться самостоятельно оказалось гораздо труднее. После жаркого секса иногда приходится платить такую цену. Тёплый душ стал настоящим спасением. Вместе погрузившись в струи горячей воды, они провели там примерно полчаса, расслабленно лежа друг напротив друга. Затем вышли наружу. Теперь Уилл мог стоять на собственных ногах, правда, с заметным усилием. — Ну что, мой ритм в постели такой же медленный, как и на сцене? — лукаво усмехнувшись, поинтересовался Майк. — Нет. С этим я явно промахнулся, — весело, но с усталостью в голосе отозвался Уилл. Теперь вокалист вынужден какое-то время говорить сиплым голосом, зато получил представление о своём новом коллеге из группы DLS.