Аппартаменты

      Мён Джэхён уже вырос. Нет, это не заявление подростка, «познавшего жизнь», не успев её начать. Он эпизодически страдает от ночных кошмаров, боли в голове по утрам и тошноты в течение дня. Джэхён потерял маму. Точнее, видел её смерть. Нет, он довел ее до смерти... Мён держит руки в карманах утепленной толстовки, сжимает ключи. Выдыхая, поднимает взгляд на свой новый дом. Пять этажей унылого кирпича, ходящего по щелям ветра и скрипа входной двери. Особенно зимой, наверное, не только этой.       Отец сам решился на переезд. Случившееся оставило след на всех, кто был рядом. Оставаться, жить в той же квартире и ходить по тем же улицам было невыносимо. Не говоря уже об издевательствах и слухах, заполнивших коридоры старой школы подростка. Старший же Мён выпивал, не любительски, по выходным, а днями. Картина, написанная жирным маслом, залежавшимся на полке круглосуточного магазина: сын возвращается домой, выключает телевизор и идёт искать съестное на кухне, пока его папаша спит в пьяном отрубе.       - Чёрт, зачем я это вспоминаю. Уже несколько месяцев прошло. Джэ попадает в свою комнату, откидывает старый, уже не один раз, порванный и подшитый портфель, и сам падает на кровать. Несколько секунд мученического стона в подушку, за которым следует довольно резкий переворот на спину…и подростку открывается вид на заштукатуренный потолок, - чтоб его. Выбор лежать, мучаться от тошноты, разлагаться и бесконечно падать в дыру непроглядной тьмы своих мыслей у Джэхёна есть всегда. Но, как же хорошо, что у него, в этой жизни и стенах, есть ещё и он.       - Чел, прием, ты уже дома? Сгораю от скуки настолько, что готов слушать отзыв на бутер с этой вонючей колбасой из школьной столовки, - рация ожила, передавая звук с характерным шумом.       - Прием, ага, только к себе завалился. Неужели сидеть с болеющей мамой скучнее, чем на уроке истории?       - Не знаю, но она спит крепким сном уже как час. Наверное, лекарство действует. Короче, Джэ, спускайся ко мне, сходим кое-куда. Отбой.       Хан Донмин собственной персоной. В день заезда, Джэхёна отправили изучать новое место и знакомиться с соседями. Он не был в восторге, но разбирать вещи казалось занятием намного менее интересным. Если честно, то контингент собрался разный: от старушек, что выплескивают свой гнев на детей и подростков, до странных личностей, собирающих коллекцию игрушечных пони, или разливающих всем чаи. Как хорошо, что Мён в тот день встретил местную техничку - тётю Хан. Так он и познакомился с её сыном, которого уже можно называть и другом. Непривычное слово. В старом месте Джэхёна окружали лишь одноклассники, невзлюбившие его ещё с начальной школы. А после того несчастного случая статус странного одноклассника плотно закрепился за ним, вместе с глубокими шрамами на лице. Джэххи Мёнгер с улицы Вязов, так его и прозвали.       Донмин крутой – он высокий, немного отращивает волосы, так, что они торчат в стороны, и слушает всё, под что можно хорошенько помотать головой. Количество плакатов в его комнате несравнимо ни с кем и ни с чем, такое ощущение, что друг иногда переклеивает их, вместо обоев. Если разглядывать стены дольше пяти секунд – можно найти музыкальную группу или фильм, о существовании которых раньше не знал. Друзья часто слушали или смотрели что-то вместе. Хан открывал Мёну мир по-новому. Иногда своим творческим видением. Работы, написанные красками, умело прятались среди напечатанных картинок. Иногда, они повторно приходили к Джэхёну во снах, смешивались с ужасами, подкидываемыми разумом. Интересно, если Донмин нарисует цветочную поляну с изящной ланью, лесное спокойствие обернется другой формой, как сказочные антагонисты, или сохранит свой прежний вид…       - Чел, ты снова в себе? - звон цепочки об джинсовую ткань и снежный хруст под ногами.       - Черт, да, прости. Ты что-то говорил?       - Да не, ты тихий такой, как спустился. В школе что-то не так? Лезет к тебе кто? Если это снова Ханбин...       - Не, чувак, забей. Там всё путем. И у меня, в целом, тоже, - хотя с этим можно было и поспорить. - Мы куда идём то?       - Точнее говорить, мы уже пришли, взгляд подними.       Перед друзьями предстало большое, крепкое дерево. Его корни местами выходили из-под земли, припорошенные снегом. Как и спортсмен весовой категории, которых показывают по ТВ, оно удерживало нечто массивное, собранное как конструктор: обработанные доски, забитые гвоздями.       - Домик на дереве? - Мён повернулся к другу. - Откуда он здесь?       - Папа сделал, - небольшая пауза, - Перед своим уходом.       Да, Донмин был похож на Джэхёна, потому что тоже потерял и винил себя. Подросток смотрел на домик с ноткой грусти, вспоминая свой собственный смех и время, проведенное в семейном тепле. Он уже возвращался сюда, но ему было чертовски холодно. Терять кого-то близкого нелегко. Но и найти кого-то тоже не так просто. Хан повернулся и встретился взглядами с ним. Мён был на вид неряшливым, и, конечно же, уже вдоволь подбитым жизнью. Он прятал свои шрамы – натягивал капюшоны и носил очки, но только в помещениях. Зрение у него было хорошим, оправа нужна была для создания барьера, называемого «я против всего мира». Если честно, Донмина шрамы не смущали, а очки даже смешили. От них и так большие глаза друга становились огромными. Он улыбнулся и издал смешок. Непробиваемое лицо в ответ, но в глазах щепотка непонимания такой смены настроения.       - Решил, что пора показать его тому, кто мне не менее близок, - отвернулся и двинулся вперёд первым, - полезли! Дощечки ощущались немного скользкими, но забираться по ним получалось.

. ׁ ִ 𝅄 ̸︶. ׁ ॒ ♰ ִ𓍢 ॒ ׁ .︶ 𝅄 ִ ִ ׁ .

      Пробраться внутрь было легко – просто лезь вверх, пока не сможешь встать на пол ногами. Так Джэхён и поступил, следуя за другом. Внешний вид домика не сильно отличался от внутреннего. Деревянные дощечки были голыми. Единственное, что их прикрывало – небольшой ковёр бордового цвета, поставленный перед импровизированным входом. Был он когда-то куплен специально или внаглую стащен из дома – неважно. Реальность была такой: этот дружок натерпелся от обуви, впитывая с неё всю грязь и теряя нитки, от специфичных движений подошвы. Мён отряхнул снег с кроссовок и поднял взгляд, изучая обстановку. Она отличалась от комнаты Донмина, ни одного плаката – лишь несколько «рокерских» наклеек на дверце шкафа. На стене в рамке висело фото – семья Хана, в полном составе, включая и отца. Смотреть на их улыбки смущало, Мён отвернулся и прошёл дальше – мимо прибитых к стенам доскам с инструментами и коробкам, наверняка забитых вещами. Он остановился у магнитофона, возле которого уже сидел и владелец домика на дереве.       - Знаешь, здесь даже спокойно, - Джэхён присел напротив. - Хоть и холодно.       - Чел, ты же не думал, что на дереве будет целая система отопления или что-то в этом роде? Пик роскоши – наличие здесь фонаря, - подросток показательно поднял и слегка покачал названный предмет. - Благодаря ему не обязательно успевать слезть засветло. Так что голову не расшибешь…но аптечка тут имеется, - прокашлялся и вернул фонарь на место.       - И ты…приходишь сюда один?       - Не совсем…Иногда музыка и рисование просто не срабатывают, понимаешь? И я сижу здесь.       Джэхён усмехнулся. - Теперь я смогу найти тебя, Хан Донмин. Один ты тут киснуть не будешь. Но в клоуны не нанимаюсь.       - Чувак, из тебя выйдет стрёмный клоун, - оба засмеялись, - как для ужастика. Может, я и до тебя не киснул здесь в одного? Закадрил симпатичного призрака и ел те самые, противно тянущиеся от нуги, шоколадные батончики? На лице Донмина расцвела широкая улыбка.       - Ты, вроде как, не Унхак, чтобы питать такую страстную любовь к шоколадкам, - Мён улыбался в ответ. - Да и насчёт первого, ставлю хоть целую коробку этой сладкой дряни – симпатичного призрака скорее знаю я, чем ты.       - Ну да, я уже и забыл, как вы с Санхёком тащитесь со всего паранормального. Донмин наклонился вперёд и спросил чуть тише. - Костюмы охотников за привидениями его мама вам не сшила ещё?       - Чел, мы не настолько любим это кино… Но Хана уже было не остановить и он начал насмешливо напевать музыку из фильма. - Кого вы позовёте на помощь? Охотников за привидениями. Гоустбастерс! Друг добавил движения телом и руками, смеясь.       - Ладно! Возможно, мы пересмотрели его несколько десятков раз, признаю! - воскликнул Мён, наклонившись вперёд, опираясь об доски ладонями, - но одного призрака я реально знаю лично, - чуть тише и вернувшись в сидячее положение.       - Может, покажешь мне его? Если увижу твоего призрака – куплю тебе что захочешь из автомата в аппартаментах. Так уж и быть, даже если твой призрак не симпатичный.       - Идёт, но мне нужно пару дней. Сегодня вторник, - Мён сделал небольшую паузу, - тогда, в пятницу. Да, точно, я покажу тебе своего призрака в пятницу, готовься!

. ׁ ִ 𝅄 ̸︶. ׁ ॒ ♰ ִ𓍢 ॒ ׁ .︶ 𝅄 ִ ִ ׁ .

      Пюре плюхнулось на тарелку, заканчивая работу старушки Ким -главной поварихи столовой. Она подвинула металлический поднос вперёд, поторапливая Джэхёна, ведь «ей ещё кучу ртов кормить». Настроения дерзить не было, хоть Мён и был сегодня решителен. Ноги сами несли его вперёд, к их столику. В школе не было предписаний насчёт формы, поэтому одет он был, в целом, как обычно – в джинсы и толстовку на молнии, на размер больше своего. Капюшон подросток натягивал на голову так, что от лица видна была лишь выступающая оправа очков. Из-за спешки капюшон спал, как некстати возле совсем неприветливого для Джэхёна стола. Сон Ханбин и Чжан Хао – дуэт, не терпевший подростка на новом месте.       - Эй, тухляк, ты под чем-то сегодня?       - Точно-точно, так бежишь! Или нас испугался?       - Донмина и сегодня нет - тебя никто не защитит, принцесса, - отправив губами воздушный поцелуй, крикнул вслед Хао. Ханбин противно засмеялся.       Джэхён не терпит, просто не тратит время на ненужные словесные перепалки или махи кулаками. Ему остаётся только сжать челюсти и поднос покрепче, утопив эмоции в себе. А ещё, наконец-то поставить еду на стол, за которым активно обедали те, кому он не был противен. Спасибо за эти знакомства Хану, ведь это, изначально, был его круг общения.       Пак Сонхо – настоящая фея. Он был рождён с красивым лицом. В целом, парень следил за собой: от аккуратной прически до баланса в питании, всё то у него было идеально. К тому же, в школьных кругах он считался спортсменом. Уроки физической культуры не обходились без небольших состязаний или сдачи нормативов, в которых Пак часто лидировал. Но, Сонхо не был «божеством», как могло казаться, например, девочкам из параллели. Он – всего лишь шестнадцатилетний подросток, который любит проводить время с друзьями, громко смеяться и даже спорить, отстаивая свою точку зрения. Этим он занимался и сейчас, читая Ким Унхаку лекцию: о важности есть на обед что-то, помимо шоколадок.       - Фу, Сонхо, ты реально предлагаешь мне предать сладкое ради этого? Смотри, это не еда, - подросток показательно поднял и перевернул тарелку, порция к которой была намертво приклеена. - Видишь? Я тут могу доверять только гороху. А мои батончики – беспроигрышный вариант, дающий кучу энергии! - откусив и начав жевать, добавил Ким.       Он был самым младшим, чудом попадавшим на обеденный перерыв вместе с пятнадцати и шестнадцатилетними учениками школы. И, Мён готов признать, что тот был гиперактивным малым. Однако, подростка такой запас энергии не спасал ни от домашних заданий, ни от контрольных работ, зато в других передрягах он был изворотлив.…Только, проблема в том, что Унхак сам же их себе и наживал.       Джэхён обошел спорящих парней и сел напротив, рядом с Ли Санхёком. Тот молча ел, наблюдая за происходящим. Со стороны, Ли был тем самым умным человеком в компании: носил очки, разбирался в технических науках и любил что-то «необычное» – от супергеройских комиксов до фильмов с упоминанием паранормальщины. Но, было кое-что, отличающее его от типичных «ботанов» - стиль. Одежду Санхёк любил, никогда не носил одно и то же несколько дней подряд. Мён, с парой вещей в гардеробе, восхищался не только их количеством у друга, но и его способностью их сочетать. Сейчас, правда, подростку нужен был совет по вопросу не из фэшн-индустрии. Его устраивала толстовка, капюшон которой им же и был натянут обратно. Сделал он это сразу, как только руки освободились от подноса.       - Санхек, слушай, помнишь мою приставку? – повернув корпус в сторону того, спросил Мён.       - Ты про свой GearBoy? – жуя, продолжая смотреть на перепалку Сонхо и Унхака.       - Да, дело в том, что он перестал работать.       - Типо, не включается вообще или только игры?       - Типо, больше не помогает в призывании Донхёна.       - Ты сейчас про того призрака? С пятого этажа, - обратив своё полное внимание, повернувшись в ответ.       - Именно. Ты сможешь что-то сделать с ней? – Мён достал приставку из портфеля и передал её под столом.       - Если мы говорим про её улучшение, - Ли сделал паузу, обдумывая, - я могу попробовать улучшить сигнал. Тогда, Gear Boy станет более чувствительным к призрачным частотам.       - Санхёк, ты лучший! – с улыбкой и чуть наклонившись вперёд. – Я готов смотреть кассетную запись Охотников ещё раз пять, после такого.       - Оо, - протянул тот с ответной улыбкой, - я это запомню. Но, пока, можешь начать с того, чтобы достать мне что-то по типу антенны. Мне ещё нужен дополнительный аккумулятор, но я знаю, где его достать.       - Черт, а мне нужно поискать. Тогда, как найду, приду к тебе, идёт?       - Идёт, но напоминаю, что завтра я ещё подтягиваю Сонхо по математике. Лучше приходи после.

. ׁ ִ 𝅄 ̸︶. ׁ ॒ ♰ ִ𓍢 ॒ ׁ .︶ 𝅄 ִ ִ ׁ .

      Звон, оповещающий о скором открытии дверей лифта, вывел Джэхёна из мыслей. Подросток сделал шаг вперёд, попадая на третий этаж. Удобно, когда твоя компания живёт в одном месте. За исключением, Сонхо. Тот жил в другую, от школы, сторону. Но, сейчас, их с Мёном разделяла лишь одна дверь и трёхкратный стук в неё.       - О? Джэ, привет, - тот прошёл, пропуская друга внутрь. За ним сразу же показался и Ли. Сонхо помотал головой, смотря на парней, после чего ухмыльнулся.       - Санхёк сегодня нарасхват, да? Тогда, не буду мешать вам, голубкам, ворковать.       - Пак Сонхо, сейчас ты и сам станешь голубем. Кое-что поможет тебе вылететь из этого дома, - Ли раздраженно поправил оправу, делая акцент на среднем пальце. Пак рассмеялся и поспешил к лифту, махая Мёну на прощание и проговаривая одними губами - удачи.       Неловко, Джэхён зашёл внутрь и молча последовал за другом. Видимо, настроение у того было не очень. Неудивительно, кто будет рад после стольких часов за уроками, дополнительно объяснять кому-то математику. Дверь в комнату закрылась. Напряжение повисло в воздухе. Мёна откинуло куда-то далеко в детство. Вот, ему снова пять, он заигрался и разбил горшок с цветком. Человек перед ним – его судья. И бежать некуда – только нервно сглотнуть и ждать молнии с громом. Он встретит их вместе с обоями, противного желтого цвета, и ненавистным, заштукатуренным потолком. В компании небольшого кактуса. Возможно, безымянного. Стоп, откуда у друга вообще эта колючесть?       - Кхм, прости за это. Сонхо сегодня…в приподнятом настроении, - мягко, и совсем не хмурясь, начал Санхёк. Совершенно в противовес ожиданиям Джэхёна. Образ друга, как по волшебству, сменился. Состояние, от грозной тёмной тучи, перешло к мягкому, почти тающему в небе, облаку. Толстовка больше не давила своей зелёновастостью, а успокаивала. Внимание на себя перетянули мягкие, домашние штаны с уточками и тапочки в клетку. Такого домашнего Ли хотелось повалить за собой в одну кровать: обнимать, утыкаться в шею и сладко сопеть. Мён представлял неспешные поглаживания по голове и тихое напевание мелодий. Санхёк всегда так делал, когда оставался в тишине на ночевках, думая, что друг уже уснул.        – Ты ведь принёс свою приставку, верно? Вместе с чем-то для усиления сигнала. - Ли достал из выдвижного ящика батарейку и повернулся к Джэхёну, встречаясь с ним взглядом. Выйдя из ступора, тот спешно ответил и начал рыться в своём портфеле. Мило и неловко. Санхёк, незаметно для Мёна, улыбнулся своим мыслям. Он никуда не спешил и был готов прождать вечность, даже если друг так ничего и не найдет. Наверняка, он по-смешному округлит свои глаза и скажет, что всё нужное куда-то исчезло, забылось или вовсе потерялось. Где-то в стенах их дома. Затянуто и запечатано в склизкой массе, словно в дешёвом лизуне, что так запал в душу младшеклассникам. Но, ничего из этого не произошло сегодня. На столе, поочередно, появились как приставка, так и рация. Вторая слегка удивила своим появлением.       - Вот, с рации можно взять антенну. Я ничего лучше этого не придумал. Донмин, правда, об этом моём решении ещё не знает. Но это ради призраков!       - Точнее, того самого призрака, да? – Санхёк сел за стол и начал работу над приставкой. – Это ты Донмину его показать хочешь?       - Ага, дело спора, но мне выгода с выигрыша не первостепенна. – Мён облокотился на стол. - Знаешь, когда он напевает тему из Охотников, хочется не подпевать, а закатить глаза, - тот продемонстрировал, на что Ли хихикнул, возвращаясь к работе.       - Ты думаешь подсадить его на паранормальное, используя Донхёна? Только, ему это не говори, бедняга расстроится и никакое улучшение не поможет с ним связаться.       - Знаешь, я об этом так не думал. Использовать - неправильно подобранное слово. Только если в контексте хорошо совпавших знакомств. Мне просто хочется, чтобы Донмин сам увидел, что я не схожу с ума – всё реально. Симпатичные призраки существуют.       - Это Донхён у нас симпатичный призрак? – Ли посмотрел на Мёна, пожимающего плечами. - Ого, я ему даже завидую. Получить такое звание, будучи не при жизни.       - Санхёка, зато ты живое воплощение…ну, не какой-то спортивной эстетики, конечно. Но ты красивый, - слегка покраснев, ответил Мён.       - Значит, считаешь и меня симпатичным? – выжидая паузу, смотрел в глаза другу Ли. – Буду знать, какой у тебя вкус, Мён Джэхён.       Тому стало неловко. Друг как будто специально томно прошептал эту фразу, для пущего эффекта. Хотелось ответить, но во рту была нескладная каша. Между тем, Санхёк уже отвернулся от Мёна и вносил последние правки по улучшению чудо игровой приставки.       - Та-да, представляю тебе «Super GearBoy», - Ли передал устройство другу. В целом, оно выглядело так же, просто было дополнено выдвижной антенной. Но, Мён в этом уверен, внутри изменений было больше.       - Санхёк, ты знал, что живёшь с секси-мозгом? - Тот посмеялся. – Я серьёзно! Если бы не ты, столько всего стало бы невозможным. В другой вселенной иной Мён Джэхён живёт грустную жизнь без умного друга, ночевок с попкорном и призрачных походов под луной.       - Джэ, ты пока это представляешь и говоришь, сам становишься похож на грустного щенка. Лучше улыбайся почаще, этого иногда не хватает. Твой покерфейс, кстати, знаю не только я, но и вся школа.       Джэхён смешал во взгляде грусть и некое тепло, смотря на Ли. Много благодарностей тому копилось в подростке, но не доходило до адресата. Надо не выглядеть странным и ограничиться одним и простым – спасибо. За приставку, за переживания, за тебя – осталось в мыслях.        - Кстати, чел, откуда здесь кактус? Ты ему имя ещё не давал? Смех заполнил комнату поздним вечером четверга.

. ׁ ִ 𝅄 ̸︶. ׁ ॒ ♰ ִ𓍢 ॒ ׁ .︶ 𝅄 ִ ִ ׁ .

      Пятница. Жаль, что не тринадцатое. Было бы в тему. Джэхён прокручивал карандаш меж пальцев. Второй рукой подпирал левую щеку. В кабинете тикали часы. Тик. Так. Тик. Так. Тик. Так. Звонок обрушился на кабинет. Это был последний урок на сегодня. Не в обиду учительнице по литературе, но Мён был этому рад. Хоть по лицу и не скажешь. Отработанная маска безразличия в действии. Конечно, вместе с очками. Только подросток переступил порог класса – его личное пространство нарушила чужая рука, упавшая на плечо.       - Отстой. И как возвращаться в школу, после недельного отдыха дома.       - Чел, ты ведь за больной мамой ухаживал. Тут лучше в школу вернуться – чем желать ей плохого здоровья.       - Джэ, прекращай. Здоровье это мега важно и бла-бла-бла. Мне этого уже от Сонхо хватило. Я стал его жертвой за обедом.       - Эй, что значит жертвой? Пак ввалился в диалог с такой энергией, как будто отсидел в учебном заточении не восемь часов, а каких-то два. Рядом с ним появился и Санхёк. А ещё, Мён готов был поспорить, где-то сзади их всех догонял Унхак. Его выдавал громкий голос.       - Вот то и значит, мистер заноза в заднице, на которого вешается добрая половина девчонок из нашей школы. Чел, ты только рот рядом с ними не открывай, а то таких упрямых никто не любит.       - И это мне говорит Хан Донмин? Откуда у тебя опыт такой появился, ты из девчонок только с сестрой Унаги общался.       - Эй, а что не так с моей сестрой? И, Сонхо, не называй меня так, я же просил!! Ким догоняет, хмурится и надувает губы, вызывая улыбку и смешки у компании.       Донмин, всё ещё облокачивающийся на плечо друга, наклонился и сказал полушепотом, только ему: - Школьный воздух же не убил все твои силы на сегодня? Я помню про него.       Спор или призрака, договорено не было, но Джэхёна поставили перед фактом – встреча ровно в девять и на его этаже. Что же, он был готов. Донмин убрал руку и прошёл вперёд. Джэхён встретился взглядом с Ли. Пузырь тишины, дополняемый безмолвным «всё получится», окутал Мёна, придавая большей уверенности в задуманном.       И её хватило до наступления темноты за окном, появления на небе россыпи звёзд, зажигания уличных фонарей и неспешных приготовлений ко сну за чередой окон и дверей квартир. Всё в мире сходило на временное нет. Но для подростков всё начиналось – приветствие ладонями, скрипящий лифт и нажатие кнопки пятого этажа. Всё это служило переходом к разделению. Жизни. Или жизней. Хан Донмин и Мён Джэхён не знали этого в том году, в ту ночь и в тот момент. Но время и пространство уже всё знало за них.       - Привет? Джэхён, ты не один сегодня. – Ким Донхён, проявившийся слой за слоем, показавший и кости, и некую плоть. Зрение Донмина не подводило – перед ним появился семнадцатилетний подросток, просто, не совсем материально. Потертые джинсы, белая футболка и накинутая поверх кожанка. Мягкие черты лица, со спадающей на них волнами. Всё это было уловимо, но не четко. Донхён был полупрозрачен.       - Призрак. Привлекательный. – Только это Хан смог выдавить из себя, смотря на незнакомца.       - Да! Я же говорил, что знаю его! – Джэхён лишился маски безразличия, показал другу улыбку и посмотрел на Кима, что ничего не понимал.       Он тоже смотрел в ответ. На того, кого видел впервые. За все десятилетия, что провёл взаперти стен мокрой, плесневелой ванной комнаты, он видел того, кто напомнил его самого. Конечно, его не сейчас, а ту его версию, что ощущала землю под ногами и зимний холод, двадцать лет назад. Того Донхёна, что ещё был живым, но внутри которого уже что-то начинало распадаться. И он видел в Донмине начало этого распада. И, к сожалению, Ким на себе знал, к чему приводит этот процесс.