Собственность Макколла.

Понедельник начался с того, что Кернер разбил мою любимую кружку. Звон фарфора о плитку на кухне прозвучал для меня похлеще будильника. Я подскочила на кровати, на мгновение забыв, где нахожусь, и уставилась в бежевый потолок с идеальной лепниной. В комнате пахло моими духами и старой бумагой от нот, разбросанных на столе. За окном уже вовсю светило солнце, золотя верхушки идеально подстриженных кустов. -Тинсли!- раздался снизу отчаянный вопль пятилетнего существа. -Тинсли, это не я! -Конечно, это кружка сама спрыгнула, - пробормотала я, натягивая джинсы и старую футболку «Нирваны», которую когда-то нашла на барахолке. На лестнице меня встретила тишина, нарушаемая только всхлипами. Кернер стоял посреди кухни, по щиколотку в осколках и овсянке, которая, судя по всему, была его завтраком. Кружка с глупым смайликом, которую мне подарила Дарла на прошлое четырнадцатое февраля, валялась у его ног, разбитая вдребезги. -Я хотел сделать тебе какао, - шмыгнул он носом, глядя на меня огромными серыми глазами, в которых плескалась бездна горя. -Ты хотел устроить здесь филиал ада, - вздохнула я, подходя к нему. -Отойди, порежешься. Я подхватила его на руки, отставляя подальше от лужи, и чмокнула в макушку, пахнущую детским шампунем. Злиться на него было невозможно. Да и кружка... ну была и была. Пока я оттирала кухню от следов маленькой катастрофы, Кернер сопел у меня за спиной, пытаясь «помогать» тряпкой, размазывая грязь еще больше. -Сара улетела вчера? - спросила я, кивнув на пустую кофеварку. -Ага, -Кернер сосредоточенно тер лужу. — Сказала, что привезет мне самолетик из Чикаго. Сара, жена Нормала, была пилотом. Красивая, сильная женщина, которая появлялась в доме так же часто, как снег в пустыне. Когда она была здесь, дом наполнялся ее громким смехом и запахом дорогого парфюма, но чаще всего здесь было тихо. Тихо и пусто. Нормал, мой крестный, был моряком. Двадцать девять лет, вечно обветренное лицо и мозолистые руки, которые так нежно умели обнимать меня, когда я ревела по ночам в первое время после смерти мамы. Он был для меня скалой, даже находясь за тысячу миль в море. Но сейчас его не было. Мы с Кернером были вдвоем. Как всегда, впрочем. -Нормал звонил? - спросила я, наливая себе холодный чай из холодильника. -Вчера, - кивнул Кернер. -Спрашивал, не обижаем ли мы тебя. Я сказал, что нет. А ты меня обижаешь? -Только по вечерам и по расписанию, - фыркнула я, и он засмеялся. Собрав ему ланч-бокс с сэндвичами и яблоком, я одела его в курточку и повела к школьному автобусу. Он учился в дошкольной развивайке, куда его возил маленький желтый автобусик. Проводив его, я вернулась в дом, который тут же показался мне огромным и чужим. Дом. Дорогой, двухэтажный, в элитном районе, где соседи улыбаются друг другу через забор, но не знают имен друг друга. Моя комната была моей крепостью, но в остальных комнатах витал дух чужой жизни. Жизни Нормала и Сары, в которую меня впустили, но где я всегда буду гостьей. Машина отца, старый, но ухоженный «Форд Мустанг», стояла в гараже, накрытая чехлом. Роджер Эльмир. Человек, чью фамилию я носила, чье имя было вписано в мой паспорт — Тинсли Роджер Нормал Районес. Странный гибрид, символ моей разорванной жизни. Отец, который проиграл битву с собственной головой и теперь жил в палате с мягкими стенами. Мама, которая уснула и не проснулась после наркоза, пытаясь победить туберкулез. Трещина в общении с мужчинами? Воспитание без отца? Скорее, черная дыра внутри, которую я пыталась заполнить музыкой. Эх. В школе было душно. Не от погоды — от атмосферы. Старшая школа этого города была идеальной клеткой для подростков. Свежевыкрашенные стены, пластиковые цветы в холле, улыбки учителей, за которыми скрывалось полное равнодушие. Здесь царили свои законы, свои джунгли, где на вершине пищевой цепочки сидели они. Элизабет и ее свита. Я увидела их сразу, как только вошла в столовую. Элизабет, с идеальными локонами цвета спелой пшеницы и кукольным личиком, которое так и хотелось разбить об стену. Кэт с вишневыми волосами, крашенными каким-то адским составом, что они отливали фиолетовым. Жасмин, смуглая, с синими прядями в черном каскаде волос. И Стейси, пышнотелая блондинка, которая, кажется, думала, что ее грудь — это отдельный орган, требующий особого внимания. Они сидели за своим столиком у окна, как паучихи в центре паутины, и сканировали толпу в поисках жертвы. Жертву нашли быстро. -О, смотрите, - пропела Элизабет, когда я села за наш столик в углу, где уже сидели Дени и Деми.  -Наша сиротка пришла. Как там твой папочка в дурке, Тинсли? Передает привет? Дарла еще не было. Близнецы синхронно напряглись. Они ненавидели эту компанию лютой ненавистью, но драться с девчонками было как-то не комильфо, а подставляться под разнарядку от директора из-за них не хотелось. -А твоя мамаша все так же сосет у начальника полиции? - парировала я, не поворачивая головы. -Передай ей, что вазелин в аптеке на скидке, пусть закупается оптом. По столовой прошелся смешок. Кто-то из парней за соседним столиком хмыкнул. Элизабет побагровела, ее кукольное личико исказилось гримасой злости. -Ты просто завидуешь, Районес, - прошипела она. -Твоя мать умерла, потому что была слабачкой, а отец — псих. Из тебя тоже ничего путного не выйдет. Будешь, как твоя подружка Дарла, сосать у байкеров на задворках. -Лучше у байкеров, чем у всего футбольного клуба по очереди, как некотоые, - лениво ответила я, выуживая из рюкзака йогурт. -Закончили, - раздался спокойный голос Деми. Он сидел напротив меня, огромный, как медведь, в своих безразмерных шароварах и худи, скрывающей худощавое тело. Дени, его точная копия, просто кивнул, подперев кулаком подбородок и глядя на Элизабет тяжелым, немигающим взглядом карих глаз. Элизабет хватило ума заткнуться. Она лишь презрительно фыркнула и отвернулась к своим «подружкам», которые захихикали, как стая гиен. -Не обращай внимания, — буркнул Дени. - Они просто ищут, на ком сорваться. У Элизабет папаша опять проигрался в казино, всем районом трезвонят. -Да плевать, - отмахнулась я, но осадок остался. Мама. Слабачка. Это слово всегда било больнее всего. Моя мама боролась с туберкулезом до последнего. Она не была слабой. Просто анестезия... глупая, нелепая случайность. -Тинс! - громкий возглас разрезал столовую, как нож масло. Дарла влетела в помещение, как ураган. Черные длинные волосы развевались за спиной, на смуглом лице сияла широкая, чуть безумная улыбка, а пирсинг в губе поблескивал в свете ламп. Она плюхнулась рядом со мной, чмокнув меня в щеку. -Чё пропустила? -Да так, - усмехнулась я. -Ты где шлялась? -Ой, - Дарла загадочно закатила глаза, -потом расскажу. Вечером. У меня есть инфа, от которой у тебя крыша поедет. Я вопросительно подняла бровь, но она лишь покачала головой и схватила с моей тарелки кусок яблока. Дарла всегда была такой. Взрывной, буйной, не знающей границ и правил. Она прошла со мной через весь ад после смерти мамы, через визиты к отцу в психушку, через суды по опекунству. Она была мне сестрой, хоть и без крови. Дени и Деми, как два верных пса, жевали свои бургеры, изредка перебрасываясь с нами фразами на своем сленге, понятном только им и нам. Они тоже были частью моей странной семьи. Те, кто прикроет спину, не задавая лишних вопросов. Оставшийся день тянулся бесконечно. Лекции по истории, формулы по алгебре, которые не хотели укладываться в голове, и постоянное ощущение, что я просто жду. Жду чего-то. Вечера. Дома было пусто. Я покормила Кернера макаронами с сыром, уложила его спать, почитав на ночь книжку про динозавров. В девять он уже сопел в своей кроватке, обняв плюшевого тираннозавра. В десять раздался звонок. Дарла. -Выезжай. Жду у поворота на Индустриальную. Близнецы будут через десять минут. -Куда едем? - спросила я, хотя уже знала ответ. -Туда, где всё настоящее, - загадочно ответила она и отключилась. -Подожди, а Кернер? - с каким-то страхом спросила я. -Ну мозги включи! Миссис Хард посидит! - как-то слишком быстро и энергично тараторила та. -Ам, ладно.. - прошептала я в трубку и отключилась.  Быстро позвонив старушке, что живет в пару кварталов от нас и которая обычно заявлялась как нянька для мелкого, я объяснила ситуацию и сказала, что мне нужно по делам, а Кернер спит. В общем то, она в деле.  Я надела черное, короткое платье, которое нашла в секонде, легкий плащ, подвела глаза потемнее. Взглянула на себя в зеркало. Худая, с тонкими руками, но с округлыми бедрами и грудью почти третьего размера, которая так не вязалась с моей мальчишеской фигурой. Тусклые шатеновые волосы до лопаток, челка-шторы, болотно-зеленые глаза, пухлые губы.  Выгляжу, ну не сказать, что прям плохо, хотя близнецы со мной бы поспорили. Я выскользнула из дома, стараясь не шуметь.  Миссис Хард, должна с минуты на минуту подойти, она мне сказала, что я могу спокойно идти, так как ключи у неё каким-то боком есть..  Машину отца брать не стала — Нормал бы не одобрил. Дошла пешком до поворота, где уже ждал старый, дребезжащий пикап близнецов. Дени сидел за рулем, Деми пододвинулся, освобождая мне место у окна. Сзади, на сиденье, уже курила Дарла, пуская дым в приоткрытое окно. -Готова к приключениям? - спросила она, протягивая мне сигарету. Я взяла. Затянулась, чувствуя, как горький дым обжигает легкие. За окном проплывали огни элитного района, сменяясь темными кварталами, гаражами, промзонами. -А куда мы едем? - спросила я, когда пикап свернул на пустынную дорогу, ведущую к старым докам. -В «My Way», - ответил Дени, не оборачиваясь. -Там сегодня сходка. Байкеры, музыка, драйв. -И кое-кто интересный,  подмигнула мне Дарла. -Я тут позавчера познакомилась с одним парнем. Клёвый такой. Из новых. Говорит, у них своя банда. Не чета местным шелудивым. -Банда? - переспросила я, чувствуя, как внутри зарождается холодное, любопытное волнение. -Ага. Крутые ребята. На «Харлеях». Они там, говорят, главные. Или скоро будут, - она сделала таинственное лицо. -И у них есть один... такой... Я его мельком видела. Мурашки по коже. Не человек, а лед. Деми хмыкнул: -Байкеры все с приветом. Поглядим. Пикап остановился у ворот огромного ангара, из-под которых пробивались полосы света и глухие ритмы музыки. Вокруг стояли десятки мотоциклов, хромированные детали которых тускло поблескивали в свете одинокой луны. В воздухе пахло бензином, резиной и опасностью. Я вышла из машины, поправила плащ. Сердце колотилось где-то в горле. -Ну что, - Дарла взяла меня за руку, ее глаза горели предвкушением. -Зайдем? Я кивнула, чувствуя, как страх и любопытство смешиваются в моей крови в гремучий коктейль. Мы вошли внутрь. Грохот музыки ударил по ушам, и на мгновение мне показалось, что я оглохла. Внутри ангара было накурено так, что сигаретный дым висел плотной пеленой, сквозь которую едва пробивался свет цветных ламп, вращающихся под потолком. Пахло потом, дешевым алкоголем, бензином и еще чем-то терпким, чужим, от чего слегка кружилась голова. Люди в коже, джинсе, с татуировками на руках и лицах толпились у импровизированного бара, сделанного из старых досок, уложенных на бочки. Кто-то танцевал в полумраке, кто-то громко разговаривал, перекрикивая музыку, кто-то просто стоял, прислонившись к стене, и цедил пиво из бутылки, наблюдая за происходящим тяжелым, оценивающим взглядом. Я сразу почувствовала себя маленькой. Чужой. Слишком чистой для этого места. Но в то же время внутри разгоралось странное возбуждение — наконец-то что-то настоящее. Не пластиковые улыбки столовой, не фальшивая вежливость соседей, не пустота большого дома. Здесь было по-настоящему. Грязно, опасно, но по-настоящему. Дарла тут же куда-то исчезла, вильнув бедрами в сторону компании байкеров у стены. Я заметила, как один из них, здоровенный бородач в бандане, приветственно махнул ей рукой. Она обернулась, подмигнула мне и растворилась в толпе. Близнецы остались у входа. Дени зажег сигарету, Деми просто скрестил руки на груди и принял свой обычный вид — спокойный, расслабленный, но готовый в любой момент превратиться в стальную пружину. Я знала этот их взгляд. С ними я была в безопасности. Мальчики мои, я рада иметь их у себя в друзьях.. Двинувшись внутрь и лавируя между людьми. Кто-то задел меня плечом и даже не извинился. Кто-то проводил взглядом, слишком откровенным, слишком липким. Я старалась не обращать внимания, пробираясь к бару — просто чтобы занять руки, просто чтобы не стоять столбом посреди этого муравейника. У стойки было не протолкнуться. Я встала чуть поодаль, прислонившись к металлической колонне, и стала наблюдать. Музыка здесь была громче, басы отдавали в грудь, в висках пульсировал ритм, и это почему-то успокаивало. Ритм — это предсказуемо. В отличие от всего остального. -Если ты стоишь здесь, потому что боишься, что в очереди затопчут, то ты права, - раздалось у самого уха. -Затопчут. Я видел пару таких случаев. Потом собирали по частям. Я резко обернулась. Передо мной стоял парень. Чуть выше меня, светловолосый, с чуть взъерошенными волосами и глазами цвета светлого пива. На лице играла легкая, чуть насмешливая улыбка, но не злая — скорее, приглашающая к разговору. Одет он был просто — потертая джинсовка, простая футболка, темные джинсы. Никакой кожи, никакой показной крутизны. Свой. -Я думала, здесь все свои, - ответила я, чуть расслабляясь. -Свои своих не топчут. -О, наивность, - он театрально прижал руку к сердцу. -Здесь только так и топчут. Свои — значит, можно. Ты, видимо, новенькая. Я тебя раньше не видел. -Первый раз, - призналась я. -И как тебе наш зверинец? Я огляделась по сторонам, задержав взгляд на компании байкеров, которые громко ржали над чем-то у стены. -Шумно, - сказала я честно.  -И дымно. И немного... страшно. -Страшно — это правильно, - кивнул он, и в его голосе не было насмешки. -Страх здесь — лучший советчик. Если перестанешь бояться — значит, ты либо слишком пьяна, либо слишком глупа, либо уже влипла. Я Эльс, кстати. А ты? -Тинсли. -Красивое имя, - он присвистнул. — Редкое. Тинсли. Звучит как... ну, не знаю. Как что-то из старых фильмов. Про гангстеров или про любовь. Еще не решила, из какого ты фильма? -А есть варианты? - усмехнулась я, начиная втягиваться в эту странную игру. -Ну, - он сделал вид, что внимательно меня рассматривает, -судя по тому, как ты держишься — спина прямая, взгляд исподлобья, но не наглый, а настороженный — скорее про любовь. Трагическую, конечно. Где в конце все умирают. -Оптимистично, - фыркнула я. -Я реалист, - развел он руками. -Слушай, если ты пришла сюда просто постоять у колонны, то это скучно. Давай я тебя хоть с нормальным пуншем познакомлю, а не с тем пойлом, что они тут наливают. -А ты тут главный дегустатор? - спросила я, чувствуя, как уходит первое напряжение. -Можно сказать и так, - он подмигнул. -Я тут периодически тусуюсь. С другом прихожу, у него здесь знакомые. А я так... за компанию. За компанию и за пуншем. Идет? Я кивнула, и мы двинулись к бару. Эльс ловко просочился сквозь толпу, таща меня за руку, и через минуту мы уже стояли у стойки. Он перегнулся через импровизированную барную стойку, перекинулся парой фраз с барменом — тощим парнем с татуировками на шее — и через минуту в моей руке оказался пластиковый стаканчик с чем-то оранжевым, сладко пахнущим апельсином и спиртом. -Пробуй, - скомандовал он. -Только маленькими глотками. Это штука коварная — кажется, что сок, а на деле вырубает быстрее вискаря. Я сделала глоток. Действительно, вкусно. Сладко, обжигающе, по телу разлилось приятное тепло. -Ну как? - спросил Эльс, с интересом наблюдая за моим лицом. -Вкусно, - призналась я. -И правда коварно. -А то, - он довольно улыбнулся. -Я же говорю, я тут спец. Мы отошли от бара к стене, где было чуть свободнее и можно было разговаривать, не перекрикивая музыку. Эльс оказался простым и легким в общении. Он рассказывал про свою работу в автомастерской, про то, как однажды к ним пригнали тачку, в багажнике которой нашли мешок с деньгами, и пришлось вызывать полицию, и полиция потом три дня допрашивала всех механиков. Про то, как он учился в школе, но бросил, потому что «надоело это цирк с конями». Про то, что живет с матерью и младшей сестрой, которая мечтает стать балериной и целыми днями скачет по квартире, ломая мебель. -Ты врешь, - засмеялась я, когда он рассказал очередную байку про сестру. -Ни капли, - он поднял руки в притворном жесте защиты. -Чистая правда. Хочешь, позвоню ей, она подтвердит? Правда, сейчас два ночи, она, скорее всего, спит и видит сны про пуанты, но для такого дела можно и разбудить. -Не надо, - остановила я его, все еще смеясь. -Верю. -То-то же, - он довольно отхлебнул из своего стакана. -А ты? Рассказывай. Что такая красивая девушка делает в этом гадюшнике? Ищешь приключений? Или просто подруга затащила? Я задумалась на секунду. -Наверное, и то, и другое, - ответила я осторожно.  -Подруга сказала, что здесь весело. А я... ну, иногда хочется чего-то другого. Не как в школе. Не как дома. Чего-то... настоящего. -Настоящего, - повторил он, и в его глазах мелькнуло что-то понимающее. -Знакомо. Иногда кажется, что вся жизнь — это какая-то декорация. Школа, работа, дом — все ненастоящее. А здесь... здесь хоть дым в глаза ест, хоть музыка в ушах звенит. Чувствуешь, что живешь. Даже если завтра будет похмелье и стыдно. -Именно, - кивнула я, чувствуя, как он понимает меня без лишних слов. Музыка сменилась, став тягучей и медленной, с глубокими басами, которые, казалось, проникали не в уши, а прямо в грудь, заставляя сердце биться в такт. Диджей явно знал свое дело — такие треки здесь любили. Под них можно было и танцевать, и разговаривать, прижимаясь друг к другу, чтобы хоть как-то расслышать слова за общим грохотом. Эльс вопросительно поднял бровь, кивая в сторону небольшого пятачка между колоннами, где уже покачивалось несколько пар. -Потанцуем? Или ты только у колонн стоишь? -Смотря кто приглашает, - усмехнулась я, чувствуя, как пунш окончательно развязал язык и убрал последние зажимы. -Ну, я, допустим, Эльс. Мы уже знакомы, - он театрально поклонился и протянул руку. -Осмелюсь пригласить вас на танец, леди Тинсли. -Леди Тинсли — это перебор, - фыркнула я, но руку взяла. Мы встали в медленный танец, как сотни пар вокруг. Его руки легли мне на талию — легко, почти невесомо, без всяких пошлых намеков. Мои — ему на плечи. Он был чуть выше, и мне приходилось слегка запрокидывать голову, чтобы видеть его лицо. В полумраке цветных ламп его глаза казались почти золотыми. -Слушай, - начал он, чуть склоняясь к моему уху, чтобы я могла расслышать, -а чего ты на самом деле сюда приехала? Ну, кроме подруги и желания настоящего? Я задумалась на секунду, покачиваясь в такт музыке. Вопрос был неожиданным — обычно парни в таких местах спрашивают что-то более примитивное. «Ты с кем?», «Дай номер», «Поехали ко мне». -А почему ты спрашиваешь? - ответила я вопросом на вопрос, скорее из любопытства, чем из желания увильнуть. -Да просто интересно, - пожал он плечами, отчего его руки чуть крепче сжали мою талию. -Ты не похожа на тех, кто сюда просто так приходит. Ты... как будто ищешь что-то. Но сама не знаешь что. Я угадал? Я внимательно посмотрела на него. Для простого механика из автомастерской он был слишком проницательным. -Может быть, - ответила я уклончиво. -А ты всегда так быстро раскручиваешь людей? -Только тех, кто того стоит, - улыбнулся он, и в улыбке не было привычной парням самоуверенности — только теплота.  -Просто вижу, что ты не местная. Не в смысле района. В смысле... ну, другой мир. Школа, музыкалка, наверное, родители следят... -Родителей нет, - перебила я, и вышло резче, чем хотелось. -То есть... мама умерла. Отец в больнице. Живу с крестным. Эльс на секунду замер, и его лицо стало серьезным. -Прости, - сказал он тихо. -Я не хотел... -Да ничего, - мотнула головой, отводя взгляд. -Привыкла уже. И не надо меня жалеть. Я этого не выношу. -Не буду, - кивнул он. -Тогда скажу иначе. Ты сильная. Я таких мало встречал. И очень красивая. Но это уже не про силу, это просто факт. -Льстишь? - усмехнулась я, чувствуя, как щеки все-таки теплеют от его слов. Глупо, глупо, Тинсли, ты что, школьница, чтобы краснеть от комплиментов? -Констатирую, - парировал он. -Ладно, тогда другой вопрос. Ты играешь на чем-нибудь? Ну, в музыкалке же учишься? -На пианино, — киваю. -Круто, - искренне восхитился он. -Я вот вообще ни на чем. Пытался на гитаре — бросил, пальцы не слушаются. Наверное, после автомастерских уже не те. -А ты пробовал? - спросила я, начиная втягиваться в разговор. -Ага. Знаешь, что самое обидное? Аккорды зажимать мог, а петь — нет. А без пения на гитаре — это как без колес машина. Вроде есть, а ехать некуда, — он рассмеялся собственной шутке. Я тоже засмеялась, чувствуя, как уходит напряжение. С ним было легко. По-настоящему легко. -А ты какой стиль любишь? - продолжал расспрашивать он. -Классику там, или современное? -Всякое, - пожала я плечами. -Шопен, конечно, база. Но и рок могу подобрать. Иногда играю, когда дома никого нет, всякое... ну, что в голову придет. -Сыграешь мне как-нибудь? - спросил он с такой непосредственной надеждой в голосе, что я снова улыбнулась. -Посмотрим, - ответила я уклончиво, хотя внутри приятно кольнуло от мысли, что кому-то интересно меня слушать. Не просто смотреть, а именно слушать. -Договорились, - кивнул он. -Я запомню. «Посмотрим» — это не «нет». -Ты настырный, - заметила я. -Жизнь заставила, - философски ответил он. -Когда сестра заноза мелкая, просит разные вещички из разряда «для девичьего счастья», а мать просит помочь с ремонтом, поневоле станешь настырным. -А отец? - вырвалось у меня раньше, чем я подумала. Эльс на секунду замялся, и я пожалела о вопросе. -Ушел, - ответил он коротко. -Давно. Когда сестра еще маленькая была. Сказал, что не тянет. Ну и... в общем, не тянет до сих пор. Так что мы с мамой вдвоем. -Прости, - теперь уже я извинялась. -Да ничего, - он улыбнулся, но улыбка вышла чуть грустной. -Мы же договорились не жалеть друг друга? -Договорились, - кивнула я. Мы замолчали, продолжая покачиваться под музыку. Говорить было не обязательно — в какой-то момент тишина стала уютной, а не напряженной. Я чувствовала тепло его рук, спокойное дыхание, и впервые за долгое время мне не хотелось никуда бежать, ничего доказывать, ничего искать. Просто быть здесь. Просто в этом моменте. Музыка лилась тягучим медом, басы пульсировали где-то в груди, и я почти закрыла глаза, отдаваясь этому состоянию покоя. Эльс чуть склонил голову, почти касаясь губами моих волос, и прошептал: -А ты знаешь, что у тебя волосы пахнут яблоками. -Шампунь, - ответила я шепотом, чувствуя, как его дыхание щекочет висок. -Приятный шампунь, - так же тихо ответил он. И в этот момент сзади раздался голос. Негромкий, но такой, что перекрыл музыку, пробился сквозь басы, заставил напрячься каждую клетку тела. -Эльс, чувак! Голос был низкий, спокойный, с ленцой — но в этой ленце чувствовалась такая уверенность, что становилось не по себе. Будто человек, который говорит, знает: его слова имеют вес. И не потому, что он кричит громче всех, а потому что за ними стоит что-то настоящее. Мы обернулись. Перед нами стоял парень. Среднего роста, чуть выше Эльса, но не намного. Спортивный — сразу видно, что с телом работал: широкие плечи, узкие бедра, мышцы, которые угадывались даже под одеждой. На нем была черная футболка, плотно облегающая торс, и потертые джинсы. Никакой кожи, никакой показной крутизны. Простая одежда. Но носил он ее так, будто это броня. Короткие темные волосы — аккуратно подстриженные, чуть взъерошенные, но не длинные, не сальные, как у байкеров. Лицо гладко выбритое, чистое, с правильными чертами: прямой нос, четкая линия челюсти, губы тонковатые, обычно плотно сжатые, но сейчас тронутые легкой усмешкой. Кожа с легким загаром. Но главное — глаза. Темные, почти черные в этом освещении, но не просто темные — глубокие, цепкие, немигающие. Глаза человека, который смотрит на тебя и видит насквозь. Который уже все про тебя понял, пока ты только собираешься рот открыть. В них не было злости. Не было агрессии. В них было спокойное, холодное внимание — как у хищника, который не голоден, но следит за всем, что движется. На всякий случай. Он стоял расслабленно, руки в карманах джинсов, чуть покачиваясь на пятках — но в этой расслабленности чувствовалась пружина. Готовность в любой момент рвануть, ударить, схватить. Или просто уйти, если надоест. -Дэвид! - Эльс расплылся в улыбке, но я почувствовала, как его рука на моей талии чуть дернулась. -Черт, сколько лет, сколько зим! Он шагнул к нему, они обменялись рукопожатием — не тем долгим, братским, с хлопками по спине, а коротким, деловым, мужским. Рука Дэвида сжала ладонь Эльса, и даже в этом простом жесте чувствовалась сила — сухая, жилистая, настоящая. -Месяца три, - поправил брюнет. -Ты еще с той рыжей гулял, помнишь? -Ага, - кивнул Эльс. -Было дело. Ты где пропадал? Говорили, ты уезжал. -Уезжал, - коротко ответил Дэвид. - Дела. Вернулся вот. Говорил он мало, скупо, каждое слово весило килограмм. И при этом говорил так, что не возникало желания перебивать или задавать лишние вопросы. Просто принимаешь информацию: уезжал, дела, вернулся. Он перевел взгляд на меня. И в этот момент я поняла, что значит, когда говорят «почувствовать себя под микроскопом». Темные глаза скользнули по лицу, задержались на губах, на волосах, опустились ниже и снова вернулись к глазам. Никакой похоти, никакой наглости — просто сканирование. Оценка. Запоминание. -А это кто? - спросил он у парня, не сводя с меня взгляда. -Тинсли, - ответил Эльс. —Подруга. -Подруга, - повторил парень. Голос ровный, без интонаций. Но в этом повторе послышалось что-то... насмешливое? Или мне показалось? -Приятно познакомиться, Тинсли, - сказал он, и легкий кивок головы сопровождал эти слова. -Давно здесь тусуешься? -Первый раз, - ответила я. Голос прозвучал ровно — спасибо маме за уроки музыки, они научили держать дыхание и не выдавать волнение. -Первый раз, - снова этот повтор. Он что, попугай? Но в глазах ни тени глупости — только внимательное, спокойное наблюдение. -И как тебе? -Шумно, - сказала я. -Но интересно. Он усмехнулся — уголками губ, чуть заметно. В темных глазах мелькнуло что-то живое. -Шумно — это да. А интересно — это смотря с кем, - он перевел взгляд на Эльса. -С этим, например, не очень интересно. Он скучный. -Эй! - возмутился Эльс, но беззлобно. -Я нормальный! -Нормально — это не интересно, - отрезал Девид. -Интересно — это когда страшно. Или когда непонятно, чем кончится. А с тобой все понятно. Он сказал это так спокойно, так обыденно, что я не сразу поняла, насколько странные слова он говорит. А когда поняла — по спине пробежал холодок. Интересно — это когда страшно? -Дитё мне тут не пугай, - буркнул Эльс. -Она нормальная девчонка. Я чуть усмехнулась, разница мелкая, а уже вон как..Нормала напоминает. -Я и не пугаю, - пожал плечами Дэвид. Жест был простой, расслабленный, но я заметила, как под тонкой тканью футболки перекатились мышцы плеча. -Я объясняю. Девушки любят, когда им объясняют. Правда, Тинсли? Он снова посмотрел на меня. В темных глазах — ни тени улыбки, хотя губы чуть приоткрыты. Испытание? Провокация? Просто разговор? -Зависит от того, что объясняют, - ответила я осторожно. -Умная, - сказал он Эльсу, не сводя с меня взгляда. -Таких мало. Держись за нее. -Буду, - кивнул Эльс, и в его голосе появились нотки собственничества. Он чуть придвинулся ко мне, положил руку на плечо. -Мы вообще уже договорились встретиться еще. -Договорились, - повторил опять! Это начинало раздражать — этот его дурацкий повтор. Но когда он снова посмотрел на меня, я поняла: это не привычка. Это метод. Он повторяет, чтобы закрепить информацию. Чтобы запомнить. Чтобы потом, когда нужно будет, вспомнить. -Ну давай, Эльс, - сказал он, наконец отводя взгляд. -Завтра заскочишь? Дело есть. -Какое дело? - недоуменно спросил светловолосый. -Хорошее, - усмехнулся парень, и в этой усмешке впервые мелькнуло что-то теплое. Почти дружеское. -Поможешь кое-что перегнать. Запчастями поможешь? -Помогу, - кивнул Эльс. -Вот и ладненько, - Дэвид кивнул нам обоим. -Приятно было познакомиться, Тинсли. Может, еще увидимся. Последние слова он произнес, глядя прямо на меня. И в них не было вопроса — была констатация факта. Увидимся. Не «может быть», а «увидимся». Он развернулся и пошел в толпу. Шел спокойно, не расталкивая людей, но они расступались сами — кто-то отворачивался, кто-то кивал, кто-то просто замирал на месте, пропуская. Я заметила, как двое парней у стены переглянулись и синхронно опустили глаза, когда он проходил мимо. Исчез он так же быстро, как появился — растворился в дыму и полумраке, оставив после себя только странное послевкусие. Как будто воздух стал чище. Или наоборот — тяжелее. Я не могла понять. -Странный  у тебя друг, - сказала я, когда Девид скрылся. -Он не друг, - поправил. -Он просто... Дэвид. Он ничей не друг. Он сам по себе. А с ним — или ты с ним, или ты никто. Я с ним. -Что значит «с ним»? -Ну, в смысле - мы знакомы, он мне помогает иногда. И я ему. Если надо. Без вопросов. -А если вопросы есть? Эльс посмотрел на меня внимательно, и в его глазах мелькнуло что-то странное - смесь уважения и опаски. -Тогда лучше их не задавать, - ответил он. -Пойдем, а то музыка кончится. Мы вернулись к танцу. Эльс снова обнял меня, снова что-то говорил, шутил, смеялся. Но я уже не могла расслабиться до конца. Где-то глубоко внутри засел этот взгляд. Темные глаза, которые смотрели без злости, без страсти, без ничего — и от этого становилось не по себе. «Интересно — это когда страшно», -  всплыли в голове его слова. Я оглянулась через плечо. В толпе мелькнула знакомая фигура — широкая спина, короткие темные волосы. Девид стоял у стены, окруженный своими людьми, и смотрел в нашу сторону. Не на Эльса — на меня. Наши глаза встретились на секунду. Он не отвел взгляд. Не улыбнулся. Просто смотрел — спокойно, долго, будто изучал. А потом отвернулся к своим, будто меня и не было. Сердце стучало где-то в горле. Я заставила себя снова слушать Эльса, кивать, улыбаться. Но внутри уже поселился холод. Тот самый холод, который бывает перед грозой. Когда воздух замирает, птицы замолкают, и ты знаешь — сейчас грянет. Мы протанцевали еще несколько медленных композиций, потом музыка сменилась на что-то более ритмичное, и Эльс, смеясь, попытался изобразить нечто похожее на танец, но быстро сдался, махнув рукой: -Всё, сдаюсь. Я лучше по части постоять у стенки с напитком. Ты как? -Тоже не против передохнуть, - улыбнулась я. Мы взяли еще по стаканчику пунша — я уже чувствовала легкое опьянение, теплое и приятное, разливающееся по телу, снимающее последние зажимы — и двинулись к выходу. Не наружу, а к той зоне у входа, где было чуть посвободнее и можно было просто стоять, прислонившись к стене, и наблюдать за происходящим. Там я и увидела близнецов. Дени и Деми стояли у самой двери, прислонившись к металлическим перилам, и о чем-то переговаривались, периодически посмеиваясь. Дени курил, пуская дым в приоткрытую дверь, Деми просто стоял, скрестив руки на груди, и лениво обводил взглядом помещение. Оба в своих неизменных безразмерных шароварах и огромных худи, из-под которых торчали только худые шеи и одинаковые лица с карими глазами. -Дени! Деми! - окликнула я их, подходя ближе. -Я вас потеряла. Они синхронно обернулись, и на их лицах расцвели одинаковые приветственные улыбки. -О, Тинсли, - кивнул Дени, туша сигарету о подошву кроссовка и пряча окурок в карман - близнецы были странной смесью уличной суровости и какой-то домашней аккуратности. -А мы уж думали, ты на нас совсем забила. -Забила? - фыркнула я. -Я вообще-то тут культурно отдыхаю. А вы чего стоите как два памятника? -Охраняем вход, - хмыкнул Деми. -Мало ли кто захочет нашу Тинс обидеть. Мы тут типа фейсконтроля. Эльс, стоящий чуть позади меня, кашлянул, привлекая внимание. Я спохватилась: -А, это Эльс. Мы познакомились. Эльс, это Дени и Деми. Мои друзья. Близнецы синхронно перевели взгляды на Эльса. И в этих взглядах мелькнуло что-то — не враждебность, но настороженность. Оценивающий прищур, короткий обмен мнениями глазами между собой. Типичная реакция парней, которые привыкли защищать свою территорию. -Здорово, - первым подал голос Деми. Коротко, без улыбки. -Здаров, - добавил Дени, но тоже сдержанно. Эльс, чувствуя напряжение, сделал шаг вперед и протянул руку сначала одному, потом другому: -Эльс. Приятно познакомиться. Тинсли классная девчонка, хорошо, что у нее есть такие... надежные друзья. Он правильно прочитал ситуацию. Деми чуть расслабился, пожимая руку, Дени тоже кивнул чуть приветливее. Ты местный? - спросил Деми, внимательно рассматривая Эльса. -Не совсем. Работаю в автомастерской на Индустриальной, иногда сюда заезжаю. А так живу в районе старых складов. -На Индустриальной, - повторил Дени. -Это у Сэма? -Ага, - кивнул Эльс. -Знаешь его? -Бывал пару раз, - уклончиво ответил Дени. - Норм мужик. Диалог явно завязывался, и я уже начала расслабляться — близнецы вроде приняли Эльса, пусть и с оглядкой, но без агрессии, — как вдруг сзади раздался громкий, пьяный и до невозможности счастливый вопль:-Тин-сли-и-и! Я обернулась и едва не рассмеялась в голос. Дарла буквально вылетела из толпы, как ядро из пушки — растрепанная, с размазанной помадой, глаза горят, волосы торчат во все стороны, на лице блаженная улыбка человека, которому сейчас абсолютно всё равно на всё. Но главное было даже не это. На ней была футболка. Обычная белая футболка с ярким принтом — крупные красные вишенки. Только вот вишенки эти красовались у нее на спине. А на груди был пустой белый хлопок с торчащим ярлыком. -Дарла! - я прыснула, показывая на ее грудь. -Ты что, футболку задом наперед надела? -Че-е-е? - она вытаращилась на меня, потом посмотрела вниз, на свою грудь, и залилась таким громким смехом, что на нас начали оборачиваться. -Ой, блин! А я думаю, чего это вишенки пропали! Я ж их видела, когда надевала! Думала, может, показалось! -Ты вообще в зеркало смотрелась, прежде чем выходить? - спросил Деми, и в его голосе слышалась плохо скрываемая усмешка. -Зеркало? - переспросила Дарла, икая. -А, ну да, зеркало. Там такое зеркало... ну, оно, короче, в прихожей висит. А я торопилась. И потом, какая разница? Вишенки сзади — тоже красиво! Людям сзади приятно! -Тебе бы прилечь, - покачал головой Дени, но тоже улыбался. -Напоили тебя там? -Напоили, - довольно кивнула Дарла и повисла на плече у Деми, который даже не шелохнулся, привыкший к таким выходкам. -Но я самая красивая, да? Даже задом наперед? -Да-да, - подтверждаю, все еще смеясь.  -Особенно со спины. -Вот! - Дарла подняла палец вверх, теряя равновесие и чудом удерживаясь на месте. - А ты умна! Не то что эти... - она обвела рукой близнецов, - эти два одинаковых. -Мы не одинаковые, - привычно возразил Деми без всякой надежды, что его услышат. -Одинаковые-одинаковые, - отмахнулась Дарла и перевела взгляд на Эльса. -О! А это кто? Новенький? Тинс, это ты нашла? А где мой? Я своего потеряла... -Твой где-то там, - махнула я рукой в сторону зала. -Найдешь. А это Эльс. -Эльс, - повторила Дарла, с трудом фокусируя взгляд. -Красивое имя. Как сыр? -Чего? - не понял парень. -Ну, Эльс, Эльс... Сыр эльский есть? Или нет? Я путаю... -Дарла, ты пьяная, - констатировал Дени. -Я счастливая! - гордо поправила подруга. -Это разные вещи. Пьяная — это когда плохо и тошнит. А я счастливая и немножко пьяная. Всё, пошла искать своего! А вы тут знакомьтесь дальше! Она отлепилась от Деми, сделала шаг, покачнулась, схватилась за мою руку, чтобы удержаться, улыбнулась мне самой пьяной и нежной улыбкой, чмокнула в щеку и снова растворилась в толпе, оставив после себя шлейф из запаха дешевого алкоголя и духов. Давно она такая? - спросил Эльс, проводив Дарлу взглядом. -С тех пор, как мы сюда приехали, но перед входом клянусь было лучше - вздохнула я. -У нее знакомый тут. Видимо, хорошо познакомились. -Знакомый? - хмыкнул Деми. -Я видел этого знакомого. Здоровый как медведь и волосатый. Надеюсь, она завтра не будет жалеть. -Будет, - уверенно сказал Дени. -Она всегда жалеет. Но не учится нихрена. Мы еще немного постояли, перекидываясь шутками. Эльс постепенно располагал к себе близнецов — он не лез, не пытался казаться крутым, просто держался ровно и спокойно, отвечал на вопросы, сам спрашивал. К концу разговора Деми даже хлопнул его по плечу, что у близнецов считалось высшей степенью доверия к новому человеку. -Норм парень, - шепнул мне Дени, когда Эльс отошел к бару за новой порцией пунша. -Но смотри там. Если что - мы рядом. -Спасибо, - улыбнулась я. И в этот момент я снова его увидела. Дэвид шел через зал — не к нам, просто в сторону выхода. Он двигался той же спокойной, хищной походкой, чуть покачивая плечами, глядя прямо перед собой. Теперь я могла рассмотреть его лучше: под короткими темными волосами — гладковыбритое лицо с четкими чертами, прямой нос, тонкие губы, тяжелая линия челюсти. И эти глаза — темные, глубокие, которые, казалось, видели всё и ничему не удивлялись. Он прошел метрах в десяти от нас, даже не взглянув в нашу сторону. Но я заметила, как на секунду его шаг замедлился. Как его голова чуть повернулась — неуловимое движение, почти незаметное. И я знала, чувствовала кожей: он видел меня. Просто не подал вида. Рядом с ним шли двое — один худой, с длинными волосами, собранными в хвост, второй покрупнее, лысый, с татуировкой на шее. Они что-то говорили ему, но он не отвечал, только слушал краем уха. А может, и не слушал вовсе. В дверях он остановился на секунду, бросил взгляд назад — и снова наши глаза встретились. Коротко, как удар тока. Темные глаза смотрели прямо на меня, и в них не было ничего — ни улыбки, ни угрозы, ни обещания. Пустота. Но от этой пустоты внутри всё сжалось. А потом он вышел, и дверь за ним закрылась. -Ты чего? - спросил Деми, заметив мое напряжение. -Ничего, - ответила я, отводя взгляд. -Показалось. Подошел Эльс с пуншем, протянул мне стаканчик: -Держи. Там бармен сказал, это последняя порция на сегодня. Кончается запас. -Спасибо, - взяла я, делая глоток. Сладкое тепло обожгло горло, разлилось по телу. Но внутри всё еще оставался холодок от того взгляда. Того самого, который прошел сквозь меня и не задержался. -Слушай, Тинсли, -Эльс чуть наклонился ко мне, понижая голос. -Я понимаю, может, рано еще спрашивать, но... может, увидимся завтра? Или послезавтра? Ну, в смысле, не здесь, а нормально. В кино там или просто погулять. Я посмотрела на него. Простой, открытый, хороший. С ним легко. С ним не страшно. -Можно, - улыбаюсь. -В смысле, давай. Я завтра позвоню. -Правда? - обрадовался он, и эта мальчишеская радость была такой искренней, такой настоящей, что я снова улыбнулась. -Правда. Близнецы переглянулись за моей спиной — я почти физически ощущала этот их обмен мнениями. Но промолчали. Потом разберутся. -Ладно, - Эльс допил свой стакан. - Мне, наверное, пора. Завтра рано вставать. Но ты звони, договорились? -Договорились. Он чуть помялся, будто решаясь, потом быстро наклонился и чмокнул меня в щеку. -Пока, Тинсли. Пока, ребят, - кивнул он близнецам.  -Пока - заторможено ответила я. -Бывай, - ответили хором ребята. Эльс ушел, и я осталась с близнецами, чувствуя странную смесь эмоций — легкость от знакомства с ним и тот самый холод, который остался после взгляда Девида. -Нормальный парень, - повторил Дени.  -Простой. -Слишком простой, - задумчиво ответил Деми. - А что? - спросила я. -Ничего, - пожал плечами Деми. - Просто здесь, в этом месте, простые долго не задерживаются. Или становятся непростыми, или уходят. Я не стала спрашивать, что он имеет в виду. Потому что где-то внутри уже знала ответ. Мы пробыли в клубе еще около часа. Дарла так и не появилась — видимо, уехала со своим «медведем». Близнецы перекидывались шутками, травили байки, я слушала вполуха, допивая пунш и наблюдая за людьми. Ближе к четырем утра Дени сказал: -Валим. Завтра в школу, между прочим. -Завтра уже сегодня, - поправил Деми. -Тем более. Мы вышли на улицу. Ночной воздух ударил в лицо свежестью, смешанной с запахом бензина и сырой земли. Где-то вдалеке шумела трасса. На стоянке перед ангаром было пусто — почти все разъехались. -Садись, - Дени открыл дверцу пикапа. Я забралась внутрь, чувствуя, как усталость наваливается тяжелым одеялом. Глаза слипались, голова слегка кружилась после пунша. Деми сел рядом, Дени за руль. -Тинс, - позвал Деми, когда мы уже выехали на трассу. -М? -Тот парень, Эльс... он норм. Но ты там смотри. Ладно? -В смысле? - я повернулась к нему. -В прямом, - он пожал плечами. -Место здесь такое. Люди здесь такие. Сам не знаю, что хочу сказать. Просто будь осторожна. Я хотела спросить, что он имеет в виду, но усталость взяла свое. Глаза закрылись сами собой. Последнее, что я увидела перед тем, как провалиться в сон — огни ночного города, проплывающие за окном, и собственное отражение в стекле. Худая, с тусклыми волосами и темными кругами под глазами. И где-то глубоко внутри — ледяной взгляд темных глаз, который, казалось, всё еще смотрит на меня сквозь ночь, сквозь расстояние, сквозь время. -Тинс, Тинси…детка вставай…  Меня легонько трясли, можно сказать даже качали. -Че? Че? - голос мой был с явной хрипотцой. -Приехали уже? - оглядываюсь и вижу знакомый забор. -Угу, тебя провести? - послышался голос одного из братьев, не поняла кого. -Нет, нет….вот же забор.. - зеваю и уже выхожу из машины. -Пока - говорю попутно.  -Давай-давай - говорит один. -До сегодня - говорит уже другой.  Зайдя домой меня встретил очень многоговорящий взгляд. В нём была и тревога, и страх и всё-всё. -Тинсли! Ты почему так поздно? - послышался приятный голос Миссис Хард. -Не думала, что все на столько затянется. Прошу прощения что… - не договариваю. -Всё нормально, я было уже хотела в полицию звонить. Ну ладно пошла я тогда.. -Вам не нужно, что-то типо «зарпалаты» за… -Не-е-ет, ну чего ты, дите твое  же ничего такого не делало, я просто похозяйничала у вас, все нормально.  -Спасибо - шепчу почему-то. -Да не за что! Всё я пошла, доброй тебе ночи. - как-то радостно скзалаа старушка и вышла сразу же. Почему я пропустила момент как она одевалась.