Холодный вечер осени.

Парень спрятал руки в карман куртки. Дворники работали рядом, собирая цветные листья деревьев в кучи. Детишки собирали опавшие листики и дарили их своим родителям. Подул ветер, голубоглазый прикрыл нос шарфом. Кто же знал, что осень выдастся такой холодной? Идя дальше, на Лололошку посыпались листья клена. Желтые, оранжевые и красные листки кружили под ногами, сопровождая каждый шаг парня. На другой стороне дороге ходили парочки держась за руки и о чем-то разговаривая с улыбками на лицах. Парень подошел к дверям кафе. Возле них стоял Джон,что-то писав в телефоне. Услышав шаги, ученый спрятал гаджет в карман пальто. −Наконец-то! – воскликнул кареглазый, подходя к альтер-эго.– На улице холодно, а этот ели идет. −И тебе привет, Джон. – ответил голубоглазый, обнимая Харриса. Постояв так немного, голубоглазый отстранился. −Давай тогда горячего куплю? – спросил парень, указывая на кофейню. −Не отказался бы. – ответил ученый, заходя внутрь. Кофейня встретила парней запахом сластей. Играла спокойная музыка, без слов. Интерьер был сделан в шоколадных тонах, что придавало атмосферы заведению. −Добрый вечер! – поздоровался сотрудник кафетерия с клиентами.– Что будете заказывать? −Здравствуйте. – ответил Джон, рассматривая позиции в меню. – Мне латте с клубничным сиропом. −Мне мокко. – сказал голубоглазый. – Оплата картой. −Хорошо! Подождите немного. – сказала девушка, поворачиваясь к кофейным аппаратам. Парни присели за столик возле окна. Взгляд голубоглазого устремился на холодную улицу. Люди начали понемногу расходиться, кто-то спешил в теплую квартиру, кто-то бежал с букетом в другую сторону, ну а кто-то разговаривал по телефону. Обычное явление для осени. −Латте с клубничным сиропом и Мокко! – сказала девушка, протягивая два стаканчика вперед. Взяв горячие напитки, голубоглазый пожелал хорошего вечера и вышел с Джоном из кофейни. Парни держали путь в парк, в котором стояла пара лавочек, фонари и было много деревьев. −Сегодня был какой-то ужас, а не день! – говорил Джон, жестикулируя. – Они вообще не понимают, что я от них хочу! Приходится объяснять все как маленьким детям, и то, я уверен, что они быстрее поймут. −А где Молли, которая все объясняла? – спросил голубоглазый, смотря на шатена. −Она заболела. – ответил ученый, отпивая горячий напиток.– Извинялась мне в трубку, говорила, что завтра будет как штык. −А ты ей что? – задал очередной вопрос Лололошка. −Ответил, что не о чем беспокоится, и пусть приходит, когда полностью выздоровеет. – сказал ученый, смотря вперед. – Это ты меня заразил! −С чем же я таким страшным с тобой поделился? – с улыбкой на лице спросил голубоглазый. −Излишней добротой об остальных. – ответил Харрис, закатывая глаза. −Мне это принимать как комплимент или что? – хихикая, спросил Лололошка. −Как хочешь так и воспринимай. – ответил кареглазый, допивая напиток. Парк встретил парней оранжевыми деревьями, яркими листьями на дорожке, светящимися фонарями и лавочками. Кофейные стаканчики полетели в мусорку, ребята направились вдаль. Подул ветер, и ученный взял за руку голубоглазого. Лололошка на это лишь улыбнулся, крепче сжимая ладонь Джона. Парни шли по дороге, весело разговаривая про все что угодно: как у них прошел день, что они ели из сладкого, про коллег и погоду. На улице уже совсем стемнело, а парни только дошли до их места. Это была лавочка, вокруг которой было несколько кустов и дерево рябины. Место это находилось чуть дальше конца парка, и люди редко сюда ходили. Присев на скамью, Джон первым делом положил голову на плечо Лололошки. На ночном небе красовалось множество звезд, какие-то только зажигались, а какие-то уже были. −Смотри. – сказал ученый, показывая пальцем. – там созвездие малого льва. −И правда. – ответил Лололошка, смотря в верх. – а правее просто льва. −Я вижу созвездие козерога. – сказал Джон, поворачивая голову левее. −А рядом близнецы. – ответил голубоглазый. Звезд было много, и знаний парней о созвездиях тоже. Полчаса пролетели незаметно, все это время ребята смотрели на звезды, которые сияли на темном небе. Парни может и продолжили бы там сидеть, но вот холод не позволил бы им. Они встали, и направились к дому. Путь обратно был тихим. Тишина не была некомфортной, она несла в себе умиротворение, спокойствие и в каком-то смысле тепло.