Ни гандонов, ни айфонов

      Столовая в олимпийской деревне шумела и наполнялась людьми. Блюда, честно говоря, уже надоели большинству атлетам: пицца, паста, лазанья и тирамису на десерт, в СМИ частенько просачивались жалобы спортсменов на однообразие итальянской кухни. Одна из таких новостей попалась на глаза Гуменнику за обедом – танцевальная пара Дэвис и Смолкин уже имели неосторожность попасть в скандал с подобным заявлением, даже фигурист Николай Мемола предложил накормить их своей домашней пастой. Что ж поделать, игры в Милане-2026 не шибко отличались разнообразием.       Петя ковырялся вилкой в очередном итальянском шедевре. Основные соревнования для него уже были завершены, но он решил остаться здесь еще ненадолго, выжимая максимум из тренировок на международном льду. Многие спортсмены готовились к финальным стартам или свободно разгуливали по коридорам общежития в преддверии церемонии закрытия.       – Свободно? – от размышления дом-омегу оторвал незнакомый голос. По другую сторону стола выжидающе остановились двое парней в нейтральной форме.       – Эм, ну, угу, – любопытный взгляд рассматривал присевших рядом альф. Весельчаки беспрестанно перебрасывались шутками и хихикали над какими-то глупостями, набрав на подносы уйму еды.       – Вау, классная шевелюра, – заметил обаятельный парень с щетиной. – Кстати, я Никита.       Пожав руки обоим, Гуменник узнал, что второго альфу зовут Савелий, и оба они соревнуются в лыжных видах, вот только первый ски-альпинист, а второй участвует в гонках.       – Посоветуй барбера, а то мне пришлось самому стричься машинкой перед стартом, еле осилил, – добродушно рассмеялся Филиппов, безоговорочно располагая к себе. – Вот, теперь почти лысым хожу.       Вновь познакомившиеся стали обсуждать достижения их небольшой, но такой крепкой нейтрально-русской сборной.       – Я шестым стал по итогу, но обыграл абсолютного чемпиона мира, – лукаво улыбаясь поделился фигурист. – Но это ничего, круто, что за последний цикл вообще хоть куда-то пустили. У нас дружная тусовка, там почти все русские. Словно все в одном чате сидят под разными VPN: Америка, Грузия, Канада, Казахстан, Азейбарджан, Польша, ну, вы поняли.       Альфы ошалело вытаращились на нового знакомого, ведь в их видах спорта они были единственными представителями своей страны.       – Как-то обидно получается, – покачал головой Никита, протягивая салфетку.       – Да не, я привык, что к участникам под русским флагом всегда относятся по-особому. Жаль что это напрямую влияет на результат, у меня разница с бронзой всего-то 3,5 балла…       До этого увлеченный своим обедом лыжник, громко подавился, получив пару понимающих шлепков по спине от соседа.       – Внатуре?! Да что не так с этой чертовой олимпиадой… – Коростелёв демонстративно закатил глаза, вспомнив свой провал на одном из стартов. Петя вопросительно уставился на поджарого загорелого парня, жадно глотающего колу. – Мало того, что все золото ушло непобедимому норвежцу Клэбо, так еще и француз дистанцию срезал. Да его вообще дисквалифицировать должны, а не предупреждение вшивое выписывать!       – Не волнуйтесь, пацаны, одну медаль нашей стране мы все-таки привезли, – Филиппов ободряюще поднял большой палец вверх. – Пусть ски-альпинизм и проводился впервые в истории Олимпийских игр, но мне удалось взять серебро.       Гуменник уважительно закивал, вспомнив как видел чествование призера в коридорах общежития. Подобная радость была крайне заразительна.       – А знаешь, Никитос, – все еще сокрушался Савелий, – твоя медаль стоит всех медалей Клэбо. Вот чертила, бесит! Взять золотые во всех видах гонок за две недели, ну нафиг! Он даже лыжи в марафоне не менял, а это просто невозможно!       Альфу, ударившего ладонью по столу, явно стоило успокоить и как-то перевести тему.       – Кстати, – Филиппов обратился к немного озадаченному фигуристу. – У тебя инста или телега есть? Давай подпишусь.       – Ну, у меня тут проблема небольшая, телефон сдох, – Гуменник пожал плечами, доедая фокаччу. – Я пошел просить этот их, фирменный, с олимпийской гравировкой, мол, форс-мажор, помогите, пожалуйста… Но даже так их разжалобить не удалось.       – Вот уж точно, ни гандонов, ни айфонов! – лыжники разгоготались на всю столовку, Коростелёв не мог остановиться. – Ну все, Никит, не будет у меня 16-ти часового марафона, 50 км отбегал и ладно, и так сойдет.       – Да че ты, Сав, я тебе “гусарские” одолжу на закрытии, – ски-альпинист толкнул друга в плечо и заметил, как Петя вопросительно выгнул бровь, не понимая, что же так развеселило новых знакомых. – Прикинь, ему порно-актриса в личку написала, что за медаль устроит подарок на 16 часов. Вот, теперь бегаем, ищем, где презики взять, а то на всю деревню уже раздали, ни хрена не хватает.       – Кстати, а ты не знаешь, где взять? Может, поделишься, если есть? – Савелий с надеждой взглянул на фигуриста. Такой высокий и красивый наверняка мог бы покорить любого.       – Эм… – теперь подавился уже Гуменник, едва проглотив чай. Внезапный вопрос смутил и заставил замешкаться с ответом. – Я не пользуюсь…       – А ты горяч, респект, – парни уважительно захлопали. – Повышаешь генофонд Италии?       – Ребят… – Петя не знал как подступиться к сути проблемы. – Я дом-омега…       Растерявшиеся лыжники обомлели, явно не ожидав услышать нечто подобное. Весь разговор они считали, что перед ними сидит такой же альфа как и они, с кем можно было поговорить на откровенные темы.       – Палку мне в зад, прости, мы не знали, – фигурист с удивлением обнаружил, что такой бойкий и дерзкий Коростелёв умеет краснеть. – Никитос, нам, кажется, за сувенирами еще нужно было сходить…       – Да, точно, – весельчак ски-альпинист тоже был сбит с толку, виновато пожав плечами. – Было приятно познакомиться, мы пошли.       А Гуменник, оставшись сидеть над уже остывшим итальянским шедевром, нервно захихикал. Русские – они везде русские, где бы они не находились.