Если бы все русалки изчезли

Шумящее море окутывало все тревоги и сомнения пеленой абсолютного наплевательства на проблемы. В груди перестало колоть несколькими сотнями тысяч узлами тугих канатов. Дышать стало намного спокойнее, ведь перед глазами разливалось многоцветное нежное море. Глаза застыли на одном месте, даже не сосредоточившись на чем-то одном в многообразном пейзаже. Небо плыло роскошным сводом голубых остатков яркого дня. Куромаку прикрыл глаза на долю мгновений — впервые за день веки закрылись без особых усилий или жмурок. Лазурные остатки первого задолгое время отпуска заползали в темные воды. Красное, раскаленное и будто нарисованное одним мазком солнце медленно уходило за грань бесконечного моря за пределом песчаного острова. Куро почти испуганно поморгал, когда ощутил очередной прилив уже ледяных к вечеру волн кончиками своих пальцев. Мужчина вздрогнул, слегка отшатываясь назад, и его белоснежные на фоне тёмного мокрого песка ступни утопали в нём же. Довольной сильный контраст — лицо трефа стало немного хмурым. Под ногами он заметил крошечного, почти прозрачного, но ярко краснового краба. Маку мягко улыбнулся зрелищу. Маленькое создание было очень торопливым и ловким — он мигом пробежал по ноге клона, вызывая прилив щекотки и задорного смешка. Дальше краб удалился в свою мелкую норку, где, его наверное кто-то ждал. Вот бы Куромаку так кто нибудь ждал... Фу, Маку. Плохой Куромаку.. Хватит думать о том, что тебе явно не светит. Вряд ли на неожиданном вдруг отпуске на Гавайские острова тебе удастся найти свою первую и вечную любовь и прочее, и прочее, и прочее... Куромаку вздохнул и поднял взгляд на солнце. Надо запретить себе мечтать. Хотя, стоит ли? Мечтать не вредно.. Он засмотрелся на почти затихший пейзаж; ведь солнце перестало отливать ярко-красным, а волны все больше теряли свой солнечный блеск, и увы, уступая тьме, а та в свою очередь — обязательно уступит Луне. Позже белоснежные блики отразятся на волнах. Но это уже позже. —Полнолуние будет позже. Может быть, завтра. К слову, как карта ляжет, — спокойно, даже медленно пробормотал голос неподалёку. Приятный, басовый и слегка даже бархатистый. Куромаку повернул голову туда, где обнаружился обладатель чарующего голоса. Оглядел его с ног до головы оценивающим взглядом. Ярко-красные трепленные волосы, немного вздёрнутые наверх. Густые брови, теплые глаза, самый обычный нос. В некотором роде противоположность Куромаку — ярко выраженные скулы, блёклая бледность кожи и утончения будто вырезаного носа. Глаза мужчины слегка сузились, зрачки расширились когда в поле зрения света значительно уменьшилось. С потоком тёплого ветра до них двоих словно донеслась и звучащая живая музыка издалека. —Но я не смотрю на-.. - попытки отрицания Куромаку перебили. —Всё равно, – незнакомец произнёс это так, будто фраза имела большой смысл, чем обычно. Так спокойно, будто, действительно — всё равно, как водная гладь. Он отвёл взгляд в сторону — туда, где все также медленно садилось солнце. Веки красноволосого мужчины сомкнулись, сам он глубоко вздохнул тёплый воздух. Затем Данте снова открыл глаза и уставил их на не много заторможенного бледного человека рядом с собой. —Значит, на отпуске здесь, да? - он ткнул двумя пальцами чуть ниже рёбер мужчины напротив себя.       Куромаку стоял в тёмно-зелёных шортах, бережно подобранных сестрой (ведь в моде он не слишком силен). Неширокие плечи обрамляла белая синтетическая кофта, а поверх нее, немного невписывающая зеленая растёгнутая гавайская рубашка и нелепый, но роскошный ободок из цветков. Взгляд Куро был немного замыленым. В некоторой степени, он уже слишком сильно расслабился здесь. Или просто залип в ожидании рассмотреть на море что-то, что натолкнет его на интересную мысль. А та в свою очередь, подарит ему новое необузданное ранее ощущение. Вдали кричали чайки, и это не казалось чем-то отдалённым — чем то, что здесь давно было и будет всегда. Безпрерывно. Безустанно. Но это на поверхности.. А что там? На глубине? Коралловые рифы, затонувшие корабли, острые и чёрные как смоль колючки вредных ядовитых морских ежей? Разве это может быть всем? А как же ярко-цветные рыбы в синевластной глубине? Таинственность их морской обыденной жизни в воде и соли. Это поражает.. А особенно окрас волнительных округлых чешуек на теле организма — даже с биологической точки это очень красиво и все так же поражающее: красочная лазурь и серебро блеска. Куромаку снова повернул голову в сторону человека, чьё имя он до сих пор не узнал. Осмотрел его снова — красная гавайская рубашка с узорами широких листьев, шлепанцы с носками которые заставляли некоторых людей скривить рожу в непонимании и белые шорты. —Что ж, делу время, потехе час.. Хочешь экскурсию проведу по здешним местам? - мужчина протянул фиолетовую визитку; на ней нацарапаны были темно-синей ручкой буковки и циферки, вырисовающиеся в слова и номер телефона. Куромаку, будучи уставшим и вымотанным за день благодаря многоуважаемым бесконечных перелётам, даже не стал отказываться. Все равно, экскурсия которую он планировал сорвалась накануне. А так, подарок судьбы, получается. Зато море никто не отменял! Уже хорошо, — убеждала его Николь тогда..

*****

Куромаку нечаянно ткнул пальцем по правой кнопки мыши ноутбука и отчаянно выдохнул, раздраженно при этом процедив сквозь ряд белых зубов: "Да господи". С практически черно-белого сайта, на котором он искал информацию для некой презентации для любимой ненудной работы, его перенесло на яркий сайт с такими же живыми надписями. Мягко красным цветом подсвечивался почти каждый уголок странички.

«—Купи путёвку в Париж!

—Билеты в Сочи!

—Добро пожаловать в Рим!

—Давно хочешь посетить Испанию? Не проблема!

—Токио уже ждет! »

      Конечно, ничто не проблема, если у тебя много денег. Но вдруг Куромаку загорелся идеей, которую так же быстро попытался выкинуть из головы. "А почему бы и нет?"       Только было он хотел нажать на крестик в верхнем углу экрана, но вдруг взгляд его нечаянно упал на цифровую вывеску перед собой.       Гавайи — давно хочешь побывать? Возьми путёвки уже сей... —Значит в отпуск собираешься? - раздался тёплый и громкий голос сестры над ухом. Куромаку вздрогнул, блики на линзах его очков мгновенно мелькнули. До ноздрей донесся яркий аромат духов девушки. Тропический цветочный и немного не слегка сладкий и фруктовый. Клео. Отчасти Куро мог узнать её по запаху, если не по голосу. На лице мужчина возникла лёгкая улыбка, он закатил глаза и всплеснул руками. —Никак нет, товарищ старшая сестра! - шутливо восклицает Куромаку, параллельно снова протягивая руку, чтобы закрыть вкладку на устройстве.       В момент в голове вспыли отдалённые воспоминания о их общем мягком детстве — что-то на ощупь как пластиковые игрушки, кружка тёплого чая и зелёные листья тогда безымянных деревьев. А вспомнить только яркие голубые краски небес, иногда скрытые белоснежными облаками... Куро на долю мгновения прикрыл глаза, пока сестра по привычке хлопнула его по и без того немного ноющему слабоватому плечу и заставив его проснуться от поглощающих мыслей в ту же минуту. —Тебе давно пора, братец работящий, – она сказала это немного недовольно, но с искренной заботой в голосе. В конце концов, её беспокоило состояние его младшенького брата-оболдуя.. Затем Клеопатра отошла немного в сторону, тобишь разгуливая по квартире Куромаку, куда она приехала погостить на немного.       Синевласая девушка издала протяжный звук "хмм", и и наконец продолжила бесполезную лекцию о оздоровлении:

—И я не шучу. Сколько можно?

Ты за работой и отчетами сидишь больше чем я работала за всю жизнь, ей Богу! Так а что насчет твоих коллег?

—Ну не преувеличи-,

—А я не преувеличиваю! – она

тут же перебила его,

и продолжила:

«Ты видел себя? Ты похож на белый труп бледной поганки! Так погони тебя на речку деревенскую, причем родную, кстати, и ты сразу отказываешься! Хотя, ты и малой не особо с нами не ходил..»

Куромаку закатил глаза. Отдых никогда не был ему близок — с этим играло его собственное неумение расслабиться нигде. Даже в лучах тёплого июльского солнца, которое лащило кожу любого, кроме его — иногда даже солнечный крем не помогал.

—Ты как вампир вечно, - всегда бормотала и закатывала глаза Клео так, будто способна была превратить ход дня и ночи вспять одним своим взглядом. Она осторожно мазала раскрасневшуюся кожу брата двумя пальцами правой руки.

      И сейчас она повторила тоже самое. —Я тебя умоляю, – Куромаку почти скучающе закатил глаза, уже почти агрессивно пытаясь закрыть снова и снова вспылывающее окно с громкими призывательными надписями названиями разных европейских и не только стран. Затем, почти в полной тишине квартире послышался пиликающий звук, похожий на смешной звук уведомления из какого-то приложения по типу ай сик ю.       Мужчина почти вздрогнул, когда вдруг заметил на экране ещё одно новое всплывшее окошко с гордой и восторженной надписью:

«Поздравляем! Вы учавствуете в розыгрыше:

"Билет в счастье!"

Ваш номер — 13

Призы: читать далее...

Укажите ваш почтовый ящик,

чтобы мы могли

связаться с вами: »

Клео тут же подошла к малому братцу и с легким хлопком опустила руки на его плечи, чтобы опереться. Девушка осторожно наклонила голову в сторону экрана, чтобы рассмотреть текст на засвеченнтм темном экране ноутбука. —И давно ты участвуешь? - она немыслимо задала вопрос, с легкой дурацкой улыбкой.

—Как видишь, уже пару секунд. - скривив кислую мину, тут же треф ответил.

*****

В шумящем балагане офиса, давно пропахнувшим унылостью отчетов и стирания пальцев о кнопки пластиковой клавиатуры, Куромаку вдруг протянул ей конверт с причудливой маркой и мелким текстом немного ниже: «Поздравляем победителя, занявшего третье место». —Значит за третье место дается 2 билета?! Ещё и на Гавайские острова?! Нет, скажи что ты шутишь! Какой приз был тогда для первых мест?! — Она не могла поверить своим глазам. А как все начиналось...

—Что это?

—Ты про.. А, это? Посмотри, и узнаешь, - почему-то немного застенчиво Куромаку ответил, запрокидывая взор тёмно-серых блеклых глаз немного в сторону, чтобы лишний раз не смущать рыжую собеседницу.              Когда Николь увидела билеты, она даже не сразу поверила глазам. Ткнулась почти носом в плотную бумагу конверта, рассматривая адрес отправителя. Затем последовал неприлично громкий в тихом, утренне-возящимся офисе: «ТЫ НЕ ПРИКАЛЫВАЕШЬСЯ?» В ответ Куромаку почти самодовольно и горделиво покачал головой, покрытой серебристыми нитями волос. Очки блекнули, отражая свет немного вдалеке; «Только сама понимаешь,» Ники перебила его, даже не позволив закончить мысль.

—Мы едем вместе?!

Мужчина только вспомнил, как ей отвечал тогда, в сером скучном офисе, в котором даже сентябрьским холодным утром было душно. «Конечно, ты ж моя лучшая подруга, сама знаешь,» «Нет, у Клео не получится. У нее у самой поездка, понимаешь?» И вспоминал, как Николь грозно стукнув девичей рукой по столу их общего злейшего босса, отстаивала право их отпуска почти в одиночку, так как все аргументы его кончились пару мгновений назад. «Мы столько работали!» «Дайте нам отпуск!» «Вы не имеете права...»

*****

Перелёт ожидался для Куромаку другим — явно не таким волнительным и вынуждающим на лишнюю тревогу. Он скривил лицо, когда крепче вжался руками в подлокотники мягкого сидения самолёта,рядом с своей рыжевласой и позитивно настроенной подругой. —Сколько ещё нас ожидает перелётов? —Э, секу-у-нду... 2-3 штуки, кажется.       Страх не отступил. Было столько вариантов как и где можно разбиться на этой летательной технике, что они почти сливались в один общий провальный вариант. Куромаку сам не знал, почему вдруг какой-то полёт так взбудоражил наигранные недавно нервотрепкой эмоции и чувства где-то внутри себя. В голове так и крутилось множество чисел, возведённых в пугающих процентах. Куромаку даже и знать не хотел, с какой вероятностью мог разделить дно какого-нибудь моря с другими пассажирами.              Слава Боже, или кто там свыше!, его вдруг окликнул задорный и приятный голос девушки. —Это у вас семейное? - Николь насмешливо усмехнулась, глядя на скошенное лицо соседа. Когда юноша повернул голову в её сторону, она улыбаясь махнула рукой, мол, «не важно». Ответом её послужило тихое, чтобы не мешать ещё одному незнакомому соседу возле окна; «Забей, я про вашу тревожность»

*****

Коктейли, бар, долбящая из динамиков музыка. Бум-бум, бум-бум. Вау. После скучного, ели-держущегося на месте и дребижащего от каждого шороха офиса любое супер-оживленное место покажется "Вау". Яркие декоративные зонтики игриво плещутся в сосудах разных форм. Куромаку бросает редкий взгляд в сторону, где видит толпу парней и девушек. Один из них в неразличимой толпе раскручивает голубую вытянутую деревянную фигуру с вырезанными рыбьми чертами. Кажется, игра в бутылочку. Розовое освещение прожекторных ламп в почти вечернем пляже немного режет глаза своей яркостью. Деревянные половицы скрипят под ногами участников игры, когда они смыкаются ближе над импровизированной бутылочкой. Он смотрит ещё мгновение, прежде чем «рыба судьбы» останавливается и тычится округлым углом-мордой в чей-то девичий силуэт. Двое незнакомцев тянутся друг-другу... Куро фыркает, закатывая глаза. Фу, поцелуи. Пахнет чем-то тропическим, как духи Клео, может быть, но этот запах спелых фруктов здесь более естественный и вечный. А как же причудливые лепестки и бутоны, расписанные везде в качестве длинных ширпотребных обвесах? И все же, не смотря на все это такое непривычное, это все еще Вау. Куро вскинул сумке крепче на плечи и поплелся вперед, абсолютно неравномерно в моменте ускоряя ход. Вечно пропадающий запах ванили в громкости стуков стеклянных бокалов друг о друга завораживал, пока наконец удивленный голос не раздался позади; «Они тут не с кокосов пьют?»       Куромаку по привычке цыкнул, закатывая глаза и почти терясь на ходу в проваливающимся под ногами песком — Не делай вид, что ты настолько дурочка. —Как грубо! - Николь почти догнала своего друга "мистер серая мышь слишком крупных размеров" и попыталась пнуть его в шутку, как чуть не получила по шапке в ответ. До своего временного пристанища они добирались очень бодро; на удивление Николь, конечно же. Кто как не она мог засматриваться на кучу сувениров, специально усыпанных коврами вдоль любой дороги где ходят туристы? Хорошо, что Маку поторопил.. Иначе бы стояли, выбирали. Куромаку вспоминал это, уперев почти пустой, неследящий задумчивый взгляд в деревянные скрипучие половицы их общего домика-пристанища и мягко улыбаясь. Ох, Николь.. А сейчас она пытается уснуть после тяжёлых ужасных перелётов. Мужчина бросил взгляд уже без очков в сторону дремлющей подружки, удерживаясь чтобы не подойти и не ткнуть локтем её в бок, чтобы сказать глупую, почти даже не смешную шутку про очередную тяжёлую поездку ради того, что он не мог предположить, что полюбит за один час поздним вечером. Море. Теперь оно искренно манило его, тянуло за собой в глубину, вынуждая поддаться влечению насыщенной яркой жизни, но такой повседневной для местных жителей. Рыжеволосая девушка лежала уставшая, почти вмятая в легкость пуховой подушки. Юноша в очках мысленно порадовался за неё. Чтож.. Славный вечер. И тяжёлый. Как их общие сумки, которые они волочили за собой. И зачем они набрали столько вещей?       Наконец, он удосужился скинуть с себя и так вряд ли держущиеся сланцы и прочую верхнюю одежку. Куромаку вздохнул, усаживаясь в постели и провожая уже размытым последним перед сном взором открытую бледную и яркую луну. И все ради того, чтобы щелкнув дужками очков о деревянную поверхность тумбочки поблизости, сказать тихое "Спи крепко, очкарик" взглянув перед этим на подругу.        —Доброй ночи, душнила, – а она пробормочет свое не очень различимое, но такое родное вредное словцо на ночь; и перевернется на другой бок, где спится мягче.