Работать нельзя отдыхать

Дима смотрел в листы бумаги перед собой, не обращая внимания на затёкшие плечи и неприятное тянущее ощущение в пояснице, которое аукнется ему спустя несколько часов. Буквы путались между собой, перетекая в несуществующие слова. Он отвёл взгляд в сторону, несколько раз моргая, чтобы вернуть остроту зрения. Взгляд случайно упал на часы, словно в насмешку стоявшие в углу стола, скромно заявляющие о себе. «3:11 утра. Или это ещё ночь?» — отстранённо подумал Дима. До мозга дошло только спустя несколько долгих секунд. Грудь закололо чувством вины. Август ведь ждёт его дома, а он так замотался и даже не вспомнил о том, чтобы написать мужу, что задержится или вовсе не придёт. Такое происходило не так часто, чтобы могло показаться неприемлемым, но последние недели оказались неподъёмными — вызов за вызовом, несколько дел сплелись в одну большую паутину: то, что изначально показалось единичным случаем, повлекло за собой сумасшедшую цепочку событий, которую Дима теперь разгадывал. Дубин сделал три глубоких вдоха и выдоха, стремясь сохранить самообладание. Проверить телефон, ответить на сообщения, позвонить... нет, никаких звонков, пусть Август спит. А если он не спит и переживает, что с ним что-то случилось? Так. Дима потирает переносицу и снимает очки, откидываясь на спинку стула. Отсутствие сна делает его параноиком. Мысли путались в голове. Пора домой, сегодня он уже ничего не решит, а увидеться с Августом, зарыться носом в прохладную подушку рядом с живой «печкой» — Августу всегда жарко, и он делится этим жаром с ним, — хотелось до безумия. Жажда этого идеального баланса прохлады и тепла, родных рук, неосознанно притягивающих ближе, разлилась по телу, заставляя Диму подняться на ноги, чтобы размять затёкшую шею и одним движением убрать все бумаги в ящик стола. На дотошность и аккуратность не осталось сил. Дима захватил со стола телефон, ключи, накинул ветровку на плечи, на мгновение поморщившись от ощущения, будто ему пронзило позвоночник. «Видимо, такие проблемы передаются воздушно-капельным путём. Или половым», — с мрачным весельем подумал Дима, прогибаясь в спине, чтобы хоть как-то облегчить боль. Он вышел на улицу, погружаясь в приятную прохладу ночи. Машин на дорогах почти не было, мир вокруг словно замер, тоже сонный. Решив добираться домой на такси, чтобы никого не беспокоить лишний раз в такое время, Дима туманными глазами смотрел в телефон, проверяя входящие сообщения. Конечно, Август писал ему. Он всегда пишет, когда Дима задерживается, словно боится, что его украдут. Хотя, и такое исключать нельзя — хоть свой брак они не афишировали, да и в российском паспорте у Димы стояла фамилия Дубин, узнать, что он «близкий друг» главы Holt International не представляло собой проблемы, отчего Август безустанно заботился о Диминой безопасности, как о личном приоритете. Дима вчитался в сообщения: Sunshine, ты ещё на работе? Кажется, мой бравый полицейский усердно трудится ради безопасности города. Если ты вернёшься сегодня, я отблагодарю так, как тебе нравится Скучаю по тебе Kiss me, when you come back :( Димочка, твой Гром объяснил мне meme «Я девушка солдата». Так вот, я тебя дождусь. Последнее сообщение было отправлено пару часов назад. Дима тепло улыбнулся, проводя пальцем по экрану. Наверное, его чудо уже спит крепким сном — Августу для собственного здоровья очень важно соблюдать режим во всём. Хорошо бы, чтобы он не нарушал его из-за мужа. Когда Дима переступил порог особняка, в груди наконец ослаб давящий узел, и непреходящее чувство вины тоже ослабло. — Я дома, — выдохнул он скорее для себя, чем для кого-то иного. Дима тихо прокрался в спальню, желая скорее снять с себя форму, обнять любимого, которого не видел почти сутки, и провалиться в долгожданный сон, но запоздало понял, когда светильник автоматически включил тёплый, мягкий свет, что в комнате никого нет. Дубин моргнул пару раз, осознавая, что Август не спит, переоделся в пижаму, убрал на тумбочку очки, от которых уже болели глаза, и поплёлся искать Августа, уверенный, где его отыщет. Дверь кабинета открылась без скрипа, но Август, словно почувствовав присутствие любимого, тут же поднял взгляд, чтобы встретиться с ним глазами. — Привет, — Дима закрыл дверь и прислонился к ней спиной. — Hallo, — Август улыбнулся, отчего у глаз его показались редкие, милые сердцу морщинки. Он отложил бумаги в сторону, экран ноутбука отразился бликами в его собственных очках, которые он использовал во время долгого чтения. У Димы защекотало под рёбрами, когда он приблизился к возлюбленному, а тот откинулся в кресле и, словно нарочно приглашая, отодвинулся от стола. Дима в два шага оказался около него. Сон отошёл на второй план, когда перед ним восседала такая красота в первозданном виде. Дима поставил колено на кресло Августа, втискиваясь между его бёдер. Август смотрел на него снизу вверх — приятный, хоть и не такой частый ракурс, когда Дима нависает над ним, невозмутимо принимая на себя ведущую роль. Дима протянул руку, чтобы бережно снять с Августа очки, на что тот только приоткрыл рот, чтобы что-то сказать, как Дима тут же, даже не потрудившись откинуть очки на стол, склонился, чтобы поцеловать его. Август прижался к ладони, накрывшей его щёку, обнял за спину, привлекая ближе, на что Дима болезненно замычал ему в губы, разрывая поцелуй. — М-м, аккуратно, я сегодня... сам понимаешь. И, словно силы покинули его, Дима уткнулся Августу носом в шею, полностью укладываясь на него даже в таком неудобном положении. — Выше можно? — спросил Август, тут же скользя ладонями выше по спине, параллельно делая лёгкий массаж мягкими поглаживаниями. Дима в ответ согласно промычал. — А ниже? — даже в четыре часа ночи у Августа хватало сил на хитринку в голосе. Дима в ответ только фыркнул и прикусил ему кожу на шее, скорее оттягивая, чем кусая, чтобы тут же начать зацеловывать её. — Бесстыдник, — без обиды в голосе отреагировал Дима, когда одна из ладоней Августа опустилась ему на задницу. Дима почувствовал его смех, отдающийся в груди, и приподнял голову, чтобы взглянуть в лицо. — Я безумно рад, что, придя домой, могу так вот развалиться на тебе, но всё же если бы ты лёг спать хотя бы часа на три раньше, это бы мне тоже понравилось. Август обхватил его бедро, чтобы устроить удобнее на себе, а в итоге просто усадил себе на колени, на что Дима притворно недовольно цокнул, теперь зажимая его колени своими бёдрами. — Вечно ты меня ставишь, как тебе нравится. — Дима поднял брови, словно возмущаясь, хотя сам еле сдерживал смех. — Крутишь, вертишь мной, как тебе хочется. Август ничего не сказал, просто смотрел на него в ответ. Дима зажимал губы, чтобы не рассмеяться, но всё же сдержать порыв не удалось, и он, как мальчишка, залился счастливым смехом, который Август тут же принялся сцеловывать с его губ. — М-м, так ты ничего не скажешь мне на то, что ты всё это время не спал? — Дима упёрся ладонью Августу в грудь, отрывая его от своих губ, чтобы хоть как-то вдохнуть. Август неожиданно наклонил его, придерживая за спину, чтобы Дима безболезненно оказался лежащим на его столе, и навис сверху. — Я безумно рад, что могу так навалиться на тебя, но всё же, если бы ты вернулся домой и лёг спать хотя бы часа на три раньше, это бы мне тоже понравилось, — по-своему повторил за Димой Август. — Сдаюсь, — руки с груди Августа переместились выше, к его лицу и волосам. Дима зарылся в локоны пальцами, лаская их и бездумно играя с ними. Улыбка его чуть погрустнела. — Прости, что не отвечал и поздно приехал. — Я разве хоть чем-то показал, что что-то не так, mi amor? — промурчал Август и чмокнул Диму в кончик носа. — Я понимаю. Сам грешу ночными переработками. И мне за них даже не доплачивают, представляешь! — Не представляю, как ты с этим справляешься, — всё же вернулась весёлая, пусть и уставшая, ямочка на щеке Димы от улыбки. — Кажется, я обещал тебе что-то приятное, но, думаю, самое приятное, что я сейчас могу тебе дать, это обычный сон. — Август, я не дойду до кровати, ты меня изнежил, — Дима прикрыл глаза, обнимая его за шею. — Когда это было проблемой, родной? Август осторожно поднялся с кресла с Димой на руках. Тот обнимал его руками и ногами, как коала, держался крепко, примостив голову у него на плече и прикрыв глаза. Август нёс его, как главную драгоценность, как маленькое Солнце, как своего вымотавшегося за день и ночь работы мужа, нашедшего пристанище в его объятиях. И конечно, Август ему это пристанище даёт. Когда Август бережно опустил его на постель, дыхание Димы уже было равномерным. Осталось только примоститься рядом и оберегать, держа в своих объятиях, засыпая рядом, что Август и сделал. Время работы закончилось. Пришло время отдыхать.