Выбор

***

      Устав после очередного допроса в блоке заключенных, я вышла из камеры и направилась к выходу. Моя ладонь прошлась по лицу в попытке прийти в себя. Мир, казалось давно павший, продолжал рушиться снова и снова. Я уже начала бояться, что этому нет конца. Орден прилагает все возможные усилия для уничтожения Шепфамалума, но достойных результатов до сих пор так и не было за все эти четыре года.       Неожиданно я почувствовала знакомую энергию и вынырнула из своих размышлений. Облокотившись спиной о каменную стену передо мной стоял Мальбонте. Мой муж… К которому я все эти годы не знала, что испытывать. Именно он позволил Шепфамалуму выйти на свободу и разрушить еще больше, чем было разрушено до этого. Мальбонте преследовал этим цель всей своей жизни — убить бога тьмы. С одной стороны это было вполне справедливо, Шепфамалум истезал демоническую сторону метиса — Маля — около тысячи лет. Из раза в раз он убивал его, после чего ждал, когда мальчишка воскреснет и регенерирует, чтобы снова мучительно его убить.       Пока Шепфамалум был в заточении, Мальбонте не мог до него добраться и расправиться с ним. Поэтому он его освободил. Но это понесло только одни проблемы, за что Орден запер Мальбонте в темнице на несколько лет, и лишь недавно ему позволили выйти, так как нам нужна была его помощь.       Все эти годы мой муж был в заточении, скован цепями, совсем один. И я ни разу не пришла его навестить. Хотя бы поговорить с ним. Разве что я иногда приходила и стояла у двери в его темницу, всеми силами отговаривая себя войти внутрь и взглянуть ему в глаза. Как оказалось Мальбонте знал об этом, ведь мы связаны и чувствуем энергию друг друга лучше кого либо. В тот момент я горячо пожалела, что так ни разу и не зашла к нему. Ведь в чем был смысл скрываться, если он итак знал, что я приходила к нему?       — О чем задумалась? — раздался низкий, гипнотический голос Мальбонте, вытягивая меня из мыслей.       — Как будто ты сам не знаешь. — я выгнула одну бровь, намекая на то, что он без проблем может читать мои мысли.       Мальбонте едва заметно усмехнулся.       — Я больше не читаю твои мысли. Подумал, тебе это не понравилось бы, в нашем то положении.       — Да, ты прав. — отстраненно ответила я, чувствуя как начинаю таять от одного лишь его присутствия.       Четыре года без него были мукой, но находиться рядом теперь же вдвойне сложнее. Я пыталась отдаляться от него настолько, насколько это возможно, но постоянно это выходило плохо.       Я любила его. Даже несмотря на то, что когда-то он говорил, что ни перед чем не остановится на пути к своей цели. Даже если он множество раз делал мне больно, выбирая сторону против меня ради своих целей. Я не знала, что ему нужно сделать, чтобы я возненавидела его. Даже освобождение Шепфамалума не смогло заставить меня испытывать ненависть к Мальбонте.       Я любила, люблю и буду любить его… Это было похоже на личное проклятие от которого нет спасения.       Вдруг я заметила как Мальбонте улыбнулся и сразу отвернул голову, пытаясь скрыть эмоции.       Так ты все таки читаешь мои мысли.       Мои брови сошлись у переносицы, взгляд сверлил Мальбонте.       — Только сейчас. Но я итак это знал. — метис снова повернул голову ко мне и приблизился.       Я напряглась. Мне нельзя с ним снова сближаться, я начинаю терять голову… Моя рука уперлась в его широкую грудь, преграждая ему путь ко мне. Я слегка толкнула его назад, к стене, так, что его крылья вжались в камни. Мальбонте усмехнулся, не сопротивляясь и лишь молча наблюдая за мной. Боже, его взгляд всегда заставлял меня чувствовать себя неловко, даже спустя столько лет.       — Хватит делать вид, что ты не рада меня видеть. — уголок его рта пополз вверх. Его уверенность в себе иногда раздражала.       — Ты это заслужил. — жестким голосом ответила я.       — Знаю. Но сейчас все иначе, жена. — Мальбонте протянул руку и, едва касаясь, провел пальцами по моей щеке. В этот раз я не отпрянула, на мгновение оцепенев от того, как он меня назвал. — Я освободил Шепфамалума, чтобы убить его, и ты это знаешь. У меня никогда не было цели пойти против тебя или сделать тебе больно.       — Тогда ответь мне на один вопрос. — я тяжело сглотнула, уже заранее боясь услышать ответ. — Что в тебе сильнее: ненависть к Шепфамалуму или любовь ко мне?       Мальбонте замолчал. Этого я и боялась. Было ощущение, словно я задала ему самый тяжелый вопрос в его жизни, что, скорее всего, так и было. Спустя короткое молчание он наконец ответил.       — Ты просишь выбрать меня из двух столпов, на которых держится смысл моей жизни.       Уклончивый ответ. Я прищурилась, глядя ему в глаза и ожидая продолжения, хоть какой-то конкретизации. Но он молчал. Я прикусила щеку изнутри и едва заметно кивнула.       — Ладно.       Больше я не нашла слов. В какой-то степени я сама виновата, что задала такой вопрос. Ведь знала же, что ответ ранит. И не только меня, его тоже. Потому что Мальбонте сам не знал, что ему важнее.       И, пожалуй, я не хочу знать точный ответ на этот вопрос.

***

Финал

      Небо было полностью захвачено густым дымом и пеплом. В воздухе стоял запах пролитой крови, от которого тошнило. Бессмертные снова бились друг с другом, снова погибало много ангелов и демонов. Когда этому придет конец?       Я старалась не смотреть на землю под ногами, несмотря на то, что мерзкие булькающие и скрипучие звуки довольно часто доходили до ушей сквозь шум битвы. Я не хотела видеть сколько мертвых лежит под нашими ногами. Мне было проще сжать челюсти и идти дальше, не думая обо всем этом, ну или почти не думая.       Все время битвы я мысленно следила за Мальбонте, за его дыханием, движениями, мыслями. Я должна была быть уверена, что мой муж в порядке. И я знала, он также следит за мной.       Не знаю, сколько бессмертных уже полегло от моих рук, но сейчас это уже было неважно. Мы были близки к своей цели как никогда. Шепфамалум наконец показался и теперь оставалось лишь одно — прикончить его.       Я пробиралась сквозь демонов и, редко ангелов, чтобы добраться до главных «прислуг» бога тьмы. Моей задачей было в лучшем случае убить, либо хотя бы отвлечь их, пока Мальбонте подберется к Шепфамалуму и покончит с ним.       Внезапно я почувствовала энергию мужа максимально близко и заозиралась по сторонам, на мгновение потеряв бдительность. Глупая ошибка. Меня тут же сбило с ног что-то тяжелое, либо же это была чья-то сила. Меня впечатало в кровавую землю из мертвецов, и я мгновенно попыталась встать, но мои руки уже заломили за спиной, а на крылья набросили золотые нити и связали с такой силой, что сквозь перья начала просачиваться кровь. Я прикусила губу от боли и предприняла ещё одну попытку вырваться, пока не почувствовала на тонкой коже шеи холод меча. Меня грубо схватили за волосы и отдернули мою голову назад, сильнее вдавливая лезвие в горло.       Я уже закрыла глаза, за секунду смирившись со своей смертью, но вдруг заметила, что меня не спешат убивать. Это было странно — на войне никто не медлит. Если тебя схватили — ты уже труп.       Я открыла глаза и только сейчас наконец узнала энергию того, кто меня поймал. Аввадон, главный прислуга Шепфамалума. Я сглотнула, и лезвие меча сильнее впилось в кожу, первые капли крови побежали по шее. Я не понимала, почему он медлит и просто удерживает меня на месте.       — Почему… — я захрипела, каждое слово доставляло боль, — Почему ты медлишь.       — А ты посмотри. — раздался низкий, насмешливый голос над моим ухом.       И я наконец подняла взгляд на поле боя. И вспомнила на чью энергию отвлеклась, прежде чем меня схватили.       Мальбонте добрался до самого ненавистного ему существа на небесах — Шепфамалума. Несмотря на то, что бог тьмы успел окрепнуть за все это время, он выглядел куда слабее против ярости самого сильного метиса. Я смотрела, как мой муж с нечеловеческой жестокостью бился с Шепфамалумом, его глаза и руки заволокла чёрная тьма.       Наконец темный брат Шепфы пал на землю, пытаясь найти в себе последние силы. Он явно недооценивал мощь Мальбонте и не ожидал, что тот будет так силен. Метис медленно надвигался на бога тьмы, в его ладони скопилась чёрная энергия для решающего удара. Мальбонте склонился над Шепфамалумом и что-то ему сказал напоследок, прежде чем занести над ним кулак со всей оставшейся в нем тьмой.       И именно в этот момент случилось то, чего я боялась. Аввадон крикнул моему мужу так, чтобы перебить крики воинов.       — Мальбонте! — Малек усмехнулся и сильнее прижал меч к моей шее, вторая его рука еще выше отдернула мою голову за волосы. Я зашипела от боли.       Мальбонте резко повернул голову в нашу сторону, так и замерев с занесенным кулаком над Шепфамалумом. Его глаза были полностью под черной пеленой, я не могла в них ничего прочитать. Но нашу связь я все ещё чувствовала, и я чувствовала словно в этот момент Мальбонте перестал дышать.       — Убьешь Шепфамалума — и я убью её. — почти кричал Аввадон, и чтобы подтвердить свои слова сделал небольшой порез на моей шее. Кровь обильнее потекла вниз.       Нет, нет, нет, нет, нет…       Я зажмурила глаза от боли и от осознания в какой дерьмовой ситуации мы все таки оказались. Я не знала, что будет хуже: если Мальбонте спасет меня, но отпустит Шепфамалума и мир погрязнет во тьме, или же если Мальбонте все таки останется верен цели всей своей жизни и позволит мне умереть.       Я вновь открыла глаза и нашла взгляд мужа. Он не двигался, продолжая смотреть на меня, закованную в золотые нити с мечом у горла. Я видела как в его глазах метались противоречивые мысли, он не мог решиться ни на один вариант.              Довольно быстро мне стало трудно четко видеть мир вокруг себя, и я поняла, что на глазах застыли слезы. Я сглотнула, пытаясь перебороть ком в горле. В глубине души я уже знала, какой выбор сделал Мальбонте. И не знаю, могу ли я винить его за это. Он никогда мне не врал, когда говорил, что пойдет на всё, чтобы достигнуть своей цели.       Следующее произошло в одно мгновение.       Мальбонте снова переключил внимание на Шепфамалума и нанес последний, сокрушающий удар по нему. Тело бога тьмы обмякло, алый свет в его груди погас. Мальбонте сделал это всё молниеносно, но и Аввадон не отставал.       Когда метис взмыл в небо, со скоростью света направляясь к нам, меч у моего горла переместился в другую сторону от меня и рассек воздух.       Не вини себя, Мальбонте. — последняя моя мысль, прежде чем кислород резко закончился, а мир померк.       Безжизненное тело, словно тряпичная кукла, тяжело упало на землю, уже вдоволь пропитавшуюся кровью мертвых. Светлые волосы мгновенно впитывали красную вязкую жидкость из глубоко перерезанного горла и липли к теперь безэмоциональному лицу.       Мальбонте с внеземной силой снес с ног Аввадона и в ту же секунду тот был мертв. Поднявшись с земли, метис мгновенно оказался у мертвого тела жены, которое уже стремительно принимало температуру холодной почвы.       — Нет… — хрипло прошептал Мальбонте, опускаясь на колени перед телом своей жены. Его рука пыталась прижать тяжелую кровоточащую рану, он хотел использовать темную силу, чтобы заживить её, но источник этой силы был мертв — а значит и она пропала вместе с ним.       Битва все еще продолжалась, крики бессмертных, звон оружия слышались повсюду. Но Мальбонте уже не замечал их, для него все было кончено. Он достиг цели своей жизни, но какой ценой?       Сердце сжалось от боли, которую он никогда раньше не испытывал. Он думал, что успеет. Он должен был. Но в жизни нельзя усидеться на двух стульях. Выбор — есть выбор.       И теперь, с этим выбором ему придется жить всю свою оставшуюся жизнь.