What is being done..

      Ливни за окном не прекращались последние три дня, но тренироваться было необходимо. Баркод, Кин, Ачи и Анпао сегодня были на очередной тренировке после камбэка, чтобы не забывать хореографию и быть в форме. Но танцевали лишь трое..       Анпао сидел на подоконнике поджав колени к груди, и слушая в своих проводных наушниках какой-то рандомный плейлист с ютуба. Время от времени он клал голову на колени, но почти не отводил взгляда с вида за окном, который то и дело каждые несколько секунд размывался каплями дождя. Он даже не смотрел в сторону своих друзей. Просто, сидел. Просто, существовал.       Настроение у него последние несколько месяцев было, мягко говоря, отвратительное. Как и его состояние в принципе. Виной этому состоянию был один важный для него человек и неуверенность в себе, но Пао сомневается, что этот человек думает о его чувствах или же ему не наплевать как минимум.       Около трех месяцев назад, в декабре, он стал есть вместо базовых трех раз в день - один, или же ограничивался чаем или батончиком чтобы похудеть и «стать лучше», да и появилось ощущение, что кусок в горло не лезет. Два месяца назад у него начались проблемы со здоровьем, такие как: головокружение, гул или звон в ушах, боли в голове, иногда могло тошнить, и вечно не отпускающая слабость. А в начале февраля руки начали опускаться, жить и что-либо делать больше не хотелось. Ничего не хотелось. Как до этого дошло? Хороший вопрос, уместный.       В этом зале музыка звучала иначе. Раньше, она всегда была теплой и ободряющей, особенно когда четверо парней были вместе. Но сейчас... Она отдается кратким эхом в голове, звучит глухо — будто ты под водой, и ты никогда из под этой воды уже не выберешься..       Шаги и постукивания всё равно доносятся до ушей Анпао через наушники, но он не делает музыку громче — так он хотя бы будет чувствовать и слышать что старшие ещё не ушли.       В момент когда песня заканчивается и затихает, а дальше уже несколько секунд ничего не звучит, Пао понимает, что плейлист кончился, и ему придётся искать новый. Найти плейлист по душе не так то просто... но вдруг, он ощущает как кто-то устало и разъяренно дыша уверенно идёт к нему и резко оборачивается прямо перед тем, как увидеть перед собой Ачи.       Они ловят зрительный контакт, но несколько секунд просто ничего не говорят. Ачи выглядит явно злым, и чем-то недовольным, но лицо Пао ничего не выражает, его глаза лишь чуть расширились от непонимания, и легкого инстинктивного страха от того, что происходит. Обычно Ачи никогда не был таким, особенно с Анпао.. Ачи никогда раньше не позволял себе быть в гневе или что-то в этом роде, ибо считал, что никто этого не достоин. Что ж, видимо, Анпао Очирис удостоился..?       Проходит ещё пара мгновений, и из раздумий и плотного вглядывания Анпао в глаза Ачи младшего выдергивает острое шипение:       — Что с тобой сегодня, блять, происходит? Че не так? - чуть ли не прорычал Ачи, раздражённо наклоняя голову. Казалось, в его глазах что-то сверкнуло, и это уже не было больше похоже на Ачи..       Ну, может не с той ноги встал. Кто ж его знает? Однако, такой Ачи не на шутку пугал... теперь ясно, почему он никогда раньше не позволял себе злиться.       Анпао не понимает как реагировать и что отвечать, потому что последний месяц точно он был таким, ну а что старшему сегодня-то именно не понравилось?       — Почему ты со мной так говоришь? - растерянно спросил Анпао, боковым зрением видя, как Кин следит за ними с соседнего угла зала параллельно глотая воду из бутылки и, судя по всему, чувствуя неладное. Анпао сосредотачивает взгляд на лице Ачи, и вслушивается в его дыхание, ожидая что он скажет дальше:       — Ты собираешься вообще тренироваться? - таким же тоном спросил Ачи, все сильнее стискивая челюсти, будто Анпао в чем-то провинился.       — Тебе какое дело? - безразлично кинул Пао, и собрался обратно отвернуться к окну — ну что ему неймётся? — но тут его с силой хватают за руку чуть выше локтя, и вжимая пальцы с каждой секундой всё сильнее тянут вниз с подоконника.       — Пошли. - почти таким же тоном кинул Ачи, и продолжал стаскивать Анпао с подоконника.       — Да че ты делаешь? - нервно спросил Анпао пытаясь сопротивляться. Вот что-что: а куда-либо идти, вставать или спускаться ему сейчас хочется меньше всего на свете.       Какого, собственно, Ачи сейчас делает? И с каких пор он применяет силу? Так не делается.       Анпао видит как к ним уже подлетает Кин пытаясь оттащить Ачи и заставить отпустить макнэ, потому что они все всегда относились друг к другу понимающе, с уважением и заботой, но почему Ачи сегодня такой... неизвестно. У него с самого утра было плохое настроение, но чтобы прям так..       — Нет, Кин, подожди. - отпихнул он от себя младшего и продолжил, обращаясь к Анпао всё ещё в грубом, несвойственном никому из них обычно тоне: — Ты последнюю неделю просто рассиживаешь подоконник в зале, если тебе настолько плевать на группу - вали, тебя никто не держит. — последние слова он сказал так, будто то, что Анпао его слушает ничего не стоит.       После этой фразы макнэ на несколько минут впал в ступор, пытаясь осознать правильно ли он услышал. «Да что происходит?» — пронеслось у него в голове, прежде чем он начинает слышать своё имя откуда-то сверху и ещё с нескольких сторон одновременно. Ачи тянул его уже не только за руку но и за шею, и когда спустил толкая повел в середину зала. Собственное имя со всех сторон отдавалось в голове эхом, зал перед ним и Ачи с Кином в его глазах плыли и размывались смешиваясь, все вокруг будто ускорилось на 2х.       Спустя пару секунд он ещё раз моргнул надеясь прийти в себя, но глаза больше не открылись, и он словно уснул. Странно. Что за чертовщина?       Проходит еще несколько секунд, или минут - он уже точно не понимал. Знакомые голоса продолжали звучать в голове и со всех сторон разом, в этих голосах он расслышал «Проснись» и своё имя. Парень подумал, что спит, и ему надо проснуться. Возможно организм просто устал, м незаметно для него решил отдохнуть.       Анпао попытался раскрыть сразу оба глаза, и у него это получилось. Он широко распахнутыми глазами оглядел мемберов которые стояли возле подоконника на котором он спал и склонившись над ним обеспокоенно разглядывали. Кин держал его за плечо, явно, это он его тряс. Баркод стоял с другой стороны просто выглядя озабоченным, а по середине стоял Ачи, выражая что-то.. странное?       Черт, и что это было? Сон?       Анпао моргая ещё пару раз вернул взгляд с Ачи на расстроенного Кина, и старший почти сразу же, но неуверенно спросил, подняв правую руку Анпао и опуская рукав лонгслива:       — Пао, - обратился Кин, пытаясь разглядеть в глазах младшего хоть что-то, что даст ответы на вопросы, — Что это?       Анпао посмотрел на свою руку, где Кин спустил рукав, и в его горле появился ком. Он не знал что ответить на это. Кин спросил об этом, чтобы что? Что он ожидает услышать? Сопли о том, как ему нехорошо в последнее время? Или слёзные просьбы о помощи? А может, признание в том, что Пао идиот, раз таким занимается?       Не зная, что ответить, младший просто молча продолжил смотреть на свою искусанную и расцарапанную какими-то, вероятно, дешёвыми карандашами руку которая, кстати, почти зажила. Он надеялся, что все просто махнут и оставят его в покое, но нет.       Кин не сводя глаз с Анпао, спрашивает ещё раз всё также опечаленно, но настойчивее:       — Пао, зачем?.. - слышит Анпао от Кина, и не в силах что-то отвечать отдергивает руку от старшего спрыгивая с подоконника чтобы спешно схватить сумку и покинуть танцевальный зал.       Он молится, чтобы сейчас за ним никто не шёл, слава богам этого и не происходит, за что Пао мысленно даже поблагодарил старших.       Анпао выходит за дверь закинув через плечо свой шоппер, но не хлопает дверью - это ни к чему. Только лишнее внимание ему привлекать не хотелось. Он идёт по коридору, даже не планируя что будет делать дальше. До конца тренировки их группы оставалось примерно часа два, но кто-то мог уйти раньше. Идти домой не хотелось, на улицу тоже.. поэтому неосознанно Пао просто бездумно петляет по зданию проходя разные танцевальные и другие тренировочные залы, пока не выходит на пустой вечерний балкон, с которого обширно видно, как солнце уже почти полностью зашло. В голове не было ни единой мысли, кроме одной единственной — а ведь правда, зачем??       Анпао никогда по-настоящему не задумывался: почему он занимался так называемым в наше время селфхармом. Для чего он это делал? Но только сейчас он пришёл к тому, что его сознанию по какой-то неясной причине казалось, что так Пао будет лучше, так будет красивее. Но в действительности это было совершенно обратно тому, как казалось на первый, поверхностный взгляд. Это неправильно, с этим нужно обязательно бороться. Однако лучше понять это хотя бы когда-то, чем никогда, верно?       Он сидит на прозрачном полу довольно просторного балкона. Не на стуле, на полу - так захотелось. Смотреть вниз не было чем-то страшным в данный момент, несмотря на то, что Анпао всегда боялся высоты — сейчас было безразлично.       Анпао сидел, и провожал солнце в последние минуты, прежде чем оно уйдёт за горизонт до следующего дня. Воздух входил в лёгкие как родной, а выходил как бабочка, только превратившаяся из уставшей и потрёпанной гусеницы, в свежую и нежную прелесть.       Он прикрывает глаза чуть жмурясь, вспоминая произошедшее сегодня. Ему было стыдно за то, как он повел себя перед старшими, но в тот момент он ничего не мог с собой поделать, и его чувство вины утроилось за счёт этого. Мало того, что он группу подводит своим состоянием нестоянием, так еще и неуважительно вёл себя сегодня по отношению к своим пи', хотя они лишь хотели помочь.. Ему бы стоило извиниться, но ни сил, ни настроя не было, и по его щеке скатилась одинокая слеза - вины, стыда, усталости, и сожаления. А потом вторая, третья... И вот уже мокрые щёки обдает мягким прохладным ветром, а глаза горят, новые слезинки грозятся вот-вот пролиться, и он их не сдерживает — в данный момент Анпао один, значит можно.       Через несколько мгновений почувствовав вечернюю прохладу, Анпао достал из шоппера свою родную тёмно-коричневую зипку, и надев её обнял себя руками откидывая голову на стекло, о которое опирался спиной. Он тихо и глубоко вдохнул, шмыгнул, и выдохнул, почувствовав что вот-вот уснёт. Ну и ладно.       — Не холодно? - послышался знакомый голос со стороны входа на балкон, от чего Пао слегка вздрогнул.       Анпао разлепил глаза, чтобы удостовериться тот ли это, о ком он сразу подумал. Ачи чуть неуверенно подошёл ближе и сел рядом. Младший положил голову обратно в колени не желая никого видеть. — Игнорировать некрасиво, кстати. - насмешливо отметил Ачи пытаясь разрядить обстановку. Пао подавил в себе желание огрызнуться, и монотонно бросил: — Пока ты не пришёл, было теплее. Старший фыркнул, но всё же подошёл и присел рядом, складывая ноги по-турецки. Он остановил напряжённый взгляд на доме напротив или в воздухе - не ясно, он просто старался не смотреть на Анпао, уткнувшегося лицом обратно в колени. Внутри что-то сжималось, и он не знал куда себя деть. — Что на тебя нашло? — вырвалось у Ачи. Да, он был чуть раздражён сегодняшней тренировкой и поведением младшего, да и в целом, но он не думал что начнёт показывать это.. Это неправильно, однако сейчас контролировать себя впервые за долгое годы стало просто лень. Анпао словно мечется между двух огней: извиниться пользуясь случаем, или выплеснуть свою долго копившуюся обиду на протяжении полугода..? Сложный выбор. Но он его сделал. — Что на меня нашло? На себя посмотри для начала! — пробурчал он недовольно, не понимая головы. Ачи не ожидал наезда, но моментально ответил: — Что ты несёшь?! — он в душе не понимал что он такого сделал. Потому что с его стороны странно себя ведёт тут только младший. — Ты издеваешься? Не строй дурака. Ты около года гасишь меня как только можешь. Знаешь почему я в последнее время вообще перестал тренироваться? Потому что я физически не усиливаю и не могу сосредоточиться. А знаешь почему так? Потому что я пытался похудеть и сбросил 6 килограмм из-за неуверенности в себе. А знаешь откуда она? — наконец остановился Анпао, чтобы лишь перевести дух и послушать ответ от Ачи. Старший замер, внимательно слушая и вникая. Он сидел хлопая глазами, только открыв рот что-нибудь сказать — его сразу же яростно перебили: — Всё из-за тебя. Это ты бесконечно не то что поправлял, а упрекал меня во время тренировок и вне. То я что-то не так выучил, то я не так двигаюсь, то я не так выгляжу, то я не так дышу! Всё время тебя во мне что-то не устраивало! И на фоне блять этого я сам перестал видеть хорошее. Может тебе ещё спасибо сказать за это? Что ты сейчас молчишь, а? Почему не продолжаешь упрекать за каждое действие или слово? — выпалил он, и прикрикнул в конце. Закончив выговаривать всё, что хотелось, он резко остановился и тяжело задышал как после марафона. Ещё несколько секунд Анпао последил за хоть какой-нибудь реакцией Ачи, и отвернулся обратно спрятав лицо в коленях. Ачи замер в ступоре. Неужели это действительно было так, и отразилось на Пао таким образом..? Он правда не хотел... Ему понадобилось ещё пару секунд чтобы осмыслить всё произошедшее за полгода. — Ты хочешь сказать, что я виноват? — непонятливо спросил старший, переводя на Анпао презрительный взгляд. Он даже не может осознать и принять своих ошибок. Анпао всегда ненавидел это качество в людях, но Ачи.. Ачи он всё равно любил. Не осталось ни сил ни желания что-то ещё объяснять Ачи, поэтому младший просто шмыгнул носом, и не удостоил даже взглядом. Мол, «Да думай ты уже как и что хочешь». Ачи подумал, перебрал и... надо бы извиниться как минимум. Он осторожно, словно боясь переместил руку на колено Анпао, прежде чем глубоко вдохнуть, и произнести: — Прости меня. — чуть хрипло сказал Ачи. — Я.. Я не знал что это выглядело так, будто меня в тебе вечно что-то не устраивает. Я правда не хотел. И я хочу сказать даже больше... Он остановился, словно собирая все свои силы и надежды в единое целое, все чувства, и вложить их в эти заветные слова: — Я люблю тебя, Пао. Больше чем кого-либо. Прошу, прости меня.. — прошептал Ачи. Анпао поднял голову и посмотрел в его виноватые глаза своими покрасневшими. Он не знал что ответить ему сейчас и как, но знал одно — его сердце уже давно отвечает старшему взаимностью. Ачи не выдержал и крепко прижал младшего к себе обнимая, после того как заметил что тот вот-вот заплачет. Не нужно сейчас слёз, ведь всё в порядке, да? Ачи шептал тысячи извинений, мольб простить его поведение, продолжал объясняться уже не столько для Анпао, сколько себе самому. И младший успокоившись остановил его: — Всё в порядке. Не извиняйся больше, я уже все понял, — устало улыбнулся он, проводя кончиками пальцев по виску старшего, чтобы стереть капельки пота и прилипшие к коже волосы. Их лица находились в двух сантиметрах друг от друга, и Ачи глазами спросив разрешение резко, но нежно прижался к губам чуть ниже его уровня. Губы соприкоснулись — осторожно, трепетно, — и внутри вспыхнул тихий огонь: не жаркий, а ласковый, согревающий душу, дарящий чувство, что всё теперь будет хорошо. И они оба верили в это. Анпао неосознанно чуть приоткрыл губы в ответ, а его переместилась на шею старшего. Руки Ачи дергались в потерянности, будто не зная за что ухватиться, но через пару секунд одна из них схватила Пао за бок, что тот дёрнулся от лёгкой щекотки мгновенно расслабившись. Они сидели так ещё минуту, две.. по очереди переводя дыхание, и не заметили как на пороге балкона озарённого последними лучами заходящего солнца появились Кин с Баркодом. Кин успел сфотографировать их чуть ли не со всех ракурсов, а Баркод... всё-таки не смог сдержаться, и прыснул со смеху. Ачи с Анпао в ту же секунду отскочили друг от друга как ошпаренные. Анпао посмотрел на Кода как на идиота, а Ачи с раздражением, что их прервали, но всё равно всё сводилось к тому, что Тиннасит придурок. Любя, конечно. Кин тоже не выдержал и захохотал — не из-за влюблённой парочки, а из-за человека, за смех которого можно было продать душу. Баркод всё не мог успокоиться, видимо, поймав смешинку, и Пао с Ачи тоже не выдержали и все четверо разразились звонким смехом. Код уже сел на корточки пытаясь успокоиться, а Кин слегка бил того по плечу. Анпао смотрел на эту картину и понял — эти люди действительно не хотят ему зла, никогда. Даже если так может показаться когда-либо. И если кто-то будет совершать сомнительные действия в сторону остальных троих, они просто должны в первую очередь обсудить это. Следить за своими поступками также важно. Как говорится: «Прежде чем сделать — подумай».   ˖ ׄ 𓆩 𓌔ׅ𓌔 ۶ৎ 𓌔ׅ𓌔 𓆪  ׄ  ˖