Он важен для меня

Они пришли в клуб «Ни разу не лайкнутых». — Спокойно, неформалы. Это облава. Мне нужно задать вам пару вопро… Он не успел договорить — все уже начали паниковать. В клубе поднялся шум, аватары бегали из стороны в сторону, надеясь найти выход, но он был заблокирован Капитаном. — И почему они постоянно пытаются сбежать? Силой штифта все аватары были подняты в воздух, а Бан с глубоким вздохом начал всех банить, приговаривая, что это не его желание, а приказ Капитана, и он ничего не может поделать. «Может, он не так уж и плох», — думал Бан, в то время как взгляд, то и дело спускался на бёдра Капитана, который стоял впереди и изучал помещение на наличие возможных багов. Он повернулся к Бану — его глаза всё ещё были красными, в режиме сканирования. — Не заметил никого подозрительного? Его взгляд зацепился за единственный баг в помещении. Он был странный, мигающий — то появлялся, то пропадал. Потому Капитан и не заметил его сразу. — Пойдём. Не дожидаясь ответа, он подошёл к багу. Тот находился в экране одного из телевизоров, стоящих в углу. Капитан вошёл в него. Пространство вокруг исказилось, начало лагать и на глазах меняться. Спустя немного времени оно приобрело форму небольшой комнаты в красных оттенках. На стенах были постеры каких-то групп из реального мира, а рядом — большие, нет, огромные плакаты с… Баном. Над ними — полки с растениями, подозрительно похожими на те, что стояли в комнате Бана. И, как показалось Идолу Безопасности, даже расположение было идентичным до миллиметра. Бану не показалось. Он был уверен. — Что за хуйня?! Откуда здесь плакаты с моим лицом?! В два шага оказавшись рядом, Идол Порядка рывком содрал их и перевёл взгляд на растения. Их постигла та же участь. В прыжке он скинул все горшки на пол — те разбились на мелкие кусочки, цифровая земля рассыпалась, некоторые цветы сломались. — Откуда здесь это?! Бан был не просто зол — он был в бешенстве. Цензура глаз слетела, открывая красные зрачки. — Ты меня спрашиваешь? — немного шокированный, но всё же более собранный, Капитан обернулся к предполагаемому выходу. Его не было. Ни входа, ни выхода. Он исчез, будто его и не существовало. — К твоему сведению, у нас есть проблема посерьёзнее твоих плакатов. Займись чем-то дельным и ищи выход. — О чём ты? Выйдем там же, где и вошли. Или что, хочешь сказать, он исчез? Он повернул голову в сторону их «входа» — и плакаты выпали из его рук. — Какого хрена тут творится? Он подошёл к месту, через которое они попали сюда, и со злости ударил по стене кулаком так, что на ней осталась вмятина. Впрочем, она быстро исчезла, вернув стену в исходное состояние. Капитан наблюдал за метаниями Бана — то к одной стене, то к другой. И, увидев, как вмятина восстановилась, бросил взгляд на стену, с которой Бан срывал плакаты. Она тоже вернулась в первоначальный вид. Земли на полу не было, как и разбитых горшков. Растения стояли на полках, будто с ними ничего не произошло, а плакаты с лицом Бана висели на стене без единого повреждения. — Идол Бан. Капитан перевёл взгляд на всё ещё кипящего Идола Порядка. — Посмотри на плакаты. Тот недовольно фыркнул, но обернулся. И замер. Выпрямился. Лицо будто стало каменным — непроницаемым. — Мы же можем просто телепортироваться отсюда. Почему мы всё ещё здесь? Он даже не повернулся к Капитану. Смотрел на плакаты, и его кулак всё сильнее сжимался. — Нет. Сказал как отрезал. Это привлекло внимание Бана. Он медленно, испытывающе повернул голову. — Нет? — Именно. Нам нужно осмотреть всё. Это не просто баг. Это похоже на… файл. Открытую папку. Капитан сложил руки за спиной и прошёл вглубь комнаты. — Мы должны выяснить, что это, и устранить. — Ладно. Бан закатил глаза и стал сканировать помещение. — Странно. Я не вижу ни одного бага или неисправности в коде. — Я тоже. Изначально он то появлялся, то пропадал. Возможно, через какое-то время выход снова проявится. Подождём. Капитан даже не посмотрел на него. — Идол Бан. Ты всё так же бегаешь в архив? Не дав ответить, он подошёл вплотную и слегка наклонился. Между их лицами оставались считанные сантиметры. Он наблюдал — внимательно, будто хищник, сдерживая улыбку. — Нет. Бан нахмурился и сделал два шага назад. — И вообще, какая тебе разница, что мы делаем в свободное время? Если работа выполнена, зачем вечно придираться? Ты со своим протоколом уже… Он начал ругаться — долго и эмоционально, приплетая всё подряд, включая то, что Капитан скоро с протоколом спать будет. Но Капитан уже не слушал. Он снова подошёл ближе. Достал штифт. Есть в нём одна странная функция, которую он всегда считал бесполезной. Чем вообще думали разработчики, добавляя её? Штифт принял тридцатисантиметровую форму. Бан вспомнил, что случилось с Хэппи, и попытался увеличить расстояние. Так они приблизились к стене. Идол Порядка впечатался в неё спиной, а Идол Безопасности, странно улыбаясь, приподнял его подбородок штифтом, заставляя смотреть прямо в глаза. — Интересная функция, правда? Я всегда считал её бесполезной. Но, видимо, от неё всё же есть толк. Бана будто током прошибло. Всё тело сотрясла мелкая дрожь, ноги стали ватными. В попытке устоять он схватился за Капитана и зло прошипел: — Что это такое? — Это? У людей это называется «афродизиак». Но я могу ошибаться. Идол Порядка вспомнил слова Вики: «Афродизиак — это возбудитель. Он действует как наркотик. Затуманивает разум и толкает на импульсивные действия, вроде физического контакта». — Сними. Он поднял голову и встретился с азартным, почти фанатичным блеском в глазах Капитана. — Его невозможно снять. Капитан улыбнулся — хищно. Словно ему это действительно доставляло удовольствие. У Бана подкосились ноги, и он почти упал, но Капитан вовремя подхватил его за талию. — Похоже, это и правда даёт интересный эффект. Бан вцепился в его плечи мёртвой хваткой. Пальцы впились в ткань, ноги уже не держали. История почти повторилась, как в зале собраний. Только теперь они были в замкнутом пространстве, из которого не могли выбраться, а Бан был не перегрет — хотя температура системы была высокой — а под действием странного вещества. Поцелуй в этот раз не был невинным. Он был голодным, жадным, наглым. Капитан просто стоял, придерживая Бана, чтобы тот не упал. Его насмешливые глаза следили за каждым движением, за каждой эмоцией. И губы он не размыкал, пока Бан сам не прошипел: — Открой рот, ублюдок