Он важен для меня

Бан всё так же лежал, укутанный в одеяло, и молча смотрел на злые, но странно растерянные глаза Капитана. Тот, так и не дождавшись ответа, рывком откинул одеяло вниз, до живота, схватил Бана за затылок и впился в его губы. На лице Бана в тот момент отразилось сразу несколько эмоций. Они смешались и исчезли, оставив только ошеломлённость и… неверие? страх? Нет. Ничего. Ошеломлённость, как и все мысли, улетучилась. Ничего не осталось — ни эмоций, ни мыслей, ни движений. Ни-че-го. Но прошла пара секунд — и всё вернулось с новой силой. «Что он делает?» «Что мне делать?» «Как это вообще получилось?» Но самой назойливой была мысль: «Как мне теперь смотреть в глаза Вики?» Эмоции схлестнулись, как вода с песком. Они перемешивались, сливались, заглушали друг друга, пытались вытеснить, уступали — а потом снова уничтожали. Словно им не было ведомо, что такое контроль. И они не хотели подчиняться. Cильнее всех оказалась злость. Всё такая же неконтролируемая и до жути опасная. Согнув одно колено, Бан рукой вцепился в белые, словно снег, волосы Капитана. Другой рукой с силой отодрал от себя его руку, вырывая вместе с ней немного собственных волос, но словно не чувствуя боли. Он продолжал отталкивать от себя чужое тело и рывком перевернул его. Теперь на кровати распластался Капитан. Его раньше идеальные волосы растрепались, несколько прядей упали на глаза, а в них читалось полное недоумение. В его представлении Бан, как обычно, выйдет из себя, начнёт кричать, что он сошёл с ума и что вообще творит. Но всё пошло не так. Бан действительно вышел из себя — но иначе. Раньше было видно, что он сдерживается. Сейчас — нет. В его глазах горел огонь, сравнимый с бешенством. Перед Идолом Безопасности был уже не раздражающий и задиристый Идол Порядка, а разъярённый зверь со взглядом, полным ненависти ко всему. Капитан не успел толком осмыслить, что делать, как почувствовал боль. Щека горела огнём, челюсть свело, на кончике языка появился вязкий металлический привкус — ещё одна «гениальная» настройка, чтобы они были ближе к аватарам. Как и осязание. Абсолютно бесполезные функции. Но сейчас они почему-то не вызывали привычного раздражения или презрения. Напротив — появилось странное чувство интереса… и даже азарта. Бросив быстрый взгляд на искажённое яростью лицо Бана, Капитан ощутил нечто новое. Желание узнать, на что ещё способен этот, казалось бы, просто злой и грубый Идол. Капитан даже не пытался пошевелиться. Он просто лежал, чувствуя, как его лицо разбивают, как челюсть выворачивает от ударов, как рот наполняется вязкой голубой кодовой «кровью». Но это не могло длиться вечно. Из-за кажущейся покорности Капитана Бан ослабил бдительность. Этого хватило. Капитан незаметно достал штифт и без труда заблокировал движения второго Идола. Освободившись, он поднялся, наконец почувствовав под ногами твёрдую поверхность. — Идол Бан. Не без оснований я предполагаю, что твой разум захвачен вирусом. Я просканирую тебя, и если найду угрозу для безопасности Технолайка… ты узнаешь, что значит быть небезопасным. Он сразу приступил к сканированию. Глаза, вспыхнув ярко-алым, быстро скользили по телу Бана, считывая его код. Все его мысли были заняты поиском неисправности. Крики и ругань Бана оставались где-то на фоне. Проверка заняла время, но результат был найден. Вирус. Опасен — но не критично. Вызывал резкие вспышки ярости, которые со временем сходили на нет. Серьёзной угрозы ни для самого Бана, ни для системы он не представлял. Причины для архивации нет. Максимум — временно ограничить полномочия. Найдя источник, Капитан без труда извлёк его и уничтожил

***

Бан словно очнулся от долгого сна. Первое, что он почувствовал — невозможность пошевелиться, что сразу вызвало поток отборной брани. Но стоило ему поднять взгляд на Капитана — всё исчезло. Перед ним стоял не тот идеальный, холодный Идол Безопасности. Не тот «протокольный» образ. Перед ним стоял растрёпанный, избитый, непривычно… живой. И смотрел он не со злостью. Не с презрением. А с чем-то другим. Понимание. Интерес. И… грусть? Почему? Эта мысль только сильнее запутала. В голове одна за другой начали всплывать сцены того, что он только что сделал. И единственное, о чём он теперь думал — почему Капитан до сих пор его не архивировал. Но гордость не позволяла признать вину. Он выбрал молчание. И Капитан — тоже. Всё произошедшее полностью выбило из головы причину визита. Даже не пытаясь её вспомнить, Капитан подошёл вплотную и тихо, почти угрожающе, произнёс на ухо: — Мы поговорим позже. А сейчас… я отпущу тебя. Но помни — ты от меня так просто не отделаешься. И исчез. Бан долго не мог прийти в себя. Фраза, сказанная Капитаном, крутилась в голове, повторялась, отдавалась эхом — и вызывала странный трепет где-то внутри. Там, где, по словам игроков, должно биться сердце. Там, где у него было ядро. Это чувство было непонятным. Оно вызывало и радость, и растерянность. Почему он чувствует это к Капитану? Даже к Вики, которую он считал своей любовью, он не испытывал ничего подобного. Её голос, её прикосновения не вызывали такого тепла. Не заставляли хотеть большего. И в этот момент он понял. Вики… всегда была просто близким другом. Он перепутал. Принял привязанность за влюблённость. И теперь это осознание давило. Но вместе с ним пришло и другое — необходимость поговорить с ней. Как бы там ни было, Вики оставалась важной частью его жизни.