Дверь перепутал

После основного испытания дали день отдыха. Гостиница, где жили титаны, была полна гомона: все никак не могли прекратить обсуждения прошедших боёв. Соня и Даня обычно добирались до дома вместе, а там уже расходились по номерам или тусили в компании, как получалось. Но в этот раз модель оставила Алеева обсуждать свои драчливые дела с коллегами, а сама, успев лишь коротко погладить его по щеке и сочувственно заглянуть в глаза, ускакала чуть ли не под руку с Анаром. Даня особо не отреагировал, но в голове как минимум недовольно сжал кулаки. Даня и Анар оказались в похожих ситуациях в самом начале шоу, Соня решила поздравить актёра с тем, что он остался, и они заобщались как-то легко и сразу обо всём. Частенько у неё в комнате собиралась небольшая компания из девчонок второго-третьего сезонов и Анара во главе. Они делали масочки, смеялись и сплетничали про всех подряд, набирая за день компромата. Титаны — действительно уникальный проект не только под камерами, но и внутри, он даёт возможность ощутить себя и спортсменами высочайшего уровня, и школьниками в лагере. Дане досталось сегодня знатно — рассечëнный глаз и побитое эго. Больнее было второе, проигрывать отвратительно, особенно слыша её крики с балкона даже сквозь шум крови в ушах. Как бы он не отмалчивался, именно она была ему нужна и после побед, и, особенно, после поражений. За её восторженный взгляд Даня готов был отдать многое. И сейчас, зайдя в отель, он решил зайти к Соне. Мужскую поддержку он получил сполна, но даже тому, кто так не любит всё, связанное с женщинами, порой нужно банальное нежное женское сочувствие. У лифта он встретил Алсу, перекинулся с ней парой фраз и решил, что, раз она здесь, у Сони сейчас никакой тусовки не предвидится. Алсу с лёгкой усмешкой проводила его взглядом на явно не его этаж. Без стука Даня открыл дверь 148, прошёл по коридорчику и заглянул в комнату. И улыбка, которая почти прорезалась на усталом лице, сразу сошла на нет. На телевизоре шёл какой-то сериал, на кровати полулежала растрëпанная Сонька. Одной рукой её обнимал Анар. Анар. Этого ещё не хватало. — О, Дань, заходи. Не ожидала. Оно и видно. — Дверь перепутал, — сквозь зубы цедит регбист и быстро скрывается. До своей комнаты он бежит по лестнице три этажа. Лицо каменное, напряжëнное. Чëртов Анар. Наш пострел везде поспел, как говорится, и испытания мы проходим на расслабоне, и девушку чужую обнимаем только так. То, что Соня Дане так-то не девушка, в голову не пришло. Ещё чего, он не обязан ничего демонстрировать и доказывать. Все и без этого должны осознавать, где границы дозволенного. В душ он сходил ещё на площадке, поэтому сейчас упал на кровать и тупо уставился в потолок, стараясь ровным дыханием добиться спокойствия. И вот, когда сердце стало биться практически ровно, не в такт постучали в дверь. — Дань, ты тут? Соня тихо вошла. Алеев мгновенно встал и подошёл чуть ли не вплотную. — Я думал, у тебя вечер романтики, как ты сюда забрела? — язвительно спросил он, даже не скрывая своё недовольство. — С кем? С Анаром? — Соня хихикнула, — Мы просто друзья. — С друзьями такую порнуху на ринге не устраивают, — перед глазами чëтко всплыла картина, как Анар навис над Соней перед всеми во время поединка, как она смеялась и кокетливо раскидывала ноги. Даня нахмурился и сразу болезненно выдохнул — глаз тянуло неприятно. — То есть ты с Алсу на балконе по три часа стоишь трещишь, а все претензии мне? Когда это ты успел так с ней подружиться? Она вообще вчера выдала, что ты явно к ней катишь. — Соня цепляла своей смелостью, непокорностью, но при этом искренностью. Как бы она ни ломалась, Алеев был ей дорог безумно, и совершенно не как друг. От такой предъявы регбист опешил. Алсу действительно оказалась приятным собеседником, без бабьих примочек, как ему казалось. Слишком много ошибочных мыслей за день. — Даже если так, тебе хоть бы что. Только бы с дружком своим кудрявым в обнимочку полежать. — остановиться на полпути он уже не может, поэтому несёт его страшно. Он легко заводится, достаточно лишь повода. Особенно если дело касается его чувств, лучше уж обороняться, нападая. — Хоть бы что?? Да я голос сорвала, болея там за тебя, а кровь увидела, так вообще голову потеряла, гений. Будь ты чуть более внимателен, заметил бы, кто у скорой стоял всё время, пока тебе там залепляли. О, ну ты, видимо, был занят... — Соня привыкла к даниным резкостям, но всё равно было обидно, — Думал о своей башкирочке, да? Вот и иди к ней, её вряд ли успокаивает друг, которому она все переживания по поводу тебя вылила. Девушка морщит нос и пытается открыть на себя дверь. Алеев вытягивает руку и прижимает обеих. — Да нахуя мне эти башкирочки, когда я только на тебя и смотрел? А большего признания и не нужно. Не разобрать, кто первый атаковал, но итог один — языки сплелись. Даня кладёт вторую руку на бедро, почти сразу она смещается на ягодицу. Соня податливая, но активная — полностью доминировать пока не даёт. Она сжимает отросшие волосы и притягивает мужчину ещё ближе. Поцелуи рваные, страстные. — Ты очень горяч на ринге... — после этих слов следует громкий стон, Даня впивается в её шею. Гримëрам придëтся постараться. Обе руки уже сжимают такую привлекательную задницу, грубые ладони дëргают вниз домашние штаны, с удивлением обнаруживая кружево под ними. Футболку Соня снимает сначала с него, проводит руками по выпуклым мышцам, а затем и с себя — такой же кружевной лиф. Она знала, она была готова! Это заводит ещё больше, он скользит ладонями по её изгибам и прерывисто выдыхает в поцелуй, когда она наконец-то касается его члена сквозь ткань. Даня легко, но настойчиво давит ей на плечи, и Соня послушно опускается на колени. Секса у них не было где-то полгода, как раз как они разбежались, но оба помнили, как кому хорошо. Обведя контуры уже возбуждëнного органа, Соня игриво смотрит на пристально следящего за ней Даню и снимает с него штаны с нижним бельём. Член оказывается прямо перед её лицом, она берёт его ладонью, делает насколько широких движений и мажет языком по головке. Бёдра мужчины нетерпеливо подаются вперёд и горячий рот принимает стояк. Рукой она надрачивает у основания и в такт двигает головой, с каждый разом стараясь взять всё глубже. Даня мычит от удовольствия, берёт её голову и сам задаёт темп, толкаясь в глотку модели. — Блять... Да... Рывком он поднимает её, впивается в её губы и крепко сжимает в объятиях. Соня охватывает ногами его торс, он относит её к кровати и кладёт, предварительно нащупав застëжку лифчика. Даня спускается поцелуями вниз, снимает красный верх и ласкает грудь девушки, переходя от одного соска к другому. Соня выгибается и постанывает от каждого касания горячих губ. На полу уже лежат её трусики, а данин язык точечно ласкает её клитор, заставляя чуть ли не дрожать и сжимать волосы на его голове. — Трахни меня уже... — громко просит девушка и ахает от ладоней, сжавших её грудь. Алеева дважды просить не надо, презерватив, ждавший своего часа, надевается быстро. Мужчина тяжело дышит от возбуждения, нависает над ней, обводит головкой мокрую дырочку и резко входит наполовину, сразу начиная двигаться. — Соня... — стонет он, наклоняется, и коротко целует её в губы, войдя наконец полностью. Сейчас она лежит под ним, красивая, горячая и такая сексуальная, что Даня плывëт не по-детски. Он начинает буквально втрахивать её в кровать, с наслаждением улавливая каждый её стон. Девушка хаотично водит ладонями по телу Алеева, наслаждаясь его прекрасной физической формой, — Да, да, Данечка... — она покрывается мурашками и кончает, сжимая его крупный член в себе. Кончает скоро и он, прикусив сонину губу и войдя по самые яйца. Они лежат в обнимку, и Даня обнимает её совсем не так, как Анар. Алеев — собственник, он чуть сжимает чужое плечо и усмехается, чувствуя горячее дыхание в районе шеи. — Я скучала, Дань. — тихо произносит она перед тем, как отключиться. Ответа не ждёт. И регбист ответит ей только тогда, когда будет уверен, что она уже спит. — Я тоже скучал. А Соня улыбнëтся. Через день на допах Даня облегчëнно выдохнет — одной кудрявой проблемой станет меньше.