Люмен

Белая комната являлась абсолютно пустой, однако в глазах рябило настолько сильно, что словно миллион маленьких светодиодов были расклеены по всему помещению. Хотя это трудно назвать комнатой, ведь границы между стенами, полом и потолком исчезли. Тело будто парило, становясь единым целым с воздухом. Ещё чуть-чуть и оно полностью сольется с небытием этого мира. После нескольких попыток восстановить чёткость картины, в центре прорисовывается мягкий и до боли знакомый силуэт. От него веет теплом и безопастностью. Невольно Исаги протягивает руку, чтобы коснутся и забрать неизвестную материю с собой. Наверное давящая атмосфера влияла на рассудок, потому что желание удержать рядом впереди стоящего человека становилось сильнее. « Бачира? » — едва ли слышный шепот вырвался из уст парня. Кончики пальцев коснулись чужих волос, но не успев осмыслить всё происходящее, Мегуру растворился. Во всех смыслах этого слова. Его волосы, тело, льняная белая футболка, лицо – всё исчезло, оставив след как от красок холи. Прежде чем упасть вниз, Йоичи успевает вдохнуть всё, что осталось от друга. Это даёт мимолетные ощущения близости и сплоченности, которые они когда-то даровали друг другу с поводом и без. Проваливаясь все глубже и глубже, футболист только и мог наблюдать, как галограммный искусственный рай распадается на маленькие пазлы. Была ли это его вина? «7:00» Будильник уже не пугал. В отличие от Сэйширо, Исаги даже был рад, что такой бессмысленный сон наконец-то закончился. После ухода третьего сокомандника в комнате царила тишина. Нет, не потому что белобрысый и синевласый как-то враждовали, просто Наги просыпался немного позже. Пока тот расклёмывался, Мегуру и Йоичи вместе умывались, завтракали, параллельно обсуждая какую-нибудь подслушанную сплетню, относили товарищу-ленивцу еду из столовой. Оставшись вдвоем, такая надобность отпала. Наги приспособился к новому режиму сна, поставив перед собой цель пробраться вперёд любыми средствами. Исаги поощрял успеваемость напарника, однако "цена" за такую успеваемость была слишком высокой. Уход Бачиры оставил значимый, но абсолютно противоположный след на парнях. Можно ли было избежать ссоры? Каждую ночь Исаги представлял благоприятный результат событий, при котором они всё также общались и оказывали поддержку друг другу, но каждый раз грёзы превращались в кошмары, которые ещё сильнее наводили тоску и в без того расшатанных мыслях. Так и проходили почти все дни. Размешивая по тарелке остывший варёный рис, Йоичи впервые откинул навязчивые мысли на задний план и начал думать о предстоящих матчах. « Надо решить с кем соревноваться, в этот раз проиграть нельзя » — он невольно окинул взглядом столовую. Похоже многие были опечалены итогами первого матча. — Нам нужен сильный распасовщик в команду. Кто-нибудь по типу Рео и Бачиры. — Наги начал разговор, словно читал мысли товарища как открытую книгу. Исаги лишь кивнул в ответ, не хотелось подтверждать абсурдность их положения. Поговорив после индивидуальной тренировки, парни решили отправиться в "общий зал", где обычно собирались проигравшие с одним и тем же количеством игроков. В глубине души, Исаги все еще верил, что они смогут сразиться с кем-нибудь достойным, чтобы в будущем шансы на победу, и естественно, на возвращение Мегуру увеличились. Но реальность сурова. Скорее всего все сильные уже продвинулись вперёд, поэтому футболисты, усевшись на неудобные пуфики, от нечего делать рассматривали всё : начиная с остальных дуо, заканчивая потолками, оснащёнными профессиональными лампочками. Спустя полчаса бездельничества, из-за двери послышался чей-то низкий бархатный голос, высказывающий всевозможные ругательства на свете. Трудно было не узнать, что вот-вот войдущий игрок никто иной как Баро. Его напарник удивил не меньше. Встретившийся с Йоичи взглядом, Нарухая принялся оправдываться таким неожиданным появлением. Эта история слегка подняла настроение парням. Теперь стало ясно, что эта парочка была бы отличными соперниками для Наги и Исаги. Этот день пролетел также быстро, как и предыдущие. Тратить свободное вечернее время в пустую уже становилось преступлением. Взяв себя в руки, Исаги сделал упражнения с захлёстом голени назад и легкую растяжку тела. Он собирался уходить, но неожиданный гость привлёк все внимание. Нарухая, оживленный встречей, вновь начал разговор о матче. — Вы так и не решили с кем будете играть? — В этот раз он был настроен решительно. — Ещё нет, все-таки хочется отбить сильного игрока. — Вот-вот.. я поэтому посидел тут подумал и понял, что сейчас надо идти на риск нам обоим. — Что ты имеешь ввиду? — Дружеская беседа старых товарищей быстро переросла в ярое напряжение. — Мы с тобой похожи. Ещё бы страшно не было. У меня в команде Баро, а у тебя вон Наги. Естественно нас с тобой никто не выберет. — Поражало то, как с лучезарной улыбкой на лице, Асахи говорил жуткие, антиутопные вещи. — Если и вправду хочешь стать лучшим бомбардиром в мире, сейчас надо рисковать. Так давай же сразимся? Поставим на кон свои мечты. В горле пересохло, а светодиоды будто силой испепеляли футболиста, что и напомнило о сегодняшнем сне. — Я согласен, хотел предложить тоже самое.— Пускай принимать такое решение в одиночку неправильно, но нельзя было струсить и показать сопернику свои сомнения. Диалог закончился на неприятной ноте. Но, признаться, это и вправду воодушевило Йоичи забрать все голы в предстоящем матче. Пожав друг другу руки, футболисты разошлись. Сразу после горячего душа Исаги кратко рассказал Сэйширо о планах на ближайшие три дня, упустив детали о странном поведении знакомого. Куда же направился Асахи, наполненный подозрительно сильной энергией и непоколебимой решительностью, знал только сам Господь.