Опора

      — Нозоми?       Котонами окликнули по имени, но она медлила отвечать, продолжая расфокусированно глядеть на пёструю улицу перед собой. Коджи Ятабэ приобнял её за плечи, и она почувствовала сквозь ткань рубашки, что ладони у него были потные. От Коджи навязчиво пахло персиковой жвачкой. Нозоми поглядела на него, на его дурацкую бандану, и мысли унеслись куда-то к их первой встрече.       Тогда Саки подошла к лидеру жёлтых платков, а она, Нозоми, очаровала своей застенчивостью его правую руку, Коджи Ятабэ. Из-под жёлтой банданы Коджи торчали сальные волосы, майка казалась мятой и не вполне свежей. Ятабэ застыл, распахнув глаза, полные искреннего мальчишеского интереса, залюбовался новой знакомой. Нозоми робко улыбалась, скрывая своё отвращение, и тогда ей захотелось снять линзы, чтобы не подмечать детали. Если бы Изая-сан не сказал, она бы за километр не подошла к парню из уличной банды.       — Нозоми, всё хорошо? Ты сегодня какая-то странная...       — Да?.. Устала, наверное...       Они пили через две трубочки из одного стакана с дешёвым клубничным коктейлем. Коджи заулыбался, начал рассказывать какие-то истории. Нозоми смеялась над его шутками, сама удивляясь, насколько её смех звучал искренне. Котонами потянула из трубочки, и Ятабэ тоже наклонился над стаканом, коснувшись кончиком носа её щеки. Нозоми сглотнула и ещё раз смущённо хихикнула. Коджи прищурился и неуклюже по-рыбьи сложил губы трубочкой. Нозоми внутренне скривилась, но уголок её рта подёрнулся вверх. Она закрыла глаза и прильнула губами к щеке Коджи, легонько и дразняще. Ятабэ напрягся и задержал дыхание. Нозоми скользнула к уголку его губ и двинулась чуть дальше, оставляя след невесомого поцелуя. Было не так сложно, как казалось сначала — стоило только представить на месте Коджи Изаю-сана.       Приторные клубника и персик перебивали замечательную сцену в воображении Нозоми — Изая-сан не любил сладкое. Он любил ячменный чай. Нозоми по вечерам заваривала ячменный чай, а брат плевался от него и говорил, что убьёт Изаю Орихару, потому что он заставил Нозоми встречаться с недопадком из уличной банды.       — Ты ничего не понимаешь. Изая-сан единственный, кому можно верить. Если бы не он, мы бы умерли.       Нозоми Котонами будто как вчера помнила тот день. Тогда она еле-еле передвигала ноги от голода, возвращаясь из школы. Небо розовело, предвещая закат. От мысли про возвращение домой к горлу подступал слёзный комок. Приёмные родители, если вернутся с работы не в духе, обязательно придумают какое-нибудь новое издевательство. Не было на земле ничего отвратительнее этого ожидания. Оно заволакивало и лишало сил, а руки и ноги делались плетьми. Вчера их с братом заставили драить полы своей одеждой, а потом надеть мокрые тряпки на себя. А на той неделе... Нозоми нервно сглотнула. Что будет сегодня, оставалось только догадываться. Может быть, произойдёт чудо, сегодня пронесёт и это всё закончится?..       Внезапно перед ней возник худощавый парень в пальто со светлым мехом. Он стоял против солнца. Нозоми щурилась, но даже через толстые стёкла очков не могла разглядеть его лицо. Мир вокруг казался ей ненастоящим, как и незнакомец в лучах заходящего розового солнца. Откуда он знал её имя? Что ему было нужно?       Нозоми не знала, зачем Изае-сану помогать им, но он избавил их с братом от каждодневных мучений. Приёмные родители внезапно свели счёты с жизнью.       — Хотелось бы мне увидеть нашего благодетеля лично, — бормотал брат, осматриваясь в их новой квартире. Изая Орихара помог и с жильём. Всё и вправду походило на чудо.       — Изая-сан не говорил, что хочет тебя видеть.       — Всё равно... Кстати, я знаю, что ты бегаешь куда-то после школы.       — А я знаю, что ты пытался следить за мной. Не делай так, пожалуйста.       — Да я просто волнуюсь за тебя!       — Иди уроки делай.       Нозоми приметила себе место в малолюдном интернет-кафе. В компьютерах она мало что смыслила, но Изая-сан учил её создавать сайт. И объяснял, как можно с помощью сайта зарабатывать деньги.       В кафе царил полумрак, и на лице Орихары отражался мерцающий свет от монитора.       — Я понимаю. Кто владеет информацией, владеет всем, — тихо сказала Котонами. Изая-сан двигал компьютерную мышку, положив руку поверх пальцев Нозоми. Серебряное кольцо на его пальце было холодным. Сердцебиение отзывалось эхом. Котонами бы не удивилась, если бы Орихара читал её мысли. Рядом с Изаей-саном она не проваливалась в панику, как с другими, могла говорить почти свободно. И всякий раз непременно сокрушалась, что она пока ещё школьница, — будь она хотя бы немного постарше... Девятиклассницы из её школы встречались со студентами, но она не осмелится. Даже в эти встречи, когда Орихара рассказывал ей, что можно сделать с любой информацией, Нозоми боялась, что отнимала его время и нарушала границы. Лучше любить издалека.       Если Изая-сан исчезнет, она сойдёт с ума. Он — это любовь, опора, почва под ногами, всё хорошее, что с ней происходило в жизни.       — Владеет всем? Ну почти всем, — протянул Орихара, усмехнувшись. Он убрал руку с её пальцев, продолжая наблюдать за движением курсора на экране. — Хотите владеть этим городом, Нозоми-чан?       Их встречи стали намного реже, а потом и вовсе прекратились. Значит, так нужно. Значит, Нозоми будет довольствоваться редкими телефонными звонками, ловить звук любимого голоса, искажённого километрами, проверять электронную почту в ожидании письма. Значит, она будет терпеть Коджи Ятабэ, потому что так нужно. Она попробует заставить себя полюбить Коджи, если так скажет Изая-сан.       — Коджи сказал, что любит меня.       — Связь плохая, Нозоми-чан! Делайте, что хотите!       — А? Я... Я уже могу расстаться с ним?       «Коджи, прости».

***

      «Изая-сан, вы в порядке? Напишите мне, пожалуйста».       «Изая-сан, я не могу дозвониться, говорят, что ваш номер не существует. Вам нужна помощь?»       «Изая-сан, что-то случилось?»       Нозоми прислонилась к стене и в исступлении что-то бормотала, — Куон был готов поклясться, что она повторяет проклятое имя Орихары Изаи. Временами Нозоми срывалась на плач, и от каждого всхлипа Куон вздрагивал. Сестра сжалась в углу, как брошенный котёнок, как мешок мусора. Она скулила, кричала, стонала, шептала и кусала ногти — и так продолжалось несколько часов. Потому что до неё долетели весточки об Изае Орихаре — подонок просто растворился, исчез, канул в небытие, вероятно, сдох где-нибудь — и бросил весь свой выводок сумасшедших девочек-фанаток на произвол судьбы.       — Нозоми, пожалуйста... Хочешь, я буду как Изая-сан! Я обещаю... Я постараюсь. Я всегда буду с тобой, я тебя поддержу. Нозоми, пожалуйста... Я защищу тебя! — Куон заплакал.       На следующий день Куон проснулся от шума воды. Мигом вскочил с футона и побежал на звук, сокрушаясь, что надо было спрятать ножи.       — Нозоми! — крикнул Котонами, распахнув дверь ванной.       — Д-да?       Нозоми в халате стояла у зеркала, глядела на своё отражение, забыв выключить кран. Куон вздрогнул — сестра поседела.       Нозоми безэмоционально потрогала свои волосы и потянулась за очками на полке. Свет лампы накаливания на её макушке заиграл серебром, и оно словно осветило начало её новой жизни.       — Знаешь, я больше не хочу выходить на улицу, — равнодушно бросила Нозоми, как будто это была самая обыденная вещь. Мир снаружи был слишком жесток к ней, и теперь, когда Изаи Орихары не существовало, зачем жить вне, зачем растворяться в суете города?

***

      Куон поставил перед ней миску с лапшой и палочки и пожелал приятного аппетита, как вдруг раздался звонок мобильника. Нозоми дёрнулась и схватила телефон.       — Алло, Нозоми? — сказал голос в трубке.       — Саки, это ты?..       — Угу. Ты как там? Слышала, что Нанако попала в больницу? Сбросилась с крыши, но выжила. Бедняжка теперь не сможет ходить.       — Мне так жаль... Я с ней не общалась толком, но это так ужасно...       — Ты сама как? Держишься?       — Спасибо, всё нормально...

***

      Нозоми открыла свой сайт. Куон позаботится, и новость станет реальной после своего рождения в интернете на сайте фальшивых новостей. Новая статья была почти готова, осталось только указать автора. Котонами напечатала некогда любимое имя на латинице и перевела пару слогов на английский. Получилась бессмыслица, но действительно узнаваемая. Может быть, так кто-нибудь из несчастных почитательниц Изаи Орихары вновь обретёт почву под ногами и опору. Пусть она создаст его призрак, пусть влюблённость в ощущение спасения утихнет и уйдёт навсегда.