Серафима

Я проснулась от приглушённого смеха и шуршания ребят. Они — мои друзья с детства. В принципе, тут все считаются таковыми. Может, мы даже больше, чем друзья, точно семья. Но по истине близким человеком для меня является моя настоящая сестра-близнец — Агата. Открыв глаза, я увидела причину суеты — они украшали наши кровати. Сегодня нам с Агатой исполняется шестнадцать. С самого нашего рождения нам говорили, что по исполнению восемнадцати лет мы все отправимся в другое место. Я не очень жду этого события, ведь мне и здесь комфортно, но вот Агате — интересно. Нам осталось ждать ещё два года и мы покинем наш дом. Это большое красивое место с преимущественно белым цветом. Потолки здесь высокие, отчего эхо сильное. Также, у нас есть свой двор, но далеко нам не разрешают заходить. Меня это особо не волнует, я не так сильно люблю гулять на улице, как Агата. Моё самое любимое место — библиотека. Мне нравится читать, а там столько всевозможных книг - просто восторг. Агата говорит, что читать книги скучно, хотя сама и трёх страниц не удосужилась прочитать. В основном там книги о церквях, храмах и религии. Из этих книг я сделала вывод, что Бог есть. Я считаю, поскольку у меня сейчас такая прекрасная жизнь, он точно существует и это его заслуга. Это звучит так удивительно: могущественный Творец, наблюдающий за нами с небес, и я в него верю. Сейчас я нахожусь в главном зале. Именно здесь мы обычно празднуем дни рождения. Посередине встают именинники, задувают свечи на торте, а остальные стоят вокруг них и поздравляют. Все тут очень дружелюбные. Я рада, что живу в таком коллективе. Сейчас, смотря на Агату, я будто бы смотрю в зеркало: удивляюсь, насколько люди бывают похожи. Мы обе голубоглазые блондинки одного роста, наши волосы подстрижены одинаково — чуть ниже плеч. Мы кажемся абсолютно идентичными, за исключением двух природных различий — у Агаты есть веснушки и волосы более пышные, — в остальном мы как под копирку. Всю эту схожесть дополняют ещё и одинаковые костюмы. Впрочем, у всех детей здесь такая одежда. Это что-то наподобие длинного халата белого цвета, но материал более прочный и всё на застёжке. Штаны и обувь также белого цвета. Я часто задумывалась, почему белый цвет преобладает над всеми другими оттенками, но всё ещё не уверена в ответе. В книге о значении цветов было сказано, что белый цвет символизирует чистоту и невинность. Может, это означает то, что мы пока ещё дети? А когда нам исполнится восемнадцать лет, мы сможем надевать одежду других цветов? Было бы интересно. Думаю, я бы хотела попробовать надеть противоположное белому цвету — чёрный...

***

— Се-ра-фи-ма! — окликнула сестру Агата, вырывая ту из своих мыслей. — ты что, уснула с открытыми глазами? Похихикивая, Агата махала руками перед лицом Серафимы. — Или ты так долго думаешь над своим желанием? Давай побыстрее, я уже хочу свечи задуть! Агата — нетерпеливая и гиперактивная, в отличие от своей вечно спокойной сестры. Несмотря на то, что они родились с разницей всего в пару минут, Агата куда больше походила на младшую, чем Серафима. — Я уже всё, давай задувать. Агата, кивнув Серафиме с широкой улыбкой, набрала побольше воздуха в лёгкие. Серафима последовала её примеру и в следующий миг они вместе задули свечи. Ребята сразу же начали хлопать им. После этой небольшой "церемонии" все шумной компанией идут в столовую, где на стол подают блюда на любой вкус. Завершив трапезу, ребята собираются заниматься своими делами. Есть такой промежуток времени, в котором всем нужно заниматься какими-нибудь развивающими вещами — физкультура, шитье, шахматы и так далее. Однако в чей-то день рождения у всех "выходной", но Агате это не мешает устраивать соревнования на выносливость. Серафиме больше нравятся шахматы и шитьё. Она хочет научиться шить более профессионально, но сколько бы раз Серафима не читала книги-инструкции по шитью, каждый раз выходит что-то "среднее". Дело в том, что она самоучка, и нет никого, кто мог бы её наставить. — Ты опять пойдёшь в библиотеку? — Агата вновь вырывает Серафиму из раздумий. — ...Да, хочу заново прочитать об искусстве шитья и сделать себе более подробные заметки. — Блин, ты как всегда. Может, сегодня погуляешь со мной подольше? — Ну-у. В принципе, можно. — Слегка нехотя ответила Серафима. — Ура-ура-ура! — Агата схватила Серафиму за руку и повела её во двор. — Давай ты сыграешь с нами в догонялки? — Фу, нет, не хочу! — Резко отрезала Серафима, ставя руками крест. — Эм, вообще-то ты уже согласилась со мной погулять. — Конкретно на это я не давала своего согласия. — Да ладно, что ты как бука. Тебе нужно периодически заниматься спортом, иначе совсем креветкой станешь со своими книгами. — Агата указала пальцем на спину сестры. — Так-то у меня ровная осанка. — Серафима выпрямилась, доказывая свои слова. — Ну тогда ноги у тебя отпадут, не знаю! — Агата скрестила руки на груди. — Но много двигаться важно, так что давай, погнала! Агата толкает сестру во двор и громко объявляет другим, что через пять секунд они начнут играть в догонялки и во́дой будет Серафима. Та лишь стоит, уставившись на ехидное лицо сестры. Сама Серафима выглядит совсем не радостно. — Раз! — Агата начала отсчёт и все приготовились разбегаться по двору. — Два! — На этом моменте Серафима пришла в себя. — Да не хочу я, какой "два?".. — Три! Хочешь. — Агата делает небольшую паузу. — Четыре! Если не будешь играть — я обижусь. Пять! Все, включая зачинщицу, начали убегать от новоиспечённого игрока. В итоге у Серафимы не осталось выбора, кроме как играть с другими.

***

Догонялки закончились тем, что Серафима, так никого и не поймав, устало упала на землю. Ребята, как обычно, разошлись, а Агата продолжала мучить сестру физическими упражнениями. Уже наступил вечер. Серафима ужасно вымоталась, что не могла даже встать самостоятельно. Агата нависла над ней и подала руку, помогая подняться. — Ну что, как тебе разминка? — лыбясь, спросила Агата. — Ты... — делая паузы, чтобы отдышаться, отвечала Серафима. — Фух... Серьёзно? Да я... Ненавижу бегать!.. — Хи-хи, ты вся лохматая, смешная такая! — игнорируя злобные высказывания сестры, ответила Агата. Серафима закатила глаза и наконец-то взяла Агату за руку, чтобы встать. — Сегодня ещё и так жарко... А мы, блин, в штанах бегали... И вообще в очень закрытой одежде... — Ну что поделать, протупили. — Агата скорчила странную рожицу, что рассмешила Серафиму. — Да, точно. Как я могла так просто поддаться на твои манипуляции, не подумав о том, что я в неподходящей униформе. — Да-да, крутышка ты такая. Пошли в дом уже. Серафима кивнула. Они вместе направились обратно в здание. Сёстры шли в тишине и только звук их обуви раздавался эхом в больших коридорах общего дома. Их обувь — сапоги — издавали тяжёлый звук, который мог нагонять неприятную атмосферу в определённые моменты. Отчего-то у Серафимы появлялось чувство необъяснимого страха, когда она слышала топот этих сапог в пустых комнатах. Серафима понимает, что этот страх иррационален, но не может ничего с этим сделать. Внезапно слышится громкое урчание живота. Серафима посмотрела на Агату с недоумением. — Ой, мы же сегодня совсем в столовую не ходили после праздника... — Агата неловко положила руку на свой живот. — А верно ведь. Но время уже позднее, не думаю, что столовая ещё работает. — Э-э-эх. Что, до утра терпеть? — на лице Агаты выражается грусть. — Да ладно, сейчас воды попьём — голод притупим и ляжем спать сразу же. — Ну ничего больше и не остаётся. — Сказала Агата с раздражением. — Тише-тише, а то сейчас все пять стадий горя Кюблер-Росс пройдёшь. — Это кто? — Ох, её полное имя — Элизабет Кюблер-Росс. Она выдающийся швейцарско-американский психиатр и психолог, совершившая революцию в том, как западная медицина относится к смерти. Эти пять стадий легли в основу её модели. — Серафима улыбается, когда рассказывает информацию, которую вычитала из книг в библиотеке. — Книг по психологии в нашем библиотечном зале всего штук десять от силы, не смотря на обширность выбора. По крайней мере, на первый взгляд. Ведь там же в основном религия, да молитвы, поэтому... — Ты мило рассказываешь о том, что тебе нравится. Это классно! Я в книжной теме не смыслю, но слушать тебя интересно. — Агата вновь улыбнулась своей фирменной улыбкой. — Но всё же, э-э-э.. Что ты имела ввиду под "пять стадий горя"? — Если вкратце, это когда человек проходит пять стадий: отрицание, гнев, торг, депрессия и принятие. И они необязательно идут в таком порядке. — А-а-а, теперь всё понятно. Наконец они дошли до комнаты девочек. Когда сёстры вошли в спальню, оказалось, что свет ещё горит, хотя некоторые уже спали. «Наверное, они сильно устали за сегодня», — подумала Серафима. Остальные же занимались своими делами. Комната девочек была огромной — иначе здесь не поместилось бы пятнадцать человек. Чтобы поскорее смыть с себя пот, сёстры прошли вглубь помещения, где за раздевалкой скрывались душевая и туалет. У мальчиков всё было обустроено точно так же. Закончив смывать с себя уличную грязь, сёстры и остальные девочки начали разбредаться по своим кроватям. Вскоре свет погас, и наступила ночная тишина.