С краю

Так давно тебя не было тут. Почему тебя дома не ждут? Почему никого из нас дома не ждут?

На лице вопросительный знак. Мы так любим весь этот бардак. Если всё хорошо, значит что-то не так.

Ты танцуешь где-то с краю, Чтоб тебя не замечали, Чтоб тебя не приглашал никто. Ну а я с другого краю Ежедневно умираю, Выбрав сигареты и вино.

Радиопомехи — "С краю" (с)

      Бато плавным движением покачал в руке бокал с коктейлем, навскидку оценивая состояние команды. Он пришел поздно, и к моменту его появления Бомо уже был без пяти минут в глубоком сне, подпирая кулаком щеку и постоянно соскальзывая с него, пока Сайто, становившийся исключительно болтливым вопреки своему обычному состоянию после первых трех глотков, рассуждал на какую-то глубоко философскую тему, а Исикава допивал четвертую двойную порцию виски, что означало, что данные на ноутбуке перед ним уже не анализируются, а превратились в смешной мультик. Паз вышел перекурить и после этого вернулся сразу в комнату - ему на сегодня было достаточно.       Бато усмехнулся и посмотрел на бармена. Она же здесь была официанткой, она же здесь горничная и хостес. Дочка владельцев маленького пригородного отеля западного типа, где команда расположилась на время задания. Кроме них сейчас гостей не было, но Бато все равно было немного стыдно за своих. С другой стороны, они ведь не дебоширят, просто... отдыхают. - Последний раз здесь было так много постояльцев одновременно в прошлом десятилетии, - усмехнулась девушка.       Сколько ей лет? Где-то двадцать, максимум - двадцать пять... На вид совсем ребенок, совершеннолетие выдают только достаточно приличные нейроимпланты на шее. Скорее всего черный рынок, вряд ли на таком бизнесе заработаешь много на хорошую технику из официальных магазинов... Бато чуть улыбнулся. - Простите их. Мы просто устали, - он сделал глоток коктейля. - Несколько дней были в пути, переутомились. - Да мне то что, я такие чаевые видела последний раз с теми самыми постояльцами в прошлом десятилетии, когда еще в школе училась, - девушка рассмеялась. - Хотя компания у вас странная, - заметила она задумчиво, натирая бокал полотенцем, будто они были героями дешевого детектива. - Вы больше похоже на каких-нибудь супер-агентов, чем на обычных туристов. - Бог с вами, милочка. Мы просто компания идиотов, которым в отпуске дома не сидится, - рядом с Бато на высокий барный стул сел Тогуса. - Ты пьешь... "Мимозу"? - он выгнул в вопросе темную бровь. - Это вкусно, - Бато пожал плечами, делая еще глоток.       Тогуса прищурился, изучая его взглядом так, будто лицезрел что-то максимально из ряда вон выходящее, а потом, отмахнулся и покачал головой, видимо, не желая пытаться постичь ответ на только ему понятный вопрос, и тяжело вздохнул. - Двойной виски, пожалуйста, - сказал он, выкладывая на барную стойку наличные. - И бутылку оставьте.       Девушка послушно достала запечатанную бутылку виски, поставила около себя, после чего с важным видом пересчитала наличные, и только потом вскрыла бутылку, наливая порцию алкоголя в стакан и оставляя все напротив Тогусы. Его мрачный вид, по мнению Бато, был куда большим вопросом чем то, что Бато пил коктейль на игристом вине. - Ты с женой разговаривал? - спросил он, ловя коллегу, опрокинувшего в себя залпом алкоголь, периферическим зрением. Вопрос наобум, но это первое, что приходило в голову сейчас, когда Тогусу видели таким мрачным, хотя это крайне редкое явление. Было раньше. - У меня это на лице написано? - недовольно спросил тот в ответ, снова сощуриваясь, и наполняя бокал алкоголем. - Просто предположил, - Бато покачал головой.       Точно разговаривал. И разговор прошел очень негладко. Бато допил коктейль и попросил вторую порцию. - Ее раздражает все. Моя работа вдруг стала проблемой. Раньше ее это не волновало. Ее не волновали мои командировки или внеплановые дежурства. Она всегда говорила, что знала, за кого выходила замуж, а теперь это камень преткновения. Она говорит, что переживает, что я не вернусь в один прекрасный день, но... раньше ее это не беспокоило. Раньше она была рядом, поддерживала несмотря ни на что. А теперь такое чувство, будто она только и ждет того, что я... не вернусь, - Тогуса шумно выдохнул и снова выпил. - Мне кажется, что... она мне изменяет, - резко заключил он, словно обрубая и глядя на Бато с таким отчаянием, что тот растерялся. - У тебя сильная интуиция и годы работы в девятом отделе за плечами, Тогуса. Если у тебя появляется такая мысль, значит ты уже это знаешь наверняка, - Бато горько усмехнулся. - Сочувствую. Но не рекомендую отрицать. - И что делать? - Понятия не имею. Поговорить с ней и сходить к семейному психологу? - Ты смеешься? - Варианты предлагаю, - Бато покачал головой. - Мне то откуда знать? Я в этой жизни ни дня женат не был ни счастливо, ни как-то еще. - Ты жалеешь об этом? - спросил Тогуса. - Что не женился? - Да у меня серьезных отношений-то не было ни разу, - фыркнул Бато. - Было бы на ком...       Было бы... Он невольно поднял взгляд к потолку. Где-то там, на втором этаже, в своем номере расположилась Майор, и, скорее всего, снова ушла глубоко в сеть. Когда она последний раз выпивала с ними?.. Тогуса назвал бы его странным, узнав, что Бато хранит тот сфабрикованный семейный снимок, на котором за основу для внешности несуществующей супруги взяли облик единственной женщины в подразделении. Бато подумал тогда, что это что-то среднее между основательным издевательством и очаровательной иронией от вселенной. - А ты жалеешь? Теперь, когда все так обернулось, - спросил он у Тогусы. - Не знаю. Нет. У нас все таки ребенок... Я без дочери жизни больше не представляю, - он отрицательно покачал головой. - Но... Больно все равно, - он опрокинул еще одну порцию. - Не раскисай, все образумится, - Бато похлопал его по плечу. - Я пойду покурю.       Он вышел на улицу. Пахло свежей сыростью - дождь шел уже вторые сутки не прекращаясь. Это еще больше затрудняло их задание и, фактически, именно дождь стал причиной того, что они здесь остановились. Прогноз погоды ничего хорошего не обещал. Опять же, с другой стороны у них есть время разобраться лучше в сути миссии, изучить биографии участников... Да, у них есть время.       Времени у них у всех всегда полно. Даже у Тогусы его вдруг стало очень много, и даже при условии, что он по-прежнему был на редкость заботливой наседкой для своей дочки. Иногда Бато задумывался о том, чтобы завести кошку или собаку. Чтобы дома был хоть кто-то живой, кто ждал бы его. Хотя бы из-за того, чтобы в миске снова появился корм. Но в командировках ухаживать за животиной было бы некому...       Бато поджег сигарету, глядя в затянутое клубами черной ваты небо. Фонари выключены. Наверное, здесь можно будет увидеть звезды, когда небо безоблачное. И, как назло, сейчас идет дождь. Алкоголь наконец вдарил в голову, и Бато почувствовал, как сознание слегка мутнеет и тяжелеет. И... неизбежно возвращается к ней.       Сигарета тонко дымила, ярким маленьким огоньком светясь рядом с его рукой.       Он сам как пес. Ходил за Майором по пятам, держась на почтительном расстоянии при всех, и сокращая его, когда они оставались один на один, выполняя все ее команды. Скажет сидеть - сядет, скажет лечь - ляжет, скажет умереть - умрет, даже не задумываясь. Давно уже сам не понимает, ведет ли себя так, потому что нужно выполнять приказы старшего по званию или потому, что старшая по званию выдрессировала из него ручного оперативника... Ждет ее сухой похвалы и редких, коротких прикосновений, как маны небесной. Он даже не пытается осмыслить это чувство. Он знает, что Мотоко не подпустит к себе никого ближе, чем сама посчитает нужным, а она... практически никогда не считает.       Он просто привязан к своему боевому товарищу, и пусть так остается дальше. Пусть он будет просто преданным напарником в глазах людей и в своих собственных. - Бато, - раздался ее голос в их личном внутреннем канале. - Доложи обстановку. - Паз спит, остальные пьют в баре, Тогуса сильно расстроен и тоже пьет. - Они достаточно пьяны, чтобы не заметить твой уход? - М-м-м, более чем, думаю, - Бато нахмурился, делая последнюю затяжку и выкидывая сигарету в урну. - Что-то случилось? - Поднимись ко мне. - Есть, майор, - ответил он.       Бато вернулся в отель. Проходя мимо бара снова оценил обстановку. Бома и Сайто разговаривали и продолжали пить, Исикава хихикал над данными, а Тогуса сидел у барной стойки, обхватив голову двумя руками и глядя на опустевшую на четверть бутылку виски так, будто та задолжала ему ответы на все вопросы. Бато сделал вид, что не видел небольшую лужицу слез на барной стойке. Это уж точно не его дело. Сейчас смысла с ним разговаривать нет никакого, да и что он ему скажет кроме того, что уже сказал?       Майор, конечно, заняла отдельную комнату. Не потому, что она была женщиной: если бы ее это действительно смущало, она бы не стояла голышом после использования камуфляжа с такими видом, будто бегать голой по улицам - абсолютная социальная норма, а потому, что она Майор. Они сами, из уважения и четко соблюдая дистанцию с начальством, всегда, если была возможность, оставляли ее одну.       Он глухо постучал костяшкой пальца по дереву и приоткрыл дверь. - Можно? - спросил Бато. - Проходи, - ответила Мотоко.       Она сидела на краю большой двуспальной кровати, голая и ссутулившаяся. Бато на секунду задержал взгляд на обнаженном силуэте. Этого хватило, чтобы проанализировать ситуацию и отвести взгляд, тут же упавший на стоявшую на комоде у двери открытую и на три четверти пустую бутылку вина. Он схватился за нее машинально и сделал несколько крупных глотков, едва заметно сморщившись. - Ты что-то хотела, Майор? - Бато поставил бутылку на место и направился к кровати, садясь на другом краю спиной к ней, оборачиваясь через плечо, но не глядя на нее. - Что-то случилось? - Не могу разобраться в деле. Все слишком чисто. Идеально выверено до последней точки. - Хм, - Бато прикусил губу. - Значит точно что-то не так. Не бывает идеально. Не должно быть. Люди должны ошибаться. - Может мы имеем дело не с людьми? Исикава что-нибудь узнал? - Если наш враг - не человек, то это тоже попадает под категорию "что-то не так". А Исикава уже пару часов смеется над данными как над выпуском Спанч Боба. Даже если он что-то нашел, до утра мы не узнаем. Майор... Может тебе отдохнуть? Пойдем в бар, выпьем. Поговоришь с Сайто, а то Бомо его уже не вывозит, утешишь Тогусу. Дождь закончится не скоро, так что время у нас еще есть. Завтра на трезвую голову... - Подключись ко мне, - оборвала она его, и положила провод на середину кровати, так и не обернувшись.       Это было произнесено одновременно и как приказ, и как просьба. Плечо Бато машинально дернулось, рука взялась за штекер, но он затормозил. Он выполняет ее приказы думая только о том, как их выполнить, но сейчас в пьяной голове возникло до болезненного острое желание спросить, ведь Мотоко не часто предлагала кому-то лично к ней подключиться, во всяком случае, когда речь шла о коллегах. Во время рабочих моментов - да, но вот так просто... - Зачем? - Хочу заняться с тобой сексом, - будничным тоном, будто предлагала пойти перекусить, ответила Мотоко.       Бато сделал глубокий вдох и медленно выдохнул, переваривая ее слова. Так прямолинейно, что он почувствовал себя совершенно безоружным перед этим заявлением. - Майор... - Не хочешь этого? - она наконец обернулась на него через плечо и взгляд его кибернезированных глаз встретился со взглядом ее стеклянно-чистых голубых. - Я не... - Бато снова замолчал. Мысли не вязались друг с другом. Он не хочет? Нет, черт возьми, он хочет, но... Не так. А если по-другому, то как? После романтического ужина в ресторане? При свечах и под классическую музыку? От собственных мыслей стало тошно. С ней по-другому... Никак. - Майор, ты так с полбутылки вина набралась? - Ты не ответил на вопрос.       Бато нервно усмехнулся, отворачиваясь. - Почему я? - А почему кто-то другой? - спросила она с привычным холодным спокойствием. - Мы с тобой близки. Не так, как с остальными. Мы с тобой не просто напарники. Больше чем просто напарники. Разве это не так?       Он не ответил. Да, это так. И соврать он ей не сможет. - Почему тогда не заняться любовью в реальности? Неужели реальный секс не может быть настолько же хорош, насколько и виртуальный? Там конечно есть свои прикольные фишки, но... Почему не здесь? Зачем иначе эти тела делать настолько... реалистичными? У тебя ведь стоит экспериментальный Си-5, Майор? - Откуда ты знаешь? Читал мою медкарту? - Предположил. Три месяца назад, после того, как мне прошило грудную клетку, техники во время починки предложили установить этот модуль, сказав, что пока такой есть только у одного человека из нашего отдела. Сразу подумал о тебе. Кто еще, если не ты? - Ты согласился на установку? - Да. - Значит... Ты предпочитаешь заниматься любовью в реальности?       Бато не сразу заметил, что она сменила формулировку следом за ним. - Сейчас не многие хотят встречаться в реальности. Но если есть такая возможность, я предпочту ее. Виртуальный секс... обезличивает и обесценивает чувства.       Она засмеялась. - Да ты безнадежный романтик, Бато! Кто бы мог подумать, что наш самый грозный оперативник такой...       Она замолчала. Бато оказался рядом быстро и незаметно для нее, отвлеченной смехом. - Активируй модуль, - прошептал он ей на ухо. - И расслабься.       Он сел позади, скользнув пальцами по шее и прильнув к ней губами, мягко касаясь тонкой синтетической кожи, так похожей на человеческую. Другой рукой он аккуратно скользнул по мышцам ее пресса, вверх, и аккуратным, но твердым движением сжал в ладони полную грудь. Мотоко замерла, даже перестала дышать. - Разве это менее приятно, чем было бы в сети? - шепотом спросил он, обжигая ее ухо горячим дыханием, и прихватил зубами мочку, слегка стискивая. - Модуль Си-5 увеличивает чувствительность рецепторов в индивидуальных эрогенных зонах... - Не пытайся рационализировать, Майор. Я спросил, приятно ли тебе? - Бато крепче сжал ее грудь, положив два пальца на крупный сосок, задерживая взгляд на открывшийся ему вид из-за ее плеча.       Он не воспринимал ее тело в привычном понимании красоты. И так понятно, что она эстетически красива, даже с учетом широких плеч и почти мужской мускулатуры, которые не были в его вкусе. Но... это ее тело. А она для него прекрасна по умолчанию. - Ты ведь знаешь в чем фишка нового модуля? Не в усилении чувствительности рецепторов. В первую очередь он максимально приближает чувствительность к живой органике. Создает практически идентичные процессы в мозге. Он делает секс в таком теле максимально похожим на реальный. - И действительно делает? - она посмотрела на него. - Мне то не с чем сравнивать. Я всю жизнь в таком теле. - Действительно, - Бато хмыкнул. - Хочешь развлекаться за мой счет, Майор, я тебя развлеку. Но на своих условиях, - он отпустил ее и встал с кровати.       Она посмотрела на него снизу вверх и взгляд ее приобрел тот самый едва уловимый оттенок любопытства. Мотоко оперлась ладонями на кровать позади себя, отклоняясь, показывая свое тело во всей красе. - И чего же ты хочешь? Минет? Мою задницу? Анилингус? - она наклонила голову на бок. - По-твоему, я настолько предсказуемый? - Бато так же наклонил голову, передразнивая ее. - Ложись на кровать и устраивайся поудобнее, - он расстегнул пряжку ремня.       Майор послушалась. Она забралась на кровать, легла, пристально наблюдая за движениями его рук. Бато снял ремень и приблизился, нависнув над ней. Осторожным, едва ощутимым движением взял одну ее руку за тонкое, но крепкое запястье и завел наверх, к изголовью кровати, под все тем же пристальным взглядом. Конечно, она уже сообразила, что он собирается сделать, но будто в насмешку ему делала вид, что не понимает. Он взялся за вторую ее руку, перетянул оба запястья ремнем, привязывая к изголовью, но не затягивая слишком туго, оставляя ей место для маневра. - Удобно? - уточнил Бато так, будто это действительно имело значение - будто ее тело живое и ей действительно может быть дискомфортно от неудобного с точки зрения биологического человека положения, будто он не видел, как она оторвала себе руку без задней мысли, освобождаясь из захвата военной платформы.       Майор не ответила, но машинально потянула руки на себя, проверяя. - Не боишься, что я вырвусь? - Я хочу доставить тебе удовольствие, а не превратить в свою узницу, - фыркнул Бато, обращая внимание к ее одежде, лежавшей на кресле. - Это подойдет, - сказал он, беря в руки темно-синий шарф. - Хочешь завязать мне глаза? - спросила Мотоко. - Ага. Слепота обостряет чувства, - он сел рядом с ней. - Часто тебя привязывают к кровати и лишают зрения? - спросила Майор, пока он завязывал шарф плотной повязкой на ее глазах. - Или обычно это делаешь ты? Знаешь, учитывая то, как ты говорил об обесценивании в виртуальной реальности, я бы решила, что ты трахаешься исключительно как в мелодрамах. - А что плохого? Не любишь нежности, Майор? - Значит я права?       Ответа на вопрос он ей не дал, ложась рядом.       Бато невольно замер на пару секунд. Он... не должен относиться к происходящему как к проявлению чувств. Для нее это развлечение. Способ снять стресс. Просто в этот раз выбор пал на него, потому что больше здесь никого подходящего нет, только девчонка-сотрудница, которая совсем не в ее вкусе. Мотоко всегда выбирала людей далеких, тех, кому не нужно было доверять, чтобы заниматься с ними сексом, потому что эти отношения ничего большего и не подразумевали. Ему она, наоборот, доверяла больше, чем кому-либо. Доверие между ними позволяло быть ближе и не задавать вопросов ровно так же, как случайным знакомцам.       Мотоко тоже не двигалась. Судя по мимике - хмурилась, видимо, пыталась анализировать окружающую обстановку без возможности задействовать зрительные сенсоры. Он навис над ней, провел ладонью по темным синтетическим волосам, коснулся пальцами щеки и большим пальцем провел по приоткрытым губам. - Бато, - прошептала она. - Что ты делаешь? - Любуюсь, - он улыбнулся. - Ты такая красивая, Майор. - Я помню, ты сказал, что мне стоит сменить это тело, потому что оно слишком мужеподобное, - Мотоко ухмыльнулась. - Давно ли ты считаешь иначе?       Бато прильнул к ее губам. Страстно, глубоко, целуя ее так, будто другой возможности у него может уже никогда не быть. Майор отвечала, кусалась, легко пустила его язык в свой рот, позволяя ему сплетаться с ее языком, и ловя его при попытках отстраниться. Ее дыхание стало чуть более поверхностным, он чувствовал, как она прижималась к нему всем телом, стараясь сблизиться, обхватила ногами за поясницу, и его полу-твердый член уперся в ее промежность. - Это просто оболочка, - прошептала она, когда он наконец отстранился, давая ей возможность сделать глубокий вдох. - Она может выглядеть как угодно. Ее просто сделать красивой. - Мотоко, - он наклонился к ее уху. - Ты красивая. В любых доспехах. Ты не переубедишь меня в этом. А если ты не прекратишь болтать, я найду, чем занять твой сладкий ротик.       Он прильнул к ее шее. Целовал пылко, но нежно, слегка впиваясь зубами в кожу, ласкал языком, поднимаясь вверх, чтобы поцеловать горящие уши. Не знал, что ее модель может краснеть... С губ Майора срывались резкие, горячие вздохи, пальцы ее рук сжимались, впиваясь и царапая кожу армейского ремня, она покусывала губы. Бато наслаждался, ловя каждый момент, каждый жест, каждый ее вздох. Каждое прикосновение к ней будило в нем что-то настолько давно не испытываемое, что ставшее инородным, что-то... человеческое.       Руки его изучали ее тело. Грудь, талия, ягодицы, бедра... Она вся была упругой, крепкой, и при этом чертовски приятной наощупь. В голове начинало мутиться от возбуждения, но Бато не спешил, все таки, он хочет показать ей премущества Си-5. Пальцы обхватили сосок, чуть крутанули, сжали, и она выгнулась на встречу прикосновению, едва слышно застонав. - Какой чудесный звук, - прошептал Бато и снова сжал твердую бусину, прежде, чем прильнуть к ней губами, под еще один, в этот раз более продолжительный стон.       Он широко лизнул сосок, прихватил его зубами, сжимая чуть сильнее, и Мотоко выгнулась навстречу этому прикосновению. Его пальцы прошлись по мышцам пресса, остановились внизу живота, осторожно поглаживая. Нежно, осторожно, аккуратно. Скользнул ниже, чтобы забраться рукой между упругих бедер, коснулся входа во влагалище, обильно истекающее смазкой, и снова провел чуть вверх, находя чувствительную точку. Майор нервно хохотнула, выгибаясь теперь уже всем телом, прикусывая губы. - Нравится? - спросил Бато, круговыми движениями лаская клитор. - Хочу тебя, - прошептала она сбивчиво. - Я хочу тебя. Бато, пожалуйста. - Не торопись, Майор, - он поцеловал ее в щеку.       Бато нырнул вниз, устраиваясь между ее ног. Мотоко вздрогнула, когда его горячее дыхание коснулось лобка и звонко ахнула, тут же плотно смыкая губы, обхыватывая его шею ногами, когда Бато прильнул губами к клитору. Он ласкал его языком, чуть посасывал, а Майор дрожала, хватая ртом воздух, извиваясь и натягивая ремень до предела. Того глядишь - порвет... Бато ухмыльнулся, но своих мучительных ласк не прекращал. Его пальцы проникли в узкое влагалище, поступательными движениями доводя ее до пика. Ее бедра сжались вокруг его головы, синтетические мышцы словно окаменели, и Мотоко застыла, шумно выдыхая. - Тихо, шею мне сейчас сломаешь, девочка, - он улыбнулся и поцеловал внутреннюю сторону ее бедра. - И мне придется вас бросить и ехать за новой в отдел. - Извини. Просто... Это... Гребаный Си-5, - Майор тяжело дышала. - Так... Ах... Ладно, это правда хорошо... - она ослабила давление бедер на его голову, и Бато смог освободиться из захвата.       Он проложил дорожку поцелуев вверх, к колену, задержался на незаметной, но едва ощутимой вмятенке под искусственной кожей. - Почему не поправишь? - спросил Бато. - Незначительный дефект. На работу доспехов никак не влияет. И напоминает, что при работе с военными платформами надо быть осторожнее. Без руки я не смогу функционировать в должной мере, а вмятина на колене мне никак не мешает, так что самое то. - Так это шрам на память, - он засмеялся. - Мне кажется, я не слышала ничего более... человеческого, чем это.       Поцелуи продолжили подниматься вверх, от колена к лодыжке. Подхватив ее ноги под колени, Бато навис над ней. Мотоко замерла на мгновение, затем улыбнулась и облизала губы, чувствуя, как его член прижимается к ее вагине. Она чуть подалась вперед в попытке усилить контакт, и он прижался ближе, дразняще потеревшись. Скопившееся напряженное возбуждение начинало доставлять дискомфорт.       Бато снова окинул ее взглядом. Это тело... он так много раз отводил взгляд, понимая, что не должен смотреть на нее. Из уважения, профессионального и просто человеческого, из желания подавить этот ублюдский рефлекс одеть ее, чтобы спрятать ото всех, защитить ее личные границы, как будто она с этим сама не справляется. Не желая испытывать какое-либо физическое или эмоциональное влечение, потому что это не приведет их ни к чему хорошему. Но стоило ей поманить его пальцем, и он уже послушно ублажает ее, и ей осталось только почесать за ушком и назвать его хорошим мальчиком.       Он толкается, плавным движением проникая в узкое влагалище, и из его груди вырывается облегченный вздох. Мотоко едва слышно застонала, снова подаваясь тазом навстречу его четким, ритмичным толчкам. Она закусила нижнюю губу, дыхание снова сбилось, становясь поверхностным и частым. Бато с трудом сохранял понимание реальности: алкоголь все еще затягивал тонкой дымкой сознание, и смешавшееся с ним удовольствие заставляло закипать мозги, так, что он невольно стонал ей в унисон.       Она шептала его имя. Сбивчиво, обрывисто, между стонами, извиваясь под ним, подставляя под горячие поцелуи грудь, плечи и шею. Бато отпустил ее ноги, и позволил ей обхватить его за пояс. Мотоко высвободила руки и обняла его одной рукой за плечо, другой впилась ногтями в ягодицу. Она уткнулась носом в мускулистую шею, и он обнял ее в ответ. Ее тонкие пальцы прошлись по коротким серебристым волосам, и она впилась в его губы поцелуем, неожиданно нежным и глубоким.       Бато кончил, крепко прижав ее к себе, но Майор не спешила его отпускать, не позволяя вынуть. Ее пальцы все так же держали его за волосы, пока другой рукой она нырнула к себе между ног, судорожными быстрыми движениями доводя себя до оргазма. Губы ее растянулись в довольной улыбке, она прижималась лбом к его шее, стонала. Только через несколько мгновений после этого она наконец позволила ему отстраниться и лечь рядом. Мотоко судорожным движением стянула с глаз шарф и уставилась в потолок с глуповатой улыбкой, пытаясь наладить дыхание.

***

      Он вышел из душа, протирая запотевшие кибернетические глаза. Мотоко снова сидела на краю кровати, все такая же голая и ссутулившаяся, но теперь, кажется, более расслабленная. - Ну, что скажешь, Майор? - спросил Бато, садясь на противоположную сторону, почти так же, как когда он сюда только пришел, но теперь и сам он был голым и уже трезвым, в отличии от Мотоко - откуда-то появилась еще одна бутылка вина, открытая и опустошенная на половину. Похоже, у нее тут где-то заначка... - Ну не молчи, а то я начну сомневаться в своих навыках. - Ты останешься? - спросила она.       Бато недоумевающе вскинул брови, оборачиваясь, чтобы через плечо посмотреть на нее. - Останься, - Мотоко встала с кровати и направилась в ванную.       Снова этот тон. Одновременно приказной, и при этом просящий, почти умоляющий. И как она это делает?.. Бато тяжело вздохнул. Он не сможет уйти сейчас в любом случае. Это не в его правилах - сбегать после занятия сексом. А уж тем более после занятия любовью. Он завалился на кровать, укладываясь удобно и отключая интерфейс. Если майор сказала остаться, значит он останется.       Через несколько минут вернулась Мотоко. Она легла рядом, уткнулась носом ему между лопаток и обняла за талию, невесомо поглаживая подушечками пальцев мышцы пресса. Бато уже ничему не удивлялся. - Это было... очень хорошо. Си-5 действительно отлично работает... И ты... очень хорош, Бато. Но я меньшего от тебя не ожидала... Ты ведь знаешь, что ты для меня важен, Бато? - спросила она. - Ты дорог мне, как товарищ, как друг, как человек... Я... не могу... представить свою жизнь без тебя, не только рабочую... - Майор... ты мне пытаешься в чувствах признаться?       Она замолчала, и Бато подумал, что она сейчас вероятно, очень угрюмая. Почувствовал легкий удар ее лба о свою спину. Если бы у него было сердце, оно бы сейчас разорвалось. - Ты перебрала, Майор. Спи. Завтра на трезвую голову со всем разберемся.       Мотоко крепче прижалась к нему. Бато положил свою руку поверх ее ладони, не сжимая слишком сильно, просто чтобы чувствовать. - Почему ты остался? - спросила она. - Хозяйка редко разрешает спать рядом с собой на кровати, пользуюсь возможностью, - пробормотал Бато уже в полудреме.