Случайность…

Сначала это были лёгкие касания. Почти незаметные. Будто он случайно. Будто не хотел. Рука случайно касалась выпуклости на животе, поглаживая. Нил всё ещё не мог привыкнуть, как и Эндрю. Он не мог объяснить это. Рука сама тянулась к животу, он не понимал, как вообще к этому пришёл. Мысль о том, что там маленький карапуз, мучила его. Хотелось потрогать, поласкать, но он не мог делать это постоянно. Зато это делал Сэр. Его тянуло к животу Нила, как магнит. Когда рыжий спокойно сидел в зале и смотрел что-то, неважно, на телевизоре или в телефоне, кот приходил и ласкался, пока не начешется, а потом ещё и разваливался на коленях омеги, водя лапами по футболке Нила, впиваясь коготками и мурча что-то на своём. Какая же счастливая морда у этого кота, когда Абрам его чешет по животу. Эндрю даже иногда задумывался, не забыл ли Сэр о существовании своего хозяина? Или ему уже ничего, кроме Нила, не надо? Хотя нет, кот всё-таки не забыл и помнил о хозяине, особенно когда голодный. Да, с жаждой покушать он шёл не к Нилу, потому что тому, на минуточку, наклоняться сложно, и Сэр каким-то образом это понимал. Поэтому за лакомством он ходил только к Миньярду. Сначала подлизывался. Погладить его надо, а потом уже покормить. В общем, он задабривал своего хозяина, чтобы тот накормил. Это наглый кот. Теперь Эндрю в этом убедился ещё сильнее. Джозеф ходил вокруг Нила, как курица со своим цыплёнком. Честно, Абрама это смешило. После того как блондин узнал о беременности, он был сам не свой. Ходил со своими: «Как самочувствие?» или «Ничего не болит, Нил?» Эта забота была, конечно, милой, но, кажется, что рыжеволосый к такому не привык и привыкать не собирался. Он и так сидит на шее альфы, так ещё и теперь тот за ним ухаживает, будто тот драгоценный камень. А Эндрю и сам не понимал, что с ним, и почему он это делал. Просто ему хотелось помочь или, хотя бы, быть рядом. Но он всё ещё не трогал живот так часто, как делали это другие альфы в своих отношениях. Миньярд не мог объяснить это чувство. Его просто тянуло к животу магнитом. Где-то упоминалось, что запах омеги в положении влияет на альф слишком сильно, но Эндрю никогда не думал, что настолько. Запах у Нила был и вправду замечательный, Эндрю, конечно, не сказал бы этого вслух, но даже ночью, пока Абрам спал на своей стороне кровати, на своих подушках для беременных, которые купил Джозеф, обычно голубоглазый спал спокойно, а Эндрю его нюхал. Да, прямо нюхал. Он лежал напротив Нила, вдыхая сладко-пряный аромат омежьего феромона, расслабляясь, а после засыпая. Джостен и не подозревал этого. Нил сидит на диване, укутанный в плед, который Эндрю накинул на него «на всякий случай». Он смотрит какой-то фильм, но внимание рассеянно — рука машинально лежит на животе. В голове снова эти мысли: как он там вообще? Сэр мурлычет у него под боком. Кот устроился так близко к выпуклости живота Нила, будто чувствует тепло оттуда. Его лапка время от времени шевелится — будто он пытается потрогать это странное новое измерение. Эндрю стоит возле кухни и украдкой наблюдает за ними обоими. Он уже трижды хотел подойти и спросить: «Тебе точно ничего не нужно?», но каждый раз останавливается сам. Лишь из своей упорности. В комнате тихо... если не считать довольного мурчания кота. — Нил? — позвал Эндрю, медленно опускаясь на диван около омеги. Рука «случайно» скользнула по животу. — Ты опять трогаешь живот слишком спонтанно. Снова случайно? — Да, тебя это смущает? — Слишком много таких «случайностей», не думал? — спросил рыжеволосый, недовольный тем, что Джозеф не говорит ему прямо о том, что ему нравится трогать живот. — Нет, не думал. — Ты слишком сильно переживаешь за него. Зачем? — спросил рыжеволосый, поглаживая кота по животу. Кот блаженно развалился около омеги, выставляя животик на вид. — Ты себя хорошо чувствуешь? — проигнорировал Эндрю вопрос. Нагло и специально. — Как обычно, всё в порядке. Он не вызывает дискомфорта, но живот всё ещё огромный. Давит на спину. — Не такой уж у тебя большой живот, — сказал блондин, продолжая гладить крупную выпуклость. Нил развалился, как Сэр от ласки. Он чувствовал себя ещё лучше, чем было. — Тебе нравится, — сказал кареглазый. — Тебе кажется. — Это был не вопрос, а факт. — Боже, ты меня раздражаешь. — Я старался. *** Квартира медленно наполнялась детскими вещами и игрушками. Сначала появилась мебель. Потом шкафчики комода заполнялись детскими комбинезончиками и костюмчиками. Вся эта тема с детскими вещами умиляла Нила слишком сильно. Ну как в магазине устоять перед этими маленькими носочками? Вот и Абрам не знал. Потом на полке с посудой появились бутылочки, которые купил Миньярд по просьбе Нила. Но когда дом наполнился детским криком, всё будто встало на свои места. Это маленький карапуз постоянно лежал на руках, не желая слезать. Хлопая голубыми глазками и разглядывая всё вокруг, всё такое незнакомое и необычное. Малыш родился альфой. Маленький, пахнущий своим папой, постоянно плачущий и капризный. Маленький Кай Теодор Миньярд, который, несмотря на то, что его родной отец, кстати, который куда-то съехал ещё давно, не Эндрю, был с фамилией настоящего отца, который хоть и был не родным, зато был любящим. Был настоящим отцом, который глядя на эти маленькие ручки, почти умирал от милоты. Да, на Джозефа это не похоже, но такими были альфы: добрыми и милыми около малышей. Иногда Нил уставал, и ему нужно было побыть одному, в его случае с Сэром. Эндрю оставался с Каем наедине. Они даже подружились. В общем, Джозеф справлялся с ролью отца. Официального отца. Кай сжал ручкой ткань отцовской футболки. Легко чмокая соской и лёжа на груди Эндрю, он чувствовал себя самым счастливым ребёнком на свете. Блондин легко поглаживал младенца по спинке, унося малыша в сон. Тихие сопения успокаивали альфу. Пока Нил, возможно, спал или просто лежал, Джозеф сидел с малюткой. А когда Тео уснул, блондин медленно и тихо понёс его в комнату, чтобы положить в кроватку. Аккуратно и бережно опустив его на поверхность матраса, он вышел из детской комнаты, уходя в спальню. К Нилу. Чтобы теперь получить отдых вместе с омегой, который не спал. — Я уложил его. Кай спит. Абрам кивнул. — Спать хотел же. Почему не спишь? — спросил блондин, опускаясь на кровать и ложась около рыжеволосого. — Не знаю, сон не шёл... — прохрипел он, прижимаясь к Эндрю. Запах лёгких феромонов смешивался воедино, создавая ощущение безопасности. — Спи. Лёгкий поцелуй лег на макушку омеги, а после тот уснул, не говоря ни слова в адрес Миньярда.