Victorius:Наследник Богини

      Небо. Оно всегда людям казалось чем-то необычным и красивым, особенно когда солнце освещало красоту всего мира. Люди жили спокойной жизнью, поклоняясь богам. Если они поддавались тьме, боги справедливо наказывали тех, кто встал на тёмную сторону.       Но сегодня солнце в прекрасной Эксперии сияло ярче, и это было так, ведь в этот день у великой богини, что дала миру жизнь, что сотворила этот мир, родилось дитя. Богиня по имени Дара сидела на своём троне, наблюдая за своим прекрасным новорождённым сыном. Он был другим — темнокожим, с красивыми красными волосами, которые были у одной из богинь. Рядом с богиней сидели верные преданные помощники Дары, которые назывались небожителями — 10 великих богов, служивших ей несмотря ни на что. Они смотрели на дитя с восхищением, которое плакало на маминых руках: — У него такой мелодичный голос! — ответил бог, у которого за спиной было копьё. Он смотрел на мальчика с интересом. — Дионель, ну он же ещё маленький, его пожалеть надо! — Аврора, богиня сна и игрушек, подлетела на своих крыльях к малышу и показала ему единорога. Малыш, увидев красивую пони, сразу засиял жёлтыми глазами и потянулся к ней. — Я чувствую, в нём будет огромная мощь, богиня Дара. Вы должны выбрать, кто будет оберегать ребёнка! — сказал бог грозы Динлен. — Я уже давно выбрала и знаю, кто будет оберегать моего ребёнка несмотря ни на что в мире Эксперии. Да, мой Мерлин, мой Викториас! — Дара с нежностью смотрела на своего малыша. Её сердце наполнялось заботой и любовью к наследнику, и она, конечно же, будет оберегать его и не позволит демонам тронуть ребёнка. Она взглянула на богов и ответила: — Алисе, ты станешь ему богиней-покровительницей, как в мире Эксперии зовут крестную! Ты должна оберегать его как вторая мать, и я надеюсь на твою поддержку! Как и ты, Дионель, ты станешь его богом-покровителем, как прозывают смертные — крестным, и я надеюсь на твою поддержку! — Конечно, богиня Дара! — Дионель и Алисе поклонились не только ей, но и ребёнку, давая клятву на всю вечную жизнь. — Я рада, да, мой малыш! — Дара смотрела на ребёнка, который играл с пони, и ему было очень весело.       Все было прекрасно, пока не пролетела ледяная льдинка, как стрела, нацеленная на ребёнка: — Кто смеет осквернять и покушаться на богиню! — крикнул Динлен. Он был в гневе: как посмели напасть на дитя?       Боги насторожились, увидев перед собой трёх алчных демонов, осквернённых тьмой. Первый был как мужчина-скорпион: тело чёрное, как тьма, глаза сочетались с огненными волосами. Он хитро улыбался, глядя на малыша, который пустил слёзы, обнимая пони. Вторая — та, кто выпустила ледяные искры, — была как снежная королева. Третий — как клоун, но вместо красивой головы тёмное лицо, как у весёлого Джека или Джокера. Он смотрел на малыша с интересом и насмешкой. Дара сразу среагировала, положив ребёнка в маленькую кроватку и встав рядом. Остальные боги направили силы на трёх алчных демонов, нарушивших покой. Все сражались без устали, и демоны даже отступали. Аврора и Дара были рядом с Мерлином, наблюдая, не подойдёт ли демон, но они опоздали: — Пора, малыш, принять проклятье забывчивости! — Демон-клоун оказался сверху, и тёмная капля начала падать на малыша. Дара среагировала мгновенно, пытаясь поймать каплю. Она не хотела, чтобы её родная кровь, только что родившаяся, получила проклятье, но, к несчастью, капля попала на лоб маленького Мерлина. Мерлин, почувствовав боль, заплакал, сильно крича. Золотая магия, смешанная с тёмной, ставшая двухцветной, распространилась по округе, и демоны ушли с волной.       Боги увидели тело богини, склонившееся над малышом. Дара с печалью смотрела на него, обнимая так нежно, боясь навредить. Она поняла, что малыша придётся сразу переместить в мир, где демоны не доберутся до него. Она плакала, пока малыш смотрел на неё, будто понимая: — Викториасу здесь небезопасно, боги. Я отправлюсь в мир Эксперии, а вы охраняйте небеса. Дионель и Алисе, вы поняли свою задачу! — Да, богиня, только жалко его: он теперь не будет нас помнить, как и вас! — загрустил Дионель. — Ничего, я всё равно буду любить его, даже если он забудет меня, даже если не будет знать! — Дара пустила слезу, превратилась в обычного человека и переместилась в столицу жителей света — Холистоун. Когда она оказалась в городе, люди прогуливались, занимаясь делами. Дара посмотрела на ребёнка, который спокойно спал, чуть посапывая. Дара тяжело вздохнула и пошла вдоль домов, ища того, кто позаботится о сыне.       Вскоре она увидела мальчика с красивыми кудрявыми волосами, карими глазами и одеждой носителя света. Он играл, пока не заметил Дару: — Здравствуйте, это ваше дитя? — спросил мальчик. — Да, светлая душа. Мальчик, скажи, знаешь ли ты хороших людей, что могут позаботиться о моём ребёнке? — Дара присела на колени, глядя на него. — Напротив нас живут молодые соседи, они очень хорошие, я покажу! — Мальчик побежал, а Дара с благодарностью посмотрела на него и поняла, что этот мальчик станет настоящим другом её сына, и у них будет крепкая дружба. Она шла медленно, глядя на ребёнка, на которого наложили ужасное проклятье: через определённые годы он будет забывать всё снова и снова, и так надолго. Она смотрела на прекрасный город, который не менялся давно. Мальчик прибежал к родителям, которые удивлённо смотрели на него: — Хоган, ты кого привёл? Новую знакомую? — Мамочка, этой девушке нужны соседи, у неё малыш! — Хоган указал на Дару. Родители, увидев её, сразу поняли, кто она, и собрались поклониться, но Дара остановила. — Здравствуйте, добрая семья. Мне очень нужно, чтобы ваши соседи позаботились о моём ребёнке как о сыне! — Дара пустила слезу, гладя малыша по голове. — Конечно, сейчас позову! — Женщина побежала к соседям: — София, помоги ей! София выглянула. Сначала не узнала женщину, ведь малыш был на неё не похож, но, присмотревшись, поняла, что это богиня Дара. Зачем ей отдавать ребёнка? — София, послушай, на моего сына демоны наложили проклятье забывчивости: через время он будет забывать свое прошлое. Но вы, пожалуйста, позаботьтесь о нём как о сыне, пусть он будет в безопасности. Я попросила своих богов стать покровителями малыша, так что вам ничего не навредит! — Дара отдала ребёнка и произнесла: — Прощай, мой Викториас, мой Мерлин! Запомни, мама всегда с тобой! София пустила слезу: ей было жалко Дару, которой приходилось расставаться с родной кровью, но она обещала позаботиться. Дара поцеловала сына в лоб и сказала: — Добрый Хоган, стань другом моего сына, дружи с ним. Я верю, ты будешь прекрасным другом! — Дара взяла руки Хогана. — Конечно, я обещаю, нам будет весело вдвоём! — Хоган взглянул на нового друга.       Тот смотрел с любопытством своими прекрасными жёлтыми глазами, хоть и был темнокожим. Когда Хоган смотрел на него, он чувствовал, что у них образуется неразрывная связь. Дара пустила слезу, улыбнулась и сказала: — Спасибо. Прощай, мой сынок, мама всегда с тобой! — Дара ушла. Викториас смотрел на спину матери, которой пришлось бросить свою родную кровь, своё дитя.