Дейрону снятся сны

Снова солнце било старшего сына Мейкара по глазам, но в этот раз он позволил себе раствориться в этом обжигающем пробуждении.Хотя оно не могло сравниться с обжигающей ночной выходкой. – Не бойся. – Я не боюсь, только не тебя. Страх тогда остался за дверью, оставив в комнате лишь полную покорность и отчаянно рвущиеся стоны. Дейрон уткнулся лицом в подушку, крепко зажмурившись. – Прошу, позволь мне. И Дейрон позволял. Кто он такой, когда тебя просит десница? Кто он такой, чтобы запрещать себе плавиться под руками Бейлора, ведущего его через ту ночь и сонмы демонов Дейрона? На коже поясницы, аккурат в ямочках, всё ещё сохранялись ощущения рук, направлявших его. Дейрон улыбнулся. Тихий шёпот и настойчивое давление на спину. – Прогнись, Дейрон, здесь нет нужды держать спину ровно. Он прогибался, отдавался на милость Бейлору всем своим существом, особенно его рукам. Старался, как ткань, впитать себя ореховый запах, оставшийся на пальцах его растреклятого-распрекрасного родственника. Тихие всхлипы, перемежающиеся самыми благозвучными стонами в мире. Если бы он только мог навсегда отдаться во власти рук, удерживающих его, пока он изгибался, как самая распоследняя шлюха. – Дес… Бейлор… – Да-а, – рваный выдох, вырванный с усилием, – да, Дейрон? – Не отпускай, прошу, только не отпуск… В конце концов Бейлору пришлось отпустить его. Сначала на стол, а затем и на пол. Умываясь, Дейрон испытывал давно не ощущаемую ясность, словно прошедшая ночь на какое-то время примирила его с сами собой и реальностью, хотя казалась при этом самой нереальной. – Спасибо. – Меня за многое благодарили, но твоя благодарность звучит по-особенному, – лукавая ухмылка на лице Бейлора заставляет Дейрона снова желать покаяния. – И да, и нет, за это… В общем, да, – Дейрон смотрит, как лежащий рядом любимец богов, лениво вертит кольцо на пальце, – спасибо, что не называл меня, ну… – Моим мальчиком? – десница всё понял, тихо засмеявшись, но затем стал серьёзным. – Я бы после такого не смог смотреть в глаза брату. – То есть после того, как ты меня отодрал… – Ох, Дейрон. – Хорошо, спас от прогулки по ночному городу, – ворчал старший сын Мейкара, – после этого ты можешь спокойно смотреть в его глаза, зная, что насаж… – У тебя воистину грязный язык. – И раскладывал, как… Бейлор улыбнулся, прерывав поток ругательств Дейрона, накрыв его рот рукой: – Да, после того, как я драл тебя, как последнюю проститутку, как насаживал тебя до твоих криков, после того, как разложил тебя на всех поверхностях, да, смело могу сказать, что в глаза Мейкара я посмотрю спокойно, – Бейлор убрал руку и снял кольцо с одного из пальцев, – но это обращение, «мой мальчик», это обращение, которое я никогда не посмею забрать у отца. Ведь вы все его мальчики, помни это. Дейрон молчал, а затем кивнул и ехидно добавил: – Кто бы мог подумать, что уста святого Бейлора могут произносить подобное! – Иди сюда, наглец, мы посмотрим, кто ещё что произнесёт.   Дейрон, одетый и умытый, сидит подле отца за завтраком со всем достопочтенным семейством во главе с царственным дедом.Пожалуй, настал один из редких моментов, когда семья не стремится сыграть в игру «кто кого доведёт первым». Ну, почти. –… удивительно спокойная ночь, учитывая, что некоторые гости явно желали дальнейших увеселений. – Всё же это королевский приём, Ваше Величество, а не нечто безвкусное и вульгарное. – Эйрион, насколько я слышал, ты явно стремишься перещеголять всех в вопросах вкуса. Возможно, даже отца. – До Мейкара Великолепного ему как до Дорна пешком рак… Ай, Валарр, но ведь я прав! – Иногда, Эйгон, о своей правде не стоит кричать. – Да, дядя Бейлор. – Правда? То есть то, что сказал этот пакостник… – Что в словах «не стоит кричать» тебе непонятно, мой мальчик? – Прости, отец. Дейрон спрятал улыбку, бросив мимолётный взгляд на Бейлора. Тот чуть кивнул ему. Он всё прекрасно понимал, что та ночь и сегодняшняя идиллия, не будут длиться бесконечно. Но за возможные повторения обоих вариантов иногда и можно было побыть как все. – Дейрон, ты сегодня даже выглядишь свежее, не как по прибытии. – Да, Ваше Величество. Здесь сон… оздоравливает. – А ещё у тебя глаза горят, как новое кольцо, а откуда оно у тебя кстати… Ну Валарр, что на этот раз?? – Любознательность сгубила немало глупых кошек, особенно болтливых. Особенно тех, кто болтает за столом вместо поглощения этого прекрасного завтрака. – Валарр, ты зануда! – Устами зануды глаголит истина. – Это тебе септа наболтала? – Это мне отец наболтал, глупое создание. – Дядя Бейлор, а кто наболтал тебе? – Не поверишь, дитя, но твой отец. – Возмутительно! – Значит, самый сильный, самый-самый зануда – этой мой папа? Взрыв смеха, разливающийся теплом в груди, уже оставил сожаление в душе Дейрона от понимания, что это пройдёт, но пока он искренне наслаждался происходящим, посматривая то на семью, то на кольцо. – Признайся, Мейкар, среди титулов, которых ты не желаешь, это должен быть твоим любимым. Или нелюбимым? – Я говорил тебе, что ты мой любимый брат? – Бесчисленное множество раз, дорогой брат, бесчисленное множество. Кстати, отец, ты говорил, что мы должны присутствовать на турнире? – Да, Бейлор, в Эшфорде, через несколько месяцев. Ничего из ряда вон выходящего, но всё же стоит удостоить хозяина своим визитом. – Эшфорд? Дыра… – В голове у тебя, Эйрион, будет дыра, если не уделишь внимание завтраку, а не бестактным замечаниям. – Хаха, дырявоголовый! – Валарр, разрешаю тебе хорошенько надрать уши этому парнишке. – Слушаюсь, дядя. Слушаюсь, дядя. Именно это ответил Дейрон на просьбу Бейлора, уходя к себе в комнату. Будь милосерден к себе, Дейрон. Хоть иногда. Он попытается, правда, вот как сейчас, пока радуется нахождению среди семьи сегодня утром. Что ж, Эшфорд, несколько месяцев. Возможно, он проведёт их как обычно, но постарается немного исполнить просьбу. В конце концов, иногда со своим даром можно жить. Не всегда же он несёт только тьму. Дейрон улыбается, позволяя утянуть себя в беседу. А место для тьмы придёт позже. Когда-нибудь, она поглотит его, и тогда Дейрон примет её, но пока позволяет быть себе обычным человеком.