Когда позволишь

Мурад вошёл в покои Валиде Султан, тихо прикрыв за собой дверь. На первом этаже царил полумрак. Поднялся на второй этаж. Султанша лежала на кровати. Уже была одета в ночное платье. Глаза её были закрыты, одна из рук лежала на животе, распущенные волосы рассыпались по простыни. Внешне она казалась спокойной, но повелитель заметил нахмуренные брови. Она была напряжена. Настолько глубоко погрузилась в свои мысли, что кажется даже не заметила, как открылась дверь. Падишах восхищался открывшейся перед ним картиной. Не разу ещё не видел её такой. Он испытывал к Кёсем Султан противоречивые чувства. Считал её красивой обворожительной женщиной даже красивее всего его гарема. Её хотелось любить и защищать, но во время конфликтов больше всего он хотел её придушить. Госпожа была единственной женщиной, которая могла вызвать у повелителя сильные и одновременно с этим такие разные чувства. Султанша всё ещё не заметила его присутствия и тогда Мурад решил действовать решительно. Это был его шанс воссоединиться с ней и помочь расслабиться. Подошёл к кровати и, сжав её бёдра, резко потянул тело ближе к себе. Госпожа распахнула глаза, негромко вскрикнув. Не ожидала такого наглого вторжения в свои покои. -Мурад, что... ты? -Тише, позвольте мне доставить вам удовольствие. -Как? - короткий вопрос сорвался с уст султанши, раньше, чем она успела его осознать. -Сделаю массаж, сниму твоё напряжение - ответил повелитель, переходя на «ты». - позволишь? Госпожа смогла только кивнуть. Обманула бы, если бы сказала, что ничего к нему не чувствует. Считала его сильным и властным мужчиной, которому иногда хотелось даже подчиниться, но гордость ей этого не позволяла. -Нужно снять платье. - шепнул Мурад. Кёсем приподнялась, снимая халат и откидывая его в сторону. -Платье снимешь, или и это мне самой придётся сделать?- с усмешкой спросила госпожа. Они уже сделали этот шаг к сближению, и смущаться султанша сейчас точно не намерена. Где-то в глубине души она даже мечтала об этой опасной близости. Самодовольно улыбнувшись, повелитель стал медленно стягивать лямки платья. Избавив её от последнего элемента одежды, кинул быстрый взгляд на её тело, чтобы не смущать. Очертил рукой полукруг в воздухе. Госпожа покорно перевернулась, ожидая дальнейших действий. -Где масло? - спросил падишах. -На столике посмотри - ответила, указывая рукой куда-то в направлении прикроватного столика. По комнате распространился лёгкий аромат роз, дарящий успокоение. Тёплые почти горячие руки коснулись ног, из-за чего султанша вздрогнула. -Я ещё ничего не сделал. Расслабься. Нежными движениями массировал ноги, поднимаясь к бёдрам. От нежных прикосновений госпожа млела. Сжал бёдра, заставляя султаншу приоткрыть рот в немом стоне. Провёл руками по ногам, поднимаясь к спине. Разминал мышцы, чувствуя, как тело под ним расслабляется, сбрасывая накопившуюся усталость. Валиде прикрыла глаза, отдаваясь приятным ощущениям.Его горячие и такие нежные руки заставляли забывать обо всём. В голове был туман. Могла концентрироваться только на его прикосновениях. Ей было очень хорошо. Давно такого не испытывала и от него, грубого и в какой-то мере жестокого, такой нежности и трепета по отношению к себе султанша не ожидала. Повелитель, оставляя лёгкие поцелуи вдоль позвоночника, поднялся к шее. Случайно выдохнув ей в шею, заметил, как задрожала Валиде. -Такую властную женщину может свести с ума обычный выдох в шею. Интересно. Что же с тобой будет, когда я прикоснусь губами? -Замолчи - одернула Кёсем Султан. Падишах прикоснулся к шее губами, оставляя влажный след. Госпожа резко выдохнула, протянув руки вперёд. Перевернул её. Теперь ему представилась возможность рассмотреть её: султанша не смущалась и, кажется, вообще была не здесь. Фигура её была лучше, чем у каждой девушки, которая когда-то заходила в его покои. Повелитель уткнулся носом в шею, вдыхая её аромат. Это был цветочный аромат, в котором ярко чувствовался жасмин и что-то фруктовое. Её запах дурманил сильнее чем любое вино. -Неужели даже не поцелуешь? - игриво спросила госпожа. Мурад не мог поверить, что она позволяет ему так много. Немедленно соединил их губы в жарком и собственническом, но не лишенном трепета поцелуе. Губы её были сладкими. Хотелось целовать их постоянно. Припал губами к шее, прикусывая нежную кожу. Султанша затрепетала. Выдох её был похож на сдавленный стон. Наигравшись с шеей, перешёл к груди, целуя и оставляя яркие следы. Специально оставлял метки: он хотел, чтобы она запомнила эту ночь надолго. Госпожа тихо простонала, впустив пальцы в его волосы. Отстранившись, падишах вылил остатки масла на руки. Провёл руками по талии, поднялся к груди, немного сжимая. В ответ на такие прикосновения Кёсем вздрагивала. Повелитель поглаживал её живот, помогая забыться. Одна из рук сжала шею. Такой контраст между нежностью и грубостью свёл султаншу с ума. Мурад приподнял её бёдра, располагая её ноги у себя на плечах. От такой открытой позы госпожа заметно смутилась. Она всё ещё помнила, кто сейчас находится с ней в постели. -Если скажешь уйти-уйду - твёрдо произнёс повелитель. Она этого не хотела. Ей хотелось снова почувствовать мужское внимание и ласку. -Не хочу, чтобы ты уходил. Ответ падишаха устроил. Мурад коснулся языком самой чувствительной точки своей Валиде. Госпожа застонала, глаза её закатились. Была глубокая ночь, поэтому падишах не приказывал ей быть тише, наслаждаясь её голосом. Повелитель быстро понял как доставить ей удовольствие, ведь султанша не сдерживала себя в одобрительных стонах. Делал всё нежно, немного ускоряя темп. -Мурад, как ты... это делаешь? -Позже, сладость моя - быстро ответил, оторвавшись от своего занятия на пару секунд. Его умелые действия быстро довели Кёсем до эйфории. Она выгнулась, простонав его имя. Госпожа обессиленно упала на кровать. Мурад поцеловал её в лоб, намереваясь покинуть покои. Хотел дать ей время, чтобы она могла осознать произошедшее и принять решение. -Мурад, останься - молила султанша, вцепившись в рукав его кафтана. - Я не хочу засыпать в пустой и холодной постели. Не мог ей отказать, да и не хотел. Снял кафтан и лёг рядом с ней. Госпожа лежала в его объятиях, медленно погружаясь в сон, а повелитель перебирал её волосы, иногда целуя в макушку.