Хэштег: Не вместе

***

Феликс и Джису окончательно и бесповоротно становились любимцами большой части телезрителей. Флюиды между ними буквально чувствовались через экран. Их смех казался искренним, мимолётные касания - естественными, а взгляды - тёплыми, излучающими ту самую мягкую нежность, которую невозможно сымитировать перед объективами. Зрители были в абсолютном восторге. В соцсетях со скоростью лесного пожара плодились и размножались фан-аккаунты «Джиликс». Камеры то и дело ловили в кадр, как Феликс заботливо набрасывает свою куртку на хрупкие плечи Джису или как они вдвоём, совершенно не замечая никого вокруг, шумно и весело готовят завтрак на всю компанию. Они были идеальным, классическим каноном - той самой безупречной парой, которую так жаждала увидеть публика. Тэхён лишь молча наблюдал за ними со стороны. В его голове уже вовсю зрели планы о том, как он начнёт жизнь заново, едва они покинут этот съёмочный павильон. Ему не терпелось наконец-то полностью отдаться этим новым, немного пугающим, но таким желанным отношениям с Чонгуком. - Ты только посмотри на них, - негромко сказала Лиса, присаживаясь рядом с Тэхёном на деревянные перила террасы. - Иногда мне кажется, что они единственные на этой чёртовой вилле, кто вообще не играет. У них всё так просто и совершенно без драмы. Тэхён молча кивнул, крепче сжимая в ладонях чашку с остывшим кофе. Он видел, как на другом конце двора Феликс что-то интимно шепчет Джису на ухо, и та заливается звонким смехом. В этот самый момент к ним подошёл Чонгук, неся на плече коврики для йоги. Тэхён перевёл взгляд на него, и сердце болезненно сжалось. Они с Чонгуком тоже могли бы так смеяться. Могли бы вместе готовить эти дурацкие завтраки, не оглядываясь на красные огоньки камер и шептаться по углам, не боясь, что каждое их слово станет достоянием общественности. Но вместо этого они были вынуждены разыгрывать дешёвый спектакль, изображая двух равнодушных друг к другу парней. - Да, - тихо ответил Тэхён, провожая взглядом Чона, который прошёл мимо террасы, намеренно и упрямо не поворачивая головы в его сторону. - Простая, нормальная жизнь - это слишком дорогая роскошь, Лиса. Не все могут её себе позволить. Наён, стоявшая неподалёку у бассейна, явно уловила это настроение. Её до зубовного скрежета раздражала внезапная популярность Феликса и Джису, ведь она так стремилась стать главной звездой этого шоу. - Какая приторная, тошнотворная идиллия, - бросила девушка, намеренно громко, проходя мимо Тэхёна и обдав его резким шлейфом своего парфюма. - Дождёмся финальных серий. Это телешоу, мальчики, и никакого «долго и счастливо» здесь не будет. Мы не в диснеевской сказке. Здесь у нас суровая реальность. Тэхён проводил её тяжёлым взглядом. Он знал, что Наён права лишь в одном - их реальность действительно была суровой. Когда стафф через громкоговорители объявил о начале нового этапа голосования за пары для свиданий, Тэхён и Чонгук снова обменялись короткими, едва заметными взглядами. Они прекрасно видели чужой успех, слышали шепотки участников о своей внезапной холодности к девчонкам, но держались, потому что чётко знали - их собственный финал будет совсем другим.

***

Новое парное свидание, организованное продюсерами, стало для парней тем еще испытанием на прочность. Команда проекта выбрала для локации живописный, сочно-зелёный луг на высоком холме, откуда открывался умопомрачительный вид на бескрайний океан. Вот только ни Тэхён, ни Чонгук этого райского уголка не оценили. По задумке режиссёра, их пикники разделили всего какими-то десятью метрами - дистанция, на которой сквозь стрёкот цикад ты отчётливо слышишь каждое слово соседней пары. Тэхён сидел на клетчатом пледе, чувствуя, как сухая трава колет открытые лодыжки. Лиса, выглядевшая безупречно в своём лёгком голубом сарафане, увлечённо и эмоционально рассказывала о своих прошлых путешествиях по Европе, но Тэхён её практически не слышал. Весь его слух, все его натянутые нервы были полностью поглощены тем, что происходило на соседнем пикнике. А там Наён развернула самую настоящую театральную постановку. Она сидела вызывающе, вульгарно близко к Чонгуку, то и дело будто случайно притираясь своим бедром к его колену. - Чонгуки, ну попробуй вот этот клубничный тарт! Я сама, лично выбирала его для тебя на кухне, - её звонкий, приторно-сладкий голос то и дело разрезал прохладный морской воздух. Тэхён боковым зрением отчётливо видел, как Наён картинно отломила кусочек пирожного и поднесла его прямо к губам Чонгука. Операторы тут же засуетились, беря этот жест со всех возможных ракурсов и крупных планов. Чонгук на мгновение буквально окаменел, его спина под белой футболкой напряглась. Но, помня о контракте, штрафах и стаффе, который кружил вокруг них в ритме вальса, он был вынужден покорно открыть рот и принять это грёбаное угощение. Тэхён пытался абстрагироваться, вспомнить, ради чего они все это делают, но эмоции были сильнее. Ему физически хотелось вскочить, вырвать этот тарт и с силой размазать его по безупречному макияжу Наён. - Тэ, ты меня вообще не слушаешь, - мягко, с затаённой грустью упрекнула его Лиса. Она потянулась к нему и нежной, но неожиданно уверенной, собственнической рукой поправила выбившуюся из укладки прядь волос на его лбу, намеренно задержав тёплые пальцы на его виске чуть дольше, чем требовали приличия. - У тебя такой потерянный вид, Тэ. Может, оставим плед и прогуляемся к обрыву? Тэхён через силу заставил свои губы растянуться в улыбке. Он мельком бросил взгляд в сторону соседней локации и тут же столкнулся глазами с Чонгуком. Тот смотрел на руку Лисы, запутавшуюся в волосах Тэхёна, с такой неприкрытой ревностью, что его пальцы жестко впились в ткань собственных шорт. Чонгук явно хотел вскочить, преодолеть эти несчастные десять метров, разделяющие их, и силой оттолкнуть любого, кто смеет прикасаться к Тэхёну. Но вместо этого он был вынужден сидеть смирно и слушать, как Наён лепечет ему какую-то чушь на ухо, втираясь гладкой щёчкой в его плечо. Весь этот пикник прошёл в каком-то параноидальном поединке выдержки. Тэхён видел, как Наён по-хозяйски опускает ладонь на затылок Чонгука, а Чонгук в ответ наблюдал, как Лиса тихо смеётся, доверчиво опираясь на плечо Тэхёна. И ведь оба они были взрослыми, разумными людьми, прекрасно понимали, что всё это - лишь дешёвая постановка для вечернего эфира, но обуздать первобытные эмоции, ревность и удушающую злость были просто не в силах.

***

Когда солнце наконец-то лениво скрылось за горизонтом и измотанная съёмочная группа объявила об окончании работы, территория виллы погрузилась в долгожданную тишину. Кто-то уехал на ночные свидания, кто-то мирно сопел в своих спальнях, кто-то тихо ужинал на кухне. Но Тэхён спать не мог. Его швыряло из стороны в сторону, нервы были на пределе, а тело била мелкая дрожь. Ему было просто жизненно необходимо поговорить с Чонгуком. Коснуться его. Прямо сейчас. Он бесшумно, буквально тенью выскользнул из своей комнаты и направился к их новому тайному месту - деревянной беседке в самом конце старого сада, наглухо скрытой от посторонних глаз густыми, пахучими зарослями цветущего жасмина. Чонгук уже был там. Они не договаривались, не переписывались, но оба точно знали, где искать друг друга. Чонгук стоял у самого края, тяжело опершись ладонями о старые деревянные перила, и нервно, глубоко затягивался сигаретой. Красный огонёк слабо подсвечивал его резкие, напряжённые скулы. - Я был уверен, что сорвусь и врежу кому-нибудь, - глухо, сдерживая рычание, произнёс Чонгук, даже не оборачиваясь на звук шагов. Он узнал Тэхёна по походке. - Знаешь, когда она гладила тебя по голове, Тэ, я едва не расколотил этот чёртов кофейный столик в щепки. Тэхён подошёл вплотную. Без лишних слов он прижался лбом к его широким, напряжённым лопаткам и крепко обхватил руками талию Чонгука, утыкаясь носом в спину. - Я знаю. Я ведь кожей чувствовал твой взгляд, - тихо выдохнул Тэ, сильнее сжимая пальцы на его животе. - А мне хотелось орать и лезть в драку каждый раз, когда Наён касалась твоей шеи. Кажется, эта несносная сучка делала всё специально, чтобы вывести нас из себя. Чонгук резко развернулся в кольце его рук и притянул Тэхёна к себе с такой неистовой силой, словно собирался физически вдавить его в собственное тело, чтобы срастись рёбрами. Сигарета полетела на сырую землю. Его поцелуи были отчаянными, жадными, почти болезненными. Он лихорадочно целовал глаза Тэхёна, его лоб, виски, горячие губы, будто пытался до конца, содрать, стереть с него любые чужие прикосновения. - Прости меня, - хрипло шептал Чонгук в перерывах между ударами пульса. - Прости, что я сидел там как истукан и позволял ей эти вольности. Это было просто невыносимо, Тэ. Меня наизнанку выворачивало. Тэхён запустил пальцы глубоко в его густые волосы, притягивая ближе и наконец-то чувствуя себя окутанным в уют. - Тише, тебе не за что извиняться, Чонгук. Я ведь не дурак и все понимаю, успокойся ты, - выдохнул он прямо в его влажные губы. - Мы здесь вместе. И мы настоящие. Только ты и я. Они снова потянулись друг к другу, сталкиваясь губами в жадном поцелуе. Целовались до боли, до привкуса крови, словно пытались через этот дикий контакт загладить каждую секунду вынужденного дневного безразличия. Чонгук пиявкой впился пальцами в тонкую талию Тэхёна, сильным рывком вжимая его в себя, грубо сминая ткань футболки. Тэхён не отставал, отвечая с той же неистовой, голодной силой - его ладони намертво запутались в волосах на затылке Чонгука, лишая обоих малейшего шанса на вдох. С каждым мгновением их поцелуй становился всё глубже, откровеннее и интимнее. Тяжёлый воздух в тесной беседке, густо пропитанный сладким ароматом жасмина, раскалился до предела. В какой-то момент Тэхён почувствовал, как по позвоночнику сверху вниз прошла мощная электрическая волна. Возбуждение, такое резкое и внушительное накрыло их обоих одновременно, отозвавшись требовательной и горячей пульсацией внизу живота. Чонгук издал низкий, вибрирующий гортанный стон прямо в губы Тэхёна, ещё сильнее втираясь в него всем телом, и этот плотный физический контакт требовал дальнейших действий. Они оба отчётливо понимали - нужно тормозить прямо сейчас. Страсть была настолько осязаемой, что ещё одна секунда, и они сорвутся в безумие, напрочь позабыв о скрытых камерах, спящих за стеной участниках и хрупком договоре с продюсерами. Тяжело, прерывисто дыша, Чонгук всё же нашёл в себе колоссальные силы отстраниться. Его губы, припухшие, искусанные и влажные, замерли в миллиметре от губ Тэхёна. Зрачки Чонгука были расширены до такой степени, что практически полностью затопили тёмную радужку. - Тэ, подожди, - сорванным голосом выдохнул он, упираясь своим лбом в лоб Тэхёна. - Надо… нам надо тормозить. Иначе я не ручаюсь за себя. Тэхён судорожно прикрыл глаза, пытаясь унять сильную дрожь в коленях. Сердце бешено колотилось о грудную клетку. Но он не отпустил Чонгука, напротив, ещё крепче обхватил его шею руками, утыкаясь носом в горячую ключицу и жадно вдыхая уже такой привычный запах кожи и табака. Чонгук на секунду отстранился, заглядывая Тэхёну в лицо. И в этом потемневшем от вожделения взгляде вдруг промелькнуло какое-то почти детское и совершенно обезоруживающее замешательство. - Тэ, - Чонгук запнулся, и его голос прозвучал совсем тихо, даже как-то растерянно. - Я хочу тебя так, что у меня буквально искры перед глазами сыплются. Но вот именно сейчас я поймал себя на мысли, что понятия не имею, что нам делать дальше. В плане, ну, ты сам понимаешь. Физически. Тэхён замер. Его щёки, и без того пунцовые от горячих поцелуев, вспыхнули ещё сильнее. Он нервно, смущённо усмехнулся, утыкаясь взглядом куда-то в пуговицу на рубашке Чонгука. - Знаешь, я как раз об этом думал, пока мы целовались, - Тэ неопределённо махнул рукой в воздухе, пытаясь скрыть неловкость. - Оказывается, быть натуралом до мозга костей почти тридцать лет - это так себе подготовка к реальному гейскому сексу. То есть я знаю сухую теорию из книг, фильмов и фанфиков, но не на практике. Чонгук, я банально боюсь сделать что-то не так. Или что тебе будет больно. Или что я просто буду выглядеть глупо и нелепо. Чонгук хрипло засмеялся, и это была самая искренняя улыбка за весь этот сумасшедший день. Тяжёлое напряжение в паху никуда не делось, но к нему мгновенно добавилось чистое чувство ментальной близости. - Значит, мы с тобой два взрослых идиота, которые готовы сгореть на этом месте дотла, но понятия не имеют, как правильно пользоваться огнём, - прошептал Чонгук. Он снова притянул Тэхёна к себе, но уже не с той дикой, яростной хваткой, а бережно, укрывая в своих объятиях. - Наверное, это даже к лучшему, что мы сейчас торчим здесь, в кустах, а не в спальне. У нас по крайней мере будет время на то, чтобы так сказать, детально изучить матчасть. С нуля и вместе. Тэхён умиротворённо рассмеялся, утыкаясь носом в крепкое плечо. - Ну, мы уже попробовали петтинг в спальне, и, насколько я помню, всё прошло более чем отлично, - лукаво улыбнулся Тэ, чувствуя, как утренние страхи окончательно отступают. Самое удивительное было в том, что эти откровенные разговоры его совершенно не смущали. С Чонгуком всё было невероятно правильно и естественно. Они просто стояли, намертво сцепившись в объятиях, в пахнущей ночной свежестью темноте весеннего сада, пытаясь окончательно выровнять рваное дыхание. Это было невероятно прекрасное состояние - чувствовать, как магнетически сильно их тянет друг к другу, и осознанно сдерживать этот порыв ради их общего, безопасного будущего за пределами шоу. Чонгук медленно, успокаивающе гладил Тэхёна по подрагивающей спине, утихомиривая и его, и самого себя. В этой абсолютной тишине, нарушаемой лишь далёким стрекотом сверчков и шумом прибоя, их объятия казались самым надёжным убежищем в мире. - Ещё немного, - прошептал Чонгук, утыкаясь губами в его макушку. - Я клянусь тебе, Тэ, наступит день, когда мне больше никогда не придётся отрываться от твоих губ. Тэхён лишь крепче сжал пальцы на его лопатках. Острое возбуждение постепенно сменялось глубоким чувством абсолютной принадлежности друг другу.