Insane love — Безумие судьбы

Я вернулась в зал следом за Чаном. На меня сразу же уставились несколько пар глаз. Среди них я уже не увидела Камен. Я  держала взгляд только на одном человеке. Чане. Он подозвал меня к себе, и я села рядом. ‎— Делай то, что я скажу, — шепнул он мне на ухо, а я заметила  как нас прожигают две пары глаз. Это были Минхо и Лиса. ‎ ‎Черт. Как же это было страшно. ‎ ‎Я улыбнулась, начиная играть. Не зря же меня взяли в главные актрисы. ‎ ‎— Джиу, не хочешь сегодня погулять в парке после репетиции? Может, поужинаем вместе? — он сказал это негромко, но тот, кто должен был услышать, услышал. ‎ ‎— Да, я не против. ‎ ‎— Отлично, тогда одну сцену — и я всех отпущу, и мы сходим. ‎ ‎Я лишь улыбнулась ему, дотронувшись до плеча. Он улыбнулся мне в ответ. Я вышла на сцену, а следом поднялся Минхо. ‎ ‎— Так, вот сценарий, проиграем одну сценку, — директор отдал нам листы. — Пару минут даю подготовиться. ‎ ‎— Хорошо, — я принялась читать сцену, она выглядела весьма странной и  до жути реальной. ‎ ‎Спустя время директор сказал, что пора начинать. Я встала возле стола, который поставили для декорации, а Минхо отошёл вбок. Он должен был подойти ко мне оттуда, будто мы впервые встретились. ‎ ‎— Простите, синьора, — он подошёл к столику и посмотрел на меня. — Вы мой пожар. Я просто сгораю. Я вам не солгал. ‎ ‎— Мы не знакомы. Оставьте меня, — я сделала шаг назад, выставляя руки. ‎ ‎— А нам ни к чему это, честно. Стоял и думал: подойти или нет. Подошёл. Теперь я пропал. И мне хорошо. ‎ ‎— Вы странный. ‎ ‎Минхо какое-то время просто смотрел на меня, потом перевёл взгляд на зал и вернулся ко мне. ‎ ‎— Тот парень, с которым я видел вас, он же друг? ‎ ‎Я не ответила. Это было не по тексту... Что он нёс? ‎ ‎— Не по тексту, Минхо, — возмутился Чан. ‎ ‎Он закрыл глаза на секунду, выдохнул и продолжил по сценарию: ‎ ‎— Я знаю. Я просто люблю вашу тень, когда вы идёте. Я помню тот день, когда вы уронили платок. Три года назад? Не важно. Я шёл за вами как брат. Как пёс. Как безумец. Я выучил всё: как вы пьёте вино, как вы жмёте кольцо… — ‎Он сбился. ‎— Как улыбаетесь… ему. ‎ ‎— Минхо, вернись в роль, — твердил Чан. ‎ ‎— Как вы смотрите в небо, когда никто не глядит. Вы — мой талисман. Я хочу быть убит, — продолжил он. ‎ ‎— Вы говорите красиво. Но вы — Монтекки. Мы — Капулетти. Вы знаете это. Навеки враги. Нам нельзя даже просто стоять рядом, — я замолчала на секунду. — Прощайте. — ‎Я сделала шаг в сторону. ‎ ‎— Но я не враг вам, — опять не по тексту выпалил тот. ‎ ‎— Минхо. ‎ ‎— Я знаю, Чан, — выдохнул он. — Я знаю. ‎ ‎Он на секунду зажмурился, потом резко вернулся в роль — голос стал твёрже, но в нём слышалась какая-то обречённость: ‎ ‎— Скажите, что я — это яд, который вы выпили залпом, но он не берёт. Что я для вас — воздух. Что вам не везёт с такими, как я. Что уходите вы. А я остаюсь. Потому что мои враги — это ваша семья. А моя семья — это вы, Джульетта. И точка. И я никуда не уйду. Но уйти я могу, если скажете «хватит». Скажите — бегу. ‎ ‎Я оглядела парня, как и было написано в сценарии, и слишком долго задумалась. Минхо ждал. По сценарию он должен был уйти. Он сделал шаг и остановился. ‎ ‎— Не сказала… — пауза. — Значит, завтра приду. ‎ ‎— Отлично! — захлопал в ладоши Чан. — Мне понравилось почти всё, вот бы ещё Минхо от текста не отходил. ‎ ‎— Рад, что тебе понравилось, я ушёл, — кинул Минхо и скрылся. ‎ ‎Я тоже спустилась вниз и подошла к Чану. Он прощался с директором и наставлял других актёров. Я остановилась позади, дожидаясь его, но меня вдруг за руку схватила Лиса и отвела в сторону. ‎ ‎— Что вы оба делаете? — серьёзно спросила она. ‎ ‎— Кто вы? ‎ ‎— Ты и Чан. Показушники, — было видно, как она сердится. ‎ ‎— О чём ты, чёрт возьми? ‎ ‎— Что за шёпотки? Прогулка? Ужин? ‎ ‎— Просто… ‎ ‎— Что ты делаешь, Лиса? — Чан подошёл к нам и встал между. ‎ ‎— Что между вами? — она толкнула его в грудь. ‎ ‎— Ты чего такая нервная? Мы пытаемся вызвать ревность Минхо, чтобы тот хоть себе признал чувства. ‎ ‎Лиса испугалась. Я улыбнулась, осознав одну вещь. Мы хотели вызвать ревность Минхо, но как итог вызвали и её ревность. Она опустила глаза вниз и замолчала. ‎ ‎— Лиса? — Чан попытался заглянуть в её глаза. ‎ ‎— Я, пожалуй, внизу тебя подожду, Чан, — сказала я и пошла собираться. Пусть сами разбираются. Тут, кажется, любовь-морковь и всё такое. ‎ ‎Я вышла на улицу. Уже вечерело. Фонари ещё не зажглись, но небо уже темнело, а луна стала ярче. Я отошла подальше от входа, ближе к парку, и стала ждать. Минут через восемь в зоне моей видимости показался Чан, и он был один. ‎ ‎— А где Лиса? — спросила я, когда он подошёл. ‎ ‎— Сказала, что устала и поехала домой, — он выглядел задумчивым. — Джиу, она… ‎ ‎— Не надо, — перебила я. — Ты идиот, Чан. ‎ ‎— Почему? — он поднял бровь. ‎ ‎— Ты что, не замечал? ‎ ‎Чан промолчал, опустил взгляд, потом усмехнулся — какой-то странной, растерянной улыбкой. ‎ ‎— Пошли в парк, — сказал он вместо ответа. — Мне нужно выпить кофе. И тебе тоже. ‎ ‎Мы зашли в маленькое кафе в глубине парка. Стеклянные стены, внутри горел тёплый свет, пахло корицей и апельсинами. Мы сели у окна. Я заказала латте, Чан — американо. ‎ ‎— Ты не ответил, — сказала я, когда мы сели за столик. ‎ ‎— А что отвечать? — он помешивал кофе, глядя в чашку. — Я думал, мы просто друзья. Мы всегда были просто друзьями. ‎ ‎— Лиса так не думает. ‎ ‎Чан тяжело вздохнул и откинулся на спинку стула. ‎ ‎— Я разберусь. Позже. Сейчас… сейчас у нас другие задачи. Я не оставлю это, я с ней поговорю, но надо подумать. ‎ ‎Я хотела сказать ему, что ждать глупо и он должен был решить всё сразу, но не успела. Дверь кафе открылась. Минхо вошёл медленно, окинул кафе взглядом и увидел нас. Он не удивился и не сделал вид, что ошибся дверью. Он просто замер на секунду, а потом направился к стойке, заказал кофе и сел за соседний столик, прямо напротив нас. ‎ ‎Я почувствовала, как внутри всё сжалось. Чан сделал вид, что ничего не происходит, и просто начал рассказывать какую-то историю, но я почти не слушала — я чувствовала взгляд Минхо, который сидел в двух метрах и смотрел прямо на нас, не отрываясь, не моргая, будто пытался прожечь во мне дыру. ‎ ‎Чан наклонился ближе и прошептал, почти не разжимая губ: ‎ ‎— Просто делай то, что надо. ‎ ‎А потом он накрыл мою руку своей. Я рефлекторно хотела отдёрнуть, но увидела, как сейчас зол Минхо — его пальцы сжимали стакан с кофе так, что тот вот-вот мог треснуть, — и я испугалась и просто застыла на месте. ‎ ‎— Ты сегодня прекрасно выглядишь, я тебе говорил? — сказал Чан уже громче, так, чтобы соседний столик точно услышал. ‎ ‎— А? Что? Спасибо, — ответила я, но продолжала наблюдать за Минхо. Он был готов подорваться с места и подлететь к нам в любую секунду. ‎ ‎— Джиу, посмотри на меня, — произнёс Чан, и я послушалась. Он смотрел мягко, почти нежно, и от этого мне стало не по себе. — Разве есть что-то важнее нас? ‎ ‎Это слово — «нас» — могло принадлежать только нам с Минхо, но никак не нам с Чаном. И Минхо это слышал. Я заметила, как дёрнулся его подбородок, как он медленно, очень медленно поставил кофе на стол. ‎ ‎— Чан! — закричала я, когда Минхо стал идти в его сторону, закатывая рукава. Чан обернулся и тут же нагнул голову — удар Минхо пролетел мимо. — Минхо, не трогай его. ‎ ‎— Я знал, на что шёл, — Чан улыбнулся и начал уворачиваться от ударов, при этом сам не бил. Он только защищался. Всё же Минхо был его другом. — Только не вызывайте полицию, — обратился он к людям вокруг. — Всё под контролем! ‎ ‎— Под контролем у него всё? Ещё и друг?  — Минхо не переставал пытаться ударить его, но Чан уворачивался либо перехватывал его удары. ‎ ‎— Выпустил злобу? — спросил Чан, уже устав. ‎ ‎— Чёртов мудак! Да как ты можешь? — Минхо всё-таки ударил Чана в живот, так что тот скривился. ‎ ‎— Вот это было больно, друг мой, — Чан сел на стул, держась за живот. ‎ ‎— Не друг я тебе! — крикнул Минхо, собираясь ударить ещё раз. ‎ ‎— Животное! — крикнула я, подбегая к Чану. В это время Минхо пришёл в себя, он замер и тут же осел на ближайший стул. — Чан, ты в порядке? ‎ ‎— Я в порядке. Посмотри на него, — Чан кивнул в сторону парня. ‎ ‎— Ты чёртов псих! Ненормальный! — я стала бить Минхо в грудь. — Ты же мог его убить! ‎ ‎— А ты? Что вы тут делали? О чём тут мило беседовали? — говорил Минхо, ещё не вернув нормальное дыхание. ‎ ‎— Ненавижу тебя, чокнутый, — я поднялась и села на стул, схватившись за волосы. ‎ ‎— Минхо, — Чан обратился к другу, — ты дурак, честно. ‎ ‎— Заткнись. ‎ ‎— Сколько лет мы знаем друг друга? И ты думал, я уведу девушку, которая тебе нравится? — он положил руку на его плечо. ‎ ‎— Что ты тогда, чёрт возьми, делал? — только и спросил Минхо. Чувства он уже не отрицал. ‎ ‎— Пытался сделать так, чтобы ты признался себе в том, что она тебе небезразлична. ‎ ‎— Мудак. Я бы тебя и сейчас избил за это. ‎ ‎— Побей, если легче станет. Но какой смысл? — Чан взглянул на Минхо, а потом перевёл взгляд на испуганные лица людей в кафе. Некоторые убежали, другие позвонили в полицию, хотя их не просили. — Выйдем на улицу, чтобы никого ещё раз не пугать. ‎ ‎Чан поднялся, за ним последовал Минхо, а я уже шла за ними. Они не стали отходить далеко от кафе, потому что должны были решить дело с полицией, которую вызвали обычные посетители. ‎ ‎— Ну и? — вскинул бровь Минхо, садясь на лавочку. — Наигрались? Понравилось? ‎ ‎Я закатила глаза. Мне показалось, что подобное поведение от него сейчас было не в тему и не подходило ситуации. Я скрестила руки на груди и встала рядом с Чаном, глядя на Минхо снизу вверх. ‎ ‎— Очень понравилось. С ума схожу каждый раз, когда ты бесишься, — Чан улыбнулся. ‎ ‎— Сейчас ударю — выбешишь, — хоть Минхо и смотрел на нас снизу вверх, но он будто возвышался над нами. ‎ ‎— Хватит мне угрожать. Лучше бы силы на дело тратил, а не на меня, — спокойно сказал Чан. ‎ ‎— Не при ней, — Минхо легонько стукнул Чана по ноге, чтобы тот замолчал. ‎ ‎— Нет, подожди. При мне. Говори, что хотел, — я схватила Чана за руку, и он повернулся ко мне. — Продолжай, желательно подробно. ‎ ‎— Не смей, — Минхо поднялся со скамьи. ‎ ‎— Тихо. Не буду ничего говорить. Извини, Джиу. Попробуй его сама попытать, он сознается, — Чан пожал плечами. ‎ ‎— Ещё и другом называется! — я ударила его в грудь. ‎ ‎— Ай! — он улыбнулся. — Не бейся, мелкий боксёр. Он, — Чан указал на Минхо, — кстати, плохо на тебя влияет, судя по всему. ‎ ‎Вдали послышался сигнал полицейской машины. Чан огляделся — за ними из кафе всё ещё наблюдали. ‎ ‎— Я всё решу и поеду домой. Пока, — сказал Чан и ушёл к подъехавшей полицейской машине. ‎ ‎— Я тоже домой, — я улыбнулась и направилась в сторону остановки. ‎ ‎— Подожди. ‎ ‎Я обернулась. Я всё ещё не простила его за тот актёрский поцелуй. Но мне определённо нравилось, что он продолжает выбирать меня и не видит никого, кроме меня. ‎ ‎— Да? ‎ ‎— Я подвезу тебя. Я уже вызвал такси, — будто с трудом сказал он. ‎ ‎— Хорошо, — я согласилась не сразу, немного подумав. ‎ ‎Чан уже уехал, явно объяснив полицейским ситуацию и возместив штраф. Наше же такси не задержалось. Поездка была тихой, только негромко играла песня. Я повернула голову к Минхо. ‎ ‎— Почему ты не хочешь поделиться со мной? — спросила я. ‎ ‎— Не здесь. И явно не сейчас, — ответил он и отвернулся к окну. ‎ ‎Я опустила руку на сиденье, ничего  не ожидая, и тоже отвернулась к окну. Но спустя буквально секунды я ощутила его руку. Мои пальцы замерли под его прикосновением, как будто время остановилось, а сердце пропустило удар. Я перестала дышать, боясь спугнуть этот момент. Он не просто накрыл мою ладонь — он вплёл свои пальцы в мои, так аккуратно и в то же время уверенно, что у меня перехватило дыхание. Это не было случайностью. Это был его выбор. Я чувствовала, как бьётся пульс в его запястье — быстрее, чем должен, и от этого внутри всё трепетало. Или мне просто казалось? Может быть, это мой собственный пульс отдавался в кончиках пальцев и обманывал меня? ‎ ‎Мне хотелось обернуться, посмотреть на него, увидеть его глаза и понять, о чём он думает в эту секунду. Но я боялась. Боялась, что если посмотрю, он отдёрнет руку и сделает вид, что ничего не случилось. Боялась, что этот момент исчезнет. Я не обернулась. И я не могла знать, обернулся ли он. Но его пальцы сжались чуть сильнее — так, будто он боялся, что я растворюсь здесь, и всё это исчезнет, если он ослабит хватку хоть на секунду. И я сжала в ответ, чувствуя, как тепло разливается по всему телу, как где-то глубоко внутри зарождается что-то новое, пугающее и желанное одновременно. Я позволяла этому маленькому «мы» случиться здесь и сейчас. ‎ ‎— Приехали, — громко сообщил водитель, и наши пальцы тут же открепились друг от друга, будто  всего этого и не было. Момент был прерван. Тишина в машине стала другой — тяжёлой, полной того, что мы оба не решались произнести вслух. Я почувствовала пустоту на том месте, где только что была его рука, и мне стало холодно, хотя в машине было тепло. ‎ ‎— Подождите меня, я скоро вернусь, — попросил Минхо и вышел, чтобы проводить меня. ‎ ‎— Минхо, почему ты так поступаешь? — спросила я, когда мы подошли к моему подъезду. Внутри всё кипело, мне надоело бегать по кругу, надоело гадать, что у него в голове. — Чего ты боишься? ‎ ‎— Я ничего не боюсь, какие глупости, — он улыбнулся, но это была фальшивая улыбка. Он снова спрятал всё под маской, и меня это разозлило ещё больше. ‎ ‎— Сколько можно прятаться от всего? То открываешься, то снова ставишь стену. То ревнуешь меня, то целуешься с другой. Определись уже, что тебе нужно, — слова вылетали сами собой, и я не знала, почему именно сегодня мне так захотелось расставить все точки над i. ‎ ‎— Что мне нужно? — он стал серьёзным, и его голос зазвучал глуше. — Знаешь, много чего. Например, чтобы меня слышали, когда я говорю, что ты поможешь мне только в том, если будешь в безопасности. Или когда я прошу не быть так близко ко мне. Просто услышь меня, Джиу. ‎ ‎Он сказал это почти устало, и мне стало больно. Не за себя — за него. За то, как тяжело ему даются эти слова. ‎ ‎— Я хочу помочь. Тебе же будет лучше, — тихо ответила я, уже не так уверенно. ‎ ‎— Лучше в чём? — он повысил голос. — В том, что вместо того, чтобы пытаться победить Камен, я буду постоянно спасать тебя? Хочешь, чтобы у неё появился рычаг давления? Хочешь, чтобы я, как мой отец, ради того, кто мне дорог, отдал своего ребёнка? Хочешь, чтобы и я стал монстром? ‎ ‎Я посмотрела на него по-другому. Передо мной стоял не тот парень, который просто прячет всё, что чувствует. А тот, кто пережил столько, сколько никто другой не смог бы. Тот, кто несёт в себе такую тяжесть, что другие давно сбились бы с пути. У меня сжалось сердце. Мне захотелось обнять его, но я не решилась. ‎ ‎— Но ты не твой отец, — твёрдо сказала я, глядя ему в глаза. — Может, дети и повторяют судьбы родителей, но тут ты сам вершишь свою судьбу. Никто, понимаешь? Никто не помешает тебе быть тем, кем ты хочешь. ‎ ‎— Джиу, нет, — он покачал головой, и в его голосе прозвучала решимость. — Я сказал — ты в этом участвовать не будешь. Это опасно. ‎ ‎— А Чан? — я почувствовала, как обида подступает к горлу. — Почему ему можно? ‎ ‎— Чан сильный. Эмоционально устойчивый. Он сможет. А ты... — он замолчал на секунду, и я увидела, как дёрнулся его кадык. — Я беспокоюсь за тебя. Хватит, Джиу. ‎ ‎Я ничего не смогла ответить. Внутри всё кипело от обиды и бессилия. Он не понимал. Или не хотел понимать. Я развернулась, чтобы зайти в подъезд, и бросила уже на ходу, чувствуя, как дрожит голос: ‎ ‎— Я всё равно не останусь в стороне. ‎ ‎— Глупая! — почти крикнул он мне вслед. ‎ ‎Я уже не обернулась. Дверь закрылась, а я так и простояла пару минут около неё, слушая, как затихают его шаги  на улице, как хлопает дверь машины и она уезжает. Я прислонилась лбом к холодной стене и закрыла глаза. Он думает, что защищает меня. Не понимает, что защита — это не стена, а плечо рядом. А я хочу, чтобы это плечо было его. ‎ ‎Внутри всё кипело от обиды, но где-то глубоко зарождалось другое чувство — упрямство. Если он не подпускает меня к ней — значит, я сама подберусь. Я выпрямилась и вытерла щёки, хотя не помнила, когда успела заплакать. Ничего сложного в этом нет, главное — придумать план. Хотя будет трудно победить существо, о котором я знаю не так много. Страх кольнул где-то под рёбрами, но я сразу же затолкала его поглубже. Стоит изучить легенды. ‎ ‎Я вернулась домой. Прошла на кухню, всё ещё чувствуя тяжесть в груди после разговора с Минхо. Я принесла из спальни ноутбук, чувствуя, как в голове шумит целый рой мыслей. Где искать информацию о существах, которые питаются эмоциями? И насколько это будет правдой? Я закусила губу, разглядывая пустую страницу поисковика. Может, стоит сходить в библиотеку и покопаться в университетских архивах? А если там ничего не найдётся? Отчаяние накрыло меня на секунду, но я заставила себя выдохнуть. Я закрыла ноутбук и посмотрела в тёмное окно. ‎ ‎— Минхо, ты не оставил мне выбора, — прошептала я в пустоту.