Мирное урегулирование

Тоша в говно. В хлам, вдрабадан, в стельку, как ещё обозначить бутылку дорогого виски без закуся? Был ли повод? Загадка. Нужен ли студенту повод, чтобы нажраться? Навряд ли. Он даже не садился за руль, просто залез в машину за бумажником, как позади послышалась сирена. — Ну ё-мае, — вздыхает Звездочкин, вытирая глаза тыльной стороной ладони, приподняв тем самым любимые солнцезащитные очки. И ведь не снимает, будто они как-то смогут спрятать бутылку виски в его организме. Противным треском по ушам расходится стук в затонированное окно. Антон прожимает кнопку — стекло медленно ползет вниз и перед ним, вот те на те, Семён Палыч собственной персоной. Парень даже усмехается, высовывает голову из окна, едва ли не толкнув лбом полицейского в живот, и по сторонам вертит. — А где вы мелкого своего потеряли? — А мне мелкий не нужен, чтоб тебя повязать. Давай, вылезай из машины, — низкий голос разрезает шум дороги и кивает, мол, пошли. — А что я нарушил? Я же сижу просто в ма... В машине, она не заведена даже! — Звездочкин демонстративно высовывает ключ и показывает. Мужчина только качает головой и наклоняется, опираясь на дверь машины. — Ты, пьяный, сидишь за рулем. Мне достаточно этого, чтобы тебя задержать. Давай, на выход. — Я папе позвоню, — пытается протестовать Антон, но его за шкирку, как котенка, из машины вытаскивают, спасибо, что не через окно. — Опоздал, он первый дозвонился, — Семён ведет парня к полицейскому бобику. Жмет спиной в металл, пока руки сковывают наручники. И вот он уже в бобике. Сейчас ему выпишут штраф, заберут права, а потом к отцу повезут на публичное унижение. Ай-йа-йа, Тошенька, кто нажрался? Плохой, плохой мальчик! Думая об этом, Антон, как дебил, хрюкает себе под нос, чем вызывает у Собакина тяжелый вздох. Нейронные связи в пьяной голове работают иначе — только сейчас до него доходит, что его батя и вызвонил. А вот это уже не круто, это уже предательство. С чьей стороны, пока, не ясно. А что если переподкупить? Звездочкин сразу принимается шариться по карманам, будто найдет там что-то ценное, кроме телефона и ключей от машины. Ладно, придется выкручивать обояние на максимум. Он головой встряхивает, приводя прическу в некоторый порядок, а затем втискивает голову между двух передних кресел. — Дядь Сём, а можно... Можно фото на память? А то сколько вы меня возите, ни одной фотки, — Антон наигранно губы дует и заглядывает в лицо мужчины через зеркало заднего вида. Менту, составляющему протокол, от этого ни холодно, ни жарко, потому только услышав заветное "валяй", Тоша тянется за телефоном в карман. Селфи выходит кривое. Смазанная рожа Звездочкина и кусок подбородка Собакина — такое точно в рамочку стыдно повесить. Но Антон придирчиво оглядывает фотку, словно это какая-то фотка со знаменитостью. — Дядь Сём, — снова тянет юноша, в ответ услышавший только мычание, — Хотите, я вам отсосу? — Отошлешь? — так и не отрываясь от бумаги переспрашивает сержант, а голова Антона снова пролезает ближе. — От-со-су. Тут уже не до шуток. Семён откладывает ручку и недоуменно поворачивает голову на парня, что неожиданно оказался так близко. Мужчина вопросительно выгибает бровь, а молодой человек... Пихает себе за щеку язык и кулаком двигает, явно намекая, что не шутит. Повисло молчание. Как минимум, в салоне работает камера. Как максимум, надо обдумать. У Звездочкиных была отличительная черта — они по базе бесили. Вроде ничего лишнего не сделали, а уже неимоверное раздражение копилось где-то под ребрами. Сначала Эдуард, шантажирующий его должностью. Без меня на повышение не пойдешь, Сём, я тебя в гаишники переведу, Сём, за сынком моим покатайся. Антон, в общем-то, не лучше. Гоняет, пьет, спасибо, что ещё ни одну бабульку на капоте не прокатил. Недолго Собакин думает. Молча тянет за проводок, идущий к камере. Тут уже задумывается Антон. Ну всё, ему жопа. Сейчас его, этакого педика, бить будут. Сломают его красивый нос и очки через уши проденут. Но нет. — Перелезай, — хрипло произноси мужчина, отодвинув и водительское, и пассажирское сиденье, чтобы Антон мог пролезть вперед. И Звездочкин лезет. Кряхтит, пытаясь перелезть, но все равно застревает жопой где-то между сидений, не имея возможности нормально развернуться из-за наручников, что не дают достаточно раскинуть руки, — Ну чё ты, Винни Пух. Шутка не к месту, но Семён Палыч отвешивает ему нехилый шлепок по заду, отчего Антон дергается и падает вперед, стукнувшись лбом о панель. Хорошо хоть иконок на ней не было. К счастью, водительское сиденье получилось отодвинуть достаточно далеко чтобы между креслом и рулем мог просунуться человек. За те секунды, что Антон ёрзает на переднем пассажирском Семен глушит машину, чтобы парень своим задом не смог втянуть их в дтп. Звездочкину требуется около минуты, чтобы сесть поудобнее и поудобнее перелезть через коробку передач, оказываясь между ног сержанта. Смотрит снизу-вверх, то ли ожидая приказа, то ли что полицейский передумает, но ни того ни другого не случается, Собакин только кивает, мол, можешь приступать, а пьяного Антона и просить долго не надо. Он гремит наручниками пока расстегивает ремень чужих брюк. А вот над ширинкой медлит, еще раз взглянув в глаза сверху и демонстративно потянувшись вперед, чтобы открыть ширинку зубами. Выглядит, конечно, крайне пошло, но и всю эту ситуацию адекватной назвать нельзя. Таким же методом Антон и снимает белье с полицейского, лишь в конце помогая себе руками. Перед ним взрослый мужчина, который не будет эрегировать на каждую пошлую мысль, потому член перед его глазами лишь слегка возбужден. Все остальное за парнем. Он несколько нервно облизывает губы, прежде чем подсаживается и на пробу проводит горячим влажным языком по головке крупного органа. У него, между прочим, в этом большого опыта нет, поэтому приходится выкручиваться. К счастью, Семен его не торопит, лишь запускает тяжелую руку в его волосы, портя последние остатки его некогда красивой прически. Ну и чёрт с ней, думается Антону, пока он осторожно начинает выбирать окрепший ствол в рот. Позволяет ему скользить по языку, в какой-то момент пускает за щеку, пошло хлюпает слюной, но глубже не берет. Это все с непривычки. К сожалению, мужчина перед ним не готов так долго ждать. В какой-то момент, рука, что до этого покоилось в волосах, начинает давить на макушку заставляя постепенно глотать все глубже и глубже, пока член полностью не заходит в глотку, а нос Звездочкина не упирается в светлые лобковые волосы. На пьяного сразу начинает действовать рвотный рефлекс, который он старается всячески погасить. Кашляет, чувствуя, как слезы подступают к горлу, пытаются отстраниться, но крепкая рука не дает. Приходится смириться и послушно терпеть, пока его откровенно трахают в глотку. — Теперь сам, — хрипит мужчина и отпускает Звездочкина. Тот отстраняется резко, вдыхая ртом воздух. Так и стукается головой о руль, от чего прожимает клаксон. На улице стало на одну испуганную бабульку больше. С наручниками неудобно, но Антон пытается. Придерживает ствол у основания, пока ласкает его губами и языком, успешно взяв на две трети. Он смотрит куда-то в торс мужчины, стараясь не отвлекаться, пока не слышит тихий писк телефона. Камера. — Не отвлекайся. Это на память, — доносится сверху, а Звездочкин, хоть и бухой, понимает, что дело пахнет жареным. А если это дойдет до отца? И это правда на память. Для себя, чтобы в моменты, когда это ебанутое семейство снова бесит Семёна, можно было хорошенько полюбоваться, как красные губы обхватили ствол и с жадностью насасывают, пока их владелец старается не смотреть в камеру через свои долбаные солнцезащитные очки. Ещё несколько минут нещадной долбежки его горла и Антон готов взвыть. Благо, чужой оргазм близок, это слышно по дыханию и копошению. Его оттаскивают за волосы и держат крепко, пару секунд, пока снова лезут за телефоном. — Язык, — командует Семён и юноше ничего не остается, кроме как высунуть язык. Мужчина сам проводит по члену рукой пару раз и кончает. Обильно заливает его лицо спермой, пачкая и волосы, и любимые очки, попадает и на язык, так, что приходится скованные руки подставить. Так его и сфоткали, с мерзкой вспышкой и не в самой лестной позе. И что это, нахуй, было? Антон сглатывает, смотрит из под очков на мужчину и коротко спрашивает: — Салфеточки не найдется? — Звездочкин облизывает губы. Мужчина только усмехается и протягивает пачку влажных салфеток. — Давай, приводи себя в порядок и, это, к бате тебя отвезу. А то он заждался.