дурацкие семь минут

дурацкие семь минут в раю. больше никаких мыслей не было в голове его, мысли все еще были туманными и расплывчатыми, а губы горели после поцелуев. такое начало для тренировки было явно приятнее, чем разминка от Бубна, думалось Архипу. и в этом он, как ни странно, был прав. на одной из самых обычных тренировок, когда было немного людей, Антон и Архип ставили аппараты вдвоём. как только Малков проскользнул в оружейную, сразу же за ним, закрывая дверь, забежал Личманенко. дверь, хлопнув, отсекла их от остального пространства также резко, как и Антона прижали к стене. родные руки толкнули к стене, тут же стискивая в объятиях. между ними всегда была тонкая грань. ненависть, любовь и дружба легко сосуществовали в них и еще легче жилось им вместе от этого. ни разу в жизни Архип и Антон не называли друг друга своими парнями, никому не рассказывали, что делают в тёмных углах, оружейных и раздевалках. кому расскажешь-не поверят. яростные гомофобы сами были геями, что, если честно, никого бы не удивило. мало кто догадывался, но пара человек точно их в этом подозревала. сейчас не об этом, об этом позже. затылок практически ударился о стену, но это предотвратил Архип, вовремя запустивший руку в волосы. пальцы крепко держали пряди, не выпуская и удерживая не только их, но и самого Антона. вторая рука с какой-то слепой нежностью, так не характерной ему, поглаживала щеку. дыхание смешивалось и уже трудно было разобраться где и чьё оно было на чужих-родных губах. а Малков времени зря не терял, одной рукой обхватив шею своего парня, а второй сжимая тазобедренную косточку, выступающую угловатой линией. через пару секунд, не выдержав гляделок,первым сдался Архип, полностью растратив терпение, а потому теперь яростно прижимаясь к любимым губам. сухие и обветренные, они нашли точно такие же напротив, начиная поединок. это не поцелуй любви, нежности, заботы или чего-то такого, они же не геи все таки, да? это просто попытка сбросить энергию, просто обычное желание попробовать что-то новое. ну не настолько и новое, конечно, до этого они, очевидно, тоже не раз целовались, но чтобы так-никогда. в борьбе за преимущество явно лидировал Личманенко. не то, чтобы он сильно в этом разбирался, ему это нравилось или что-то подобное-нет, ему просто нравилось ощущать родные губы на своих, чувствовать дыхание. да и кому уж врать то? самому себе? он любил Антона, любил не как друга, не как сокомандника и не как верного, неизменного приятеля. любил как парня, как партнера. выдыхая признания в губы друга, он каждый раз проигрывал в схватке с самим собой, каждый раз его гордость сдавливала виски и создавала комок в горле, сквозь который не продохнуть. умереть можно так. -я люблю тебя, люблю, люблю,люблю-слова смешивались с поцелуями, оставляя странное послевкусие.небольшая горечь нисколько им не мешала. прикосновение губ как искусство, как любовь между ними:яростная, странная и какая-то необыкновенная. Антон явно уже головой поехал. именно сейчас, в эту секунду, ему вдруг показалось, что Архип, этот самый странный, самый родной и близкий человек на планете, лучший друг, на крайний случай, говорил о своей любви. да и не к кому-то, а к нему. он бы и сам не прочь сказать, да не может мысли собрать от радости. их пропажу явно скоро заметят. там и тренера не так далеко, и сокомандники через стенку в зале. вот и голоса их слышны, кажется, что Ваня с кем-то спорит, может быть и с Мишей. им стоит это прекратить, не усугублять ситуацию, а то вдруг,с чего бы это, Малкову показалось, вдруг он просто по дури услышал желаемые слова? с неохотой отрываясь от знакомых, изученных губ, он выдыхает в последний поцелуй странные, непривычные для него слова. слова, полные любви и какой-то слепой нежности. он впервые это говорит, впервые сам в этом себе признался, что погряз в Архипе, что выхода отсюда уже нет.одновременно проговаривает и Личманенко в губы. -я люблю тебя-это на грани звука и тишины, на самой грани шепота и молчания, но парень напротив, кажется, услышал, потому что лицо его как будто озарилось и окрасилось слабым румянцем. Личманенко явно не ожидал, думается Антону. главное, чтобы в лицо не настучал за такое. Архип прижимается губами к стремительно краснеющей скуле и выдыхает очередное признание. и плевать, что за стеной все знакомые, что выйдут они растрепанные.скажут, что подрались. остальным не привыкать. на них и не подумает никто, что геи. -что между нами? -Архип сам себя хочет наградить пощечиной за такой вопрос, но интересно так, что слова вырвались сами, без раздумий нарушив тишину. -люблю я тебя, гадина, что еще то? -и это слово, эта ”гадина“, с такой нежностью сказано, что другие вопросы отпадают. они, тихо переговариваясь, пытаются поправить растрепанные волосы, успокоить колотящиеся сердца и угомонить разбегающиеся мысли. эти семь минут по правде были райскими. оставив последний поцелуй на щеке парня, Антон выходит первый, поправляя волосы привычным взмахом головы. еще один секрет от друзей в копилку. Архип выходит через минуту и тренировка на общую физическую подготовку его явно не радует, но воспоминания все еще заставляют щеки вспыхивать, что он умело сваливает на усталость. никто из них не скажет, кто они друг другу, но эта близость, эта какая-то родственная связь, все это будет говорить за них. ***** -я так и знала. как думаешь, что было в оружейной? -а ты прям не догадываешься, да? -я уверена, что они геи. все тут геи. -невероятная наблюдательность. начинай, давай. пусть они и не думают, что кто-то о них знает, но мы то все помним, мы то обо всем догадываемся. ***** они не торопятся, нет. конечно, зачем им торопиться? а в глаза они не смотрят просто потому, что народу много, не пройти. дверь раздевалки захлопывается с невероятной силой, возвращая к реальности. -ээй,Архип, ты чего? -да ничего, просто устал, ничего такого. Бубен загонял сегодня -Архип знал, что упоминание тренера и заданий явно отвлечёт брата и других от его красного, смущенного лица. -это вообще ужас какой-то, дурдом просто. вот как можно было догадаться такие упражнения поставить?он сам-то делал их? -Архип их уже не слушал. его взгляд метнулся в сторону друга - не то,парня - тоже нет, проще говоря, в сторону Антона. тот тоже находился в прострации, зависая на одном действии. «знал бы Ванька,что мы не дрались, то явно бы прилетело мне. надо было догадаться именно сейчас что-то спрашивать? он что, слепой и не видит, что мне просто плохо и я устал? -привычки врать себе Архип не имел,но сейчас, по воле случая, приходилось-Антон как ни в чем не бывало стоит. последний девственник Руси,надо полагать. самый святой на планете, блять. вот что он сейчас на меня пялится? -метнув размытый, но,как ему казалось,гневный взгляд,Личманенко уткнулся в вещи, которые сворачивал-вот отец то обрадуется,сразу в детский дом поеду. праздновать там буду. Энтони то по барабану, а мне вообще ничерта. это может для него привычно целоваться с друзьями, а я поприличнее буду явно. еще сегодня чуть в шорты мне не залез. мудак, еще и всю тренировку пялился-мысли плавно перетекали в другое русло-а Ваня сто процентов геев терпеть не может. вот Миша, Костя, Петя, я практически на сто процентов уверен, геи. Миша вообще женственный. кудряшки,вся хрень. ужас какой-то.твою мать, он же мне рассказывал, что я Ане нравлюсь. и как ей объяснить? Ань, ты хорошая, но так получилось, что я гей. отлично, прям классный вариант. так и скажу». Антон уже собрался и уходил из зала. верный друг и товарищ отправился за ним, ведь Ваня еще долго будет копаться и разбирать свои рюкзаки. -я на трамвай-голос Архипа был едва различим и сравним с падением мокрого снега с дождем на землю. именно такая погода стояла на улице и это никого не радовали явно. -я пойду-едва различимый из-за ветра голос пробормотал это Личманенко в самое ухо и губы Антона прижались к его скуле в быстром и лёгком поцелуе. Малков исчез из поля зрения до того, как Архип успел осознать, что произошло прямо сейчас, здесь, около спортивной школы. -о, Энтони смотался уже? -нет, тебя ждал.пошли быстрее, Вань. у Ваньки и своих проблем по горло, а тут еще и эти странно себя ведут. «надоели, ей богу, вот еще чуть-чуть и он просто все из них выбьет. хотя Архип то явно не гей, это железно.не может он быть геем, стопроцентно. он же сам всегда их оскорбляет. Мишу наверно уже заебало, что его то женственным, то геем называют.хотя про гея не уверен. в жизни не интересовался как он себя идентифицирует»-Ваня мыслит странно, не прерываясь размышляет и размышляет. -Ванек, ты чего? завис, что-ли? -а?да, да, все хорошо, я в порядке. -ты странный сегодня почему-то-Ваня уже не слышит разговоров брата, который резко решил ему рассказать как там у него в школе дела, хотя в одном классе учатся, зачем? и тут же Архип понимает для чего. чтобы скрыть бешено колотящееся сердце и бегающие глаза. ***** Антон домой идет по темноте, которая немного помогает сосредоточиться. «что,блять,сегодня произошло? мы теперь встречаемся? друзья? друзья с привилегиями? кто мы? эта гадина еще молчит и не рассказывает ничего, просто игнорирует. ну, я надеюсь, что поцелуй напоследок хоть что-то ему объяснил. не настолько же он тупой»-и, несмотря на свою грубость, Малков любил Архипа, все в нём, ценил его, хоть доброго слова в жизни ему не сказал. ну не будет же он распинаться перед Личманенко как его любит, уважает и,вообще, жизнь бы с ним прожил и не разочаровался нисколько? «вот Ванька обрадуется, мало того, что брат гей, или кто он там, так еще и друг гей, так и еще они встречаются. или что там между нами? ». ***** в планы Вани сегодня явно не входило гулять со своим парнем, но, что уж поделать!, придется пропустить подготовку к экзаменам и потратить еще один вечер на Мишу. ну не потратить, а провести вместе. при встрече юные конспираторы аккуратно пожимают друг другу руки и, пока никого нет поблизости, Личманенко прижимается к губам Миши в трогательном и нежном поцелуе. -Ваня?-голос Архипа раздался как гром среди ясного неба и парни отпрыгивают друг от друга в мгновение ока. -ээ, ну, я даже не знаю, что тебе сказать по этому поводу. ну, начнем с того, что мы не встречаемся, мы не геи, ничего такого, Архип, да? ну, ты понимаешь, наверное. -вы целовались только что? если ты гей или встречаешься с ним, то мне похуй, если нет, то также-Архип сказал это обычным, ровным голосом, что немного помогло унять сомнения Вани. -ну, я думаю, что скрывать от тебя сильно нечего, ты уже все видел и все понял. да, мы встречаемся, я люблю его. надеюсь, что все нормально, верно? только никому, хорошо? - Миша впервые подал голос с начала напряжённого разговора братьев и, кажется, Личманенко, увидевший их, явно не расстроился и не разозлился, что уже было хорошо. -я и не собирался. опася, брат-гей. интересно, на самом деле. -интересно другое. если это у тебя? я видел как вы смотрите друг на друга, поэтому не отпирайся-Елисеев явно был знатоком манипуляций, потому что сработало железно. Ваня, непонимающий, что происходит, решил уточнить о ком идет речь. -прости, но о ком ты говоришь? Архип заглядывался на парня? -не только заглядывался и не только Архип. думаю, что Энтони явно оценил признание, да? -Антон, блять? серьёзно? ты гей, ты не сказал мне об этом и ты встречаешься с нашим лучшим другом? ситуация становится интереснее. -я не говорю о вас-вы не говорите обо мне, идет? Антону ни слова о том, что вы догадались. теперь у нас нет секретов, верно? ***** Антон, в это же время, гулял с Аней и девочками. если честно, то ему было крайне плевать на их разговоры, весь смысл прогулки заключался в том, что он мог их стебать. но случилось неожиданное, Аня, когда они немного отдалились от других, задала ему крайне странный вопрос. -Антон, я понимаю, что это странно, но мне нравится Архип. я хочу привлечь его внимание. помоги мне, пожалуйста. я больше ничего не попрошу. -он гей - абсолютно без эмоций произнёс Антон. -что, прости? - чего чего, а такого поворота событий Аня не ожидала точно. что угодно, но не это - а ты то откуда знаешь? бред какой-то, я не думаю, что он такой. -ты подумала? ебаать, этот день в календаре отмечу. больше не думай, тебе не идет. ***** через пару дней, после выходных, Архип и Антон встретились. они пришли раньше всех из мальчиков и никого не желали видеть. теперь им было гораздо приятнее сидеть вдвоём. -я сказал Ане, что ты гей. -Миша догадался, что мы встречаемся. он встречается с Ваньком. -не ожидал. -я рад, что теперь у неё не будет претензий на взаимность. -я рад, что Ваня не против. диалог был странным и похож на поединок. не перебивая друг друга они делились фактами с прошедших выходных и не заметили, как Антон случайно пересел на бедра Архипа, а последний прижал его к себе. дыхание смешалось и скоро последовал поцелуй. не яростный, не безжалостный, а умиротворенный, спокойный и какой-то любовный. на тренировке они также ссорились, а по вечерам целовались. ругались и оскорбляли друг друга, чтобы потом искупить вину, прижимая друг друга к стене, вжимая и не давая вырваться из удушающих, но не менее приятных объятий. каждый раз они говорили о своей любви, вперемешку с оскорблениями, звучащими так нежно, что смысл их совершенно терялся. это было не важно, важно было то, что они любили друг друга, пусть и немного странно.