Безумство нового лидера

Ту Тайм выныривал из сна медленно, как со дна тёплого моря. Сознание возвращалось кусочками: сначала он почувствовал, что лежит на боку, потом — что сзади кто-то тёплый и большой прижимается к его спине, потом — что рука этого кого-то обвивает его талию, притягивая ближе. «Азур, — сонно подумал Ту Тайм. — Ну всё, привык уже. Обнимашки — наше всё». И тут он почувствовал это. На плече. Что-то мокрое. Тёплое. И... зубы. Мягкие, но вполне ощутимые зубы, которые слегка сжимались на его коже, перекатывая её, как жвачку. Ту Тайм замер. Мозг лихорадочно пытался обработать информацию, но выдавал только одно: «Азур меня... кусает? КУСАЕТ?!» Он медленно, очень медленно повернул голову. Скосил глаза на плечо. Картина маслом: из-за его спины торчит голова Азура с закрытыми глазами и абсолютно безмятежным лицом. Губы Азура сомкнуты на его плече. И Азур ритмично, как котёнок, посасывающий молоко, слегка прикусывает кожу, время от времени проводя по ней языком. — А... Азур? — прошептал Ту Тайм, чувствуя, как голос предательски срывается. Тишина. Только мерное дыхание и лёгкое посасывание. — АЗУР! — попытался крикнуть Ту Тайм, но из горла вырвался только сиплый хрип, больше похожий на писк комара. «Что за чёрт? — подумал он в панике. — Почему я не могу говорить нормально?!» Он дёрнулся, пытаясь вырваться, но рука Азура на талии тут же сжалась крепче, притягивая его обратно к тёплому телу. А зубы на плече сомкнулись чуть сильнее — не больно, но ощутимо, словно Азур во сне говорил: «Не убегай, моё». — М-м-м, — довольно промычал Азур во сне и лизнул укушенное место. По телу Ту Тайма пробежала дрожь. Совершенно неконтролируемая. Совершенно неуместная. «Он спит! — понял он. — Он просто спит и делает это во сне! Но почему именно меня?! И почему я не могу проснуться нормально и возмутиться?!» Он попытался толкнуть Азура локтем — бесполезно. Азур был тяжёлым, тёплым и, кажется, совершенно непробиваемым. Мало того — на толчок он ответил тем, что придвинулся ещё ближе, практически вжимаясь в спину Ту Тайма, и его нога закинулась сверху, накрывая Ту Тайма как одеялом. — Азу-у-ур, — простонал Ту Тайм шёпотом, чувствуя, как от беспомощности хочется то ли плакать, то ли смеяться. Зубы на плече снова сжались, и по телу пробежала очередная волна мурашек. «Да что же это такое?! — паниковал Ту Тайм. — Он меня съесть решил?! Во сне решил, что я моцарелла?!» Он снова дёрнулся, пытаясь выскользнуть. Азур во сне нахмурился, недовольно засопел и... прикусил плечо уже чуть сильнее, оставляя явственный след. — Ай! — пискнул Ту Тайм, и этот писк был таким жалким, что даже он сам себя не услышал. В отчаянии он уставился на дверь. Там, за дверью, был спасительный коридор. Там можно было позвать на помощь. Там можно было найти Мисс Ли, которая, может быть, оттащит этого спящего вампира от его многострадального плеча. Но для этого нужно было встать. А встать, когда на тебе висит 80 килограммов спящего парня, обхватившего тебя со всех сторон, было решительно невозможно. — Ну почему, — прошептал Ту Тайм в подушку, смиряясь с судьбой. — Почему я такой слабый? Почему он такой сильный? И почему... почему мне это даже немного нравится? Последняя мысль была настолько крамольной, что Ту Тайм зарылся лицом в подушку, пряча пылающие щёки. Азур во сне довольно вздохнул и сменил позицию — теперь он кусал не плечо, а место чуть выше, ближе к шее. Его губы сомкнулись на нежной коже, и он снова причмокнул, как довольный младенец. — Азур, — простонал Ту Тайм в подушку. — Если ты оставишь на мне засосы, я тебя убью. Честное слово. Вот проснёшься — и сразу убью. Азур во сне улыбнулся, прижимаясь крепче, и продолжил своё сонное пиршество. Ту Тайм закрыл глаза и попытался успокоиться. Ну, по крайней мере, он в безопасности. По крайней мере, его любят. По крайней мере... чёрт, это же щекотно! — Азур!!! — беззвучно заорал он, когда язык снова прошёлся по коже. Ответом было только мирное сопение. За окном вставало солнце, освещая комнату мягким золотистым светом. На полу сиротливо лежал рюкзак с моцареллой (которая, кстати, за ночь всё-таки подтаяла). А на кровати двое парней лежали в обнимку, и один из них во сне уплетал второго, принимая его за сырную палочку. Ту Тайм вздохнул, расслабился и закрыл глаза. «Ладно, — подумал он. — Посплю ещё. Может, когда проснусь, это окажется просто страшным сном. Или не очень страшным. Или... приятным?» Он заснул под мерное посасывание своего плеча, чувствуя, как по телу разливается странное тепло. В конце концов, если тебя кусают — значит, ты кому-то нужен. Даже во сне. Ту Тайм уже почти успокоился. Почти смирился со своей участью быть сонной закуской для любимого человека. Он даже начал проваливаться обратно в дрёму под мерное посасывание плеча, как вдруг... — Ты в курсе, что ты вкусный? Голос раздался прямо над ухом. Чёткий. Ясный. Совершенно не сонный. Ту Тайм замер. Его мозг, только что мирно дрейфовавший в полусне, резко дёрнулся и включился на полную мощность. «ЧТО?!» — Азур? — прохрипел он, но из горла вырвался только жалкий писк. — А, вижу, ты голос потерял, — продолжил Азур всё тем же спокойным, чуть сонным, но совершенно осознанным тоном. Его зубы на секунду разжались, но рука на талии только крепче прижала Ту Тайма к себе. — Не волнуйся. Можем пойти ко мне, я чай заварю. С мёдом. И травами. Голос быстро вернётся. Ту Тайм медленно, очень медленно повернул голову. Азур лежал сзади, приподнявшись на локте, и смотрел на него сверху вниз с самой наглой, самой довольной, самой невозможной улыбкой на лице. Его фиолетовые глаза сияли озорством, а на губах играла та самая улыбка, от которой у Ту Тайма обычно подкашивались колени. Сейчас она вызывала только одно желание. — ТЫ... — беззвучно заорал Ту Тайм, и его кулак сам собой врезался прямо в эту наглую улыбающуюся физиономию. Бамс! Азур охнул, схватившись за нос, и откинулся на подушку. Рука на талии разжалась ровно настолько, чтобы Ту Тайм смог развернуться и нависнуть над ним, трясясь от ярости. — ТЫ ВСЁ ЭТО ВРЕМЯ НЕ СПАЛ?! — просипел он, но голос всё ещё отказывался повиноваться, и получалось не рычание, а жалкое шипение. — Ну... — Азур потёр ушибленный нос, но улыбка с его лица никуда не делась. — Не всё. Сначала спал. А потом проснулся. И понял, что ты очень вкусно пахнешь. — И ТЫ РЕШИЛ МЕНЯ КУСАТЬ?! — Ты сам сказал, что я могу делать с тобой что хочу, — напомнил Азур с совершенно невинным видом. — Я НЕ ЭТО ИМЕЛ В ВИДУ! — А что имел? Ту Тайм открыл рот, чтобы выдать пламенную тираду, но понял, что сказать ему нечего. Потому что он действительно не уточнял. Потому что Азур — хитрый лис. Потому что... — Ты специально, да? — спросил он, сдуваясь. — Всё специально? — Не всё, — честно признался Азур, осторожно касаясь пальцами своего носа. Кажется, не сломал. — Но когда я проснулся и увидел, как ты мирно спишь, подставив мне плечо... ну, не удержался. Ты правда вкусный. — Я НЕ ЕДА! — Для меня — да, — Азур посмотрел на него таким тёплым, таким любящим взглядом, что Ту Тайм почувствовал, как гнев тает, сменяясь смущением. — Ты самый вкусный. Во всех смыслах. Ту Тайм замер, нависая над ним. Их лица были в нескольких сантиметрах друг от друга. Азур смотрел снизу вверх своими фиолетовыми глазами, и в них не было ни капли раскаяния — только нежность и озорство. — Я должен тебя убить, — прошептал Ту Тайм. — Убьёшь? — с надеждой спросил Азур. — Нет, — вздохнул Ту Тайм и бессильно рухнул ему на грудь. — Не могу. Ты же мой. Азур тут же обнял его, прижимая к себе, и поцеловал в макушку. — Ты мой, — согласно кивнул он. — И очень вкусный. Но я больше не буду кусаться без спроса. Обещаю. — Врёшь, — буркнул Ту Тайм в его рубашку. — Вру, — легко согласился Азур. — Но буду просить разрешения. — Не дождёшься. — Тогда буду уговаривать. — Бесполезно. — Посмотрим. Они полежали так ещё несколько минут. Ту Тайм чувствовал, как возвращается голос — видимо, сонный паралич отступил так же внезапно, как и напал. А ещё чувствовал, как сильно бьётся сердце Азура под его щекой. — Азур, — позвал он тихо. — М? — А чай обещанный? — Прямо сейчас? — Ага. С мёдом. И травами. Голос лечить. Азур улыбнулся, погладил его по спине и осторожно высвободился из-под него. — Пошли. Но сначала... — он наклонился и быстро чмокнул Ту Тайма в губы, пока тот не успел возмутиться. — Это чтобы слаще было. — Азур!!! — Люблю тебя, — Азур вскочил с кровати и направился к двери, ловко увернувшись от летящей подушки. — Жду на крыльце через пять минут! Дверь закрылась, оставив Ту Тайма одного в комнате. Он сидел на кровати, прижимая руку к губам, и чувствовал, как щёки пылают огнём. — Вот гад, — прошептал он, но губы сами расплывались в улыбке. — Самый лучший гад во всём Спавне. Он вскочил, натянул перчатки, схватил кинжал (на всякий случай, а то вдруг этот "гад" снова решит его покусать) и выбежал в коридор. Солнце уже взошло, освещая церковь мягким утренним светом. Где-то вдалеке слышались голоса просыпающихся обитателей культа. А на крыльце его ждал Азур с двумя кружками дымящегося чая и той самой улыбкой, ради которой Ту Тайм был готов терпеть даже укусы. — Иди сюда, мой сладкий, — позвал Азур, протягивая ему кружку. — Сам ты сладкий, — буркнул Ту Тайм, но сел рядом, прижимаясь плечом к плечу. — Знаю, — кивнул Азур. — Но ты вкуснее. — Заткнись и дай чая. — Держи. Они сидели на крыльце, пили чай и смотрели на восходящее солнце. Им было хорошо. Им было тепло. Им было друг с другом. А где-то в лесу, в маленьком домике, фиолетовый паслен довольно покачивался на полке, радуясь за своего хозяина.