Подкаст

***

Дмитрий Губерниев снова позвал своих юных помощников : Рому Сиякина и Ваню Барашкина. Им было сказано прийти пораньше, но насколько именно «пораньше» не было учтено. И те явились около 9 утра, что странно для Метеора, вряд ли бы он пришёл так рано если бы ему что-то бы не понадобилось. Рома бы удивился, что вышел аж в 8. Но, данной эмоции не последовало. Последовало удивление и странное ощущение адреналина, когда появилось чувство что живот и все его внутренности онемели, когда он увидел стоящего на остановке Барашкина. С этим всё понятно, почему рано. На остановке они не здоровались. Ваня не видел Метеора, а Метеор в свою очередь встал позади. Больше всего удивило обоих, что они пришли, а Дмитрия не было, хотя двери были открыты, компьютер сбоку был включён (а он выключался?), микрофоны вроде работают. А Губерниев где? — наверное, Дмитрий отошёл куда-нибудь, - предположил Вымпел, держась за лямку своей сумки со снаряжением. — ага, покурить, - издевательски последовало после слов Вани. — Дмитрий не курит! - тут же возразил Ваня, чуть ли не перебивая соперника. — а тебе то откуда знать? - почти съязвил соперник — от туда, откуда надо. - серьёзно ответил Вымпел Они прошли к столу с двумя микрофонами, за которыми сидели в начале каждого из подкастов. Рядом со стульями положили свои сумки, ибо сегодня у команд тренировка, а завтра матч. Рома засел на стуле, начиная качаться и тыкать в микрофон, не зная, работал тот или нет. Барашкин же сидел ровно, сложив руки на коленях и изучая пространство, будто он тут впервые. Время уже 9 с лишним, тренировка в 7 вечера. В принципе, торопиться некуда, просто, подкаст же не может состоять только из споров Вымпела и Метеора, они должны с кем-то разговаривать. От скуки, Сиякин залез в свою сумку, проверяя наличие телефона. Ну не проверяя, а в попытке найти его. — и где он.. - шипел себе под нос Метеор, переворачивая содержимое сумки по сорок раз. — ты, что-то потерял, Ром? - поинтересовался Синий. — ага, твою победу найти не могу, - резко вырвалось у того. Рома поставил сумку себе на колени, уже вытаскивая и тряся снаряжением над сумкой. Так рано встал, что забыл, взял ли он вообще с собой телефон. Барашкин не ответил наблюдая за соседом некоторое время, а после всё же отвернулся и о чём-то задумался. А вот Красный, в свою очередь, не достиг своей цели. От чего облокотился спиной о спинку стула, сложив руки на груди, нахмурился, злясь на себя, что не взял «самое необходимое».

***

Прошло ещё время, а Дмитрия так не было. Сколько времени, они тоже не знали. Ваня уже успел сдержанно облокотиться о спинку стула, сложив руки замочком. А Рома же устал сидеть. — сколько мы уже сидим? - не ожидая ответа, поднялся Красный Метеор и пошёл к двери; выглядывает из неё, не видя никого. Пустой коридор. Ваня, зная что тот не видит, уже автоматически пожал плечами. Но и сам уже смотрел в другую сторону. Так как они пришли со снаряжением, а Рома ещё и со своей клюшкой, которая помогла победить его команде, он решил ей воспользоваться немного раньше. Засунул её в ручку двери, чтобы та не открылась. А рядом ещё и рубильник... — Рома? - сразу же раздалось в помещении. — Ваня? - с наигранным, даже не скрываемым, удивлением повторил Метеор. — ч-что ты делаешь? - недовольно и, попытался, серьёзно возразить Синий, но запнулся на первом же слове. — я? А что я сделал? - не переставая наигранно спрашивать, Красный куда-то шёл в комнате, но сам плохо видел куда именно. — ты выключил свет! - уже серьёзно и недовольно возразил сидящий. — я? Да быть не может, - договаривая, после тихо ухмыляется, чувствуя себя Петей, который что-то задумал. Рома запомнил где что находится в помещении и хорошо ориентировался на тишину. Метеор подошёл к Вымпелу и положил руки ему на плечи, что тот вздрогнул, не успевая что-то сказать, как почувствовал, что стоящий наклонился к уху. — микрофоны включены, - припугнул Красный Синего, что, в свою очередь, не до конца понимал происходящее. Но, кажется, до него стало доходить, когда Метеор обхватил его рукой, прижимая к телу, а другой рукой поднимать верхнюю одежду. — так что будь тише. - последнее, что прошептал Сиякин Барашкину, но уже в уголок губ. После слов и действий Красного, Барашкин сглотнул, хотя он и не мог поверить Роме на слово, но сам же не знал в каком сейчас состоянии гарнитура. Рома наклонился, но нет, уже сел на колени того, кто его выше держа его верхнюю одежду, чтобы та не скрывала тела. Ваня хотел его столкнуть, но не судьба - словами Метеор только заговорил его и отвлёк, чтобы завязать руки за спинкой стула, уж чем тот не видел. Надеется, что не трусами. Сиякин же, держа одежду «вверху», стал баловаться : с грудником сравнивать буде как-то некультурно, но по другому это не назвать. Он, буквально, присосался к соскам Вымпела, втягивая их и часто касался языком, чтобы оттолкнуться и втягивать максимальный O2 Барашкину приходилось трудно. Он не позволял себе даже мычать, ибо, чтобы подумал Губерниев или кто будет редактировать звук? В любом случае, он невольно стал расслабляться, чувствуя как кровь небольшими напорами направляется вниз. Метеор не мог чувствовать, куда направляет сердце Вымпела кровь, но мог чувствовать как тот иногда вздрагивает, процеживая воздух через нос, довольно резко. Голова всё таки сдалась и отклонилась назад. После недолгой «баловни», когда «игрушки» Сиякина стали фиолетовыми и твёрдыми, он с ехидной улыбкой сжал их пальцами и поднял голову, смотря как Барашкин сжимается и поджимает губы. Если бы не Рома на коленях, он бы стал, как заяц, нервно бить ногой по полу. Но увы, на коленях удобно устроилась гантеля. Метеор как на зло, стал снова «играть», оттягивая свои «игрушки» и наблюдая за Вымпелом, что боялся даже открыть рот, мало ли что из него вылетит. Роман добился своей цели, и понял он это когда Иван стал сжимать ноги. Убирая руки, одежда высокого наконец снова скрывает тело и тот выдыхает. Но рано он выдохнул. Рома успел исчезнуть с колен, и появиться за спиной, поднимая того со своего места, держа за связанные, чем-то, запястья; и тут же наклонил на стол, но Вымпел всё равно ударился, хоть и не больно. Метеор мог и не держать его, руки то связаны. Последний рывком стягивает с высокого нижнюю одежду вниз, до колен, пока та сама не съезжает до удобного ей уровня. Уже после, Метеор приседает, обхватив бёдра Барашкина, на что тот чуть вздрагивает и покрывается мурашками внизу. А Сиякин же пальцами раздвигает пятую точку Вани и прежче чем полностью заняться делом, проникает языком внутрь, а следом и губами. Синий Вымпел резко выдыхает в стол, в противоположную сторону от стойки с микрофоном. Хотелось бы ему сейчас задуматься и отвлечь себя, но мозг не хотел поддаваться воле хозяина и заставил не сжать бёдра, а наоборот их расслабить, полностью погружая в лёгкое ощущение заполненности. Знал бы Барашкин что такое тентакли, подумал бы о них. После недолгого лёгкого ощущения, Метеор не останавливается, а только высовывает язык, за кончиком которого последовала слюна, успевшая попасть малым количеством внутрь Синего Вымпела. Но после этого, Красный Метеор снова прислоняется губами к колечку мышц Вымпела, что даже от этого уже был готов позвонить и сказать что заболел и на тренировке его можно не ждать, лишь бы голоса хватило после всего этого; снова втягивая, но уже колечко мышц, Синий с божьей помощью поджимает губы, не в силах сжать даже собственные пальцы в кулаки. Теперь, так называемый, «синяк» будет ещё и в одном из интимных мест Вани. Наконец когда Рома поднимается с колен, Ваня выдыхает уже тише, чтобы не дай бог ещё что-то подобное сейчас произойдёт, забывая, зачем его просили быть тише. Сиякин спускает с себя нижнюю одежду, и беря свой «ган» за середину, оттягивает кожу и подставляет полностью открытую головку к пульсирующему, помеченному, интимному месту, а после с силой вгоняет плоть внутрь. Барашкин широко распахивает глаза, томно и тихо выдыхая. Даже не войдя до конца, а ещё только растягивая узкое пространство, черноволосый смог выбить нечто подобное стону из лежащего, победно улыбаясь. Далее кладёт руки на бёдра Вани, и начинает двигаться, не входя глубже. Ваня тонет в ощущениях; в ощущениях, что внутри него «нечто» двигается, растягивая. Странное, но ненормально приятное, чувство заполненности, которое нижнему с каждым движением хотелось бы почувствовать больше и глубже. Томно дыша, уже не в силах вдохнуть полной грудью, Ваня прикрывает глаза, кусая губу, сдерживая даже хныкивание. Но трясущиеся колени он сдержать не может, и понимает, что если заберётся побольше на высокую поверхность, то его, скорее всего, только больше натянут и вообще лишат возможности хоть как-то двигаться. Всё же, Ваня поддался вперёд к столу. И как он и думал, Метеор зажал его, тут же войдя полностью и прикусив губу, чувствуя, как нижний сжимается вокруг него и не может сдержать стона, который плавно вылетел из груди, в параллель которого пошли слёзы наслаждения... Рома стал двигаться, сначала медленно, тихонько возвращаясь к первому месту нахождения, чтобы нижний начинал расслабляться. И он расслаблялся. И только после ощущения, что Вымпел чу-чуть расслабился, Метеор тут же вогнал член полностью, выбивая из нижнего ещё один стон, который тот не смог сдержать. И так Красный стал двигаться, глубоко вгоняя ган в Вымпела, который так и трясся, хныча и плача, забывая про «тишину». Но он уже не хотел останавливаться. Возбуждение от движения внутри, что заполняло его живот, било в голову, что без этих движений, кажется, наоборот бы заставило её болеть. Но сейчас он об этом не думал. И думать в принципе не мог. Только наслаждаться этой выпавшей возможностью. Сексом. Даже если и не гетеро и не сверху. Когда ещё такое почувствуешь... Пока Барашкин с богом пытался погрузиться в мысли, не заметил как Сиякин закрыл ему рот ладонью и стал вдалбливать того в стол, от чего у Синего тут же прикрываются и закатываются глаза, а стоны не могут выходить плавно, только сдавленно; а слёзы частично катились по лицу дальше и частично по пальцам Ромы. Рома чувствовал, что скоро кончит, но хотел продлить этот момент. Поэтому старался двигаться быстрее и интенсивнее, почти не выходя, только долбя в простату Вымпела. А тот мог только поддаваться... Кончая, Рома заполнил Ваню почти полностью. Будь Рома старше, это отразилось бы бугорком куда большего размера на животе Вани. Ваня же «стрельнул» на пол, колени тряслись, а голова упала лбом на стол, тяжко дыша и выпуская оставшиеся стоны, хотя уже тише, потому что они скопились в горле комом.

***

— итак, всем доброго утра, с вами Дмитрий Губерниев и мои юные помощники Иван Барашкин и Роман Сиякин Диалог двадцати минутами ранее : — а как мы это уберём?. - с натянутой улыбкой спросил Рома Ваню, смотря на стол и пол — хороший вопрос.. - процедил Ваня в ответ Роме. В чём загвостка? Убрать полупрозрачные белые пятна, довольно вязкие, рукой - будет не лучшая идея. — языком?.. - предложил Рома, представляя как это будет выглядеть. — нет! Вторая проблема : салфеток было три. И лужи три и ещё кое-чего тоже. — сумкой? — сумкой?.. - переспросил высокий, глядя на сумку соперника. — не моей же! — тогда я не знаю! (Они всё убрали, не переживайте;))