Громче, чем тишина внутри

я создала небольшой плейлист с музыкой, которая передаёт вайб этого фанфика. можете послушать, что прочувствовать его атмосферу и чувства персонажей ❤️‍🩹 https://music.yandex.ru/users/sofiagolubevaa/playlists/1007?ref_id=A75D2C8B-3ED1-4733-A753-56704E514E76&utm_medium=copy_link ______________________________ Комната не изменилась. Она всё так же была маленькой, с тем же матовым стеклом вместо окна, с той же одинокой кроватью и тумбочкой. Но теперь в ней стало теснее. Не физически — стены не сдвинулись, потолок не опустился ниже. Это было что-то другое. Воздух словно стал гуще, тяжелее, будто его можно было зачерпнуть руками. И в этом воздухе осталось присутствие Ченса. Уилл чувствовал это почти физически. Он сидел на краю кровати, сгорбившись, плечи напряжены до боли. Пальцы всё ещё сжимали ткань одеяла — настолько сильно, что костяшки побелели. Он не сразу осознал это, только когда попытался разжать руку, почувствовал, как пальцы не слушаются, как будто он держался за что-то жизненно важное и не мог отпустить. Он сделал вдох. Воздух вошёл в лёгкие резко, холодно, но не принёс облегчения. Наоборот — стало только хуже. В груди было тесно, словно внутри что-то сжималось, не давая расправиться. Он выдохнул. Медленно. С усилием. — Спокойно… — прошептал он, но голос дрогнул. Это слово звучало неправдой. Пустым звуком. Спокойствия не было. Было только ощущение, что он остался не один. Даже сейчас. Он поднял голову и посмотрел на дверь. Та была закрыта. Плотно. Неподвижно. Обычная дверь. Но взгляд Уилла задержался на ней дольше, чем нужно, как будто он ждал, что ручка снова повернётся. Что он вернётся. Мысль пронзила его резко, как игла. Уилл быстро отвёл взгляд, словно сам себя поймал на чём-то неправильном. — Нет… — тихо сказал он, почти одними губами.  — Не думай об этом. Но мысли не слушались. Они возвращались. Взгляд. Голос. Близость. Слишком близко. Уилл закрыл глаза, но это только усилило ощущение. Перед внутренним взглядом снова возник Ченс — его спокойное лицо, эта странная, почти мягкая улыбка, которая не успокаивала, а наоборот, заставляла нервничать сильнее. И глаза. Самое страшное — глаза. В них не было спешки. Не было раздражения. Только внимательный, почти терпеливый интерес. Как будто он знал, что времени у него достаточно. Как будто он не сомневался, что вернётся. Уилл резко открыл глаза. Сердце ударило сильнее. — Почему… — выдохнул он.  — Почему он так смотрел? Вопрос повис в воздухе. Ответа не было. Он провёл руками по лицу, чувствуя, как кожа горячая, почти влажная. Ладони дрожали. Это было не просто волнение — это было что-то глубже. Как будто тело реагировало быстрее, чем разум мог понять причину. Он снова сделал вдох. На этот раз глубже. Не помогло. Мысли снова зацепились за слова Ченса. Ты не просто пациент. Ты интересен. Я хочу понять тебя. Каждое из них звучало теперь иначе. Тяжелее. Как будто в них было скрыто больше, чем он сначала понял. — Это неправильно… — прошептал Уилл. И в этом «неправильно» было всё: страх, отвращение, непонимание. Он не знал, что именно было не так. Но чувствовал. Инстинктивно. Глубоко внутри. Как сигнал тревоги, который невозможно игнорировать. Он обхватил себя руками, словно пытаясь удержать тепло, хотя холод шёл не снаружи. Он был внутри. Пальцы вцепились в рукава собственной рубашки, ткань смялась под напряжением. — Он… он не как остальные… — тихо сказал Уилл, глядя в пол. Врачи были холодными. Санитары — равнодушными. Даже Бреннер — страшным, но понятным в своей жестокости. Ченс был другим. И это пугало сильнее всего. Потому что его нельзя было понять. Потому что он не казался частью системы — он казался чем-то отдельным. Личным. Уилл снова вспомнил, как Ченс наклонился ближе. Слишком близко. Как будто специально проверял, насколько близко можно подойти, прежде чем Уилл отстранится. И он отстранился. Но недостаточно. Потому что отступать было некуда. Стены. Кровать. Комната. Клетка. Уилл резко встал. Движение было неожиданным даже для него самого. Кровать скрипнула, звук показался громким, резким. Он сделал несколько шагов по комнате. Быстро. Почти нервно. Туда. Обратно. Туда. Обратно. Как будто движение могло вытеснить мысли. Но не могло. Они следовали за ним. — Он сказал… «мой отец»… — пробормотал Уилл. Слова отдались эхом в голове. Мой отец. И в этот момент всё внутри сжалось сильнее. Пазл начал складываться. Слишком быстро. Слишком ясно. — Бреннер… — прошептал он. Имя прозвучало тихо, но от него по спине пробежал холод. Если Ченс — его сын… Значит, он не просто наблюдатель. Он часть этого. Гораздо глубже, чем остальные. Уилл остановился. Медленно поднял голову. — Тогда… — его голос стал тише. — Тогда он знает всё. И это осознание было почти физически болезненным. Он знает. Он видел. Он понимает. И он всё равно пришёл. Не потому что должен. А потому что хочет. Уилл почувствовал, как внутри что-то проваливается. Это было хуже. Гораздо хуже. Он снова сел на кровать, но теперь уже медленно, будто силы внезапно ушли. Плечи опустились. Руки лежали на коленях, пальцы слегка подрагивали. — Почему я?.. — спросил он тихо. Вопрос не имел ответа. Но он не мог перестать его задавать. Почему именно он? Что в нём такого? Почему Ченс сказал это так… уверенно? Как будто это очевидно. Как будто он уже решил. Уилл наклонился вперёд, опустив голову. И в этот момент в памяти всплыло лицо Майка. Резко. Ярко. Как вспышка. Его взгляд. Его голос. «Я найду тебя». Сердце сжалось. Но уже иначе.Не от страха. От чего-то другого. — Майк… — прошептал Уилл. Имя зазвучало мягче, теплее.Как якорь.Как что-то настоящее. Он закрыл глаза, позволяя этой мысли остаться чуть дольше. — Ты придёшь… — тихо сказал он. — Ты же всегда приходишь… И на секунду стало легче. Совсем чуть-чуть. Но достаточно, чтобы вдохнуть глубже. Чтобы не развалиться окончательно. Он сжал в руках край одеяла, но теперь уже не так отчаянно. — Я должен держаться… — сказал он себе. Слова прозвучали слабее, чем хотелось бы. Но в них была попытка. Он выпрямился. Не полностью.Но чуть больше, чем раньше.Сделал вдох. Выдох. Снова. Постепенно дыхание начало выравниваться. Сердце всё ещё билось быстро, но уже не так хаотично. Мысли всё ещё были спутанными, но уже не захлёстывали полностью. Он поднял взгляд. Снова посмотрел на дверь. На этот раз — иначе.Не только со страхом. С ожиданием. И где-то глубоко внутри появилась тихая, почти незаметная мысль: Он рядом. Он не знал, откуда она взялась. Не было звуков. Не было доказательств. Но ощущение было. Как слабое тепло в холоде. — Ты ведь где-то здесь… да? — прошептал Уилл. И сам не понял, к кому обращается. К Майку? Или к тому, кто только что ушёл? Мысль заставила его вздрогнуть. — Нет… — резко сказал он, качнув головой. Он сжал пальцы сильнее. — Это Майк.Только Майк. Он зажмурился, будто отгоняя лишние мысли. И остался сидеть в тишине. Дыша. Слушая. Ждя. Потому что теперь он знал: тишина — это не конец. Это пауза. Перед чем-то. И он не знал, что придёт следующим. Но был уверен в одном.Что всё ещё не закончилось. Майк не двигался. Он стоял, вжавшись спиной в холодную бетонную стену, так плотно, словно пытался раствориться в ней, стать частью серой поверхности, исчезнуть из этого коридора полностью. Шероховатость бетона чувствовалась даже сквозь ткань куртки, впивалась в лопатки, но он почти не замечал этого. Всё его внимание было сосредоточено на одном — на звуке шагов. Чётких. Медленных. Уверенных. Ченс. Каждый шаг звучал слишком громко. Нереально громко. Как будто коридор специально усиливал звук, отдавая его обратно эхом, многократно повторяя, чтобы Майк не мог игнорировать ни секунды. Тук. Пауза. Тук. Пауза. Без спешки. Без нервозности. В этих шагах не было ни малейшего намёка на сомнение. И именно это заставляло сердце Майка сжиматься сильнее. Если бы Ченс бежал, если бы он торопился, если бы звучал раздражённым — это было бы проще. Это означало бы, что он тоже чувствует давление, страх, что он не контролирует ситуацию полностью. Но он контролировал. Это было слышно. Майк стиснул зубы так сильно, что в висках отдало тупой болью. Он попытался замедлить дыхание, но оно всё равно сбивалось — короткие, прерывистые вдохи, которые казались оглушительно громкими в этой тишине. Только не сейчас… только не сейчас… Он закрыл глаза на мгновение, но это не помогло. Наоборот — звук стал ещё ярче, ещё ближе. Шаги приближались. Слишком быстро. Слишком близко. Майк почувствовал, как по позвоночнику пробежал холод, будто кто-то провёл по нему ледяными пальцами. Его тело сжалось само собой, мышцы напряглись до предела, готовые либо к рывку, либо к замиранию. И он выбрал второе. Полная неподвижность. Он даже попытался задержать дыхание. Шаги остановились. Прямо рядом. Сердце ударило так сильно, что у Майка на секунду потемнело в глазах. Ему показалось, что этот звук должен быть слышен в соседних комнатах, что Ченс не может его не услышать. Он слышит. Он точно слышит. Майк не открывал глаза. Не двигался. Даже не глотал, хотя горло пересохло до боли. Тишина. Одна секунда. Две. Три. И затем — шаг. Ещё один. Звук снова отдалился. Майк резко вдохнул, но тут же сжал губы, стараясь заглушить звук. Лёгкие будто загорелись, требуя воздуха, и он жадно втянул его, но старался делать это тише, осторожнее. Шаги уходили. Медленно. Как будто Ченс никуда не торопился.Как будто он был уверен, что всё под контролем. И только когда звук окончательно растворился в глубине коридора, Майк позволил себе открыть глаза. Мир будто вернулся. Свет ламп. Серые стены. Гул. И его собственное сердце, которое всё ещё колотилось слишком быстро. Он остался на месте ещё на пару секунд, прислушиваясь. Проверяя. Ловушка? Нет. Тишина была настоящей. — Сейчас… — едва слышно прошептал он. И в следующую секунду сорвался с места. Он двигался быстро, почти бегом, но при этом каждый шаг старался сделать тише. Это было странное ощущение — как будто его тело хотело рвануть вперёд изо всех сил, но разум удерживал, заставлял быть осторожным. Каждый поворот, каждый метр коридора казался бесконечным. Но он знал, куда идти. Сердце снова ускорилось, но теперь это было не только от страха. Внутри поднималось что-то другое — напряжённое, острое, почти болезненное ожидание. Дверь. Та самая. Он остановился перед ней так резко, что едва не врезался. Рука поднялась сама. Коснулась ручки. Металл был холодным. Ледяным. Майк замер. Всего на секунду. И нажал на ручку. Дверь открылась тихо. Почти беззвучно. И в этот момент всё вокруг словно замедлилось. Майк шагнул внутрь. Комната. Маленькая. Серая. Пустая. И… Уилл. Он сидел на кровати, сгорбившись, как будто пытался стать меньше, спрятаться от чего-то невидимого. Свет лампы падал на него так, что делал его ещё более уязвимым, почти прозрачным. Майк остановился.Просто замер.Не в силах сделать следующий шаг. В груди что-то резко сжалось. Это было не страх.Это было… облегчение. Настолько сильное, что почти больно. Он жив. Он здесь. — Уилл… — выдохнул Майк. Голос предательски дрогнул. Уилл резко поднял голову. Их взгляды встретились. И в этот момент всё исчезло. Коридоры. Эксперименты. Ченс. Страх. Остались только они. Глаза Уилла расширились. В них мелькнуло недоверие, затем узнавание… и что-то ещё. Что-то мягкое. Тёплое. Почти болезненное. — Майк?.. — его голос был едва слышен. Майк шагнул вперёд. Потом ещё. Каждый шаг был как будто через воду — тяжёлый, медленный, но неизбежный. — Я здесь, — сказал он тихо.  — Я нашёл тебя. Уилл смотрел на него так, будто пытался убедиться, что это не иллюзия. — Ты… правда… — он не договорил. Но Майк понял. Он подошёл ближе. Теперь он видел всё: как дрожат пальцы Уилла, как сбивается его дыхание, как напряжены плечи. И от этого внутри что-то перевернулось. — Конечно, — сказал он мягче.  — Я же обещал. Пауза. Тишина. Но не пустая.Наполненная. Майк медленно протянул руку.Он не был уверен. Не знал, оттолкнёт ли Уилл, отстранится ли. Но не мог не попробовать. Пальцы коснулись его руки. Тёплой. Живой. И в этот момент внутри Майка что-то окончательно сломалось — напряжение, страх, всё, что держало его снаружи. — Я так… — он запнулся. — Я так волновался. Слова вышли сами. Он даже не пытался их остановить. Уилл опустил взгляд на их руки. Потом снова поднял глаза. И в его взгляде было что-то новое. Не просто облегчение.Не просто страх.Что-то глубже.Он слегка сжал пальцы в ответ.Совсем чуть-чуть. Но Майк почувствовал.И это отозвалось где-то внутри, слишком близко к сердцу. Он сделал ещё шаг ближе. Теперь между ними почти не осталось расстояния.Он чувствовал тепло.Слышал дыхание.И на секунду ему показалось, что если он наклонится ещё чуть-чуть… — Трогательно. Голос разрезал пространство. Резко. Холодно. Майк замер. Внутри всё оборвалось. Он медленно повернул голову. Ченс стоял в дверях.Спокойный. Собранный и слишком внимательный.Его взгляд скользнул по их рукам.Задержался.И губы слегка дрогнули в улыбке. — Я думал, ты подождёшь дольше, — сказал он. Сердце Майка ударило так сильно, что перехватило дыхание. Он сразу сделал шаг вперёд, закрывая Уилла собой. Инстинктивно.Не думая. — Отойди от него, — сказал он. Голос был тихим. Но твёрдым. Ченс наклонил голову. — От него? — переспросил он.  — Ты уже рядом. Он сделал шаг в комнату. Дверь за его спиной закрылась. Щёлк. И пространство снова стало ловушкой. Майк почувствовал, как напряжение возвращается, но теперь оно было другим. Теперь он был не один.Он чувствовал Уилла за спиной.И это меняло всё. — Я не уйду без него, — сказал Майк. Ченс улыбнулся. — Я знаю. И в этом «знаю» было что-то пугающее.Как будто он ожидал именно этого.Как будто это было частью плана.Его взгляд снова опустился на их руки. И на секунду в глазах мелькнуло что-то острое.Заинтересованное.Опасное. — В этом и проблема, — тихо сказал он. И Майк понял: это только начало…конца? Коридоры тянулись бесконечно. Макс шла первой — быстро, почти бесшумно, прижимаясь к стене каждый раз, когда свет ламп становился ярче. Её дыхание было ровным, но внутри всё сжималось. Она не любила признавать страх, не любила показывать его, но сейчас он был — тихий, холодный, цепляющийся за каждую мысль. Это плохая идея. Мысль возвращалась снова и снова. Но она всё равно шла. Потому что была ещё хуже — мысль о том, что они просто уйдут и оставят Уилла здесь. За спиной послышался лёгкий скрип. — Ты можешь идти тише? — прошептала Макс, не оборачиваясь. — Я и так стараюсь! — так же тихо, но с заметной паникой ответил Дастин. Он действительно старался. Но его шаги всё равно звучали громче, чем хотелось. Слишком резкие, слишком нервные. Он постоянно оглядывался, будто ожидал, что за каждым поворотом кто-то появится. — Мы вообще знаем, куда идём? — добавил он через секунду. — Нет, — коротко ответила Макс. — Отлично. Просто отлично. Лукас шёл последним. Он чаще остальных останавливался, прислушивался, проверял, не идут ли за ними. Его лицо было напряжённым, челюсть сжата. — Мы уже проходили этот коридор, — тихо сказал он. Макс замедлилась. Остановилась.Огляделась.Серые стены. Та же трещина у пола. Та же мигающая лампа. — Чёрт… — выдохнула она. Дастин нервно усмехнулся. — Ну всё. Поздравляю. Мы официально заблудились в самом жутком месте на планете. — Заткнись, — резко сказала Макс, но без злости. Скорее от напряжения. Она провела рукой по волосам, пытаясь сосредоточиться. — Мы просто… сделали круг. Это ничего не значит. — Это значит, что мы не знаем, где Уилл, — тихо сказал Лукас. И в его голосе не было сарказма. Только факт. Тяжёлый.Они замолчали.На секунду.На две. Тишина в коридоре была глухой, давящей. Где-то вдалеке гудело оборудование, иногда слышался слабый металлический звук, но всё это только усиливало ощущение, что они здесь чужие. — Ладно, — наконец сказала Макс.  — Значит, меняем план. — У нас был план? — пробормотал Дастин. — Был. Плохой. Теперь будет ещё хуже. Лукас выдохнул. — Мы должны вернуться в палату. Макс повернулась к нему. — Что? — Серьёзно. Мы разделились, ничего не нашли, и если кто-то из нас попадётся — всё закончится. Нам нужно собраться вместе и подумать. Дастин кивнул почти сразу. — Да. Да, это… это звучит как разумная идея. Впервые за сегодня. Макс колебалась. Её взгляд скользнул по коридору, как будто она всё ещё надеялась увидеть какую-то подсказку, знак, что они рядом. Но ничего не было. Только стены. — Ладно, — тихо сказала она.  — Возвращаемся. Обратный путь казался ещё длиннее. Теперь каждый шаг сопровождался чувством провала. Как будто они что-то упустили. Как будто были близко — и всё равно не нашли. Когда они наконец добрались до палаты, дверь тихо закрылась за ними, и напряжение немного отпустило. Совсем чуть-чуть. Дастин первым опустился на кровать. — Я ненавижу это место, — пробормотал он, проводя руками по лицу.  — Серьёзно. Если мы выберемся отсюда, я больше никогда не буду жаловаться на школу. — Запомни это, — сухо сказал Лукас. Макс осталась стоять. Она смотрела в пол, руки скрещены на груди. — Мы что-то упускаем, — тихо сказала она. — Очевидно, — ответил Дастин. — Например, Уилла. — Я серьёзно. Лукас поднял на неё взгляд. — Думаешь, его держат где-то отдельно? — Да. И не просто отдельно. Она замолчала на секунду. — Нам показали ту комнату с детьми. Нам показали процесс. Но его там не было. — Мы это уже обсуждали, — сказал Лукас. — Да, но… — Макс нахмурилась. — Почему? Тишина. Дастин медленно сел ровнее. — Потому что он… особенный? Слово прозвучало неуверенно.Но оно повисло в воздухе. Макс резко подняла голову. — Джейн. Лукас моргнул. — Что? — Джейн, — повторила Макс.  — Она не пошла с нами. Дастин нахмурился. — Ей было плохо. — Серьёзно? — Макс посмотрела на него.  — Ты правда в это веришь? Дастин замер.Подумал.И медленно покачал головой. — Нет. Лукас нахмурился сильнее. — Думаешь, она… притворялась? — Не притворялась, — сказала Макс.  — Она что-то знала. Пауза. И тут все трое одновременно вспомнили.Как Джейн выглядела перед тем, как остаться. Слишком тихая.Слишком собранная.Не как человек, которому плохо. Как человек, который что-то решил. — Чёрт… — выдохнул Дастин. — Она же не просто осталась. — Она что-то делает, — сказал Лукас. Макс кивнула. — И это связано с Уиллом. В комнате стало ещё тише. — Но что? — спросил Дастин. И ответ пришёл не сразу. Но когда пришёл — он был тяжёлым. Макс медленно села на край кровати. — Она видела его раньше, — сказала она.  — Чувствовала. Как тогда…с другими. Лукас напрягся. — Ты думаешь… — Я думаю, она пытается его найти. Не как мы. Дастин сглотнул. — В смысле… в голове? Макс посмотрела на него. — Да. И это объясняло всё.Почему она осталась.Почему не сказала.Почему выглядела так странно. — Но это опасно, — тихо сказал Лукас. — Конечно опасно, — ответила Макс. — Это всё опасно. Дастин нервно провёл рукой по волосам. — И что, она просто… сидит где-то и… ищет его? Макс покачала головой. — Не просто ищет. Она замолчала на секунду. — Она пытается связаться с ним. Эти слова прозвучали почти шёпотом. И от них по спине пробежал холод. — Если у него есть что-то… — продолжила Макс, — если он правда отличается… она может это почувствовать. — Или… — тихо сказал Лукас, — кто-то другой тоже может это почувствовать. Пауза. Все трое одновременно подумали об одном и том же. Бреннер. И те, кто работает здесь. Дастин выдохнул. — Значит, она рискует выдать его. — Или спасти, — сказала Макс. И в её голосе была твёрдость. — Нам нужно её найти. — Или она уже нашла его, — тихо добавил Лукас. И эта мысль зависла в воздухе. Тяжёлая. Опасная. Потому что если это правда.Тогда всё уже началось. Комната Джейн встретила их той самой тишиной, которая не просто означает отсутствие звука — она будто говорит, что что-то не так. Дверь распахнулась, и на секунду никто не сделал ни шага дальше порога. Макс стояла первой. Она уже знала, что увидит. Точнее — чего не увидит. Пусто. Это ощущение ударило сразу. Не просто отсутствие человека — отсутствие присутствия. Джейн всегда оставляла после себя что-то странное: напряжение в воздухе, будто статическое электричество, едва уловимое давление. Сейчас — ничего. Только смятая кровать. Сброшенное одеяло.Сдвинутый стул. И воздух, который казался… слишком обычным. — Она ушла, — тихо сказал Дастин, хотя это было очевидно. Макс не ответила. Она вошла внутрь, медленно, будто проверяя, не изменится ли что-то, если двигаться осторожнее. Её взгляд скользил по комнате — по стенам, по полу, по углам, где теоретически можно было спрятаться, хотя она прекрасно понимала: Джейн не из тех, кто прячется. Она из тех, кто идёт туда, куда не стоит идти. — Она знала, что делает, — сказал Лукас, закрывая дверь за ними. Щелчок замка прозвучал громче, чем должен был. Макс остановилась. — Да, — коротко ответила она. — Именно это и проблема. Дастин подошёл к кровати, провёл рукой по одеялу, как будто это могло что-то сказать. — Она не просто встала… — пробормотал он.  — Она… торопилась. Макс резко обернулась к нему. — Или боялась не успеть. Пауза. Эта мысль повисла в воздухе и стала тяжелее с каждой секундой. Лукас нахмурился. — Значит, у неё был план. — Да, — кивнула Макс. — И мы в него не входили. Дастин нервно усмехнулся. — Отлично. Просто замечательно. Она уходит одна в место, где нас всех чуть не поймали, и думает: “Да, это хорошая идея”. — Она не думает как мы, — тихо сказала Макс. И в этом было что-то почти защитное. Она провела рукой по лицу, пытаясь собраться. — Она сказала, что ей плохо, — добавила она.  — Но это было… не так. Лукас кивнул. — Она уже была где-то ещё. Дастин моргнул. — Подожди… И тут это пришло.Осознание.Медленное, но чёткое. — Она снова это сделала, — сказал он. Макс уже кивала. — Да. Пауза. И вдруг всё стало логичным.Пугающе логичным. — Тогда ей нужно было место, где тихо, — продолжил Лукас. — Где можно сосредоточиться, — добавила Макс. — Где никто не мешает… — закончил Дастин. Они замерли. И почти одновременно: — Библиотека. Коридоры казались длиннее, чем раньше. И темнее. Шаги отдавались эхом, даже когда они старались идти тихо. Воздух стал тяжелее, как будто здание чувствовало их спешку, их напряжение. Макс шла первой. Быстро, уверенно, но внутри всё сжималось. Она не боялась за себя. Она боялась за Джейн. Потому что знала: если та что-то увидела — это не просто информация. Это всегда слишком много. Дастин шёл следом, оглядываясь через каждые пару шагов. — Если её поймали… — начал он. — Не поймали, — резко сказала Макс. — Откуда ты знаешь? Она не ответила сразу. — Потому что если бы поймали, — сказала она тихо, — здесь уже было бы не так тихо. Лукас нахмурился.И это имело смысл.Слишком тихо.Слишком спокойно.Как будто буря ещё не началась. Дверь в библиотеку была приоткрыта. Это сразу остановило их. Макс замерла. Сердце ударило сильнее. — Она здесь, — прошептала она. И в этом не было сомнения. Лукас кивнул. Дастин сглотнул, нервно поправляя рюкзак. — Ладно… давайте аккуратно, да? Макс толкнула дверь. Та открылась с протяжным, почти жалобным скрипом. И внутри было темно. Пыль висела в воздухе, как тонкая завеса. Запах старых книг, сырости и чего-то забытого сразу ударил в нос. Это было место, куда никто не приходил. И именно поэтому Джейн выбрала его. — Джейн? — тихо позвала Макс. Ответа не было.Они вошли.Шаг.Ещё один. Пол тихо скрипнул под ногами Дастина, и он сразу замер. — Простите, — прошептал он, будто кто-то мог их услышать.      И тогда — Там… Он указал вперёд. У дальней стены.На полу. Она сидела. Джейн. Сжавшись в себя, будто пыталась исчезнуть. Колени прижаты к груди, руки обхватывают их так сильно, что пальцы побелели. Голова опущена. Она не двигалась. Вообще. Макс сразу пошла к ней.Быстро. Но на последних шагах замедлилась. Потому что что-то было не так. Сильно не так. — Джейн… — тихо сказала она, опускаясь рядом. Никакой реакции. Лукас остановился чуть позади. — Она нас слышит? Дастин не ответил. Он смотрел. И чувствовал, как внутри поднимается тревога. Макс осторожно коснулась её плеча. — Эй… это мы. Медленно.Очень медленно.Джейн подняла голову. И мир будто остановился. Её глаза. Они были широко раскрыты.Но не от удивления.От ужаса. Глубокого, настоящего, такого, который не проходит сразу. Такого, который остаётся. Макс невольно отдёрнула руку. — Джейн… что ты сделала? Губы Джейн дрогнули. Она вдохнула.Слишком резко. Как будто только что вынырнула из воды. — Я… нашла его. Голос был хриплым. Сломанным. — Где он?! — сразу спросил Лукас. — Он наверху— прошептала она. — Дальше чем мы … Дастин сделал шаг ближе. — Ты была там? Она кивнула.Едва заметно. — Не телом… Пауза. — Но я видела. Тишина стала плотной. Макс наклонилась ближе. — Что ты видела? И в этот момент Джейн словно снова оказалась там. Её взгляд стал расфокусированным. Дыхание сбилось. — Его держат отдельно… — сказала она.  — Не как других. — Почему? — тихо спросил Дастин. Пауза. Джейн посмотрела на него. И в её глазах снова появился страх. — Потому что они знают. — Что знают? — спросил Лукас. Она сглотнула. — Что он не просто особенный, как они говорят. Макс почувствовала, как внутри всё сжалось. — В смысле? Джейн покачала головой. — Это не как со мной… Пауза. — Это сильнее. Слова прозвучали тяжело. — Я чувствовала это, — продолжила она.  — Когда была рядом… это как давление. Как будто он… больше, чем должен быть. Дастин нахмурился. — Это вообще возможно?.. — Они боятся его, — перебила Джейн. Тишина. И это было страшнее всего. Лукас напрягся. — Бреннер? Она кивнула. — Он знает. Макс сжала кулаки. — И что он делает? Джейн резко вдохнула. — Готовится. Пауза. — К чему?.. — почти шёпотом спросил Дастин. Джейн посмотрела на него. — К тому, чтобы использовать это. Тишина. Но она ещё не закончила. — Я видела ещё кое-что, — сказала она. Макс замерла. — Что? — Майк. Сердце у Макс сжалось. — Он нашёл его. Облегчение.Короткое.Мгновенное. — Но… — прошептала Джейн. И снова страх. — Там был он. — Кто? — тихо спросил Лукас. Пауза. — Ченс. Имя повисло в воздухе. — Сын Бреннера, — добавила она. Дастин моргнул. — Подожди… что?! Но Джейн продолжала: — Он знает про Уилла… и про Майка. Макс тихо спросила: — Насколько знает? Джейн посмотрела прямо на неё. — Достаточно. Пауза. — Чтобы начать. — Что начать?.. — почти беззвучно спросил Дастин. И Джейн ответила: — Ломать его. Тишина стала глухой. Никто не двигался.Никто не говорил.Только дыхание.Только страх. И в этот момент—ЩЕЛЧОК. Дверь библиотеки медленно открылась. Скрип. Все четверо резко обернулись. В проёме стоял мужчина. Высокий.В тёмном костюме.Седые короткие волосы. Взгляд — спокойный, но слишком внимательный.Слишком… знающий. Он не вошёл сразу.Просто стоял.Разглядывал их. Как будто уже знал, что увидит. — Интересно… — тихо сказал он. Сердце Макс резко ускорилось. Лукас шагнул чуть вперёд, инстинктивно закрывая остальных. Дастин замер. Джейн не двигалась. Она уже знала. — Значит… вы тоже здесь, — продолжил мужчина. Он сделал шаг внутрь. Медленно.Уверенно. Дверь за ним закрылась. Щёлк. — Не волнуйтесь, — сказал он мягко.  — Я не собираюсь вас сдавать. Тишина. Макс нахмурилась. — Тогда кто вы? Мужчина слегка улыбнулся. — Меня зовут доктор Алан Харпер. Пауза. Он перевёл взгляд на Джейн.  И задержался.Дольше, чем нужно. — А ты… уже видела слишком много, да? Джейн сжалась сильнее. И в этот момент все поняли: Он опасен.Но, возможно — не так, как остальные _______ до конца осталось совсем чуть чуть…жду ваши отзывы…