Недомуж

Раннее утро, когда Тэхен выходит из самолёта в очень жаркую погоду. Они только выходят, как к самолёту уже подъезжает машина и оттуда выскакивает мужчина, который низко кланяется, забирает чемоданы из багажа, а потом открывает дверь. Тэхен садится, а с другой стороны Чонгуку помогают занять место. Машина сразу плавно трогается, и Тэхен оглядывается по сторонам, но пока особо ничего не может разглядеть. Они сидят, когда старший опускает руку к его руке, подносит её к своему лицу и целует на уровне большого пальца, отчего Тэхен улыбается, не придавая особого значения такому жесту. После этого старший продолжает держать его за руку, а перед глазами начинает вырисовываться бескрайний остров с лазурной водой. Внутри Тэхена просыпается счастливый, маленький ребёнок: он округляет глаза, смотрит на остров и улыбается, из-за чего старший тоже тихо смеётся. Чонгук тянет его руку, и Тэхен плечом задевает его грудь, после чего кивает головой.      — Вон там, — говорит Чонгук, показывая на бунгало, — вилла, которая будет нашей на следующие семь дней, как минимум, — добавляет старший, и Тэхен улыбается. — Готовься, тебе скучно не будет.      — Как и тебе, — отвечает Тэхен с улыбкой, и старший спокойно кивает.            Машина останавливается, и Тэхен понимает, что это не сон, а реальность. Они правда прилетели на остров. Остров Бора-Бора, расположенный в самом сердце Тихого океана, словно драгоценный камень, сверкает среди лазурных вод. Его изумрудные холмы поднимаются из кристально чистой лагуны, окружённой рифами, где кораллы расцветают в ярчайших оттенках. Этот тропический рай овеян атмосферой таинственности и романтики, словно каждый уголок острова хранит свои секреты, ожидая, когда кто-то откроет их. Воздух наполнен пением птиц, шумом прибоя, лёгким покачиванием листьев пальм — бесконечная симфония тропического блаженства.            Тэхен ахает, разглядывая это волшебство, когда старший тянет его, и он, потеряв равновесие, садится на его колени. Тот одной рукой обнимает его за талию и нажимает на кнопку своей коляски, которая плавно едет по деревянной тропинке, ведя к их домику, где они проведут неделю. Какой здесь вид… Какой воздух… Тэхен правда чувствует себя как в сказке. Он радостно крутится, пытаясь всё рассмотреть, запомнить, словно это картинка, которую вот-вот уберут, а он не успеет насладиться. Чонгук смеётся над его реакцией. По той же тропинке к ним спешат мужчина и омега, одетые в классическую островную одежду — администрация. Они приветствуют их на французском. Будь это английский, Тэхен бы понял, но отвечать всё равно было проблематично. Зато Чонгук говорит с ними очень красиво и сексуально. Омега кладёт на голову Тэхена венок из цветов, за что он благодарит его, а Чонгуку вручают экзотический цветок. Их провожают к домику, у входа которого стоит полуголый омега в специональном, подобранном под остров, наряде и протягивает напитки в кокосах. Тэхен берёт, а Чонгук морщится, не желая пробовать, но Тэхен уже делает глоток.      — Это вкусно, — говорит он, глядя на Чонгука, пока администраторы что-то объясняют. — Попробуй. - Он подносит коктейль к его губам, направляя трубочку, и Чонгук, не отказываясь, делает глоток, после чего удивлённо вскидывает брови.      — C'est votre femme? (Это ваш муж?) — спрашивает администратор у Чонгука.      — Оui, (»Да») — отвечает Чонгук.     — Pour vous, nous avons des privilèges spéciaux, des conditions et plein de choses intéressantes, si cela vous intéresse, (»Для пар у нас есть особые привилегии, условия и всякое интересное, если вам будет интересно»), — говорит администратор.  Старший усмехается, а Тэхен бьёт его в грудь, прекрасно поняв намёк.      — Ça a l'air intéressant, bien sûr, nous allons certainement en profiter. Oui, ma chérie? (»Звучит интересно, конечно, мы обязательно воспользуемся. Да, дорогой?») — спрашивает Чонгук и смеётся, увидев хитрый прищур Тэхена. Администратор радостно кивает, ему бы только предложить что-то сверх уже оплаченного и получить проценты с продаж. Но Чонгуку это лишь повод подколоть Тэхена.      — Ah, bien sûr, (»Ах, конечно»), — фыркает Тэхен, и в ответ слышит его тихий смешок.      — Alors, installez-vous, Monsieur Chon, (»Тогда располагайтесь, господин Чон), — говорит администратор, что Чонгук кивает, а те уходят.           Бунгало №7, «Райская птица», стояло на изумрудных водах лагуны, лёгко покачиваясь  тёплым дыханием океана. Его крыша, покрытая тростником, изгибалась причудливыми волнами, словно крылья гигантской птицы, готовой взмыть в небо. Стены из тёмного бамбука пропускали мягкий рассеянный свет, наполняя пространство уютной полутенью. Пол, выложенный светлым полированным деревом, был тёплым, даже если пройтись босиком, при этом он приятно охлаждал ступни в знойную погоду.  Воздух был пропитан сладким ароматом тиаре, смешанным с солёным дыханием океана и терпковатым запахом тропических цветов, обильно растущих вокруг. В главной комнате, объединяющей спальню и гостиную, доминировали белые тона. Широкая кровать с балдахином из полупрозрачной ткани и белоснежным постельным бельём манила к безмятежному отдыху. У стены стоял диван с горой мягких подушек — идеальное место для созерцания закатов. Низкий столик из тёмного дерева украшала ваза с экзотическими цветами, а в углу располагался мини-бар с коллекцией элитных ромов и набором для коктейлей — намёк на вечера, которые точно не будут скучными.      — Здесь безумно красиво, — прошептал Тэхен, опускаясь на диван.      — Я рад, что тебе понравилось, — ответил Чонгук, не отрывая от него взгляда. — Кровать одна. Будем спать вместе, - Тэхен только сейчас заметил это, но был слишком расслаблен, чтобы волноваться.      — Хорошо. Ты ведь всё равно сдержишь условия нашего брака и не тронешь меня, — спокойно сказал он. — У тебя всё равно на меня не встанет.    — Я бы не был в этом так уверен, — усмехнулся Чонгук.      — Ну, если взять в расчёт, что ты мужчина, это возможно. Но не по желанию же, — фыркнул Тэхен. Старший хмыкнул в ответ.      — Переоденься, если хочешь. Поехали.      — Куда?    — Мы же не сидеть и спать прилетели. Покатаемся на яхте, - Тэхен радостно вскочил с места и почти побежал к нему, чтобы вместе выйти.                              *****       Они поднимаются на большую красивую яхту, и их провожают к носу, где удобно расположились мягкие диваны. Тэхен падает на подушки, пока старший открывает бутылку шампанского. Он наливает в два бокала и один протягивает Тэхену. Тот принюхивается к напитку, чокается с Чонгуком и делает глоток. Лёгкая остринка пробегает по горлу, словно змейка. Чонгук кивает, и яхта трогается с места. Стол накрыт лёгкими закусками: ягодами, фруктами, изысканными напитками. Когда яхта набирает скорость, Тэхен вскрикивает от восторга, его глаза сияют от счастья, а Чонгук смеётся, глядя на такую реакцию. Они отплывают далеко, и, хотя кажется, будто они достигли середины океана, Тэхен понимает — это лишь иллюзия. Безбрежная водная гладь завораживает своей красотой. Сегодня Чонгук исполнил его мечту — побывать на острове и прокатиться на яхте. Чонгук подкатывает к самому краю борта. Яхта резко останавливается, и старшего выбрасывает за борт. Сердце Тэхена сжимается от ужаса.    — Чонгук! — кричит он, не видя его в воде. — Чонгук! — повторяет он, и слёзы наполняют его глаза. Тэхен срывает накидку и прыгает за ним, сразу попадая в крепкие объятия. — Чонгук! — вынырнув, он хватает старшего за плечи, а тот держит его за талию. — С тобой всё хорошо? — Тэхен обнимает Чонгука за шею, едва сдерживая рыдания.    — Да ты, оказывается, трусиха, — смеётся Чонгук.    — Что?    — Правда подумал, что я упал? — старший отстраняется с улыбкой.    — А разве нет?    — Нет. Я сам прыгнул - Тэхен бьёт его по плечам и груди, всё ещё дрожа от страха. Чонгук смеётся.    — Придурок, я ненавижу тебя, дурак! — Тэхен продолжает колотить его по груди. — Я испугался, что с тобой что-то случится!    — Не умру же я так, — Чонгук берёт его лицо в ладони.    — А твои ноги? — Тэхен шмыгает носом.    — В воде легче управлять телом. — Старший стирает его слёзы большими пальцами. — Прости. Я не хотел напугать, просто пошутить. — Он целует Тэхена в губы и притягивает к себе.    — Дурак, — Тэхен обнимает его за талию и выдыхает.                             *****         Им дают белые большие полотенца и мягкие халаты. На палубе роскошной яхты, изящно качающейся на волнах, был накрыт уже другой стол. Белоснежная скатерть, изящные бокалы, изысканная посуда – все говорило о роскоши, о статусе и утонченности момента. Они садятся за стол, наслаждаясь тишиной и великолепием заката.  Ужин был истинным шедевром кулинарного искусства. Свежие морские дары, приготовленные самым лучшим шеф-поваром с утонченным вкусом, раскрывали свои ароматы. Нежный лосось, приправленный тропическими специями, таял во рту. Креветки, приготовленные на гриле, имели сочный вкус, подчеркнутый легким ароматом лимона. Гарниром служили свежие тропические фрукты и зелень. Белое вино, охлажденное до идеальной температуры, идеально подходило к ужину, оттеняя и подчеркивая его тонкий вкус.            Тэхен берет один круглый шарик, в котором, как говорил повар, есть джем с соком, подчеркнутый малиной. Это десерт, и он спокойно кладет его в рот, но, как только кусает, рот начинает гореть горечью и остротой. Тэхен начинает махать рукой, дергается и ищет салфетку.    - Что такое? – взволнованно спрашивает старший.    - Ах, - простонал Тэхен, - о..остро, - мычит он, а старший тянет руку к его рту.    - Выплюнь, - говорит он, но Тэхен отрицательно качает головой, рот жжет так, что глаза увлажняются. – Открой рот и выплюнь, - повторяет Чонгук, но Тэхену стыдно выплевывать на его руку, да и это казалось бы неуважением к шеф-повару, поэтому он снова качает головой.            Чонгук хватает его за руку, притягивает к себе и врезается в его губы шустрым языком, забирая десерт, а затем дает ему сок, чтобы подсластить вкус. Тэхен даже не успевает удивиться. Он быстро выпивает сок, а Чонгук, прожевав, глотает десерт и запивает вином. В это время к ним подходит шеф-повар, чувствуя вину.    - Monsieur, je vous présente mes excuses, je ne savais pas que madame ne préfère pas les plats épicés et amers, «Господин, я приношу свои извинения, я не знал, что господин не любит острое и горькое», - поклонившись, говорит мужчина.    - Ce n'est pas grave, il suffit de prévenir la prochaine fois qu'il y a quelque chose d'original dans le dessert, «Ничего страшного, просто в следующий раз предупреждайте, что среди десерта есть что-то с изюминкой», - умело говорит Чонгук на французском и кивает мужчине, который, еще раз извинившись, уходит. – Все нормально? – спрашивает старший, и Тэхен кивает.    - Спасибо, - говорит он, глядя на Чонгука, а тот смотрит ему прямо в глаза. В какой-то момент на лице Тэхена появляется такая глупая улыбка, что старший хмыкает. Это было впервые, чтобы кто-то сделал для него такое – не морщась, доел, не выплюнул, не брезговал и вел себя так спокойно. Он не знает, что это, но сердце внутри неожиданно екает, пропуская удар, а когда старший в ответ улыбается, то вовсе начинает биться быстрее. Они сидели так до тех пор, пока к ним не подошёл официант с десертами в руках в виде сердца с глазурью, что сердце выглядело, как настоящее.    - C'est un compliment du chef, «это комплимент от шеф-повара», - говорит официант и уходит, а Тэхен радуется этому.         Он ножиком надрезает десерт, из которого стекает красное — то ли джем, то ли что-то ещё. Отправляет кусочек в рот и блаженно прикрывает глаза, наслаждаясь вкусом мягкого бисквита, крема, джема и глазури. Чонгук смеётся, наблюдая за его реакцией. Это действительно вкусно.    - Это очень вкусно, попробуй, - говорит Тэхен, глядя на 'старшего.    - А ты угости, - отвечает Чонгук. Тэхен вилкой отламывает кусочек и протягивает ему. Старший съедает, кивает в знак одобрения. - Ешь, - говорит он, и Тэхен кивает.             Они едят, а после садятся на диван, любуясь открывающимся видом. Солнце, опускаясь за горизонт, растворяется в лазурных водах лагуны, оставляя после себя пылающий след из красных, оранжевых и фиолетовых красок. Небо играет всеми оттенками заката, отражаясь в спокойной воде, словно в огромном зеркале. Воздух, наполненный ароматом тиаре и морской соли, становится мягче и теплее. Лёгкий ветерок треплет волосы Тэхена, принося с собой звуки пробуждающейся ночной природы. Тишину нарушает лишь шум волн и едва слышный шёпот ветра. Этот ужин запомнится им навсегда — ужин, окутанный атмосферой романтики и безмятежности, когда время будто остановилось, подарив им этот совершенный момент.