Брошенный цветок/The abandoned flower

Ясное небо над стеной было практически издевательством над текущим положением дел. Уложенные в ряд солдаты лежали на спинах. Рядом тихо передвигались те солдаты, которые уже успели прийти в себя. Осторожно ступая по каменной стене, они старались не тревожить товарищей. Получение паром ожоги и многочисленные ушибы ужасали. Колоссальный титан нанёс им поразительно мощный урон. Проходя мимо пострадавших товарищей, Армин нервно сжимал в руках флягу с водой. Его взгляд то и дело косился на них. У одного из офицеров половина лица была покрыта жуткими волдырями, а девушка рядом с капитаном Ханджи даже сквозь сон кривилась от боли в повреждённых руках. Она так отчаянно цеплялась за край стены, что содрала себе кожу в мясо. Выброс пара был слишком мощным. Ханджи не подавала ощутимых признаков жизни. Только вздымающаяся грудная клетка давала знак о том, что её сердце всё ещё бьётся. Лицо украшали ссадины от летящих мелких камней и красные ожоги. Периодически брови подрагивали, словно ей снился особенно неприятный сон. Приложенные усилия оказались напрасны. Половина солдат не сможет идти дальше. А если говорить на чистоту, то две трети. Тяжело вздохнув, Армин качнул головой, сбрасывая ненужные сейчас мысли. Он шёл за водой для Микасы и Мел, которая, судя по всему, только что пришла в себя. Она уже сидела, почти неестественно выпрямив спину и устремив равнодушный взгляд куда-то в сторону. У неё отлично получалось сохранять невозмутимость, хотя блестящий пот, выступающий на ещё более бледном лице, был довольно красноречив. Микаса, которая пришла в себя минут за десять до этого, также молча застыла на месте. Только вот её лицо, в отличие от лица Камелии, было наполнено эмоциями. Волнение, злость, страх и упрямая решимость. Присев между подругами, Армин робко повернул голову в сторону Камелии. – Ты как, Мел? Тебе сильно досталось. Прислушавшись к собственным ощущениям, девушка помедлила с ответом. Почти всю площадь спины пекло. Поясница будто прямо сейчас обжигалась от прямого пламени. Также дела обстояли и с задней частью бёдер. Места, где тело соприкасалось с ремнями экипировки, болели ещё сильнее. В голове гудела тупая боль от столкновения с деревом, а к горлу подступал ком, вызывающий тошноту. Хотелось приложить что-нибудь холодное и закрыть глаза. Но жаловаться даже себе не хотелось. Может сейчас сидеть, разговаривать и двигаться. Пока что это вполне достаточно. Слабо передёрнув плечами и ощутив жалящую боль в спине, девушка пробормотала. – Жить буду. – Принявшись разматывать уже грязные бинты, девушка слегка брезгливо скривила губы. Ещё и руки пострадали. Часть ногтей сломана и мясо неприятно просматривалось на половине пластины. Мелкая грязь и частички коры забились под чудом уцелевшие ногти. Пальцы почти полностью покрылись грязью и запёкшейся кровью, неприятно стягивая кожу. Кисти отекли, но пальцы слушаются, хотя для их подвижности и требуется много усилий. – Сами как? Неуютно поёжившись, Микаса коротко посмотрела на девушку сквозь чёрные пряди волосы. Нервно потирая свои ладони, она глубоко вздохнула. – Ничего серьёзного. Армин слабо улыбнулся, наблюдая за тем, как Камелия достала из кармана платок и потянулась за флягой с водой на его коленях. Вынув из кармана небольшую скрутку бинта, он положил его рядом, уловив короткий кивок. Было приятно, что что-то в этом безумии остаётся неизменным. Чистоплотность и скупой жест благодарности. – Меня почти не задело. Чувствуя излишнее напряжение в воздухе, Камелия коротким движением зачесала волосы назад. Пальцы будто стали ещё грязнее от осевшей пыли и никак не хотели становиться чище. – Мы не можем просто оставить это. – Мел вылила немного воды на платок и начала методично стирать пыль с рук, проговаривая мысли вслух. Эти действия хоть немного успокаивали и не позволяли эмоциям брать верх. Покрасневшая кожа раздражала постоянной тягучей болью. – Нам нужен подъёмник для лошадей. Лезвия и газ для УПМ. Остаётся только ждать. Потеряно взглянув куда-то вниз, Армин согласно качнул головой. Всё произошло слишком быстро. И сам бой, и поражение. – Прошло уже пять часов. Наверняка командующий в курсе положения и скоро сюда прибудут другие разведчики. На это ответить было совсем нечего. Кроме как сидеть на месте, стоически изображая из себя часть стены, они ничего не могли. Погрузившись в свои мысли, Камелия принялась заматывать пальцы в остатки бинта. Глаза невольно поднимались в сторону горизонта. Туда, где прямо сейчас Райнер и Бертольд мчались вместе с Эреном и Имир подальше от них. Сжав кулаки и чувствуя глухую покалывающую боль, собирающуюся в кончиках пальцев, Камелия медленно вздохнула. Злость на себя это не убавило. Сейчас, наверное, ничего не сможет её убавить. Что сейчас с Эреном? Тогда, в лесу, Энни пыталась похитить Эрена и уносила его живым. Он необходим им живым. Значит, и сейчас он дышит. В сложившейся ситуации этого, наверное, достаточно. Чуть сведя брови к переносице, Камелия едва заметно поджала губы. Главное, чтобы это лохматое чудище не затеяло бойню. Ослабленный и окружённый врагами, он будет лёгкой целью. – Камелия, да? – Мужской голос, раздавшийся рядом, вывел из размышлений. Девушка покосилась в сторону его обладателя, лениво скользя взглядом по его лицу. Светлые короткостриженые волосы, жиденькие усики над верхней губой и светлые карие глаза. Губы украшала почти отеческая улыбка. Он производил впечатление хорошего человека. – Капитан Ханесс. Держи. Вам, ребятки, нужно поесть. Добродушная улыбка стала шире, образуя в уголках чуть прищуренных глаз морщинки. Взяв в руки сух-паёк, Мел бросила на Ханесса короткий взгляд. – Спасибо. – Кусать эти бруски было сомнительным удовольствием. Они были твёрдыми и сухими, а когда смешивались со слюной – вязкими. Субстанция оседала на языке и приходилось прикладывать усилия, чтобы проглотить её. Вкус был совершенно обычный. Почти пустой. Перемолотые зёрна разных культур, которые смешали с чем-то ещё. В принципе, наплевать. Достаточно питательно, чтобы потом не свалиться с лошади, и пусть. – Аккерман, не смотри так на этот кирпич. Лучше грызи, чтобы потом не валиться с лошади. Единственное, что мы сейчас можем – набираться сил для погони. Своей яростью ты сейчас, разве что, мух повеселишь. Почти неприязненно сжимая в руках брусок, Микаса прикрыла глаза. Её волнение и страх смешивались, образуя жгучую глубинную злость. На Бертольда, на Райнера, на солдат, которые не смогли остановить их. На Камелию, которая была рядом и не смогла спасти Эрена. На себя. На себя злость была особенно сильной. Эрен её семья. Она должна была спасти его. Топот копыт многочисленных лошадей и скрип колёс от мчавшихся по стене повозок они услышали ещё издалека. Собираясь в более слаженную группу, наиболее боеспособные солдаты, почти сурово ожидали прибытия остальных. Впереди всей кавалерии находился Эрвин. Прямая спина и твёрдый взгляд быстро скользнул по подчинённым, оценивая результат прошедшего боя. Наткнувшись взглядом на Ханджи, которая пришла в себя от грохота копыт, мужчина вдохнул чуть глубже. Видеть своего близкого товарища в таком плачевном состоянии было неприятно. Спустившись с лошади, Эрвин коротко обернулся. – Закрепите подъёмники и выдайте снаряжение боеспособным солдатам. Выдвигаемся по готовности. Подхватывая на руки деревянные подъёмники, солдаты стали оперативно крепить их к стене. Глухие стуки от крепящихся механизмов и затягивания тросов, скользил между людьми. Подойдя ближе к друзьям, Жан смирил их цепким взглядом. После этого на его лице появилась почти язвительная усмешка. – Ну, надо же, вы все ещё стоите на ногах. – Тихо охнув от неожиданного тычка под рёбра, парень пробурчал. – Я просто рад, что никто из вас не подох. Не нужно меня травмировать из-за этого, коротышка. Закатив глаза, Камелия фыркнула. – Тц. Считай, что это мой тебе привет. Скосив взгляд на товарищей, Жан наклонился, приблизившись к уху девушки. – Тебе тоже привет передали. И попросили передать приказ, чтобы ты, несносная, не действовала бездумно. Ты в отряде ещё нужна и капитан Леви не хочет потом собирать тебя за стеной по кускам. – Выпрямившись, парень склонил голову чуть вбок. Выражение лица Мел осталось безучастным, но глаза едва уловимо расширились от удивления. – Да уж. Даже не зная, кто ты, он так проявляет свою сварливую заботу. Кровь чувствует, что ли? Тихое замечание заставило Камелию резко вскинуть взгляд и с явной злостью прошипеть. – Не говори об этом, придурок, если не хочешь, чтобы я твой язык засунула в особенно тёмное и тесное место. Приподняв ладони в знак капитуляции, Жан виновато отвёл взгляд. Даже если он сейчас прав – а он прав – не стоило затрагивать это. Камелия не хочет, чтобы кто-то знал о том, что она дочь Леви. Тем более не хочет, чтобы об этом узнал сам Леви. Потянув руку к затылку, Жан опустил взгляд. Вообще не стоит поднимать эту тему. Камелия слишком сильно зла и обижена на своего нерадивого папашу, чтобы спокойно обсудить это за чашкой чая. Не без причины, конечно. Глубоко вздохнув и снова приняв свой равнодушный вид, Камелия направилась в сторону офицеров. Думать о Леви сейчас не было никакого желания. Подойдя ближе к группе солдат, Камелия чуть вскинула брови. Ханджи лежала на животе, крутя перед собой карту. Её тяжёлое дыхание и дрожащие руки явно указывали на тяжёлое состояние. Женщина полностью истощена. Эрвин, хмуря густые брови, присел рядом на корточки. – Ты останешься тут с теми, кто не сможет отправиться с нами. Моблит позаботиться о вас. Подняв спокойный взгляд на молодого мужчину, Эрвин увидел его решительный кивок. – Есть, сэр. Ханджи хрипло вздохнула, но упрямо ткнула пальцем в карту. – Ладно. Слушай внимательно. Они тоже устали. Сначала был бой, а потом им пришлось бежать. Тем более, что обычные титаны нападают и на них тоже. Им просто необходим отдых. – Раздирающий кашель, поднявшийся в верх, заставил женщину прикрыть рот кулаком и прерваться. – Так вот… Им необходим отдых. Ближайшее место, которое будет для них безопасным – лес гигантских деревьев. Я думаю, они остановятся там до ночи, пока титаны не уснут. Предельная внимательность Эрвина и чуть сведённые вместе густые брови, говорили о его максимальном уровне решимости и готовности. Взгляд голубых глаз скользил по карте, параллельно обдумывая маршрут, который позволит им дойти до леса без значительных потерь. Стоя внизу, часть разведчиков рассредоточилась, образовав полукруг. Им необходимо быть готовыми к нападению титанов, пока лифт спускает лошадей. Камелия, внимательно наблюдая за командующим, который уже раздавал указания некоторым офицерам, смахнула со лба холодную испарину. Тело и внутренности начали дрожать, будто её накрывала лихорадка. Правда, сейчас на это обращать внимание было бы глупо. Сесть в седло было тяжело. Ремни натягивались, усиливая ощущение жжения на коже. Кажется, пару мелких волдырей лопнуло. Покрепче стиснув зубы, Камелия сместила вес вперёд, подавая таз поближе к луке седла, чтобы снизить давление на пострадавшие ноги. Руки, вцепившиеся в поводья, вспыхнули жалящей болью, разжимаясь. Против воли из груди вырвался сдавленный болезненный стон. – Мел, может, тебе стоит остаться с Ханджи? Ты… Тихий шёпот Саши, наполненный жалостью и настороженностью, вынудил раздражённо фыркнуть. Только этого сейчас не хватало. – Не нянькайся со мной, Блаус. – Краем глаза Мел заметила суровое лицо Жана. Парень выпрямился, расправив плечи, будто только одним своим видом должен был заставить подругу передумать. – Не хлопайте ушами. Все уже наготове. Скача на лошадях, солдаты напоминали поток реки. Беспрерывный и изменчивый. И изменениями управлял командующий Эрвин, запуская в небо сигналы. Сквозь шум многочисленных копыт, едва слышно, проносились разговоры между солдатами. Полицейские, с каждой новой минутой бледнея всё больше, нервно оглядывались по сторонам, словно прямо в эту секунду титаны нападут и сожрут их. Смеяться над разведчиками за высокими стенами было просто и весело. Сейчас им хотелось только скорее вернуться туда. Солдаты Гарнизона выглядели чуть спокойнее, будто все решили сосредоточиться на пути впереди, а не возможной смерти. Перекидываясь короткими фразами, они почти в неверии наблюдали за солдатами Разведкорпуса. Они оставались сосредоточенными и почти спокойными. Их лица выражали только сухую решимость, которая усиливалась с каждым новым километром. Скачка приносила боль. Она пульсирующим потоком распространялась по телу, раздражая нервные окончания и заставляя Камелию чуть чаще подавать корпус вперёд, чтобы минимизировать трение. Адреналин гулял в крови, выделяясь всё больше, будто чувствовал, что совсем скоро начнётся схватка. Стоило надеяться на то, что его хватит до возвращения на безопасную территорию и Мел не свалится от боли прямо перед титаном. – Тяжело поверить, что это происходит на самом деле. – Отрешённый голос Армина, который неожиданно раздался между курсантами 104-ого корпуса, обратил на себя всё внимание. – Сначала Энии. Сейчас Райнер и Бертольд. Тяжело качнув головой, Жан нервно провёл языком по нижней губе. Ротовую полость нещадно сушило, будто он съел горсть песка. – Будем надеяться, что у них найдётся парочка весомых аргументов, чтобы… – Это не имеет значения. У них было достаточно времени, чтобы признаться, если они чувствовали вину за сотни тысяч погибших людей. – Сухой голос Камелии вынудил всех вздрогнуть. Всех, кроме Микасы, которая лишь поглубже зарылась носом в свой шарф, упрямо глядя вперёд. – Нам надо вернуть Эрена любой ценой. Даже если этой ценой будут их отрубленные головы. Нервный, почти истерический, смешок вырвался из Конни. Его глаза начали лихорадочно изучать безучастное лицо девушки, будто он надеялся, что шутка спрятана где-то на нём. – Но…Но они ведь наши товарищи. Мы три года… – Три года жили рядом с ублюдками, которые лишили людей домов и семей. – Микаса бросила короткий взгляд на Армина и Камелию. – Мне, Армину и Эрену повезло, что мы остались друг у друга. А семья Камелии погибла полностью. – Передёрнув плечами, Мел больше никак не проявила свою реакцию на эти слова. Укол стыда был ощутимым, но заметить это смогли только Армин и Жан. Ложь о собственном прошлом давила, будто на шею накинули удавку. – Многие семьи исчезли полностью. Это их рук дело и сейчас они навредили многим нашим товарищам и похитили Эрена и Имир. – Микаса права. – Камелия на долю секунды свела брови к переносице, но быстро вернула лицу равнодушие. – Нельзя дать им уйти просто так. Не после всего. – А ты… – Армин поджал губы, чуть сильнее сжимая поводья. Его лицо выражало нерешительность, будто не понимал, хочет ли он знать. – Ты сможешь их убить? – Да. – Незамедлительный ответ заставил парня вздрогнуть, но Мел продолжила, не меняя почти бесцветной интонации. – Если это будет необходимостью, то я сделаю это. Попытаюсь. Сомневаюсь, что они дадутся так просто. Такой развёрнутый ответ явно дал понять, что сейчас подруга совсем не настроена на разговор. Армин молча устремил взгляд вперёд, стараясь хотя бы приблизительно понять – долго ли им ещё скакать? Смогут ли они вообще нагнать их? Мел, незаметно для чужих глаз, натянула поводья крепче. Несмотря на собственные слова и рассуждения, ей было страшно. Сейчас это был реальный страх, который липким холодом поднимался откуда-то из желудка. Она убьёт Райнера и Бертольда. Она не допустит той слабости, которую проявила на стене. Только что-то внутри ныло от режущей боли. Сглотнув вязкий ком в горле, девушка сосредоточила взгляд на виднеющихся в дали гигантских деревьях. Предательство. Они предатели. Не товарищи. Не друзья. Теперь они враги. Всю дорогу до леса им везло. На пути не встретилось ни одного титана. Быстрая скачка не прерывалась даже на самый малый бой, позволяя беспрепятственно продолжать погоню. Стоило верхушкам деревьев появится на горизонте, как и без того тяжёлая атмосфера, стала тяжелее. Каждый вдох теперь становился более тяжёлым, словно сам воздух загустел и превратился в топкий сироп. Возвышающиеся впереди красные столбы дыма стали смотреться ещё более угрожающе. Оставалось только понять – для кого они стали большей угрозой? Для предателей, бегущих впереди или для них самих? Один из офицеров полиции напряжённо взглянул на Эрвина, который упрямо скакал прямо в сторону титанов, ведя за собой солдат. – Надо их обойти! Даже не повернув головы в сторону офицера, Эрвин свёл брови к переносице. – Нет. Мы упустим их. Идём напролом. – Подняв одну руку с зажатым в ней клинком, мужчина решительно выпрямился. – Всем приготовиться к бою! Приказ командующего заставил всех взять в руки свои мечи. Прямо сейчас они подъезжают к границе леса и уже могут увидеть заждавшихся их титанов. Их оказалось много. За время, что здесь находились носители сил титанов, они практически заполонили местность. Чувствуя, что боль начала отступать, Камелия начала всматриваться в кроны деревьев. Глаза неустанно выискивали хоть какой-то намёк на присутствие людей. Яркая вспышка, свет которой просочился между толстыми ветвями, вызвала приток решимости. Они не опоздали. Подобрались совсем близко. – Вспышка! Эрен там! Голос Микасы в нескольких метрах в стороне был наполнен надеждой и облегчением. Армин, скачущий рядом, сосредоточено махнул головой. – Кто-то превратился в титана. Быстро оценивая ситуацию, Эрвин осмотрелся по сторонам. Хотя бы часть солдат должна попасть в лес, а остальные возьмут на себя отвлечение титанов и пути отхода. Большая часть солдат, вероятнее всего, погибнет. Когда до титанов оставался лишь десяток метров, мужчина воскликнул. – Распределяемся! – Вся кавалерия в один момент разделилась на две части, повернув в разные стороны. Титаны начали выходить из леса, заметив новую добычу. – Они уже стали титанами! Наша главная задача – вернуть Эрена и уйти! Решительный голос Эрвина вызвал невольное уважение у Камелии. Сложившаяся ситуация была крайне сложной и требовала молниеносных решений. Движение сбоку заставило прижаться грудью к лошади. Над головой пролетела ладонь, которая явно намеревалась её схватить. Крик ужаса позади, дал понять, что в тиски этого титана попался скачущий следом солдат. Бросив мимолётный взгляд через плечо, Мел поджала кубы. Полицейский был уже наполовину в слюнявой пасти. В паре метров от них застыли ещё двое, уставившись на то, как их товарища перекусывают пополам. Раздосадовано проворчав, Камелия крикнула. – Не стойте на месте, идиоты! Долговязый солдат успел среагировать, а вот второй даже головы не успел повернуть, как на него налетел трёхметровый очень шустрый титан. Влажный хруст сопровождался вторичным криком. Коротким, ведь жизнь покинула тело очень стремительно. Отвернувшись вперёд, Камелия тяжело вздохнула. Надо сосредоточиться на текущей задаче. – Тц. Так их точно всех пережрут. Перебинтованные пальцы решительно нажали на курки и, спустя секунду, тело с резким рывком оторвало от седла. Удивительное свойство организма – игнорирование боли. Сейчас она была вполне себе терпимой, перекрываемая кипящей кровью и хищной натурой. Пролетая между стволами деревьев, Камелия безостановочно скользила взглядом по всему, что могла бы увидеть. В какую сторону они ушли? Или они спрятались? Один отвлекает, пока второй сидит на месте с пленниками в каком-нибудь дупле? Крик, который раздался из глубины леса, был странным. Будто кто-то специально привлёк их внимание. Но это был явно не Эрен в форме титана. Чуть сведя брови к переносице, Камелия сменила направление. Ей совершенно не нравилось происходящее. Что-то определённо было не так. Остальные солдаты также направились в самую глубину. Туда, откуда и исходил этот крик. Приблизившись, они увидели одного титана. Он был странным. Маленьким, с большой головой. Но странным было то, что он висел на дереве, зацепившись за кору своими когтями. Один из солдат Гарнизона приготовил мечи. – Он может быть опасен. Надо убить его! Конни резко воскликнул. Его голос находился где-то между радостью и паникой, будто он и сам не мог понять, что сейчас чувствует. – Постойте! Это Имир! Замешательство отступило, когда товарищ спокойно остановился рядом с титаном. Имир вообще не обратила на него своё внимание, ворочая массивной головой из стороны в сторону, будто что-то высматривала. Её маленькие чёрные глазки заскользили по лицам. Быстро. От одного к следующему. Саша неуютно поёжилась. – Имир, почему ты одна? Никакого ответа не последовало и Жан, опустившийся неподалёку, нахмурился. – Ты сбежала? Где Эрен, Райнер и Бертольд? Зацепившись на дерево, которое служило опорой и для самой Имир, Камелия почти вонзила свой холодный взгляд в маленькие чёрные глаза. – Где они? – Титан начал вертеть головой, не обращая внимания на людей вокруг. – Имир! Куда они направились? Нетерпеливо вздохнув, Конни переместился прямо на плечо титана, начиная с усилием пинать затылок. – Говори уже, дубина конопатая! У нас нет времени! – Имир! Как хорошо, что ты в порядке. Именно после этого титан отреагировала. Она резко повернула голову в сторону, откуда раздался голос Хистории. Девушка летела, счастливо улыбаясь и, казалось, готовая начать плакать от переполняемых её чувств. Напряжённо посмотрев на приближающуюся девушку, Мел поняла, что что-то идёт не так. Имир всегда проявляла лояльность исключительно к своей маленькой подружке, но сейчас это было неуместно. Игнорировать их, подрывая срочную операцию? Имир никогда не была такой набитой дурой. Смутное подозрение ударило в голову одновременно с тем, как титан сорвался с места. Она просто скинула Конни с себя, даже не взглянув в его сторону, сосредоточившись на Хистории. Их отделяло меньше десятка метров, что позволило Имир сделать следующий ход. Глаза распахнулись в тот же момент, когда пасть титана захлопнулась, скрывая Хисторию. Не став больше ничего ждать, Имир продолжила двигаться. Она ловко цеплялась когтистыми руками о ветви, отдаляясь. С лица Саши схлынули все краски. – Да ладно… Выругавшись под нос, Камелия выпустила тросы. Нужно было понять это раньше. – Не тормозим! – Жан, сорвавшийся с места, всё ещё ошалело смотрел на спину сбегающей Имир. Он не мог поверить собственным глазам. – За ней! Многочисленные звуки тросов и выпускаемого газа были почти оглушительными. Солдаты маневрировали между стволами деревьев, стараясь догнать титана. Сцепив челюсти, Камелия нажала на курок, подавая ещё газ. Вместе с этим, она начинала более отчётливо чувствовать боль. Ремни давили всё сильнее и это заставляло её терять скорость. Немного, но этого хватало, чтобы дать Имир добраться прямо до края леса. Яркая вспышка впереди заставила на секунду резанула по глазам. Клубы пара от превращения донеслись до них издевательски-приятным теплом. А следом появился он. Бронированный титан. Он бежал из леса. Массивные ноги решительно валили мелкие деревья, а тело сносило ветви на пути. Имир, подобравшись ближе, запрыгнула ему на спину. На плечо титана запрыгнул Бертольд, к спине котрого был привязан Эрен. Его руки были связаны и он не мог выбраться, хотя оказывал явные признаки сопротивления. Остановившись на крайних деревьев у выхода из леса, солдаты напряжённо переглянулись. Используя УМП, они не смогут догнать их на поле. Чуть дёрнувшись вперёд, Микаса воскликнула. – Они уносят Эрена! – Не останавливаемся. – На соседний ствол дерева приземлился Ханесс. Он внимательно посмотрел вниз. – На лошадей и продолжаем погоню. Несколько солдат оставшихся на земле, привели за собой лошадей. Каждый сжимал по паре дополнительных поводьев, что позволило привести достаточно скакунов. Торопливо спустившись, солдаты заняли новые позиции и пришпорили своих лошадей. Солнце, которое начинало стремиться к горизонту, окрашивало их лица в оранжевый цвет. Совсем скоро должно было стемнеть и погоня станет сложнее. Прижимаясь к спине лошади, Камелия тяжело сглотнула. Короткая вспышка боли в бёдрах было ослепляющей и достаточно сильной. Сейчас привод казался более привлекательной идеей, чем скачки на солдатской лошади, которая явно стремилась убить свою временную наездницу. Каждый толчок был издевательским напоминанием об ограничении собственных возможностей в такой ответственный момент. Она должна держаться. Спасение Эрена сейчас куда важнее испытываемой боли. Тихо выдохнув, Камелия выпрямила спину, подав корпус вперёд. Холодный потемневший взгляд, прилип к сидящим на плече титана Бертольду и Эрену. Некогда ждать. Нужно действовать. Они подобрались достаточно близко, чтобы напасть. Приподнявшись на стременах, Камелия выпустила тросы. Они со свистом полетели в сторону бегущего титана и гарпуны зашли между пластин почти с хрустом. Рывок и полёт в воздухе остался почти не замечен, когда когтистая лапа Имир попыталась нанести удар. Уйдя в сторону, Камелия замахнулась и рывком атаковала. Клинки рассекли мышцы трицепса, заставив руку беспомощно упасть вдоль тела. Следом удар нанесла Микаса, поразив левый глаз титана. Обе девушки приземлились на затылок Райнера. Ему было некогда обращать внимания на них, ведь лишними движениями он мог навредить и Бертольду с Эреном. Зло прищурив глаза, Микаса приготовилась нанести ещё один удар по Имир, но прямо перед ней выскочила Хистория. Она была покрыта вязкой полупрозрачной слюной, но жива и невредима. Её распахнутые голубые глаза были полны испуга и решительности. Она явно демонстрировала, что не отступит и будет защищать Имир. – Микаса, стой! Имир нам не враг! – От волнения дыхание девушки участилось, но она упорно продолжала говорить. – Райнер и Бертольд заставили её. Они угрожали убить её, если она не заберёт меня. Пожалуйста, не трогай её! Тихо хмыкнув, Камелия склонила голову чуть вбок. – Какой бред. Угрожающе приподняв клинки, Микаса решила проигнорировать слова Хистории. Сейчас ей было плевать на мотивы её действий. – Если она будет мешать, то я убью её. Мне плевать, кого придёться убить, но я спасу Эрена. Едва заметно дёрнувшись от такого резкого тона, Хистория повернулась к Имир и ласково дотронулась до её лба подрагивающими ладонями. – Имир, пожалуйста, не сопротивляйся. Я прошу тебя. Невнятно проворчав, титан чуть склонила голову, словно давала понять, что она соглашается. Камелии это казалось глупостью. Никогда Имир не пеклась о своей шкуре так, как об этой блондиночке. Никогда. И сейчас бы не стала только ради собственного спасения подвергать её опасности. Приготовившись к прыжку, девушка безучастно обронила через плечо. – Ты идиотка, Хистория, если веришь, что Имир пошла бы на такое ради себя. Резкий рывок, сопровождаемый тупой болью, и вот они оказались на плече Бронированного титана. Он закрывал свою шею ладонями, скрывая под ними Бертольда и Эрена. Сквозь пальцы были слышны звуки борьбы. Эрен явно не оставлял попыток выбраться и всячески противостоял бывшему товарищу. Даже связанный и беспомощный, но всё тот же. Эта мысль промелькнула на затворках сознания Камелии, заставив уголок губ дёрнуться. Тратить лезвия на руки титана было бессмысленно. Пластины не позволят сделать и одного существенного надреза, испортив металл. Им нужно придумать способ заставить Райнера разжать ладони самостоятельно. Микаса что-то говорила, всматриваясь прямо между огромных пальцев таким жутким взглядом, что могло показаться – он был смертельным. До Бронированного титана они добрались не одни. За свистящим звуком тросов последовало прибытие их товарищей. Армин, Жан, Конни и Саша почти одновременно приземлились на пластины, хватаясь за них, чтобы не потерять равновесие. Все они выглядели так, будто находятся на разных степенях обречённости, которую пытаются скрыть. Армин держал спокойное выражения лица, но испарина, которая покрывала его лоб, явно говорила о нервозности. Ему словно было проще смериться с предательством, но сложившаяся ситуация его пугала. Сражаться с двумя, а если считать Имир, то тремя носителями, было очень плохой перспективой. Саша нервно зажевала нижнюю губу, стараясь не бегать глазами. Её растрёпанные от погони волосы отражали внутреннее состояние. Конни находился на грани нервного срыва. Он считал Райнера практически старшим братом и предательство сильно подкосило его. Жан. Камелия тяжело вздохнула, мельком отмечая и его состояние. Видеть такие усилия скрыть всю ту боль, что он испытывал, было сложно. Он нервно улыбался, стараясь делать вид, что всё хорошо. Что всё нормально и ничего не происходит. Что не им сейчас предстоит сражаться с друзьями. Бывшими друзьями. Из-под громоздких пальцев титана послышался сдавленный голос Бертольда. – Эрен, прекрати пинаться. – Он тебя точно не послушает, Бертольд. Эрена разве утихомиришь. – Напускная насмешка, которую обычно использовал Жан, сейчас звучала чрезвычайно фальшиво. Будто кто-то передавил ему горло. – Никогда на месте не сидит. Я тебя понимаю и тоже его терпеть не могу. Ну, зададим ему вдвоём? Давай. Вылезай к нам. Нетерпеливо сжимая рукояти клинков, Микаса практически прорычала. – Бертольд, отдай его нам! Конни почти сокрушённо пробормотал. – Вы же это не серьёзно. Бертольд, Райнер. Вы всё это время нас обманывали? – Зажмурившись, чтобы сдержать предательские слёзы, он вздохнул. – Мы же вместе были три года, ребята. Как так? Почти на грани истерического крика, Саша дёрнулась. – Ребята, скажите, что это не так! Нервно улыбаясь, чувствуя, как внутри что-то болезненно рвётся с каждой секундой всё больше, Жан старался сохранить лицо. Губы дрожали, а глаза лихорадочно скользили, словно он не мог определиться с тем, где остановиться. – И вы решили вот так вот взять и смыться? Так не пойдёт. – Подняв дрожащую руку с клинком, парень взъерошил свои волосы. – Нам же было так весело вместе. Бертольд, ты же в таких смешных позах всегда спал. Мы привыкли по ним предсказывать погоду. – Остатки усмешки слетели с его лица, придавая ему несвойственную абсолютную серьёзность. – Ну, а скажи нам, как ты, убийца, спокойно дрых рядом со своими жертвами? Горький смешок, который он издал, сразу же затих. Весело совсем не было. – Это всё сейчас не имеет значения. – Мел старательно проигнорировала взгляд Жана, прищурившись и внимательно осматривая Райнера. – Нам нужно вытащить Эрена. А Райнер и Бертольд явно не за людей, если вспомнить, что было пять лет назад. И после нашего выпускного, к слову. Эти слова словно разорвали последнее в Бертольде. То, что держало его от слёз, которые сейчас градом потекли по щекам. – Да кому…понравится…убивать людей?! – В конце его голос почти сорвался на надрывный вой. – Вы думаете, что нам нравилось убивать людей? Что мы этого хотели? Люди ненавидели нас. Они ненавидели нас, убивали. Мы не могли не ответить. А теперь уже ничего не изменить. – Тишина явно давила на него. Голос дрожал, прерываясь на тихие задушенные всхлипы. – Мы не смогли себе этого простить. Мы…мы притворялись солдатами. Это меньше на нас давило. Мы вас не дурили! – Бертольд словно глотнул воздуха, чтобы его голос звучал убедительнее. Искреннее. – Конни, Жан. Да, нам приходилось врать, но не во всём! Поверьте! Мы правда считали вас друзьями. Конечно, мы не заслуживаем прощения. Но я умоляю, кто-нибудь…хоть кто-нибудь… – Потеряв последние капли самообладания, Бертольд словно стал маленьким ребёнком, который отчаянно искал понимания. – Приглядитесь к нам. Тишина, прерываемая шумом ветра и гулкими шагами Райнера, была густой и тяжёлой. Слова Бертольда были равносильны соли, которую посыпали на раны. Больно, но мгновенного избавления нет. Эти слова были близки Камелии. Она знала, что такое притворяться, врать. Понимала и ощущения несмываемой крови на руках. Только предательства не понимала. И не поймёт. – У нас нет времени слушать пустую исповедь. У вас был шанс сказать и что-то исправить. Мы ведь всё равно не позволим вам уйти с Эреном. – Выпрямившись во весь рост, Мел приподняла подбородок. Заглянув в яркие жёлтые глаза Райнера, девушка прищурилась. – В прошлый раз я так и смогла выколоть тебе глаза. Но ничего не помешает мне сделать это прямо сейчас. Из огромной пасти вырвался тихий рык, когда Камелия поднялась выше. Клинки угрожающе сверкнули в её руках прежде, чем она нанесла первый удар. Красные брызги смешались с криком титана. По огромной щеке потекла кровь, пачкая пластины и форму Мел. Это она заметила с небольшой досадой. На ней и так было достаточно грязи. Слишком уж много для одного дня. Массивное тело дёрнулось, побудив солдат покрепче схватиться за выступающие пластины и огромные запястья. Жан почти панически крикнул. – Ты что творишь?! Камелия раздражённо дёрнула плечом. – Он остановиться, если не захочет побежать в сторону Розы. – Бегло осмотрев лезвия, девушка хотела перебраться ближе ко второму глазу, но нарастающий шум обратил на себя внимание. Словно прямо в их сторону двигалась лавина. Повернув голову в сторону, откуда исходил неизвестный гул, девушка распахнула глаза. Секундный шок спал, уступив место то ли восхищению, то ли раздражению. – Смит… – Командующий привёл титанов. – Неверящее бормотание Саши было практически не слышно в топоте многочисленных ног. – Мы точно тут умрём. Поняв, что они находятся в слишком уязвимом положении, Камелия резко вскинула подбородок. Этот ход командующего очень рискованный, но, судя по всему, другого выбора у них сейчас попросту нет. – Спускаемся. Они сейчас облепят этого придурка со всех сторон. До столкновения с толпой титанов остались считанные секунды, но они успели спрыгнуть вниз. Сразу после этого Бронированный титан, продолжая прижимать ладони к своей шее, повернул плечо. Он готовился к столкновению и явно рассчитывал прорваться. Промчавшиеся солдаты слились в одну кучу. Наличие носителей сил титанов на пару секунд отвлекли неразумных титанов от людей. Пришпорив свою лошадь и заставив встать её на задние ноги, Эрвин поднял руку вверх. Его растрепавшиеся волосы обдувало ветром, руша безупречный образ всегда собранного командира. Сейчас он был похож на самого воинственного и решительного солдата, который не сомневается в том, что делает. – Это только начало. Солдаты, в атаку! – Самоубийственный приказ. Каждый это понимал. И повергал в ужас, который проступал на лицах. – Вот-вот решиться судьба людей! Погибнем мы или будем жить. Если человечество потеряет Эрена, то мы никогда не сможем вернуть эти земли! Мы отобьём его и тут же отступим! Исполните клятву! С этими словами Эрвин помчался вперёд. Он был готов умереть ради этого. Умереть или отдать десятки жизней. Плевать. Главное – успех миссии по спасению Эрена. Каждого солдата можно заменить. Эрена – нет. Им будто завладел дух непобедимого солдата, который не жалел о собственных поступках. Будто даже хаос подчинялся ему. Это гениально. И безрассудно. Сейчас Камелия чётко увидела, что разглядел Леви в Эрвине и почему следует за ним. Это то, что заслуживает его доверия. Глаза невольно нашли белобрысую макушку Армина. А она ведь так же следует. Следует за этим мальчишкой. Так же верит. Резко пришпорив лошадь, Камелия рванула вперёд. Топот многочисленных лошадей и воинственные крики вокруг меркли перед её мыслью. Кажется, я нашла своего человека. Не любовь. Стены упаси, нет. Уважение. Доверие. Абсолютное. Сейчас, посреди этого беспорядка, это было стабильной и правильной мыслью. Движение Бронированного титана привлекло внимание. Он крупно дрожал под тяжестью неразумных титанов, дёргая плечами и безуспешно пытаясь их скинуть. Ему было тяжело противостоять им без помощи рук и, если судить по скованной позе, совсем скоро он начнёт использовать их, чтобы защищаться. Пара секунд и огромные руки начали отдаляться от шеи, открывая людей, находящихся там. Микаса почти взволнованно воскликнула. – Он открылся! Нам нужно добраться туда! Продолжая скакать вперёд на полной скорости своей лошади, Жан нервно фыркнул. – Сквозь эту гущу титанов? Да как туда вообще добраться. Скачущий рядом Эрвин вырвался вперёд, вскидывая руку и собираясь отдать следующий приказ. В одно мгновение ситуация изменилась. Огромная челюсть дивианта сомкнулась на его руке, срывая с лошади и унося в обратную сторону. – Командующий Эрвин! Не обращая внимания на крики солдат, Эрвин упрямо вскинул вторую руку вперёд. Клинок держал крепко, словно и не его самого сейчас уносит титан. – В бой! Мы почти его вернули! – Титан уносил его дальше, но решительный яростный голос словно раздавался прямо над ушами солдат. – Все вперёд! Решительный воинственный крик всколыхнул пожар внутри, подпитывая его. Солдаты бросились прямо в гущу титанов, прокладывая себе путь к Бронированному. Первые жертвы появились спустя секунду. Отвратительный хруст и чавканье ещё долго будут разноситься внутри головы, если они смогут выбраться отсюда живыми. Двигаясь в одной маленькой группе вместе с Армином, Жаном и Микасой, Камелия пыталась придумать способ, как добраться до Бронированного титана. Придётся использовать не разумных как опоры, чтобы план удался. На земле они слишком уязвимы. – У меня есть план. – Перекрикивая шум вокруг, Армин окинул друзей коротким взглядом. – Бертольд остаётся проблемой. Эрен привязан к нему и просто так забрать его не получится. – Глубоко вздохнув, парень сдержал порыв прикрыть глаза. Его план был подлым, но мог сработать. – Я отвлеку Бертольда. Заставлю его потерять бдительность. И тогда кто-нибудь из вас должен будет обрубить верёвки. Эрен будет падать и следующий его подхватит. – Сведя брови к переносице, Армин покрепче сжал рукояти клинков. – Жан, ты разрубишь верёвки, а Микаса подхватит Эрена. Мел, ты будешь прикрывать нас. Подобное распределение ролей вызвало глухое раздражение. Прикрывать? Будто она не справится с тем, чтобы разрубить чёртовы верёвки. Или забрать Эрена. Это её ответственность. Словив извиняющийся взгляд Армина, Мел чуть прищурилась, демонстрируя своё отношение к его плану. Однако против ничего не стала говорить. Она понимала, что Армин предложил такой вариант и учитывал расстановку сил и риски. – Тогда, головастик, иди первым. Мы на подхвате. Резким точным ударом отрубив несколько пальцев, которые тянул к ней семиметровый титан, Камелия нажала на курки. Не оставалось ничего другого, как использовать титанов как опоры, чтобы добраться до Райнера. Момент, когда Жану нужно будет действовать, поставит его в самое уязвимое положение. Увернуться и защититься он может не успеть. Многочисленные крики и грохот создавали отличные условия для того, чтобы подобраться к шее Бронированного. Это было очень дорогостоящее для солдат прикрытие, но не использовать его было нельзя. Поднявшись к голове Райнера, Армин присел на затылок. Он уставился на Бертольда до ужаса серьёзным взглядом. Почти впился своими распахнутыми глазами в его, заставляя слушать каждое слово. Об Энни и мучительных пытках, которым её подвергают. О том, что она мечтает умереть, но этого ей не дадут. Бертольд почти сорвался. Армину оставалось совсем немного додавить на него, чтобы бывший товарищ вспыхнул и наплевал на Эрена, который был привязан к его спине. Пристроившись в паре метров от Жана, Камелия нашла взглядом Микасу. Девушка уже поднялась на достаточную высоту и теперь маневрировала, делая вид, что уклоняется от титана, но всё её внимание было приковано к Эрену. Это было её ошибкой. Огромная ладонь схватила Микасу, сразу же сжимая. Камелии на секунду показалось, что она услышала хруст, который издали рёбра девушки. Её лицо исказила болезненна гримаса. Бросив быстрый взгляд на Эрена, девушка поджала губы. Она может прямо сейчас схватить его и сбежать. Жан на готовности. Но бросать Микасу на верную смерть совсем не хотелось. Выпустив тросы в плечо титана, который уже тянул свою жертву в рот, Мел двинулась вперёд. Отведя корпус в сторону, девушка сделала резкий разворот, закручиваясь в спираль и перерубая запястье. Хлестнувшая кровь залила штаны, противно хлюпая и сразу же начиная испаряться. Освободившаяся Микаса бросила короткий взгляд, выражая свою благодарность и сразу же направилась в сторону Эрена. Рядом с ним уже находился Жан, перерубая верёвку, которая держала его на спине Бертольда. Эрен успел пролететь один метр прежде, чем Микаса прижала его к себе. Теперь им можно было бежать. Армин и Жан не стали медлить, спрыгивая вниз. Проследив взглядом за удаляющимися друзьями, Мел нажала на курки. Ей тоже не стоит задерживаться. Рванув вперёд, используя титанов как опоры, девушка заскользила между ними. Давалось это с трудом, но грязные гигантские пальцы так и не смогли схватить её. Резко сменив направление, Камелия заметила прыгнувшего на неё дивианта с распахнутой пастью. Это вынудило запустить гарпуны вниз, подныривая под огромную тушу, которая очень неуклюже размахивала своими руками. Грубый толчок в спину выбил весь воздух из лёгких. Обожжённая паром, казалось, она прямо сейчас разорвётся на части. Яркая пульсирующая боль почти заставила увидеть блики перед глазами. Гарпуны отцепились и тело начало стремительно падать вниз. Камелия стиснула челюсти, продолжая чувствовать острую боль, которая распространялась от позвоночника. Удар о землю смягчили тросы, которые всё ещё застряли в плече какого-то титана. Однако, несмотря на более или менее удачное падение, боль заставила помутнеть в глазах. Всё вокруг начало смазываться, будто прямо сейчас Камелия потеряет сознание. Упрямо зажмурившись, девушка заново распахнула глаза. Сейчас она не может позволить такой роскоши. Всё ещё мутным взглядом Мел заметила протянутую к ней ладонь титана и подскочила на ноги, нанося резкий удар лезвиями. На траву упала половина ладони. Титан отдёрнул конечность, но не успел довести движение до конца. Один из разведчиков ударил по его уязвимой части и грузное тело повалилось в бок. Дыхание сбивалось, а ноги держали с трудом. Все мышцы словно наливались горячим металлом и сражаться сейчас было опасно. Рядом слишком много титанов. Слишком велик шанс оказаться в одном из желудков. Глаза начали искать пути отхода, скользя по лугу. Многие лишились своих лошадей и сейчас маневрировали в воздухе. Некоторые уже лежали на земле. Они были серьёзно ранены и, скорее всего, не смогут вернуться живыми. У некоторых из них уже не было рук, ног. Кто-то лишился головы. Кое-как валялись остатки туловищ, окрашивая траву вокруг в бордовый цвет Беспокойный топот копыт позади побудил Камелию повернуться. Уголок губ дёрнулся. Два наездника спешили в её сторону. Армин и Жан. Жан вёл третью лошадь рядом. Его лицо выражало решительность и сейчас он показался Мел таким взрослым. Даже забавно. Когда друзья подъехали ближе, Камелии пришлось почти на ходу забираться на свободную лошадь. Это вышло с трудом и острой пульсирующей болью, но возможность выжить в этом хаосе была важнее. Армин обеспокоенно окинул её фигуру взглядом. Заметив, что раны открылись и форма подруги была почти мокрой от крови и сукровицы. Особенно на спине. – Мел, сама сможешь скакать? Девушка закатила глаза, покрепче обматывая поводья вокруг запястий. Она понимала беспокойства товарища, но сейчас нельзя было рисковать. Если она всё-таки умрёт, то не должна потянуть и другого человека за собой. – Тц. Головастик, я пока ещё жива. Нетерпеливо качнув головой, Жан фыркнул. – Потом обменяетесь любезностями. Уходим. Скача мимо титанов и солдат, друзья скакали в ту сторону, где должны были находиться Эрен с Микасой. Вряд ли они быстро смогут найти лошадь и оседлать её, когда оба ранены. – Осторожно! Резко пришпорив лошадь, Мел пригнулась. Скакун рванул вперёд и над их головами пролетело огромное тело. Оно с грохотом повалилось на землю, поднимая вверх куски земли и отделяя девушку от товарищей. – Да какого… – Повернув голову в сторону, чтобы посмотреть, откуда прилетел титан, она на секунду замерла. Увиденное казалось абсурдом. – Серьёзно? Титанами? Бронированный титан, которого облепили обычные, продвигался ближе. Он хватал семиметровых титанов и бросал прямо в их сторону, явно намереваясь замедлить побег солдат. Схватив очередного титана, он замахнулся и отправил его в стремительный полёт. Нескладное тело так быстро, что свернуть в сторону удалось в последний момент. Тяжело выдохнув, Камелия похлопала лошадь по шее. – Умни… Наткнувшись на скрытый в траве камень, животное успело только беспомощно заржать прежде, чем перевалиться вперёд, скидывая с себя Камелию, которая беспорядочным кубарем полетела на землю. Своим телом она прокатилась по траве ещё несколько метров, сгруппировавшись и закрыв корпус и лицо. Топот копыт ясно дал понять, что испуганный скакун сбежал. – Мел! – В стороне послышался голос и шаги. Неровные и слабые, но упорные. – Я помогу. Встать сможешь? Нельзя было сказать точно, что это было. Издевательство от судьбы, которая второй раз свалила её на землю и заставила вспомнить добрую часть ругательств, которые она слышала ещё в трущобах. Или удача, что выкинуло её почти на Эрена и Микасу, которые сейчас также беспомощно остались без лошади и работающего снаряжения? Камелия не знала, но обязательно подумает над этим, если они всё-таки переживут этот проклятый день. Прикладывая усилия, Микаса помогла Мел подняться. Привод был неисправен и теперь им втроём придёться справляться с титанами на земле. Это осознания отдалось упрямой яростью глубоко в груди, заставляя Камелию перехватить рукояти мечей. Она не могла позволить себе прекратить борьбу. Не сейчас, когда товарищей потихоньку сжирают. Одного за одним. Не ради этого они так быстро скакали на лошадях, отдаляясь от стены. Нужно дать Эрену возможность вернуться за стену любой ценой. Приближающийся к ним титан всем своим видом вызывал отвращение. Широкая улыбка, которая открывала вид на огромные зубы. Грязные волосы и чуть прищуренные пустые глаза. Занеся руку для удара, титан заставил юных солдат сбиться в одну кучу, словно это могло бы их спасти. За мгновение до того, как гигантская ладонь ударила бы по ним, появился солдат. С усилием сделав замах, он отрубил часть пальцев, заставив титана притянуть руку обратно к себе. За спиной солдата висел зелёный плащ с розами. – Какая встреча, да, ребятки? Мужчина практически задорно бросил взгляд через плечо, заставив Эрена тяжело выдохнуть. Непонятно, чего было больше в этом выдохе – облегчения или страха. – Ха…Ханесс. Решительно повернувшись в сторону титана, Ханесс оскалился. – Какая встреча. Не волнуйтесь, ребята, я отомщу ему за вашу маму! Выпустив тросы, мужчина ринулся в атаку. Переполняемая его решимость исправить ошибку прошлого, затмевала страх. Резко поднявшись на ноги и выхватив клинки, Микаса пошатнулась. Туловище простреливало резкой болью, но упрямая решимость не покидала голову. Она не хотела наблюдать за тем, как Ханесс убьёт этого титана. Она хотела отомстить собственными руками. Заметив болезненное выражение лица девушки и максимально шатающуюся стойку, Камелия схватила её за запястье. – Стой, дурная. Только себя подставишь. – Освободите руки! – Восклик, который издал Эрен, был практически рычанием зверя, готового к немедленной атаке. Он яростно бился по земле, пытаясь разорвать ткань, сковывающую его предплечья за спиной. – Быстрее! Выхватив последнюю пару лезвий, Мел чётким движением разрезала оковы, позволяя Эрену подняться на ноги. Дрожащий от переполняемой ярости, он сделал пару шагов вперёд, чтобы превращение не убило Микасу и Камелию. В его голове была чёткая цель. Единственное, что в данную секунду имела значение. Уничтожение того монстра, который сожрал его мать пять лет назад. Руки ещё не восстановились. Пальцы не отрасли. Однако это не помешало решительно вгрызться зубами в собственную ладонь. Металлический вкус крови на языке смешался с предвкушением от убийства. Сейчас он превратиться в пятнадцатиметрового титана и тогда они посражаются на равных. Секунда. Вторая. Ничего. Температура в воздухе будто упала до минуса, когда мрачное осознание достигло всех троих. Эрен не может превратиться в титана. – Н-нет… – Эрен неверяще опустил свой взгляд на свои руки. – Нет. Не может быть. Грубо вцепившись зубами в собственную плоть, он дёрнул головой. Вкус крови во рту стал отчётливее, но никаких изменений не последовало. Ничего. Пусто. Нанося себе новые укусы, Эрен услышал короткий звук, который был похож на сдавленный вскрик. Вскинув взгляд, он замер. Улыбающийся титан поймал Ханесса в кулак и теперь медленно подносил его к лицу. Мужчина махал ногами, пытаясь вырваться из крепкой хватки и начиная чувствовать вонь, которая исходила из зубастой пасти. Подорвавшись на ноги и игнорируя острую боль, Камелия сделала несколько шагов вперёд. Пальцы ловко пережали курки, но механизм на поясе лишь жалко скрипнул. Гарпуны не вылетели. Распахнув глаза, Камелия с силой стукнула по металлу. Звон эхом пронёсся в ушах. Вместе с болезненным вскриком и влажным звуком разрываемой плоти. Вскинув голову, девушка замерла. Зрачки сузились практически до мелких точек. Теперь тело – остатки его тела – были зажаты в окровавленном кулаке. Сверху выглядывала светлая макушка и лицо. Оно стремительно бледнело. Ноги и нижней части туловища не было. На их месте висели кишки, оборванные и подтекающие кровью и, казалось, что это растянулось на долгие пару часов, но всё завершилось меньше чем, через пять секунд. Последний взгляд, направленные на ребят, в то время как кровь почти хлестала в такт последнего биения сердца. Она лилась на уродливое туловище титана, окрашивая его. Болезненный дрожащий выдох прозвучал оглушительно. Сейчас Камелия не могла даже определить, чей он был. Микасы, Эрена или её собственный? В прошлый раз она тоже наблюдала. Просто была рядом, когда Энни в человеческом виде перерезала глотку Гюнтеру. Сидела на земле, пока Энни в обличии титана прихлопнула Петру и Оруо. Опять. И сейчас не успела. Просто стояла на земле, пока эта кровожадная тварь уничтожила человека. Хорошим был этот Ханесс. Добрым. Раздавшиеся за спиной крики отдали мерзким вкусом горечи и кислоты, собравшейся на языке. Это тошнит от сотрясения или собственного положения? – Эрен, хватит! – Микаса в ужасе пыталась остановить, казалось, сошедшего с ума парня. Ничего не получалось. Он упорно продолжал кусать руки, словно прямо сейчас готов выдрать кусок плоти своими зубами. – Пожалуйста, Эрен… Камелия упрямо сжала рукояти клинков, противясь желанию повернуться. Оно становилось практически невыносимым, давя изнутри. И раздавшийся спустя пару секунд голос практически уничтожил это жалкое самообладание. – Я…я ничего не могу. – Сокрушённое бормотание Эрена сквозило отчаянием и, взглянув через плечо, Камелия почувствовала, что сердце начало стучать чаще. Глаза парня, направленные на неё, были полны боли, разочарования и беспомощности. Из-за слёз они стали ещё ярче, отражая все эти эмоции. По дрожащему подбородку стекала кровь, крупными каплями срываясь в густую траву. Руки были искусаны и в одном месте виднелась кровоточащая рана. Он не смог превратиться, как ни старался. – Я ничего не могу сделать. Всё бесполезно. Эта беспомощность отравляла всё внутри. Камелия напряглась, стараясь подавить бунтующие чувства. Не сейчас. Совсем не время. Прямо за её спиной сидят её товарищи. Нельзя терять хладнокровия. Просто нельзя. Не сейчас, когда один из самых важных для неё людей, так сидит на коленях. Не перед Эреном. Сидящая рядом с ним Микаса на секунду прикрыла глаза, стараясь взять себя в руки. Смерть Ханесса, человека, который спас их пять лет назад, глубоко ранила и её. По щекам текли тонкие дорожки слёз, которые у неё не получилось сдержать. Она всегда старалась быть сильной. Всегда старалась защитить свою семью. Однако сейчас она могла только обессилено сидеть на траве и надеяться, что она не рухнет прямо в эту секунду. Подняв подрагивающие руки, Микаса обняла Эрена за плечи и уткнулась виском в его плечо. В ответ он подвинулся чуть ближе и накрыл её ладони своей покалеченной рукой, заставив почти судорожно вздохнуть. Теперь взгляд Микасы был направлен на Камелию. Она всё ещё стояла лицом к титану, который в очередной раз уничтожил дорогого им с Эреном человека. Стояла, крепко сжимая клинки, и закрывала их собой. Её суровый взгляд был наполнен всё также холоден, но теперь Микаса увидела там беспокойство. Беспокойство за них. И страх. Смотря на Эрена и Микасу, Камелия сжала оружие ещё крепче. Она не может позволить этому случиться. Она не может допустить смерти Эрена или Микасы, которые сейчас находятся прямо за ней. Они должны сбежать. Должны сесть на лошадь и скакать в сторону стены. Им нужна лошадь. Взгляд быстро скользнул в сторону, тут же натыкаясь на картину, которая навалилась на неё новым болезненным грузом. В паре десятков метров от них, под деревом, были Армин и Жан. Арлерт прижимал к себе бессознательное тело друга и махал мечом прямо перед лицом титана, пытаясь хоть немного сдержать его. Эрен, Жан, Армин, Микаса… В груди потяжелело, словно все органы разом стали монолитным камнем. Мел никогда не думала, что ей опять будет так страшно и больно. Её друзья сейчас в опасности. Только она стоит на дрожащих от усталости и накатывающего страха ногах, сжимая в руках жалкие остатки лезвий. Почему так? Неужели всё напрасно и они так тупо умрут? Тяжёлые шаги улыбающегося титана зазвучали так, словно прошёлся он прямо по голове Камелии. Эти шаги говорили о приближающейся смерти. Теперь это точно конец. Руки, вместе со злосчастными клинками, начали опускаться. Без привода они бесполезны. И она сейчас бесполезна. С губ сорвался почти ироничный смешок. Вот тебе и сильный солдат. Сильный солдат. Эти слова против воли всколыхнули воспоминания. Индивидуальная тренировка с Леви. Одна из самых первых. Тогда он и затронул тему о том, кто такой сильный солдат. … Удар об землю почти вырвал из груди болезненный стон. Однако позволить Леви услышать Камелия не хотела. Она ни за что не покажет, что ей больно и она устала. Этот чёртов упырь никогда не увидит её слабости. Упрямо игнорируя боль, девушка поднялась на ноги и встала в стойку. Рот искривился почти в яростном оскале, а глаза в упор смотрели на стоящего напротив мужчину. Леви слегка прищурился, подозрительно фыркнув что-то себе под нос. Это вызвало новую волну раздражения. – Что вы там бормочите? Словно не заметив абсолютно неуважительного тона, капитан склонил голову чуть вбок. Его взгляд стал чуть более заинтересованным. – Из тебя может выйти сильный солдат. Эта фраза ввела Камелию в лёгкое замешательство. Почему-то от Леви это было услышать…странно. Да, она определённо была сильнее, чем должна была позволять её комплектация, но она упорно работала над собой. Почему самого Леви это так заинтересовало? Что в этом было так странно? – Я достаточно сильная, чтобы свалить какого-нибудь борова с ног. Если вы не заметили. Пренебрежительно махнув рукой, мужчина закатил глаза. – Тц. Сильный солдат не просто силён физически, соплячка. Сильный солдат никогда не сдаётся. – Почти насмешливо обведя девичью фигуру взглядом, Леви качнул головой. – Ты сейчас стоишь на своих двоих только на своём упрямстве, хотя последний мой удар был достаточно сильным, чтобы у тебя была причина не вставать из-за боли. Но ты стоишь и готовишься к новой схватке. – Мужчина почти с уважением хмыкнул. – Сильный солдат это тот, который не опустит руки даже тогда, когда ему кажется, что всё бесполезно. Со временем станет видно – сильный ты солдат или нет… «Когда ему кажется, что всё бесполезно» Прямо как сейчас? Ведь стоять на земле против титана с почти тупыми лезвиями – глупость. Но она ведь стоит. И почему-то сейчас тот холодный взгляд Леви будто зажёг что-то внутри. Упрямство. Глупое и самое безрассудное. Со временем станет видно. Видимо, время пришло. Иначе не объяснить то, как руки резко подняли лезвия обратно, готовясь к неравному бою. Дрожь схлынула, уступая место холодной решимости, поднявшейся словно из-под земли. И почему же ей было так страшно? Ведь в Тросте она точно также понеслась в бой, когда, казалось, надежды нет. Летела над домами прямо в сторону гущи титанов. Бросив последний взгляд на своих друзей, Камелия приподняла уголок губ в кривоватой ухмылке. Это было не веселье. Наверное, последние секунды жизни. Но она не позволит их отнять без боя. – Не нажрался ещё, уродец? – Встретившись взглядом с приблизившимся улыбающимся титаном, Мел презрительно вскинула подбородок. – Давай, протяни свои грязные культи, чтобы я их тебе отрезала! Будто только и ожидая этого предложения, титан склонился чуть ближе, поднимая окровавленную ладонь. Сместив ноги и чуть присев в коленях, Камелия приняла стойку. Чтобы не произошло, но она не даст ему добраться до её друзей. Крепкая рука на плече с силой отвела назад, вызвав недоумение. Спина Эрена оказалась прямо перед лицом, закрывая от окровавленной руки титана. Парень слегка повернул голову, заглянув прямо в распахнутые глаза девушки. Ещё некогда полный слёз, его взгляд стал спокойным и решительным. – Мел, лучше помоги Микасе. Вы достаточно сделали. Я разберусь. Когда Эрен отвернулся, Камелия со свистом выдохнула. Она и не заметила, что просто перестала дышать, когда он вот так просто встал перед ней. Решительно. Без своего прежнего детского упрямства. Удивительно, но ноги послушно задвигались. Неясное спокойствие и доверие отдало приятным теплом внутри, заставив послушаться Эрена. Приблизившись к сидящей на траве Микасе, Камелия откинула в сторону мечи и крепко взяла её за плечи. Раненая девушка поднялась на ноги, дрожа всем телом, но доверительно цепляясь за чужие руки. – Эрен… Тихий голос Микасы, наполненный неуверенностью, вернул Мел в чувства. – Не малыш уже. Будем надеяться, что он знает, что делает. Взглянув в сторону закрывающего их парня, девушки замерли. Покалеченные руки восстановились за секунду, оставив пару цветных искр и маленький клуб пара. Словно и не были они искусаны в мясо только что. Приближающаяся рука улыбающегося титана угрожающие раскрылась. Этот уродец явно был не прочь съесть Эрена, так приглашающе стоящего на земле перед ним. С замиранием сердца Камелия наблюдала за тем, как напряглись мышцы спины под зелёной футболкой, когда Эрен замахнулся рукой. Он стремительно выкинул кулак навстречу раскрытой гигантской ладони и ударил в середину. На секунду всё вокруг будто замерло. А после раздался крик. Крик, который издал Эрен, был таким яростным. На секунду Камелии показалось, что прямо сейчас он превратиться в титана. В того, которым был в самый первый раз. Необузданный и смертоносный. На самом деле, прекрасный в своей первозданной ярости к титанам. И мир дрогнул. Всё вокруг дрогнуло. Происходящее было сравнимо с очень правдоподобной галлюцинацией. Только абсолютный шок на лицах солдат был реален. Титаны, единой рекой, бежали. Они все бросили своих жертв и сосредоточились на одной точке. Топот многочисленных гигантских ног сотрясал землю, но сейчас он не нёс угрозу для людей. Они бросились в сторону улыбающегося титана, разрывая его на части голыми руками. Стоя в оцепенении, Микаса и Камелия с трудом переглянулись. У обеих в этот момент проскочила мысль о том, что они явно не в себе. Только зациклиться на этом не дал Эрен. – Пора уходить. – Тряхнув своих подруг, парень сосредоточено свёл брови к переносице. – Пока мы не их цель. Бежать было трудно. Эрен практически нёс Камелию и Микасу, крепко прижимая к себе. Они обе отдали все силы за этот день и даже собственные ноги с каждой секундой становились всё тяжелее. Прилетевший прямо перед ними титан с грохотом упал, едва не раздавив их. Повернувшись в ту сторону, откуда он был брошен, Эрен яростно распахнул глаза. Райнер упорно не хотел допустить его побега и использовал облепивших его титанов как снаряды. – Да оставьте вы нас в покое! – Новый крик Эрена, обращённый к бывшим друзьям, разнёсся по лугу. – Уходите прочь! Неизвестно, что произошло в эту секунду, но титаны вновь повели себя странно. Они все вновь замерли. Как и пару минут назад. А после – бросились в сторону Бронированного титана. Словно для них и не существовало никого другого здесь. Наблюдая за этим с ещё большим замешательством, Мел подозрительно прищурилась. – Потом расскажешь про своё неожиданное пристрастие к дрессировке титанов, чудище. Качнув головой, выражая то ли согласие, то ли собственное недоумение, Эрен двинулся вперёд. Пока они шли, то ясно смогли себе представить масштаб потерь. Через каждые пять метров лежало то, что осталось от солдат. Ноги, руки, половины тел, залитые кровью. Части внутренностей, которые попадали под подошвы сапог и мерзко хлюпали. Где-то виднелись и передавленные туши лошадей. Это словно был кровавый пир. – Ребята! Оклик заставил обернуться. Приближающиеся Конни, Саша и Хистория были практически чудом, которое на них снизошло. Они махали руками, чтобы привлечь к себе внимание. Конни был один на своей лошади, ведя вторую за поводья рядом. – Вы чёртовы самоубийцы, если решили сбежать отсюда на своих ногах. Чуть нервно улыбнувшись, Эрен аккуратно отпустил Мел. Ловко подсадив Микасу, позволяя опираться грубыми подошвами о свои колени, он помог ей забраться в седло Конни. Парень перехватил её руки и заставил обвить своё туловище, бросив короткий взгляд через плечо. Шутить и веселиться желания не было. Разбитый вид товарищей окончательно сейчас вытравил это. – Микаса, держись покрепче. Едва заметно кивнув, девушка приложила оставшиеся усилия для того, чтобы держаться за Конни. Быстро вернувшись за Камелией, Эрен почувствовал, как у него перехватило дыхание. Действуя на адреналине, подруга не могла так чувствовать свои травмы, но сейчас… Сейчас её лицо побледнело, а брови чуть надломились, демонстрируя то, что ощущение боли начало раскрываться. Лоб стремительно покрывался испариной, а по виску уже стекла капля пота. Девичье тело начало дрожать, будто ей стало совсем холодно. Этот вид вызвал у Эрена почти необъятное беспокойство. Его и самого стремительно покидают силы, но состояние Камелии его беспокоило сейчас куда больше. Внутри возникло зудящее желание обнять её и укрыть. Позволить побыть слабой рядом с ним. Защитить. От титанов и от боли, которую она испытывает. Неожиданные мысли вызвали слабый румянец, замешательство и злость на себя. О чём он только думает посреди поля боя, где их могут сожрать титаны? Он точно слишком сильно приложился головой. Только вот тёплое щемящее в груди чувство при мысли о Камелии, не исчезло. – Коротышка, держись покрепче. – Подхватив несопротивляющуюся девушку, Эрен помог ей забраться в седло свободной лошади. Забравшись следом, он взялся одной рукой за поводья, второй аккуратно прижимая забинтованные руки к своему животу, чтобы Камелия не свалилась с седла. – Постарайся не потерять сознание до того, как мы доберёмся до стены. Сглотнув вязкую слюну, девушка уткнулась лбом между его лопаток. – Потом почешем языка, чудище. Пора валить. Глухой голос лишился привычной холодности и безразличия. Теперь в нём отчётливо слышалась усталость и это подстегнуло Эрена собраться. Было сложно понять, как долго они добирались до стены. По дороге они встречали титанов, но, удивительно, они не обращали внимания на людей, стремительно несясь вперёд. Их словно тянуло в одну точку, но сейчас никто не хотел разбираться в причинах. Раненые и обессиленные, они скакали, надеясь просто не рухнуть от усталости. Гермина словно застыла. Оставшиеся солдаты зажигали масляные лампы и факелы, чтобы продолжать ожидать возвращения тех, кто ушёл на срочную операцию. Услышав звон колоколов, который давал сигнал о том, что солдаты вернулись, Леви почти нетерпеливо поднялся на ноги. Эрена вернули. По-другому и быть не могло. Эрвин бы не развернулся даже в том случае, если бы на поле боя осталась дюжина солдат. Сложив руки на груди, Леви внимательно всматривался в горстку солдат, вернувшихся с боя. Погибло больше половины. Множество раненых. На лошадях едут по два человека, придерживая друг друга. Где в этой кучке находятся его подопечные? Белобрысая макушка Армина, слезающего с лошади вместе с долговязым Жаном, быстро нашлась в сумерках. Чуть в стороне мрачная девочка – Микаса. Нашумевшая своим именем Хистория вместе с Сашей. Поджав губы, Леви стал быстрее скользить взглядом от одного солдата к другому. Где же Камелия и Эрен? Наткнувшись взглядом на тёмную макушку Камелии, мужчина непроизвольно выдохнул. Совсем незаметно, но ощутимо для самого себя. Будто удавку на шее ослабили. Следом взгляд выцепил высокую широкоплечую фигуру, которая еле волочила ноги. Эрвин. Внимание сразу привлекла правая рука. Точнее сказать, отсутствие правой руки. Ближе к плечу бицепс грубо обвязали жгутом, чтобы оттуда не хлестала кровь. Чуть дальше, придерживаясь за своего вездесущего помощника, волочилась Ханджи. Моблит крепко, но аккуратно придерживал её за плечи, помогая двигаться вперёд. Ситуация с солдатами была тяжёлой и требовала вмешательства. – Вы двое. – Леви сделал шаг вперёд, чуть повернув голову к двум разведчикам, чьё состояние счёл достаточно удовлетворительным. – Помогите командору добраться до мед части. Тяжело приподняв голову, Эрвин слабо улыбнулся. – Леви, позаботься о расположении и оказании помощи. Молча кивнув, Леви проследил, как два разведчика, подхватив раненого Эрвина, направились в мед часть. Давалось им это тяжело, но солдаты упорно шли, позволяя их командиру практически навалиться на себя. Удивительно, что он вообще не потерял сознание и хоть как-то пытается передвигать ногами. В обычно равнодушных глазах капитана отразилась целая гамма чувств и эмоций: недоумение, злость, растерянность и едва отличимое беспокойство. Оно пряталось на самой глубине, но всё равно было заметно. Челюсть напряглась, спина вытянулась в одну струну, будто в позвоночник вставили металлический штырь. По поджатым губам быстро скользнул язык, словно Леви в один момент одолела засуха. – Мед часть будет переполнена. Ранения требуют немедленного вмешательства? Или самостоятельно? Твёрдый взгляд, направленный на Мел, и суровый тон не оставлял никаких шансов для скользких ответов. Девушка слабо качнула головой, чувствуя холодные капли пота, стекающие по лицу. – Не могу сказать точно. Секундное молчание, которое служило для определения степени правдивости слов подчинённой, прервалось коротким кивком. Следующим на очереди был Эрен. Быстро оценив бледность кожи и дрожащее тело, мужчина слегка скривил губы. – Эрд, пригляди за пастором. Доведу малявок до медиков, иначе они сейчас прямо тут упадут. И помогу разобраться с остальным. – Мужчина незамедлительно оказался рядом с девушкой, придерживая её за плечи. Её тело оказалось таким вымотанным, что сил на сопротивление не осталось. Леви заметил это с заметным облегчением. Не хватало ещё тратить время на эти тупые препирательства. – Эрен, держись рядом. Если совсем паршиво будет, то хватайся за меня. – Бросив последний короткий взгляд на своих подчинённых, мужчина сосредоточился на изучении состояния солдат. Необходимо распределить их. Врачей на всех не хватит. – Моблит, бери свою начальницу и в мед часть. Скажи им готовить все койки. Солдат коротко приложил кулак к груди и обернулся к Ханджи. Женщина вскинулась, но тут же согнулась пополам, хватаясь за свои бока. Она достаточно сильно приложилась ими и получила довольно болезненные ожоги. – Мне не нужно. – Усталый, почти замученный голос, прозвучал сипло и тихо. – Эрвин… – Он уже у медиков, очкастая, и большего мы сделать не можем. – Сейчас он самый функционирующий офицер и ему необходимо предпринять первостепенные меры. – Раненые в мед часть. Те, кто отделался ушибами и ссадинами, подождут до завтра. Распределитесь по казармам и отдыхайте. Следующие полчаса прошли ломано. Распределение солдат, отвод лошадей в конюшню, сортировка снаряжения и отметки о тех, кто прибыл, а кто навсегда остался за стенами. Всё это походило на крутящееся колесо событий, которые наслаивались один за одним. Убедившись, что все солдаты распределены должным образом, Леви решил не сразу вернуться к Эрду и Нику. Внутри свербило навязчивое желание узнать о состоянии его двух бедовых подчинённых. Твёрдо ступая по полу, Леви нехотя подумал о том, что он хочет узнать о состоянии Камелии больше, чем о состоянии Эрена. Она выглядела очень болезненно. Будто её пропустили через скотобойню. Воспоминания о бледном лице и рассеянном взгляде заставили дыхание сбиться. Совсем незначительно для обычного человека. Но для капитана Леви, сильнейшего солдата человечества, это было сравнимо с ударом молнии. Остановившись возле нужной двери, мужчина остановился и прислушался. Возможно, ему сейчас совсем не стоит заходить. – Камелия, ты отлично справляешься. – Почти ласковый голос медсестры раздавался сквозь сдавленные глухие хрипы. – Скоро полегчает. Зайдя в палату, не удосужившись даже постучать, Леви на секунду замер. Комната пропахла травянистым терпким запахом, смешанный с металлической кровью и чем-то, что было похоже на кислоту. Фенол? Типичный запах, который стоит в мед части их штаба после каждой вылазки и не он стал причиной короткого ступора. На дальней из четырёх кроватей находилась Камелия и подходя туда, Леви с усилием смог сдержать маску равнодушия на лице. Она лежала на животе, уткнувшись лицом в подушку и стоически стараясь не шевелиться, но дрожь всё равно пронзала всё тело. По обеим сторонам от кровати находились медики. Врач и медсестра, голом которой Леви услышал ещё из-за двери. Женщина мягко сжимала девичье предплечье одной рукой, а второй прижимала мокрый кусок марли к спине. Врач – мужчина лет пятидесяти – орудовал обеими руками, одной смачивая марлю и промакивая ею заднюю часть бёдер, а второй держал в руках массивный пинцет. За эти полчаса они успели только снять сапоги и всю экипировку. Судя по паре рваных полос, проходящих по пожелтевшей ткани, удалось это с некоторым трудом. Кофта была разрезана и единственным, что от неё осталось, был грязный кусок, прилипший к спине. С брюками дела обстояли также. Сейчас эту ткань смачивали, чтобы можно было легче оторвать от пострадавших участков. Пока что незначительная часть была удалена на одном бедре. Руки и ноги покрывали синяки. Крупные. Почти чёрные. Почувствовав короткую дрожь в кончиках пальцев, Леви поспешил их сжать в кулаки. Картина перед глазами была столь болезненной, что сердце на секунду сжалось от жалости. Медсестра, почувствовав появление нового человека в палате, бросила на Леви короткий взгляд. Её сосредоточенные глаза, контрастировали с ласковым тоном, которым она пыталась отвлечь Камелию. – Капитан Леви, вы рано пришли, если хотели узнать о состоянии Камелии. Пока что мы только освобождаем повреждённую кожу. Подойдите утром. Чуть прищурившись, мужчина подошёл ближе к койке, становясь рядом с изголовьем. Теперь он мог разглядеть и лицо девушки. Болезненно бледная кожа, которая блестела от выступающего пота. Скулы и челюсть напряжены до предела, а глаза плотно закрыты в попытке справиться с плавающим видом. – Не цацкайтесь так с ней. – Почти суровый тон голоса Леви заставил врача на секунду замереть. – Тц. Только время тянете. Дайте ей успокаивающую настойку. Или пусть глотнёт спирта. Это же военный госпиталь. Врач, мужчина чуть старше самого Леви, выпрямился и вскинул подбородок, на котором виднелась аккуратная бородка. Рука, с вымоченной тряпкой в ней, почти грозно приподнялась. Он будто готов был ударить хамоватого капитана по лицу, и его мало что могло остановить. – Доктор Адам. – Представившись, врач склонил голову чуть вбок. – Капитан Леви, наша задача помочь, а не навредить и мы это делаем. Скоро подействует кодероин и тогда мы сможем работать быстрее. Сейчас это грозит ей болевым шоком, который всё усугубит. Не дожидаясь ответа, мужчина вернулся к прежнему занятию, тщательно вымачивая ткань. Услышанное заставило Леви напрячься. Он прекрасно знал о кодероине. Эта наркотическая дрянь продавалась из-под полы в столице и чаще всего находилась именно в военных госпиталях. Ассоциации с кодероином у Леви исключительно отвратные. В Подземном городе его использовали не в медицинских целях. Дешёвое развлечение для отбросов. Глядя на постепенно расслабляющуюся Камелию, Леви невольно окунулся в те мерзкие воспоминания. Как будто только пару часов назад он проходил по грязным улицам и видел местную шваль, которая привалилась спиной к грязной стене. Сломленные, серые, заторможенные. Они разговаривали сами с собой и часто засыпали прямо посреди слов, роняя голову на грудь. Уходили в свой тупой грязный рай. Взгляд зацепился за короткие движения девичьих пальцев. Она будто пыталась что-то почесать. Это вызвало у Леви ощущение тошноты. Ещё один симптом кодероинового отравления. Зуд. Нестерпимый. Те наркоманы всегда раздирали себе уши, шеи и щёки до кровавых полос, пока сквозь их гнилые зубы беспрерывно текли слюни. Прикладывая усилия, Леви перевёл взгляд на лицо Камелии. Теперь её глаза были открыты. Она внимательно вглядывалась в него. Насколько ей позволял наркотик в организме. Серо-голубые глаза стали более стеклянными, а зрачки сузились практически до состояния точек. Несмотря на то, что над её спиной начали работать усерднее, явно стараясь завершить процесс быстрее, Камелия не реагировала. Или усиленно делала вид. Весь её жалкий вид вызывал внутри Леви яростное отвращение. Он никогда не хотел увидеть следы грязных трущоб на своих солдатах. Но сейчас наркотик необходим. Чтобы обработать эти раны и Камелия просто не сошла с ума от боли. Сама девушка отчаянно цеплялась за своё плывущее сознание. Засыпать она не хотела, но мир плыл перед глазами. Фигура Леви размазывалась, будто ком грязи в воде. Спину жгло при каждом новом прикосновении, но реагировать на это не было сил. Хотелось, чтобы эта боль просто растворилась. Было стыдно. Стыдно за то, что прямо сейчас она в таком уязвимом состоянии и ей пришлось принять наркотик, чтобы пережить процедуру. Что Леви видит её такой слабой и беспомощной. Глухое раздражение поднялось в груди, заставив тихо выдохнуть сквозь расслабленные губы. Горький вкус всё ещё ощущался на языке, создавая ощущение несмываемой грязи. Она тоже прекрасно знала о кодероине. Она тоже прекрасно помнила людей, которых видела в Подземном городе. Сломленных и абсолютно не сопротивляющихся своему положению. Она никогда не хотела оказаться на их месте, с презрением относясь к наркотику. Камелия понимала, что Леви тоже думает об этом. Он не мог не думать об этой мерзости, ведь рос там же. И сейчас он наблюдает за этим. Наблюдает за тем, как она становится всё больше похожей на тот мусор. Будет ли он относиться к ней по-прежнему? Или теперь она в его глазах скатилась до уровня грязи? Все эти туманные размышления позволили более или менее спокойно пережить процесс обработки ожогов. Об этом Камелия подумала уже в тот момент, когда медсестра начала аккуратно приподнимать её. Женщина явно недооценила вес девушки, которая выглядела очень уж миниатюрно. Молча наблюдая, Леви аккуратно подхватил Мел за плечи и приподнял, уводя взгляд в сторону. Расслабленные мышцы под пальцами мгновенно напряглись и девушка попыталась дёрнуться, но попытка оказалась провальной. Мужчина всё также аккуратно удерживал её, помогая принять положение сидя, чтобы врач смог наложить бинты. Сейчас уж точно не время смущаться из-за оголённой груди. Будто ему есть до этого какое-то дело. Бросив короткий рассеянный взгляд на лицо Леви, Камелия тихо выдохнула, почувствовав облегчение. Голова мужчины была отвёрнута в сторону, пока руки создавали ей надёжную опору. И это вызвало щемящее тепло внутри. Слабое, но легко ощутимое в разморённом сознании. Каждый новый слой бинтов вырывал сдавленное мычание, а лепетание медсестры над ухом, которая явно видела в молодой девушке-солдате ребёнка, раздражало – Если не хотите потом подтирать остатки сух-пайка из моего желудка с пола, то прекратите бухтеть. Тошно. Немного невнятное и капризное ворчание, которое должно было звучать как угроза, почти заставило Леви издать смешок. Пришлось подавить его, оставив где-то в грудной клетке, но уголок губ на секунду дрогнул. Опешившая медсестра на секунду приоткрыла рот, чтобы отчитать Камелию, но обратив внимание на изнемождённое лицо, сдержалась. Когда врач затянул последний узел, проверив плотность наложенных бинтов, Камелия едва заметно выдохнула. Сейчас ей просто хотелось лечь, закрыть глаза и хотя бы на пару минут ничего не делать. Продолжая придерживать девушку в сидячем положении, Леви аккуратно поддел край тонкого одеяла, накидывая его на голые острые коленки. Не хватало, чтобы ещё и простудилась. Делая последние пометки в карточку, Адам свёл брови к переносице. Эту часть своей работы он особенно не любил. Отчитываться о травмах и давать рекомендации по лечению. Молодые солдаты всегда слишком оскорблённо реагируют на запреты. – Ожоги первой и второй степени на спине и задней части бёдер. Половина из них повреждена. Часть верхнего слоя кожи пришлось удалять вместе с тканью. Состояние усугубило седло и ремни. Обширная гематома на спине. Вероятно, лёгкое сотрясение. Повреждение ногтевых пластин на руках. – Оторвавшись от своей карточки, мужчина бросил спокойный оценивающий взгляд на пациентку. – И стандартный набор. Ссадины, синяки. Девушка выносливая, раз смогла продолжить вести бой и со всеми травмами попала сюда в сознании. Думаю, на первичное восстановление уйдёт неделя. Полное восстановление, вероятно, займёт около месяца. Первую неделю постельный режим, мази, успокаивающие настои, и никакого душа. Тёплая вода и обтирания. – Задумчиво почесав бородку, Адам медленно кивнул, словно подтверждая свои собственные слова. Леви, внимательно слушая, свёл брови к переносице. Поездка завтра обещает быть неприятной, мягко говоря. – Марта, подготовьте бинты, спирт, мазь и чистый пинцет для рук. Женщина отошла в угол палаты, доставая заготовленные материалы. Взглянув на повреждённые руки, Леви недовольно цокнул языком. – Тц. Идите к остальным. Я сам обработаю руки. Врач недовольно вскинулся. – Капитан Леви, мы… – У вас ещё куча работы и другие солдаты, которые корчатся на койках. – Чуть вскинув подбородок, Леви прищурил глаза. – Не первый раз. Проваливайте. Спокойный, но в то же время, угрожающий взгляд, не оставил медикам и шанса. Стоило двери закрыться, погружая палату в тихое сопение трёх солдат на койках, как Леви глубоко вздохнул. Он понимал, что ведёт себя совсем не так, как должен. Даже в его новом мастерстве по придумыванию оправданий для своих действий, не находилось достаточно веской причины для того, чтобы выгнать врача. Больных действительно хватает, но они все распределены и часть из них уже дрыхнет на своих койках. Присмотревшись к Камелии и убедившись, что она может сейчас сидеть самостоятельно, мужчина отошёл в сторону небольшого столика, где лежало всё необходимо. Столик был на колёсиках, что позволило тихо подкатить его ближе к кровати. Откупоривая баночку со спиртом, Леви скосил короткий взгляд на девушку, мимоходом обратив внимание на то, что из-за действия наркотика, она не спешит спорить и ругаться. Обработав руки, мужчина подхватил пинцет, полностью разворачиваясь в сторону Камелии. – Ты как, Мел? Глядя на чёрную макушку девушки, Леви почувствовал желание утешающе потрепать её ладонью, но пальцы лишь дрогнули. Сейчас она, конечно, не отгрызёт ему руку. Как ему стоило бы надеяться. Но яда нацедит на целую роту здоровых лбов даже в наркотическом опьянении. – Жить буду. Недовольно закатив глаза, Леви пододвинул стул ближе к кровати и присел. Перехватив одну руку, он начал методично снимать бинты, стараясь причинять как можно меньше боли. – Хватит строить из себя героиню. Сейчас ты развалина, которой нужно отдохнуть и не паясничать. Безучастно наблюдая за тем, как пинцет начал орудовать в том, что осталось от ногтевых пластин, Мел фыркнула. После измывательств над спиной, это было легко. Туман в голове действенно пресекал болевые ощущения. Собственно говоря, как и возможность думать над собственными словами. – Договорились, папуля. Осознание сказанного дошло до мозга с явным опозданием. Липкий холодок пробежался вдоль спины, огибая позвонки, и растёкся где-то в горле. Сохранить равнодушие стало самым важным действием и, вероятно, у неё получилось. Шутка находилась на тонкой грани, чтобы не сорваться самой. Лицо Леви не изменилось, но глаза он закатил. Устало. Демонстрируя реакцию на язвительность Мел. И при этом, старательно игнорируя то, что ритм сердцебиения ускорился. Совсем немного, но ощутимо. – Тц. Соплячка, какой я тебе папуля? Чуть прищурившись, Камелия замерла. Сейчас мужчина совсем не смотрел на её лицо, которое многое могло ему сказать. Предвкушение от собственных слов скрасило волнение. – Думаю, что довольно дерьмовый. И эта фраза ударила сильнее, чем ожидалось. Чем Леви мог предполагать. В голове сразу материализовался образ Мадлен. Грязной и кричащей ему в лицо о том, что он убил их дочь. И он сам. Более молодой. Бегущий от ответственности. Предавший своего ребёнка. Следующие полчаса никто из них не нарушил молчания. Запах спирта и травянистой густой мази забивал ноздри и проникал в лёгкие. Леви с особый усилием старался сосредоточиться на нём, чтобы перестать чувствовать фантомный запах сточных канав трущоб. Окончательно разморенная Камелия уже с периодичностью закрывала глаза, будто готова было уснуть сидя. Лишние мысли покинули голову и теперь в сознании царила спокойная пустота, заполняемая лишь попытками не уснуть раньше времени. Завязав последний узелок, Леви выпрямил спину, почувствовав неприятную ноющую боль в шее. Пришлось аккуратно повернуть голову, чтобы разогнать застоявшуюся кровь. – Завтра поедешь в повозке. – Поднявшись со стула, Леви убрал столик на место. Тихий скрип койки позади, дал ему понять, что Камелия легла и ему нужно уходить. – Отдыхай. День выдался достаточно насыщенным. Не дожидаясь ответа, Леви затушил горящую масляную лампу и тихо вышел из палаты.