Недомуж

- Да ты шутишь, - возмущенно врывается в кабинет омега. Все бесы проснулись внутри, недавно услышанная новость не даёт покоя. “ Да как такое возможно, черт возьми,”- думал Джин. Об этом все новостные форумы кричат, а он сам только узнал. Первоначальным желанием было снести к чёртовой матери этот шикарный кабинет отца, а потом, не смотря на то, что он является отцом, влепить ему несколько пощёчин. Да у него крыша просто слетала. - И тебе привет, дорогой, - спокойно ответил мужчина в сером, идеально отглаженном костюме, который занимал свое место за рабочим столом. То, что омега так вломился в его кабинет - это обычное дело, поэтому он даже бровью не повёл. Джин всегда так врывался в его кабинет, будь он один, не один или было совещание. Как цунами приходит и как ураган уходит. Обычное дело, конечно. - Отец, это же ложь, да? – с надеждой смотрит на мужчину омега, который все так же сидит с невозмутимым лицом, чем ещё больше раздражает. – На самом деле помощник Чан не это имел ввиду? – с надеждой спрашивает. - Это не ложь, Джин, и чем быстро ты примешь это, тем быстрее свыкнешься, - спокойно ответил Намджун, продолжая разбирать свои документы, даже не взглянув на свое дитя. - Отец, - предупреждающе произнёс Джин, чем заставил поднять на себя суровый взгляд отца. Тот самый взгляд, от которого всегда по спине холодок бежит. - Сухен, принеси мне кофе, - нажав на кнопку чёрного рабочего телефона, который стоял на углу рабочего стола, распорядился, откинувшись назад на спинку большого удобного кресла, понимая, что от головной боли не сбежать, - кажется, разговор будет длинным, - скрестив руки на груди, теперь уже не отрываясь, смотрел на своего сына. Этот пыл не так-то легко усмирить, и только бог знает, что ему придётся сказать, чтобы этот ненавистный огонь, который готов разгореться больше, утих в его глазах. - Что ты делаешь, ты хоть в курсе? - Вполне, - сухо отвечает. – А что тебе не нравится? - Отец, не нарывайся, я же тут все снесу, - раздражённо фыркнул омега, до сих пор ища в глазах отца ответы, который он вслух не произнесет. - Прошу, - разводит руки по сторонам, показывая на свой кабинет, - мой кабинет в твоём распоряжении. Делай, что хочешь, - даже если разушит его кабинет, то не угомонится. Он даёт омеге зелёный свет на крушение. - Я тебе не товар. Захотел - продал, не захотел - оставил или избавился. Я твой сын, как ты можешь так унизить меня перед всеми? - Брак - это унижение? – также вопросительно посмотрел на сына, изогнув бровь. - Но какой брак и за какого человека, - этот цунами, который был внутри омеги, никак не давал с спокойной головой принять эту правду. В голове не укладывалось, как такое возможно. Он же его сын, он же говорил, что любит его. Где тут любовь? Продать своего ребёнка за состояние и сделки - это не любовь. Срать он хотел на такую любовь, пусть даже если это любовь отца. Потому что отцы так не поступают. - А что в нем плохого? Он молод, красив, умен, успешен. Я не вижу причин, чтобы отказать ему, - спокойно отвечает мужчина. - Он калека. Он, блять, инвалид. Ты этого не знаешь? Он в коляске, пап, - в истерике бился Джин, чувствуя влагу в глазах. Он совсем не такого хотел. Родиться в богатой семье с золотой ложкой во рту – это зависимость от родителей. Всё люди без исключения желают такую жизнь, как у него, но не знают, что там в семье происходит, чем Джин за это платит. Да, конечно, это безусловно круто, быть наследником огромного состояния, но платить за это своей свободой и желанием выбора слишком жестоко. Он с рождения был готов, что его продадут, как раба, а иначе это другими словами и не назовёшь. Продадут за успешного бизнесмена, чтобы ещё сильнее укрепить свое состояние и удержать свое место среди конкурентов, но замуж за инвалида - это издевательство. Это чистого вида издевательство. Да ему проще умереть, чем стать супругом какого то инвалида, хоть и богатого, которого он впринципе вообще не знает. Да, он избалован, живёт в лакшери условиях, не успевает он рот открыть, как получает самое лучшее и дорогое, но это не то, чего он всегда хотел. А Джин всего лишь хотел чёртовой любви, которой не видать больше. До сегодняшнего дня эта любовь не встречалась ему, а сейчас, после бракосочетания, обойдёт его стороной, чтобы он уж наверняка страдал в этом браке. Должен был быть хоть кто-то, кто полюбил бы его, несмотря на его состояние, и спас бы от этого рабства. Ой, точнее богатства. Но нет. Нет такого. Всем лишь нужны его деньги и благосклонность его отца. Но все равно в нем жила хоть какая-то надежда, а сейчас и её отняли. В дверь стучат пару раз, и в кабинет входит бета лет тридцати пяти в рабочей одежде. Мило улыбаясь омеге, ставит чашку в гробовой, давящей тишине и уходит прочь. Тут, в этой атмосфере, среди этих двоих, находиться страшно, минуту назад в кабинете почти орал господин, на что тот басистым голосом спокойно, невозмутимо отвечал, а сейчас тишина, и она настолько съедающая, что кожа вон лезет. Секретарь выходит, тихо закрыв за собой дверь, и Джин шумно начинает дышать, с каждой минутой раздражаясь все сильнее, пока отец спокойно отпивает свой горячий чёрный кофе. Он всегда отличался своим терпением, нравом и спокойствием, но сейчас это крайне возмутительно. Он не должен так спокойно сидеть, попивая кофе, когда у его сына буря внутри. - Ну, и? - Почему ты так спокоен? Я тебе говорю, что он инвалид, и ты хочешь, что бы он был моим мужем? – с недопониманием смотрел на него, еле сдерживая в себе слезы и крушение этого кабинета, и срать, если отец захочет за это наказать. - Ты его увидишь, тебе он понравиться. В свое время за его сердце миллионы омег бились, даже сейчас нехило отбивается, - хмыкнув, говорит мужчина. - Срать, я за него не выйду! Пусть Тэхен выходит! – Бросает омега. - Выйдешь! – что-то изменилось в его глазах. Его спокойные стеклянные глаза превратились в черную пропасть. Видимо, теряет терпение. Он никогда не любил, когда против него шли. – Причём тут твой брат? Он младше тебя и учится в медицинском. - Это даёт тебе право любить его больше? – возмущается Джин. – Ему достаточно лет, чтобы выходить замуж. - Джин, не выводи меня из себя! Я договорился с ним, он хочет тебя, - раздражаясь, говорит мужчина. – У Тэхена есть парень, и ты знаешь нашу ситуацию. - И что? Это было, когда он был маленьким, должен же он заплатить нам за то, что ты даёшь ему. - Джин! – впервые повышает голос мужчина, злясь на своего сына. - Ты меня не заставишь, а если заставишь, то на следующий день найдёшь мой труп, но я за него не выйду, - опасаясь его сурового вида, Джин пытался сдержаться, чтобы не терять позиции. - Это взаимовыгодное сделка и для его осуществления нужен мне ты. Это фиктивный брак. Всего на три года, и выйдешь за него ты, - пальцем тычет на Джина. - Что? Почему три? Почему не год? Зачем ты так со мной? – Одинокая слеза потекла по нежной щеке омеги, оставляя после себя мокрую дорожку. Обидно. - Он толстосум, несмотря на его молодой возраст, он занимает первые места в списке Форбс, рейтинги на продажи с каждым днем повышают пределы, делая его самым богатым миллиардером в мире, он удовлетворяет не только Корею, в его кармане вся Европа и Азия. А ему всего двадцать девять, его даже эта трагедия не сломила. Он крупная рыба, за которой гоняются все из высших кругов, - его зрачки расширились, он принял более активное положение, загораясь своими словами. Это его возбуждало, он видел только свою выгоду. – Мне нужна это сделка. И ты дашь мне эту сделку. Если сам не пойдёшь, лично отведу. Поэтому не заставляй идти на крайние меры. Не заставляй меня тебя обижать, когда я тебя прошу. Я хочу выйти в Европу, он может мне это дать. - Моей ценой? – вопрос остался открытым, его просто проигнорировали. - Я же сказал, либо ты – либо тебя. Разговор закончен. Дата свадьбы определена, подготовка к свадьбе уже началась. А ты иди и познакомься со своим будущим мужем, и попытайся найти к нему подход, - смахивая с себя напряжение, снова тянется к своим документам, будто там нет его сына. Всегда последнее слово за ним, он свое сказал, даже не спросив Джина, а к изменениям его решения не подлежат. - Ты меня ещё к нему в постель выкинь, я же тебе не сын, - обиженно говоря, захлопнув дверь с силой, вышел Джин, оставляя после себя осадок ярости и разочарования. - Чан, подкрепи к нему слежку и охрану. Закройте выездные дороги и в аэропорт, вокзал и в судно не пускать, - распоряжался, сидя на своём кресле, замечательно зная своего сына, как свои пять пальцев. Он от и до знает все его шаги и ход мыслей, поэтому в этот раз так легко его отпустит. - Понял, господин. *** Он сказал правду, подготовка к свадьбе идёт полным ходом. Уже арендован свадебный зал, заявка в загс подана, на подготовку меню, помещения и свадебного платья наняты люди. Все занимаются своими делами, оправдывая свои полученные деньги. Будто не его свадьба, а какая-то чужая, а его участия в его же свадьбе - ноль. Через каких-то жалких несколько дней состоится церемония бракосочетания. - Выходи, поедем выбирать кольца, - пришла смска, пока Джин смотрел на всю эту суматоху. Эта смска вызвала лишь ухмылку на лице Джина. Он ещё смеет писать Джину, подумал наследник. Никогда в жизни он не пойдёт с этим инвалидом выбирать кольца. Лучше умрёт, чем покажется на публике с этим калекой. Джин был и есть один из востребованных омег, который выбирал для себя партнёра очень требовательно. Даже если на одну ночь. Рядом с ним всегда должен стоять красивый, богатый, сложенный парень, чтобы он подчёркивал его красоту и востребованность. Возможно, он и был красивым и успешным, когда - то далеко в прошлом, но сейчас он прикован к инвалидной коляске, чем принижает себя. Чон Чонгук – двадцатидевятилетний успешный бизнесмен в изготовлении бриллиантовых и изумрудных изделий. У которого на счету десятки ювелирных сетей в странах Европы и Азии. Самый молодой бизнесмен, сорвавший джекпот, хоть и сирота. Перед зданием, где через два дня состоится его свадьба, стоит чёрный Майбах, привлекая все внимание к себе. Заднее стекло опускается и перед Джином медленно начинает появляться лицо молодого бизнесмена, с кем омега будет состоять в законом браке. Стекло полностью опускается, и сейчас он может полностью рассмотреть столь красивое лицо молодого бизнесмена. Светлая, чистая кожа, средней густоты чёрные брови, большие оленьи глаза, слегка крупный нос и чуть тонкие губы, в уголке которых поблескивает колечко. На нем была серая рубашка с чёрным галстуком, поверх которой идеально сидел чёрный костюм со светлыми линиями. Короткостриженные чёрные волосы, которые шикарно уложены в правую сторону. Это был он. Хоть Джин его раньше и не видел, его сложно не узнать, об этом весь его образ кричит. - Будет весело, Чим, - улыбается Чонгук в предвкушении предстоящих событий, когда Джин, взяв свои ключи от Бентли, уехал. *** - Хей, Джинни, это правда? – плюхается рядом омега, закручивая на палец прядь волос. - Ты в курсе, что попал? – садится второй омега, поправляя свой вид. - До сих пор не могу поверить в это, - недовольно фыркает Джин, пальцем призывая бармена. – Мне что - нибудь покрепче, - говорит омега, и бармен, кивнув уходит, чтобы быстрее принести заказ.. - У меня есть план, Джин, - говорит один из омег, что Джин переводит на него взгляд, понимая, что друг подскажет, как избавиться от этого всего. - Поконкретнее, - закинув ногу на ногу, интересуется, пока другой улыбается, начиная рассказывать свою идею, которая, как бальзам, растекается по душе Джина, и он довольно облизывает свои губы. – Мне нравится, договорились, - чокаются омеги теперь уже с улучшенным настроением.