Слова бьют очень больно

В комнате для танцпрактик было душновато. Кондиционеры работали на повышенной мощности, усиленно стараясь исправить положение. Парни с хореографом работали над новым танцем без перерывов часа три и основательно выдохлись. Наслаждаясь заслуженным отдыхом, они развалились по всему помещению тяжело отдыхиваясь и еле как перебирая конечностями. Близилось время обеда и с разных сторон кидали варианты того, что можно было бы заказать. Макнэ предлагали жареную курочку и газировку, старшие топили за что-нибудь более полезное и жидкое, мисо-суп к примеру. В обсуждениях не участвовал только необычно хмурый и молчаливый Хосок, что чуть поодаль сидел и большими глотками допивал уже вторую бутылку воды. Среди приглушенно звучащей музыки и умирающих голосов, зазвучал рингтон телефона. Джун со второй попытки непослушными пальцами попал по сенсору, даже не глядя принял вызов. — Алло? — однако в следующую секунду выпрямился в своем углу и бросил быстрый взгляд на Хоби, — Хана? Чем обязан? При упоминании девушки остальные синхронно кинули взгляды на товарища. Хосок буквально на мгновение подвис, но после с деланно сосредоточенным видом начал перешнуровывать кроссовки. Джун вернулся к разговору. — Что говоришь? Подожди, не слышу. Сейчас в коридор выйду. С этими словами он вышел тихо прикрывая за собой дверь. Странная тишина повисла в комнате, даже Чонгук почувствовал давящие волны от хена и не рисковал высовываться. Юнги только головой покачал на друга. А не было бы всех этих страданий зазря, если бы Хо умел держать себя в руках. Теперь сидит и хмурится уже второй день на всех и каждого. Вечер среды Ближе к шести Хосок припарковался у здания, в котором у Ханы проходили занятия фитнесом. Она говорила, что заканчивает и просила забрать, чтобы вместе поехать домой. Он приехал чуть раньше. Парень вытащил ключи из зажигания и поставив машину на сигнализацию, решил зайти. Идя по коридору и с легким любопытством оглядываясь, он заметил свет и услышал ритмичную музыку из нескольких еще работающих залов. Сквозь прозрачные стекла было видно как занимаются люди — кто с энтузиазмом, а кто уже на последнем издыхании. Нужный ему находился в конце коридора, к нему он и направился. Взявшись за ручку двери он поднял взгляд именно в тот момент, когда мужчина, по всей видимости инструктор, аккуратно положил руку на бедро Его девушки помогая Хане зафиксировать правильное положение. После чего не убирая руки проследил, чтобы девушка выполнила движение. Та как ни в чем не бывало сделала, что от нее требуется и продолжила внимательно слушать. Пальцы сцепившиеся в ручку двери побелели на костяшках. Рывком дернув ее на себя, Хосок зашел в комнату гораздо резче, чем планировал. Оба удивленно на него уставились, но спустя мгновение растерянности, Хана ярко ему улыбнулась. — Хоби, ты уже приехал. Она выпрямилась, отходя от инструктора, Чон был готов поклясться, что заметил разочарование на его лице. Скрип его зубов заглушала легкая музыка, что доносилась из динамиков под потолком. — Подождешь меня минут десять? Я быстренько. Парень молча кивнул и вновь вышел в коридор. Он глубоко задышал пытаясь успокоиться. Музыка за спиной стихла, послышался короткий диалог, после чего дверь снова открылась выпуская двоих. Мужчина кинув на него последний взгляд ушел ничего не говоря, а Хана еще раз пролепетав, что скоро вернется, убежала к раздевалкам. Он вернулся к машине, в надежде, что прохладный ветер вернет ясность ума. Он сам себе удивлялся, тому, как сильно его выбила из колеи вся ситуация. Поползновения этого извращенца в сторону любимой. И как часто он такое себе позволяет? Со всеми ли? Или Хосоку выпала честь быть тем, на чью девушку он польстился. Но больше его разозлило то, что Хана в этом ничего такого не увидела. Она просто позволила ему так к себе прикасаться, будто это в порядке вещей. Будто каждому это позволено. Он начинал заводиться все сильнее. Надо утихомирить пылающую внутри злость, иначе может наломать дров. Через пару минут вышла Хана. Все еще мило улыбаясь, кинулась с объятьями щебеча о том, как соскучилась. Парень обнял в ответ, что-то отвечая на автомате, потому что в голове снова возникла картина из зала, заставляя заводиться по новой. Хосок резко отстранился. Хана смотрела на его хмурое выражение лица в недоумении. Она на пробу спросила. — Все в порядке? Чон медлил с ответом. — Все замечательно. Можем ехать. Направился к двери машины и снял блокировку. — Мне почему-то так не кажется. — голос звучал встревоженно — Что случилось? Хоби ответил преувеличенно весело. — О, ничего такого. Ничего, кроме того, что моя девушка позволяет какому-то левому мужику трогать ее, где захочется и считает это нормальным. Таки сорвался. От злобы в его словах, Хана отшатнулась как от удара, в шоке распахивая глаза. — Хосок, что ты несешь? Не было такого! Он с силой захлопнул приоткрытую дверцу авто и приблизился к застывшей девушке. — Не было? А что я тогда видел там? Он рукой указал в сторону фитнес-клуба. — Этот недоумок тебя лапал, а тебе хоть бы хны! Озадаченная его претензией, она пыталась вспомнить об эпизоде, что он упомянул. Хана замахала в отрицании руками. — Ты все неправильно понял, он не лапал меня, а помогал с упражнением, клянусь! Сегодня все занятие у меня что-то да не получалось и он устав это наблюдать, решил помочь, на этом все. Казалось Хосока эти слова совершенно не убедили. Его несло. — Знаешь то, как он оказывал свою «помощь», — издевательские кавычки, — далеко от приличного. Если бы я не появился неизвестно как далеко вы зашли бы. Судя по тому, что я видел ты была очень даже не против того, чтобы он показал еще пару других упражнений и возможно даже у него дома… Звук пощёчины разрезал тишину сгустившегося вечера. Хана сжала занесенную ладонь и со слезами обиды на глазах взирала на парня. — Не смей говорить подобные вещи. Не смей обвинять меня в ветрености из-за высосанного из пальца случая. Это низко. — она шмыгнула, силясь не расплакаться окончательно, — Я никогда тебе не изменяла. Да я скорее умру, чем поступлю так с тобой. Затрещина повлияла на взбаломутившийся разум и Хосок начал приходить в себя. Осознание в чем он ее только что обвинил обрушилось ушатом холодной воды. Силясь исправиться, извиниться, он только и смог, что сделать крохотный шаг к девушке, обессиленно шепча имя. — Хана, я… Она отступила назад и покачала головой. Будто говоря этим жестом, что не хочет, чтобы он к ней приближался. Она отвернулась, быстро утирая покатившиеся слезы. — Поезжай домой один. Я сегодня заночую у Дами. Хана поудобнее перехватила спортивную сумку и быстрым шагом ушла в ночь. Хосок так и остался стоять на месте, придавленный грузом вины. Сегодня Выйдя в коридор Намджун столкнулся со стоящей чуть дальше от двери Ханой. Та прижимала телефон к уху и еще не успела его заметить. В руках у нее был крафтовый пакет. Парень убрал трубку в карман и двинулся к ней. — Привет еще раз. Девушка обернулась к нему тоже убирая телефон. — И тебе. Надеюсь не сильно отвлекла. Парень ободряюще улыбнулся. — Совсем нет, мы как раз прервались на отдых. — он махнул в сторону зала, — Ты что-то хотела? Хана переступила с ноги на ногу и неловко протянула ему пакет. — Передай это Хоби, пожалуйста. Намджун взял его. — Он сегодня не завтракал. Судя по тому, что в холодильнике еще стоит приготовленное мною мясо, то и не ужинал вчера. — она отвела взгляд в сторону и неловко сунула руки в карманы широких джинс, — Там обед для него и панкейки на всех, надеюсь они вкусные получились. Ким смотрел на нее участливо и даже с долей жалости. Хосока хотелось прибить. — Может я его позову, вы поговорите и ты сама ему отдашь? Она покачала головой. — Не надо. Не думаю, что он хочет меня видеть. Просто передай. Заранее спасибо. Ребятам привет от меня. Хана махнула на прощание рукой и направилась к лифтам. Намджун проводив ее взглядом, вернулся обратно. Все уставились на него, когда он войдя в помещение, направился сразу к Хосоку. Тот подобрался. Ким лишь протянул пакет и на вопросительный взгляд друга коротко ответил. — От Ханы. Чон неуверенно принял пакет и заглянул внутрь. Двухъярусное бенто, ещё теплое, и аккуратно завернутые столовые деревянные приборы, воткнутые сбоку. Что-то в нем надломилось в этот момент. Несмотря на все им сказанное, она принесла ему обед, беспокоясь о нем. Это заставило его чувствовать себя еще более виноватым. Охрипшим голосом он обратился к лидеру. — Джун-а, она еще там? Ким кивнул. — Если поторопишься успеешь перехватить. Недослушав до конца ответ друга, Хосок подорвался с места и на всей скорости умчался, чуть не срывая с петель дверь. Воцарившуюся тишину нарушило сокрушенное «дурак» от Юнги. Его поддержал нестройный хор согласных голосов. Хана зашла в лифт и тяжело оперлась на стенку с зеркалом. Когда она сюда ехала, то надеялась, что осмелится поговорить с ним и все уже утрясти, но у самых дверей струсила. Был отличный повод с ним увидеться, но она уклонилась. Малодушно с ее стороны. Она тяжко вздохнула и опустила голову. Двери с легким металлическим звуком начали закрываться. — Хана! Вздрогнув, она подняла голову и уставилась на запыхавшегося Хосока, что стоял придерживая створки лифта. Парень смотрел на нее горящими глазами. Она чуть сжалась. Хосок сглотнул и громко выпалил. — Прости меня. Я виноват. Не должен был говорить те гадости, я правда очень сожалею. Прости меня, если сможешь. Я сорвался, но обещаю такого больше не повторится, я буду над собой работать. Пожалуйста, не бросай меня. Я… Влетевшая в него с объятьями Хана сбила его с мысли и чуть не сбила с ног. По инерции он отступил еще на пару шагов окончательно покидая кабину лифта. Но спустя секунду растерянности, тоже обнял ее в ответ и теснее прижал к себе. — Я тебя ни за что не брошу. Хоть ты и дурак ревнивый, даже таким я тебя люблю. — она сильнее зарылась лицом в его футболку на плече. — Ты тоже меня прости, я буду осмотрительнее в следующий раз. И за пощечину прости, — Хана отстранилась и ласково провела по его щеке, — сильно болело? Хосок накрыл ее ладонь своей и потерся о нежную кожу щекой. На губах играла теплая улыбка. — Заслужил, так что нет. Будто не совсем ему веря и желая исправиться, она отняла руку от его лица, приподнялась на носочки и оставила легкий поцелуй на смуглой щеке. После чего вновь крепко обняла за талию и длинно выдохнула, наконец успокаиваясь в любимых руках. — Давай больше не будем так ругаться? Мне совсем не понравилось. — Согласен. Без тебя дом совсем не ощущается домом. — с неким сомнением в голосе он спросил, — ты же сегодня вернешься, правда? Она закивала все еще держа голову у него на плече. — Засыпать одной холодно. — Тогда давай я сегодня уйду пораньше и мы вместе проведём вечер, как тебе идея? Хана подняла на него якобы задумчивый взгляд и пару секунд изображала работу мысли. — Мне нравится, звучит идеально. — Вот и отлично. Спустя пару минут Хана подала голос. — Может пойдешь пообедаешь, а то все остынет. Будет невкусно. К тому же я Джуну сказала, что там панкейки для всех и… — Что?! — на ультразвуке. Хосок рванул ее за руку к танцклассу с такой прытью, что она чуть не запуталась в собственных ногах и не грохнулась на пол. — Полегче! Я не успеваю, Хоби! Не сбавляя скорости он бросил ей. — Ты не понимаешь! Там шестеро голодных парней и один бенто. Ты знаешь, что они могут с ним сделать? Не дожидаясь ответа, он на полном ходу влетел в помещение чуть не снеся многострадальную сегодня дверь. Все разом отвлеклись от поедания панкейков и обернулись на шум. Картина была поистине смешной; Гук пытался запихнуть в себя сразу две штуки, Чимин с Джином кидались друг в друга кусочками пытаясь запулить их в рот оппонента, Джун сидел с набитым ртом, Юнги разве что мирно жевал свою порцию в сторонке, а Тэхен начал первые поползновения к нераспакованному бенто. Встретившись глазами с Хоби, резко передумал и виновато хихикнув отполз к Чимину в зону безопасности. — Оффень вкуффна. — Что, прости? Намджун проглотил и повторил. — Очень вкусно, спасибо за угощение. С разных сторон донеслись согласные мычания. С непередаваемыми выражениями лиц шестеро парней наблюдали за тошнотворно сладким зрелищем — Хана с рук кормила довольного донельзя Хосока, при этом приговаривая какие-то милости. Чонгук захныкал от несправедливости. — Я тоже так хочу. Почему у меня нет девушки? Он в расстроенных чувствах прислонился к плечу Джина, что начал успокаивающе гладить его по спине. Чимин с Тэхеном только вздыхали. Намджун с Юнги переглянулись и покачали головами. Когда там уже их доставка? — Вкусно? Хана заботливо утерла соус с губ парня. — Очень, спасибо. Они сидели по-турецки друг напротив друга. Периодически о чем-то переговариваясь. Она подцепила палочками еще один кусочек мяса со специями и поднесла к его губам, Хоби с готовностью съел. — Я, кстати, ушла из того фитнес-клуба, — между делом заметила она, — ты был прав, мой инструктор и в самом деле был не чист. Это не первый случай когда он приставал к клиентам. Я поняла, когда на следующий день пришла обнулять абонемент. Он пытался меня обнять и руки «ненавязчиво» распускал. На него часто жаловались на сайте, но почему-то никто ничего не сделал. Видимо связи с начальством. Слушавший ее Хосок стиснул кулаки. — Мерзавец, я ему все руки пообламываю. Он у меня до конца жизни в коляске проведет. Да я его!.. Она успокаивающе погладила его по руке. — Тише-тише, мой защитник. Верю каждому слову, но давай мы просто выбросим его из нашей жизни и забудем этот неприятный инцидент? Парень нехотя что-то согласное буркнул себе под нос и яростно откусил кусочек огурца. Хана умиленно на него смотрела и уже протягивала бутылочку воды, которую Хоби взял, после сразу отпивая большими глотками. Не успел он проглотить, как девушка быстро клюнула его в щеку поцелуем. Хосок поперхнулся от смущения и закашлялся. Хана захохотала. А за спиной послышалось возмущенное хныканье — Да сколько уже можно?!