Часть 3
25 февраля 2026 г., 12:17
О брани кровавой и выборе окончательном
И приближался корабль герцога, разрезая воду с неумолимостью рока. Ветра наполняли его паруса, словно сама судьба гнала его вперёд.
На носу судна стоял герцог Эрик Теодор Картман — муж тридцати одного года, телом крепкий, взором надменный. Лицо его выражало не ярость, но уверенность человека, привыкшего брать желаемое.
По правую руку его стоял Стэнли Марш — молчаливый воин с тяжёлым мечом за спиной. По левую — Кайл Брофловски, чьи глаза внимательно оценивали силы противника.
— Он на том корабле, — произнёс Картман, не сводя взгляда с «Чёрного Альбатроса». — И я верну то, что принадлежит мне.
— Принц — не вещь, милорд, — тихо заметил Кайл.
Герцог бросил на него холодный взгляд.
— Он — часть договора.
Стэнли лишь молча кивнул. Для него приказ был законом.
О первом столкновении
Корабли сошлись с глухим ударом бортов.
Крюки впились в дерево, доски заскрипели.
— За капитана! — вскричал Клайд.
Сталь зазвенела.
Толкен сражался с хладнокровием, будто исполнял ремесло привычное. Клайд бился яростно, защищая каждого из своих.
Стэнли Марш сошёлся с Толкеном. Их клинки встречались с силой, от которой искры летели в воздух.
Кайл вступил в бой с Клайдом, и долго не могли они одолеть друг друга.
Крейг же шагнул вперёд, встречая самого герцога.
— Отдай его, — произнёс Картман, поднимая меч. — И я пощажу твою команду.
— На моём корабле не торгуют людьми, — ответствовал Крейг.
И сошлись они.
О страхе, ставшем мужеством
Тем временем Твик стоял в каюте, слыша звон металла и крики.
Он дрожал.
Но не от шторма.
Он понимал: люди умирают из-за него.
Он вспомнил девять дней во тьме трюма. Вспомнил, как Крейг протянул ему руку. Как сидел рядом во время бури.
И в груди его зародилось нечто новое.
Не страх.
Решимость.
Он взял саблю, висевшую на стене.
Руки его тряслись.
— Я не вещь, — прошептал он. — И не трофей.
И вышел на палубу.
О падении правой и левой руки герцога
Стэнли Марш, сражаясь с Толкеном, уже начал брать верх. Но в последний миг Толкен, собрав силы, сумел провести резкий удар, что пробил защиту противника. Стэнли пошатнулся и пал, тяжело дыша.
Кайл, видя гибель друга, закричал и бросился вперёд с новой яростью. Он ранил Клайда в плечо, но сам получил смертельный удар в грудь.
Палуба была залита кровью.
Герцог, увидев падение своих людей, зарычал от ярости.
О ране капитана
Крейг и Картман сражались долго.
Герцог был старше, но силён и опытен. Его удары были тяжки, словно молот кузнечный.
Один из них достиг цели — клинок рассёк бок капитана.
Крейг отступил, кровь окрасила рубаху.
Картман усмехнулся.
— Видишь? Всё это — напрасно.
Он занёс меч для последнего удара.
О решающем миге
И в тот самый миг раздался крик:
— Нет!
Твик.
Он бросился вперёд, забыв страх, забыв всё.
Герцог лишь на миг отвлёкся, узрев того, кого считал слабым.
Этого мига оказалось достаточно.
Сабля Твика вошла в грудь Картмана.
Герцог замер.
На лице его отразилось не столько боль, сколько изумление.
— Ты… — прошептал он.
Но слов более не последовало.
Он пал.
И вместе с ним пал договор, печати и принуждение.
О тишине после брани
Бой стих.
Оставшиеся люди герцога сдались или бежали.
Корабль его был захвачен.
Крейг стоял, тяжело дыша, пока силы не покинули его.
Твик подхватил его, не дав упасть.
— Ты ранен…
— Жив, — тихо ответил капитан.
В его взгляде не было упрёка.
Лишь благодарность.
О новом пути
Погибших предали морю с молитвой.
Раненых перевязали.
Клайд, бледный, но живой, усмехнулся:
— Похоже, у нас теперь два капитана.
Толкен кивнул:
— И оба стоят друг друга.
Когда через несколько дней «Чёрный Альбатрос» вновь поднял паруса, на мостике стояли двое.
Крейг — с перевязанным боком, но твёрдый.
Твик — уже не дрожащий принц, но юноша, познавший свою силу.
— Куда держим путь? — спросил Твик.
Крейг взглянул на горизонт.
— Туда, где нет печатей и договоров. Туда, где человек сам выбирает свою судьбу.
И Твик улыбнулся.
Море лежало перед ними бескрайнее.
И не было более ни беглеца, ни спасителя.
Были лишь двое.
