Новые пассажиры

Женщина была величественная. Можно даже сказать – монументальная. Федя подумал: как Родина-мать, только меча не хватает. Вместо меча женщина держала маленькую прозрачную указку и тыкала ею. – Вот здесь, пожалуйста. Фамилию, имя, отчество полностью и подпись. – Без ошибок напиши, – шепнул Федя, изо всех сил делая серьёзное лицо. Гришина рука с ручкой невольно дëрнулась: – Да иди ты, Бобрыкин! – Всё в порядке? – осведомилась монументальная дама. – Григорий Петрович, вы не передумали? – Нет-нет, что вы, – Гриша изысканно улыбнулся даме и расписался. – Теперь вы, прошу, – указка проплыла перед Фединым носом и ткнула в нужную строку. – Фамилия, имя, отчество полностью и подпись. – Сей момент, – Федя накарябал всё, что нужно, и сел с видом отличника. – Каждому из вас остаётся по экземпляру договора, сведения о переходе права придут вам по смс и электронной почте. После чего вы можете заказать свежую выписку ЕГРН. Есть ли ещё вопросы? На улице мело. Федя смахнул с машины налетевший снег, чтобы не насыпалось в салон. – Чёрт подери, вот так просто, – поёжился Гриша, садясь на своё место. – Печку включи, пожалуйста. – Вера говорила – какой-то её родственник квартиру продавал, так там они куда-то в банковский офис ездили, справки подавали, чуть не чокнулись: а тут – подмахнул бумажку у нотариуса, и всего делов. – Осмелюсь предположить, что у Вериного родственника квартиру купили в ипотеку, поэтому понадобилось участие банка. А тут всё проще. Я тебе продал половину своей квартиры, а ты купил. – Угу. Только денег никаких я тебе за это не отдавал. – Тихо, – усмехнулся Гриша и снял перчатки. –  Никому об этом не говори. Иначе окажется, что это не продажа, а дарение, а дарение неродственникам оформлять невыгодно. Но мне на самом деле все равно. Главное, что мы теперь с тобой будем жить вместе на законных основаниях. – А если ты всё же передумаешь, а, Гриш? И покажешь мне на дверь? А служебную квартиру у меня на днях заберут, раз уж у меня теперь есть собственная недвижимость? – Причем в дорогом экологически чистом районе на западе Москвы, – Гриша дурашливо поднял кверху указательный палец. – Но даже если я вдруг передумаю, то пути назад всё равно нет: половина моей квартиры теперь официально твоя.  Я просто этот – как его? – ответственный квартиросьëмщик. А ты, значит, безответственный. Все правильно. – Вот так бы и дал тебе в ухо иногда, – шутливо нахмурился Федя, занося руку. Но Гриша его руку перехватил. И немножко подержал в своей. А потом, неохотно разжимая пальцы, сказал негромко: – Ты давай поезжай, а? А то ведь я не умею. Или хрен с ним, не поедем никуда, будем в машине жить и отмечать? Пить, закусывать и на диванах валяться? – Только хрен я тебе продам полмашины, – ухмыльнулся Федя.  – Домой поедем. А там и выпьем, и закусим, и на диване поваляемся. Федя ехал и думал: как-то странно все изменилось. Нет, безусловно, к лучшему, да так, что он и мечтать не смел. И Гриша тоже, он сам недавно сказал. Но! Федя в упор не помнит, с чего вдруг он перестал стыдиться и бояться всего: того, что... ощущал. Что бурлило и кипело в нём все эти годы, и у Гриши тоже, как опять же они недавно выяснили. Их обоих как-то разом сорвало, когда они приехали к Грише после той истории с гаражом. Просто к нему ехать было ближе. Они вцепились друг в друга ещё в прихожей, и кажется, Федя бормотал вслух "ой, какие дураки, какие дураки", а Гриша что-то отвечал, вроде "давай хоть сейчас не будем тратить на это время", а это самое время, казалось, летело ещё быстрее, чем во все предыдущие годы, и хотелось его остановить хоть на минуту, чтоб не так быстро, и в то же время страшно было останавливать, вдруг им все это снится, и... – Федя... Федь! Бобрыкин, приём! Погоди, мне кажется, или ты поворот проехал? Федя очнулся. Вот ёлки зелёные, и правда. – Прости, Гриш. Задумался. Сейчас на следующем светофоре повернём. – Слушай... Чёрт с ним, с поворотом. Скажи, мне приснилось, или правда мы с тобой пару недель назад, что ли, на такси ехали? Ты еще таксисту рассказывал, как у тебя псих на следственный эксперимент попросился, а я – как Романова с нами набухалась. Федя задумался. Потом ответил: – Вот с одной стороны – тоже щас что-то такое припоминаю вроде бы. Но с другой – чёрт возьми, когда это ты – со мной, и ехал на такси? Я б запомнил, Гриш, честно. Так что могу тебя поздравить, нам уже и сны одинаковые снятся. Значит,  правильно мы с тобой вместе жить решили. Он включил нужную передачу и перехватил руль левой рукой. А правой дотянулся до Гришиных пальцев, не отрывая взгляда от дороги,  и аккуратно накрыл их ладонью.