Практика для неумёхи.

– …и вообще она постоянно орёт! Представляешь, я прихожу, а она сразу: Майк, ты опять опоздал, ты меня не ценишь, ты думаешь только о своих дурацких играх. Я опоздал на пять минут, Уилл! Пять! Потому что эта чёртова Максин тащила её за собой в парк, а Оди пошла, а я должен был ждать их у кинотеатра как идиот. Ну, я и пошёл к автоматам с газировкой, постоял там, а когда вернулся они уже обе стояли с такими лицами, будто я их предал и уехал в Калифорнию насовсем. Уилл сидел на краю своей кровати, поджав одну ногу под себя, и смотрел на Майка. Майк мерил шагами его комнату, размахивая руками, и его куртка, которую он даже не снял, развевалась за ним как плащ у рассерженного супергероя. – и это ещё не всё. – Майк остановился и театрально, как в дешёвом сериале, приложил ладонь ко лбу. – Она заявляет, что я целуюсь как рыба! Как рыба, Уилл! Уилл почувствовал, как уголки его губ сами собой дрогнули. Он прикусил губу, чтобы не рассмеяться в голос, но тихий, сдавленный смешок всё же вырвался наружу. Он быстро прикрыл рот кулаком, изображая кашель. – ты чего ржёшь? – Майк насупился, но в его голосе не было злости, только усталое недоумение. – Это не смешно. Это унизительно! – извини. – Уилл откашлялся, пряча улыбку в плече. – Просто.. рыба? Она сравнила тебя с рыбой? – с какой-то конкретной рыбой! – Майк снова зашагал. – Говорит, что у неё подружки обсуждают парней, и они пришли к выводу, что если парень целуется вот так, значит, он неуверенный в себе или типа того. А Макс, эта специалистка по поцелуям, заявила, что я целуюсь "сухо и нервно, как будто пытаюсь откусить кусок хлеба". И Оди теперь твердит: "Майк, будь увереннее, Майк, расслабь губы". А как я могу расслабиться, если она сразу начинает визжать, если что-то не так? Уилл слушал, и внутри у него всё сжималось в тугой, болезненный узелок. Он видел, как Майк мучается, и ему хотелось одновременно и обнять его, и провалиться сквозь землю от собственных мыслей, которые лезли в голову совершенно некстати. – я даже к Лукасу ходил! – Майк рухнул на стул у стола Уилла, заваленного альбомами, и уронил голову на сложенные руки. – Думал, он, как старший брат по опыту, даст дельный совет. Он сказал… – Майк поднял голову и скривился, спародировав важный тон Лукаса: – "Майк, главное – уверенность. Обхвати её лицо руками, смотри в глаза и просто действуй. Покажи, кто тут главный". Я попробовал! Вчера попробовал! Обхватил, значит, смотрю, а она как засмеётся мне прямо в губы и говорит: "Майк, ты чего, как робот? Ты зачем на меня так смотришь, как будто сейчас гипнотизировать будешь?" Уилл не выдержал и снова тихо фыркнул. Майк посмотрел на него с укоризной, но было видно, что буря понемногу утихает. – а ты… – начал Уилл и запнулся. Голос предательски дрогнул. Он посмотрел вниз, на свои руки, теребящие край покрывала. – А ты не думал, что может быть… ну… они в чём-то правы? – в смысле? – Майк нахмурился, непонимающе глядя на друга. – Кто прав? Макс с её дурацкими теориями? Или Оди, которая теперь каждое моё движение анализирует? – ну, в плане поцелуев. – Уилл говорил тихо, чувствуя, как предательски теплеют щёки. Он поднял глаза и тут же снова их опустил, не в силах выдержать прямой взгляд Майка. – Может, чтобы понять, как надо..надо просто практиковаться. – чего? – Майк даже привстал со стула. – Ты предлагаешь мне пойти и тренироваться целоваться на какой-нибудь подушке? Или на своём кулаке, как некоторые извращенцы в школе делают? Спасибо за совет, Уилл, очень помог! – всплеснул он руками, но в его голосе сквозила скорее комичная обида, чем настоящий гнев. – Проблема в том, что этот тренажёр, Оди, меня к себе не подпускает теперь! Ей всё не так! Байерс глубоко вздохнул. Сердце колотилось где-то в горле. Он никогда не был смелым. Никогда. Но сейчас отчаяние от того, что Майк страдает, смешалось с чем-то другим, давно живущим внутри, и подтолкнуло его. – я могу помочь. – выпалил он скороговоркой и тут же замер, глядя на Майка испуганными глазами. – ты? – Майк уставился на него как на инопланетянина. – Как? Ты что, книжку прочитал или типа того? Будешь мне инструкцию зачитывать? Технику безопасности при поцелуях? – нет. – Уилл мотнул головой, чувствуя, что краснеет уже до корней волос. Он говорил, а самому хотелось залезть под кровать и никогда не вылезать. – Я могу… ну… на мне. Майк моргнул. Потом ещё раз. Его лицо вытянулось в искреннем недоумении. – на тебе? – переспросил он тупо. – В каком смысле? Ты будешь сидеть с секундомером и оценивать? Типа: "Так, Майк, напор четвёрка, нежность хромает"? – да нет же! – Уилл зажмурился от собственной глупости и того, как Майк всё неверно истолковывает. Нужно было говорить прямее. – Я предлагаю тебе… поцеловать меня. Для тренировки. Майк замер. Он смотрел на Уилла широко раскрытыми глазами, в которых читалось такое искреннее, чистое непонимание, что Уиллу стало одновременно смешно и горько. – потренироваться? На тебе? – Майк ткнул пальцем в Уилла, потом в себя. – Но мы же пацаны. Мы друзья. Как это? Это.. ну… это же странно. – почему странно? – Уилл уже почти успокоился. Отчаяние придало ему сил. – Главное техника, ты сам говорил. А я не буду смеяться и говорить, что ты как рыба. Я просто скажу, как ощущения. – но… – Майк почесал затылок, взлохматив свои и без того торчащие волосы. – Лукас говорил, что надо смотреть в глаза, чувствовать связь… – смотри в глаза. – просто сказал Уилл, глядя на него в упор. – Чувствуй связь. – но это же ты! – да, это я. Майк открыл рот, чтобы возразить, но, видимо, аргументы закончились. Он снова закрыл его. Потом открыл опять. – и как это… как это делать? – спросил он так беспомощно, что Уилл не выдержал и улыбнулся. Улыбка вышла мягкой и чуть грустной. – ты серьёзно не понимаешь? – тихо спросил Уилл. – не понимаю. – честно признался Майк. – Ты предлагаешь мне потренироваться на тебе целоваться, чтобы я потом лучше целовал Оди? Это же дикость какая-то. Это как учиться играть в бейсбол, а мячом будет голова твоего друга. – сравнение так себе. – но я правда не понимаю! – воскликнул Майк. – Зачем тебе это? Ты что, хочешь, чтобы я тебя поцеловал? Просто так? Из дружеской солидарности? – нет. – голос Уилла дрогнул, но он продолжал смотреть прямо. – Не просто так. И не из солидарности. Повисла тишина. Слышно было, как за окном чирикнула какая-то птица и как скрипнула половица в коридоре под шагами Джонатана. – тогда зачем? – голос Майка стал тише, он инстинктивно чувствовал, что подбирается к чему-то очень важному, но края этого чего-то всё ещё ускользали от его понимания. Уилл медленно поднялся с кровати. Он сделал шаг к Майку, потом ещё один. Майк, всё ещё сидящий на стуле, запрокинул голову, глядя на друга снизу вверх. Уилл остановился прямо перед ним, так близко, что Майк видел, как нервно бьётся жилка на его шее. – затем. – очень тихо и отчётливо сказал Уилл, глядя ему прямо в глаза. – Что я хочу, чтобы это был я. Не Оди. Я. Майк смотрел на него, и в его глазах медленно, очень медленно, начинал загораться свет понимания. Сначала робкий, потом всё более яркий. – ты… – выдохнул Майк. – Ты серьёзно? Уилл кивнул, боясь вымолвить хоть слово. – но… как давно? – Майк выглядел совершенно ошарашенным. – всегда. – просто ответил Уилл. Майк судорожно сглотнул. Он посмотрел в сторону двери, потом на окно, потом снова на Уилла. Казалось, он лихорадочно ищет пути к отступлению, какую-то спасительную шутку, которая всё переведёт в безопасное русло. Но шутки не находилось. А Уилл стоял напротив и ждал. И в его глазах было столько надежды и страха одновременно, что у Майка сжалось сердце. – а если… если у меня не получится? – ляпнул Майк первое, что пришло в голову. – получится. – улыбнулся Уилл, и в улыбке этой было столько нежности, что Майк почувствовал, как у него самого начинают гореть щёки. – и что мне делать? – что хотел сделать с Оди. – но она же девочка… – а я нет. – Уилл качнул головой. – Я другой. И чувствую по-другому. И целовать меня, если ты захочешь это сделать, нужно тоже по-другому. Майк молчал долгую, очень долгую минуту. Он смотрел на Уилла. В его взволнованные глаза, на нервно прикушенную губу, на то, как он переминается с ноги на ногу, и вдруг понял, что все советы Лукаса про уверенность и взгляд – полная чушь. Потому что сейчас он смотрел в глаза Уиллу, и никакой неловкости не было. Было только бешеное сердцебиение и странное, щемящее чувство в груди. – ладно. – выдохнул он хрипло. – Давай потренируемся. Уилл застыл, не веря своим ушам. – ты… правда? – ага. – Майк шмыгнул носом и встал со стула. Теперь они стояли друг напротив друга, разделённые всего несколькими сантиметрами воздуха. – Только… ты это, если что не так, скажи сразу. Ладно? – ладно. – прошептал Уилл. Уилер глубоко вздохнул, словно перед прыжком в холодную воду. Он протянул руку и неуверенно, почти робко, коснулся плеча Уилла. Потом, вспомнив наказ Лукаса про "обхватить лицо", он поднял ладони и очень осторожно, будто Уилл был сделан из хрусталя, взял его лицо в свои руки. Длинные пальцы легли на скулы. Уилл замер, боясь дышать. Майк смотрел в его глаза. Потом его взгляд опустился на губы. Потом снова поднялся. Уилл чуть заметно кивнул, подбадривая. Майк наклонился. Его поцелуй был лёгким, почти невесомым. Простое прикосновение губ. Сухих, тёплых, чуть шершавых. Он длился всего секунду, но Уиллу показалось, что время остановилось. Он чувствовал тепло ладоней Майка на своих щеках, его сбившееся дыхание и этот невероятный, осторожный контакт. Майк отстранился. Лицо у него было красное, глаза блестящие, абсолютно растерянные. – ого. Это было круто. Уилл счастливо улыбнулся, не в силах сдержать рвущуюся наружу радость. – правда? – ага. – Майк облизнул губы, будто пробуя вкус на языке. И вдруг, не сговариваясь, снова потянулся к Уиллу. – Ещё. На этот раз он не спрашивал. Он просто шагнул вперёд и прильнул к его губам сам. Уилл ответил сразу же, инстинктивно, прижимаясь к Майку всем телом. Этот поцелуй был увереннее, жаднее. Руки Майка сползли с его лица на шею, зарылись в волосы на затылке. Уилл обхватил его за талию, притягивая ближе, чувствуя, как бешено колотится сердце Майка в унисон с его собственным. В какой-то миг Майк, вспомнив очередной дурацкий совет Лукаса про доминирование, резко разорвал поцелуй, перехватил руки Уилла и, сделав шаг вперёд, прижал его спиной к стене. Он упёрся ладонями в стену по бокам от его головы, нависая сверху, пытаясь изобразить уверенного киногероя. Уилл от неожиданности ойкнул и стукнулся затылком о стену. Его щёки полыхали алым, а в глазах застыло удивление, смешанное с восторгом. – ой. – выдохнул он. Майк тут же отдёрнул руки, словно обжёгшись, и отшатнулся. – яёрт! Извини! – затараторил он. – Я не хотел! Сильно? Больно? Это я дурак, в фильме одном такое видел, там крутой парень так девушку к стене прижимает, и ей нравится. Я просто хотел попробовать.. прости. Уилл потёр затылок и рассмеялся. – всё нормально. Не больно. Просто неожиданно. – глупость, да? – Майк виновато улыбнулся. – Какой из меня крутой парень. – это просто другой вид поцелуев. – Уилл прислонился спиной к стене, не в силах оторвать взгляд от раскрасневшегося, взлохмаченного Майка. – Более напористый. Тоже классный, если его вовремя применить. – научишь? – выпалил Майк. Уилл замер. Сердце пропустило удар. – для Оди? – спросил он, и в его голосе вдруг снова проскользнула та самая уязвимость, что была вначале. Майк мотнул головой, глядя на него с абсолютной, кристальной честностью. – нет. Для тебя. Эти слова прозвучали как самый лучший комплимент в его жизни. Уилл почувствовал, как внутри разливается горячая, сладкая волна. – тогда учись. – сказал он и шагнул к Майку. Он не стал тянуться к его лицу. Вместо этого Уилл вдруг присел, ловко подхватил Майка под бёдра и одним движением, в котором чувствовалась неожиданная сила, поднял его. Майк охнул и инстинктивно обхватил ногами талию Уилла, вцепившись руками ему в плечи. – Уилл! – только и успел выдохнуть он, глядя на друга сверху вниз широко распахнутыми от удивления глазами. Уилл лишь улыбнулся, крепче прижимая его к себе, и, задрав голову, уверенно и властно прильнул к его губам. Майк, сидящий на его бёдрах, обхватив ногами талию, чувствовал, как у него самого уже кружится голова от этого напора. Руки Уилла крепко держали его под спину, не давая упасть, но в какой-то момент Майк почувствовал, что хватка ослабла, а сам Уилл чуть покачнулся. – м-м… – Уилл оторвался от его губ на секунду, тяжело дыша. – Тяжело стоять так. И, не говоря больше ни слова, он сделал шаг вперёд, аккуратно опуская Майка на диван. Тот с глухим стуком приземлился спиной на мягкие подушки и от неожиданности распахнул глаза, глядя на Уилла, который теперь нависал над ним, опираясь на локти. – ничего себе. – выдохнул Майк, глядя на него снизу вверх абсолютно шокированным взглядом. – Такое тоже нужно делать во время поцелуя? Я пропустил этот пункт в инструкции. Уилл смущённо улыбнулся, отводя взгляд, но тут же снова посмотрел на Майка. Его щёки горели, дыхание всё ещё было сбитым. – я не знаю точно. – признался он тихо, но в его голосе звучала тёплая, чуть озорная нотка. – Как хотят, так и делают. Наверное. – знаешь. – выдохнул Майк, приподнимаясь на локтях и потянувшись к нему. – а так даже приятнее. И удобнее. Он сам потянулся к Уиллу, и тот послушно наклонился, встречая его губы. Поцелуй вышел медленным, тягучим, будто они пробовали друг друга на вкус заново. Уилл осторожно провёл ладонью по щеке Майка, поглаживая большим пальцем скулу, и Майк выдохнул ему в губы что-то совсем тихое, почти беззвучное. Они отстранились, и Майк откинулся на подушки, глядя в потолок. Тишина в комнате была наполнена их прерывистым дыханием. – слушай. – начал Майк тихо, не глядя на Уилла. – Я это… я хотел, как Лукас советовал. Научиться целоваться, быть таким… ну, главным, уверенным. Напористым. А в итоге. – он запнулся и всё-таки повернул голову, встречаясь взглядом с Уиллом, который всё ещё нависал над ним. – Мне так понравилось, что ты, что это ты стал тем, кто..ну, направляет всё это. Уилл моргнул. Потом ещё раз. Его лицо пошло красными пятнами, но в глазах зажглось что-то тёплое и любопытное. – в смысле? – переспросил он осторожно. – Что именно тебе понравилось? Что я делал? – ну. – Майк замялся, дёрнул плечом. – Что ты первый начал. Что ты подхватил меня, на диван положил. Что ты как бы.. ведёшь. Это же обычно парень должен, да? А я, получается, не справляюсь с этой ролью, раз мне нравится, когда всё наоборот. – Он нервно хохотнул. – Бред какой-то. Забудь. Ты такой хороший, нежный, а я тут со своим извращением… – знаешь. – перебил он тихо, но в этом тихом голосе звенела сталь. – я так устал от того, что меня все запомнили каким-то милым. Добрым. Беззащитным Уиллом, которого надо спасать, жалеть и оберегать. Майк замер, глядя на него снизу вверх с чуть приоткрытым ртом. – я не изменился. – продолжил Уилл, и его голос стал твёрже. – Я всё ещё тот Уилл. Я всё ещё добрый. Но я, мать твою, мужчина. – Он выделил это слово так, что Майк невольно сглотнул. – Во мне тоже есть стержень. Есть настойчивость. И грубость, когда надо. Он наклонился ниже, почти касаясь губами уха Майка, и прошептал: – а ты, Майк Уилер, даже не замечал этого. И я тебя не виню. Правда. – Он отстранился ровно настолько, чтобы заглянуть ему в глаза. – Но сейчас я тебе покажу. Чтобы ты больше никогда не сомневался, что я могу быть не только нежным. Уилл резко, без предупреждения, перехватил запястья Майка и прижал их к дивану по бокам от его головы. Крепко. Так, что Майк дёрнулся, но вырваться не смог бы, даже если б захотел. – ты говоришь, тебе понравилось, что я вёл? – Уилл смотрел на него в упор, и в его тёмных глазах горел тот самый огонь, которого Майк раньше не замечал. – Смотри тогда. Он наклонился и поцеловал Майка. Требовательно, кусая его нижнюю губу, не давая опомниться. Оторвался на секунду, давая глотнуть воздуха, и тут же припал снова, теперь уже к шее. Майк выдохнул что-то сдавленное и дёрнул бёдрами, но Уилл только сильнее прижал его запястья к дивану, даже не думая отпускать. – не дёргайся. – шепнул он куда-то в ключицу, и в этом шёпоте не было ни капли привычной мягкости Уилла. – Я сказал смотри. А не мешай. Он выпрямился, окидывая Майка тяжёлым взглядом. Растрёпанный, с покрасневшими губами, с этим новым, чужим и одновременно таким завораживающим выражением лица, он был похож на хищника, который наконец перестал притворяться домашним котёнком. – понял теперь? – спросил Уилл, чуть склонив голову набок. – Или ещё показать? Майк смотрел на него снизу вверх абсолютно ошалевшими глазами. Щёки у него горели так, будто он час простоял под июльским солнцем. Он сглотнул, дёрнул кадыком, и из его горла вырвался какой-то странный, сдавленный звук, то ли смешок, то ли хрип. – покажи ещё раз. – выпалил он, и сам испугался собственных слов. Глаза расширились ещё сильнее, но взгляд не отвёл. – в смысле… если можешь. Если хочешь. Я просто.. это… – Он запнулся и совсем тихо добавил. – Мне понравилось. Брови Байерса дёрнулись вверх, и на лице мелькнуло такое искреннее, детское удивление, что на секунду он снова стал тем самым Уиллом. – правда? – выдохнул он, и в голосе проскользнула знакомая робость. Он даже ослабил хватку на запястьях Майка, и тот мог бы легко выдернуть руки, если б захотел. Но Майк не выдернул. Он только смотрел на Уилла и ждал. А потом Уилл тряхнул головой, будто сбрасывая наваждение, и на его губах появилась кривая, почти хищная ухмылка. Такая, какой Майк у него никогда не видел. – просишь? – спросил он низко. – Ну смотри. Он резко наклонился, но в последний момент замер, заставляя Майка инстинктивно потянуться вверх. Дразнил. Играл. Майк издал какой-то жалобный звук, и Уилл довольно хмыкнул. – хорошо просишь. – шепнул он и впился в его губы так, что Майк ахнул. На этот раз Уилл не сдерживался совсем. Он целовал его жёстко, глубоко, с таким напором, будто хотел стереть все воспоминания о других поцелуях, о других губах. Уилл отпустил его запястья, и руки Майка тут же вцепились ему в плечи, царапая ткань футболки, сжимая до боли. А потом Уилл, не отрываясь от его губ, грубо провёл ладонью по его боку, сжал бедро, заставляя Майка выгнуться навстречу. – Уилл… – выдохнул Майк куда-то в поцелуй. Уилл оторвался от его губ ровно на секунду, чтобы посмотреть в эти безумные, блестящие глаза. – что, Майк? – голос хриплый, сбившийся. – Ещё? Майк только кивнул, не в силах выдавить ни слова. Уилл снова потянулся к нему. Его губы уже почти коснулись губ Майка, когда он вдруг замер. Резко, будто наткнулся на невидимую стену. Он отодвинулся. Медленно убрал руки, сел прямо, и на его лице снова появилось то самое знакомое растерянное выражение. – стой. – выдохнул он хрипло. – Подожди. Майк, всё ещё лежащий на диване с растрёпанными волосами и бешеным пульсом, уставился на него непонимающе. – чего? – спросил он, приподнимаясь на локтях. – Что случилось? Уилл отвёл взгляд. Его пальцы нервно теребили край собственной футболки, и он вдруг стал казаться меньше, сжавшись в комок на краю дивана. – я… – начал он и запнулся. Сглотнул. – Майк, ты точно уверен? Что хочешь этого? Что хочешь меня? Прямо сейчас? – что за вопрос? – Майк нахмурился. – Конечно уверен. Ты чего? Уилл мотнул головой, не глядя на него. – я просто подумал, если я сейчас не остановлюсь, я, кажется, не смогу остановиться вообще. Я переборщу. Я сделаю что-то не так, или слишком… или ты поймёшь, что тебе на самом деле это не надо, и тебе станет противно. От меня. – Голос у него дрогнул. – И тогда всё испортится. Мы испортимся. Майк смотрел на него и чувствовал, как внутри всё переворачивается. Не от жалости, а от какого-то острого, болезненного понимания. – о чём ты говоришь? – тихо спросил он. Уилл промолчал. Только сильнее вцепился в футболку и уставился в пол. И тут до Майка дошло. Не сразу, но дошло. Он резко сел, почти подскочил на диване, и уставился на Уилла во все глаза. – ты про секс? – спросил он прямо. Без намёков, без смущения, просто констатируя факт. Уилл дёрнулся, будто его ударили. Кивнул, не поднимая головы. Майк выдохнул. А потом заговорил абсолютно спокойно, глядя на макушку Уилла. – слушай сюда. Я девственник. – Он сказал это так просто, будто признался, что любит яичницу на завтрак. – Полный, абсолютный девственник. У меня с Оди ничего такого не было, мы даже близко не подходили к этому. Я вообще не знаю, как это делается, если честно. Уилл медленно поднял голову. В его глазах застыло такое искреннее удивление, что Майк невольно усмехнулся. – чего вылупился? – я… – Уилл моргнул. – Я думал.. ну, после таких поцелуев… ты так уверенно себя вёл сначала. Я думал, у тебя было. С ней. – ага, было. – фыркнул Майк. – В моих фантазиях. Я просто повторял то, что в кино видел. Думал, если делать как там, само получится. Спойлер: не получилось. Уилл смотрел на него, и вдень его губы дрогнули. Потом он фыркнул. А потом рассмеялся. Он смеялся и не мог остановиться, запрокинув голову. – ты чего? – Майк улыбнулся, не понимая причины, но заражаясь этим смехом. – я тоже. – выдохнул Уилл сквозь смех, вытирая выступившие слёзы. – Я тоже девственник. Мы оба. Майк ухмыльнулся. – ну, ты меня вон как напугал. Я думал, у тебя чёрный пояс по поцелуям, а ты, оказывается, просто притворяешься. – я не притворялся! – Уилл всё ещё улыбался, но в его глазах появилась знакомая твёрдость. – Я просто делал, как чувствовал. Как хотел. – и у тебя отлично получилось. – серьёзно сказал Майк. – Так что не бойся переборщить. Потому что я, кажется, хочу, чтобы ты переборщил. Уилл выдохнул, провёл ладонью по лицу, пытаясь собрать мысли в кучу. Глаза всё ещё блестели после смеха, но в них появилась та самая твёрдость, которую Майк уже успел оценить. – тогда. – Уилл замялся, подбирая слова. – Тогда, наверное, стоит сделать это в следующий раз. Не сейчас. – в смысле? – Майк моргнул. – ну. – Уилл развёл руками. – нам же нужно подготовиться. В душ сходить. Средства какие-то купить. Я не знаю точно, но в фильмах и книжках… там всегда про это говорят. Чтобы не больно было. И вообще. Майк слушал и чувствовал, как внутри разгорается странное тепло от этой серьёзности. Он прав. Конечно, прав. Всё по-взрослому, правильно, с заботой. – ага. – кивнул Майк и вдруг замялся, отводя взгляд. Он почесал щеку, потом шею, потом снова щеку. – А что тогда сейчас делать? Уилл посмотрел на него внимательно. – в каком смысле? Майк глубоко вздохнул, набрался смелости и взял руку Уилла. Медленно, осторожно, словно проверяя, не отдернет ли тот. И положил её себе на пах. Ткань джинсов была натянута. Под ней чувствовалось жёсткое, горячее. Уилл замер, глядя на свою ладонь, потом на лицо Майка. Тот смотрел куда-то в сторону, щёки у него горели алым, но он не убирал руку Уилла и не отодвигался. – вот это. – выдавил Майк сипло. – Что сейчас делать с этим? Брови Уилла взлетели вверх. Он уставился на Майка, потом снова вниз, на свою руку, потом снова на Майка. И вдруг тихо, почти беззвучно рассмеялся. – ты серьёзно? – спросил он сквозь смех. – а что? – Майк наконец рискнул посмотреть на него. – Ну возбудился я. Проблемы? Ты на меня так действуешь, сам виноват. Уилл всё ещё смеялся. Но руку не убирал. Наоборот, чуть сжал пальцы, проверяя. Майк шумно выдохнул и дёрнулся. Байерс замер. Его пальцы всё ещё лежали на паху Майка, и он чувствовал, как под джинсами пульсирует тепло. Он сглотнул, отвёл взгляд, потом снова посмотрел на Майка. – я… ну… – Уилл запнулся. – Может, просто попробовать ласками? Помочь тебе. Я имею в виду, руками там или.. не знаю. Чтобы тебе легче стало. Майк прищурился. В его глазах мелькнуло что-то подозрительное. – а ты? – что я? – ты сам не возбудился? – Майк говорил спокойно, без намёка на стыд. – Не хочешь? Уилл открыл рот. Его щёки залились краской до самых ушей. – я… ну, мне неважно. Главное, чтобы тебе помочь, а себе я потом как-нибудь. – ой да ладно. – перебил его Майк и скопировал интонацию. – "Мне неважно". – Майк… – я, по-твоему, эгоист последний? – Майк нахмурился. – Чтобы ты меня дрочил, а сам сидел как памятник? Серьёзно? – я не это имел в виду! – Уилл попытался возразить, но Майк уже закатил глаза. – заткнись. – сказал он коротко и беззлобно. И, не дожидаясь реакции, потянулся к ширинке Уилла. Уилл дёрнулся так резко, будто Майк собрался не ширинку ему расстёгивать, а кипятку туда плеснуть. Он перехватил его запястье, останавливая, и затараторил. – подожди-подожди-подожди! Я просто подумал, что, может, не стоит так сразу, потому что вдруг кто-то зайдёт, а у меня дверь не закрыта, и Джонатан обычно стучит, но если он не постучит, а мы тут, и у меня на столе краска не убрана, а если она опрокинется, пока мы.. ну, знаешь, это же потом оттирать, а она масляная, въедается, и вообще мама говорила, что надо быть аккуратным с такими вещами, потому что потом поздно будет. Майк смотрел на него с непередаваемым выражением лица. Смесь изумления и искреннего восхищения тем, как можно было увязать в одной тираде дверь, Джонатана, краску и мамины наставления. – ты серьёзно сейчас? – спросил он, когда Уилл наконец замолчал, чтобы перевести дыхание. – Краска? Ты думаешь о краске? – я думаю о том, что всё должно быть правильно! – выпалил Уилл, и в его голосе проскользнули панические нотки. – А правильно - это когда дверь закрыта, когда мы оба хотим, и когда.. ну… когда не стыдно! – а тебе стыдно? – Майк прищурился. – мне… – Уилл замялся, закусил губу и вдруг выпалил. – Мне страшно, хорошо? Я первый раз в жизни с кем-то… с тобой, а ты сразу руки куда-то тянешь, а я не знаю, что делать, и вдруг я сделаю не так, и тебе не понравится, и ты уйдёшь к Оди, потому что она хотя бы девочка и у неё там всё устроено попроще, а у меня.. у меня всё сложно! Майк отдёрнул руки и поднял их вверх, сдаюсь, признаю поражение. – ладно-ладно-ладно. – выдохнул он и вдруг нервно рассмеялся. Смех получился сбивчивым, почти истеричным. Он закрыл лицо ладонями и откинулся на спинку дивана. – Всё, прости. Забудь. Я дурак. Понесло меня. Уилл застыл, глядя на него сквозь пелену собственного смущения. – Майк… – нет, правда. – Майк убрал руки от лица и посмотрел на него, взгляд уставший, но спокойный. – Ты прав. Не надо спешить. Ты не готов, значит, не готов. Давай вообще тогда не будем ничего. Я пойду, наверное. Он сделал движение, чтобы встать, и Уилл запаниковал. По-настоящему. Внутри всё оборвалось и рухнуло куда-то вниз. – нет! – вырвалось у него громче, чем он планировал. Он схватил Майка за руку, вцепился мёртвой хваткой. – Нет, Майк, подожди. Я не то имел в виду. Я хочу. Правда хочу. Тебе сделать приятно. Тебе. Я просто про себя… Майк остановился. Посмотрел на их сцепленные руки, потом в лицо Уиллу. – слушай сюда, Уилл Байерс. – сказал он тихо, но жёстко. – Либо мы делаем это вместе. Обоим хорошо. Либо я ухожу домой и мы забываем этот разговор. Выбирай. – я… – выдавил Уилл. И замолчал. Майк посмотрел на него внимательно, изучающе. Наклонил голову набок. – правда хочешь? – спросил он коротко. Уилл закивал быстро-быстро, боясь, что если откроет рот, оттуда снова вырвется какая-нибудь паника про краску или дверь. Майк выдохнул с облегчением, с решимостью, с чем-то ещё, чему он сам не знал названия. А потом вдруг резко схватил Уилла за плечи и рванул на себя, заваливаясь на спину. Уилл охнул, потеряв равновесие, и рухнул прямо на него. Колени упёрлись в диван по бокам от бёдер Майка, и он замер, осознав, в какой позе оказался. Между ног. Вплотную. Уилер снизу смотрел на него абсолютно спокойно. Прямо в глаза. Молчал секунду, другую, давая Уиллу прочувствовать этот момент до конца. – ну? – спросил он нахально, чуть приподняв бровь. – И что дальше? Уилл замер. Сердце колотилось где-то в горле. Он смотрел в эти глаза : тёплые, чуть насмешливые, но такие родные и чувствовал, как страх понемногу отпускает. Он выдохнул. Медленно, шумно, будто сбрасывая груз с плеч. И наклонился к шее Майка. Горячая кожа. Запах пота и чего-то своего. Уилл прижался губами к тому месту, где пульсировала жилка, и провёл языком осторожно, пробуя на вкус. Майк выдохнул и чуть запрокинул голову, открывая шею. Уилл целовал. Губами, языком, лёгкими укусами. Одновременно его ладони скользнули по талии Майка, оглаживая через футболку, задирая ткань, чтобы коснуться горячей кожи. Целовал его шею медленно, смакуя каждое мгновение. Языком проводил по горячей коже, прикусывал, тут же зализывал, слушая, как сбивается дыхание Майка. Ладони скользнули под футболку, сначала робко, кончиками пальцев, а потом смелее, оглаживая бока, поднимаясь выше к груди. Майк выдохнул и прикрыл глаза, отдаваясь этим ощущениям. Его руки сами собой легли на затылок Уилла, перебирая волосы, поглаживая, направляя. – хорошо. – выдохнул он сипло. – Очень… Уилл только хмыкнул довольно и сместился ниже. На ключицу, в ямочку у горла, снова возвращаясь к губам. Они целовались долго, тягуче, смакуя каждый миг. Неумело сталкивались зубами, поправляли угол наклона. В какой-то момент Майк, не выдержав, снова потянулся вниз. К брюкам Уилла. Пальцы дрожали, когда он принялся расстёгивать пуговицу, возиться с молнией. И в этот раз Уилл не замер. Не запаниковал. Он только выдохнул шумно и потянулся к брюкам Майка в ответ. Так же неуклюже, путаясь в собственных пальцах, дёргая молнию слишком резко, отчего та заела. – тьфу. – выдохнул Майк сквозь смешок, глядя, как Уилл мучается с его ширинкой. – Ты чего, как с гранатой? – она заела! – Уилл покраснел, но не отвёл взгляда. – Сам виноват, что штаны дурацкие надел. – это не штаны дурацкие, это руки у тебя кривые. – фыркнул Майк. Уилл наконец справился с молнией и победно дёрнул ткань вниз. Майк ответил тем же. Стащил с него брюки настолько, насколько позволяла поза, и они оба застыли на секунду, глядя друг на друга. Неловкость. Неумелая, тёплая, почти смешная. Оба в спущенных штанах, оба красные, оба с бешено колотящимися сердцами. – ну и видок у нас. – выдохнул Майк и вдруг хихикнул. Уилл хотел что-то ответить, но Майк уже потянулся дальше, запустил ладонь ему под боксеры. Горячо. Влажно. Уилл выдохнул и на секунду прикрыл глаза, чувствуя, как мысли плавятся. А потом резко отодвинулся. Майк замер с рукой, застывшей в воздухе. – чего? – спросил он растерянно. – Опять? Уилл, если ты передумал, то… Но Уилл уже спрыгнул с дивана. Он быстро, почти бегом, пересек комнату, дёрнул ручку двери и щёлкнул замком. Повернулся. Посмотрел на Майка. Майк лежал на диване, приподнявшись на локтях, и смотрел на него с таким выражением, будто Уилл только что совершил гениальное открытие. – дверь. ‐ выдохнул Уилл смущённо, пожав плечами. – Чтобы никто… – гений. – перебил его Майк и вдруг рассмеялся. – Пять минут назад ты нёс чушь про краску, а сейчас про замок вспомнил. – заткнись. – буркнул Уилл, но сам улыбнулся. Майк похлопал ладонью по дивану рядом с собой. – иди сюда, гений. Уилл вернулся уже быстрее, увереннее. Снова забрался сверху, снова оказался между его ног, и Майк тут же потянулся к нему, припадая к губам. Байерс выдохнул ему в губы и сам потянулся вниз. Рука скользнула под резинку боксеров Майка. Медленно, будто всё ещё боясь, что тот передумает. Но Майк не передумал. Наоборот, он выдохнул с хриплым стоном и качнул бёдрами навстречу. Влажно от выступившей смазки. Уилл обхватил пальцами и замер на секунду, привыкая к ощущению. Майк нетерпеливо дёрнулся и накрыл его ладонь своей, направляя. – давай. – выдохнул он. – Не останавливайся. Уилл послушался. Движения выходили рваными, неуверенными, но Майк стонал тихо, сдавленно, запрокидывая голову и это придавало сил. Уилл смотрел на него заворожённо, не веря, что это всё происходит на самом деле. – теперь ты. – напомнил Майк сквозь дыхание и сам запустил руку Уиллу в боксеры. Уилл вздрогнул, выдохнул сквозь зубы. Чужие пальцы сомкнулись вокруг него, и это было так остро, так правильно, что у него на секунду потемнело в глазах. Они двигали руками одновременно. Неуклюже, сбиваясь с ритма, то замедляясь, то ускоряясь без команды. Стоны перемешивались с дыханием, с тихими "о господи" и "да, вот так". – не сжимай так сильно.– выдохнул Майк, кусая губы. – а ты не дёргайся. – огрызнулся Уилл, но тут же ослабил хватку, поглаживая большим пальцем головку. – я не дёргаюсь, это ты… Майк не договорил. Уилл наклонился и поцеловал его, сминая губы, кусая, зализывая. Майк застонал ему в рот и сильнее сжал ладонь на его члене. – так лучше? – спросил Уилл, отрываясь на секунду. – ага. – выдохнул Майк и тут же потянулся за новым поцелуем. Они целовались между своими неумелыми ласками. Уилл сместился ниже, прикусывая кожу на шее, и Майк выгнулся, подставляясь, одновременно продолжая двигать рукой. – у тебя хорошо получается. – выдохнул Уилер куда-то в макушку. – врёшь. – хмыкнул Уилл ему в ключицу. – Я вообще не понимаю, что делаю. – и я не понимаю. Но хорошо. Уилл улыбнулся и поцеловал его в ямочку у горла. – заткнись и продолжай. – прошептал он. Майк фыркнул, но послушался. Они продолжали. Движения становились увереннее, ритм ровнее. Они наконец начали подстраиваться друг под друга, ловить моменты, когда нужно сжать сильнее или, наоборот, ослабить хватку. В какой-то момент Уилл вздрогнул особенно резко, дёрнулся всем телом и прикусил губу, чтобы не застонать слишком громко. Из горла вырвалось сдавленное "м-м-м". Майк тут же открыл глаза и уставился на него с хитрой усмешкой. – ого. – выдохнул он насмешливо. – Кто-то сейчас быстрее всех кончит, да? Уилл уставился на него возмущённо. Щёки вспыхнули, но в глазах мелькнуло что-то озорное. – а ты, значит, железный человек? – фыркнул он. – Долгострой хренов? Майк хмыкнул, но Уилл не унимался. Он наклонился ближе, почти касаясь губами его уха, и прошептал низко, с хрипотцой: – ты просто сейчас очень красивый. Вот я и тороплюсь. Доволен? Майк моргнул. Потом ещё раз. Его лицо покраснело медленно, но верно, от шеи до самых ушей. Он открыл рот, но ничего не сказал, а только смотрел на Уилла абсолютно ошалевшими глазами. – ты… – выдавил он наконец. – Ты серьёзно сейчас? Уилл улыбнулся довольно, но ответить не успел. Майк вдруг рванулся к нему и впился поцелуем в шею. Горячо, жадно, одновременно ускоряя движения руки. И вторая ладонь скользнула выше по груди, к соску, поглаживая, надавливая. Уилл выгнулся и застонал громко, уже не сдерживаясь. Голова запрокинулась, пальцы вцепились в плечо Майка, а вторая рука, та, что была на члене Майка, задвигалась быстрее, активнее, пытаясь отплатить той же монетой. – вот так. – выдохнул Майк ему в шею между поцелуями. – Давай, не останавливайся. – сам не останавливайся. – выдохнул Уилл в ответ. Несколько мгновений и Майк выгнулся, прижимаясь к Уиллу вплотную, утыкаясь лицом ему в шею. Его тело дёрнулось раз, другой, и он замер, тяжело дыша, обмякая в чужих руках. Тишина. Только сбитое дыхание и стук сердца. Уилл молчал. Смотрел куда-то в стену, боясь пошевелиться. А потом тихо хмыкнул. – быстрый. – прокомментировал он с лёгкой насмешкой. – А кто там надо мной шутил? Майк дёрнулся, поднял голову и беззлобно стукнул его кулаком по плечу. – заткнись. – сам заткнись. Повисла тишина. Неловкая. Уилл отвёл взгляд, уставился в стену, чувствуя, как внутри разрастается что-то тягучее и тревожное. Майк всё ещё лежал на нём, тяжёлый, тёплый, и дышал в шею. А потом Майк зашевелился. Чуть отодвинулся, глянул вниз, потом на Уилла. – ты не кончил. – заметил он. Это был не вопрос. Уилл мотнул головой, не глядя на него. – помочь? Уилл закусил губу, не зная, что ответить. Хотелось снова. Страшно, что опять что-то пойдёт не так. – я… – начал он. И вдруг Майк перебил. Неловко, смущённо, но прямо: – слушай, я тут подумал. – Он кашлянул в кулак. – Ты не хочешь, чтобы я.. ну, ртом сделал? Тебе. Уилл уставился на него. Глаза расширились, щёки вспыхнули алым. – чего? – выдохнул он. – ну, минет. – Майк говорил и сам краснел с каждой секундой всё сильнее. – Я не знаю, как правильно. Но могу попробовать. Если хочешь. Уилл смотрел на него и чувствовал, как в голове взрываются фейерверки. – я… ну, понимаешь, это. – Уилл затараторил, отводя взгляд и теребя край футболки Майка. – Это же гигиенически сложно, наверное. И вообще, я не знаю, как там что делать, и вдруг я дёрнусь случайно, а ты.. ну, зубами или… Майк слушал эту тираду ровно пять секунд. Потом закатил глаза так сильно, что, кажется, увидел собственный мозг. – Уилл. – перебил он громко. – …и вообще, может, не стоит, потому что вдруг я задену… – Уилл! – …и воздух, в комнате душно, а если… Майк издал протяжный, специально утрированный стон разочарования. Громкий, почти театральный. Он резко сел, натянул боксеры, сполз с дивана и опустился на колени прямо между ног Байерса. Уилл замер. Смотрел на него сверху вниз широко распахнутыми глазами. Майк сидел на полу, упёршись ладонями в его бёдра, и вид у него был решительный. – будешь сейчас нести чушь и я уйду. – предупредил он беззлобно. – Сиди молча. Уилл открыл рот, чтобы снова что-то сказать, но Майк уже отвернулся. Он потянулся к столу, где среди альбомов и красок валялись карандаши, выбрал один, покрутил в пальцах и вдруг ловким, быстрым движением поднял руки к своей голове. Длинные чёрные пряди послушно собрались в небрежный, чуть растрёпанный пучок на затылке. Майк закрепил его карандашом, отстранился, потрогал результат и довольно кивнул сам себе. – готово. – сказал он просто. – Волосы не мешают. Уилл смотрел на него сверху вниз, чувствуя, как сердце пропускает удары. Майк на коленях перед ним, с этим дурацким карандашом в своих волосах, с покрасневшими щеками и упрямым блеском в глазах - был самым прекрасным, что он видел в жизни. – ты… – выдохнул Уилл. – я. – кивнул Майк. – И я серьёзно. Можно? Уилл молчал. Смотрел на Майка. На этого невероятного, упрямого, прекрасного Майка, который стоял перед ним на коленях с карандашом в волосах и ждал ответа. Он кивнул. Майк выдохнул с облегчением, с решимостью и потянулся вперёд. Его пальцы сомкнулись на члене Уилла медленно, осторожно, будто он всё ещё боялся спугнуть. Несколько движений рукой, разгоняя кровь, разгоняя дыхание Уилла, которое уже начало сбиваться. А потом Майк наклонился. Губы коснулись головки аккуратно, пробуя. Уилл выдохнул сквозь зубы и вцепился пальцами в диван по бокам от себя. Майк провёл языком по всей длине, снизу вверх, изучая, запоминая. Уилл зажмурился на секунду, но тут же открыл глаза. Не мог оторваться от этого зрелища. – ты как? – спросил он вдруг совершенно обыденным голосом, будто они обсуждали домашку по математике. – Не тяжело коленям? Майк замер. Поднял на него взгляд : удивлённый, чуть насмешливый и хмыкнул, не отрывая губ от головки. Провёл языком ещё раз, теперь круговым движением, и Уилл выдохнул что-то нечленораздельное. Байерс опустил голову, чтобы видеть лучше. Майк смотрел на него снизу вверх из-под ресниц, с этим своим дурацким карандашом в пучке, с влажными от слюны губами на его члене и внутри у Уилла всё оборвалось. Он дёрнулся. Резко. Ещё немного и всё. – о господи. – выдохнул он хрипло. Майк чуть отстранился, но не убрал руку. Продолжал поглаживать, надрачивать, глядя прямо в глаза. – так и будешь вопросы задавать? – спросил он с лёгкой усмешкой. – Или дашь мне закончить? Уилл открыл рот, но ничего не сказал. Только мотнул головой. – то-то же. – довольно хмыкнул Майк и снова припал к головке. Он втянул её в рот аккуратно, посасывая, пробуя на вкус. Язык скользил по уздечке, по самому чувствительному месту, и Уилл застонал громко, уже не сдерживаясь. Его пальцы вцепились в волосы Майка прямо поверх карандаша, сминая небрежный пучок. Майк мычал довольно, чувствуя эту реакцию. Он опускался ниже, насколько хватало смелости, насколько позволял рвотный рефлекс. Выныривал, облизывал губы и снова брал в рот, постепенно увеличивая темп. Одна рука лежала на бедре Уилла. Поглаживала, успокаивала, не давала дёргаться слишком сильно. Вторая обхватила основание, двигаясь в такт с губами. Уилл смотрел на него. На то, как Майк старается, как периодически зажмуривается, когда заходит слишком глубоко, как вытирает слюну с подбородка свободной рукой и чувствовал, как внутри закипает что-то огромное, неконтролируемое. – Майк. – выдохнул он предупреждающе. – Я сейчас… Он почувствовал, как напряжение достигает пика, как тело выгибается в предвкушении разрядки. Но в последний момент Уилл резко отодвинул голову Майка в сторону. – ты чего? – Майк дёрнулся, непонимающе глядя на него влажными губами. – не надо. – выдохнул Уилл хрипло. – Это на вкус не особо приятно. Я слышал. Ты не обязан… – Уилл. – Майк закатил глаза и потянулся обратно. – Нет, правда. – Уилл упёрся ладонью ему в лоб, не давая приблизиться. – Я не хочу, чтобы тебе было противно. Потом. Просто.. рукой. Майк посмотрел на него с сомнением, но в глазах Уилла было столько искренней заботы, что спорить расхотелось. – ладно. – сдался он. – Но только потому, что ты так переживаешь. Он обхватил член Уилла ладонью и задвигал рукой, глядя ему прямо в глаза. Быстро, ритмично, точно зная, куда надавить, где сжать сильнее. Уилл зажмурился, запрокинул голову и кончил судорожно, выдыхая его имя как молитву. Майк додрачивал до конца, не останавливаясь, пока последние содрогания не затихли. А потом улыбнулся довольно и вытер руку о край своей футболки. – норм? – спросил он просто. Уилл смотрел на него растрёпанного, с этим дурацким карандашом, всё ещё торчащим в волосах, с блестящими глазами и счастливой улыбкой и чувствовал, что сердце сейчас разорвётся от нежности. – ага. – выдохнул он. – Более чем. Они неловко вытирались. Мелко целовались между делом в щёку, в уголок губ, в кончик носа. Без спешки, без страсти, просто так, потому что могли. Потому что хотелось касаться. Потом устало повалились на кровать. Уилл лёг на спину, сложив руки на груди, и уставился в потолок. Майк растянулся рядом тоже на спине, закинув руки за голову. – слушай. – нарушил молчание Майк. – В следующий раз мы подготовимся. По-нормальному. Средства купим, там.. ну, всё что надо. И займёмся сексом. По-настоящему. Уилл неловко хмыкнул, прикусил губу, но кивнул. – ага. Надо бы. Повисла пауза. А потом Майк добавил будничным тоном, каким обсуждают планы на выходные: – я буду трахать. Уилл нахмурился, повернул голову и ткнул его локтем в бок. – чего? Нет, это я буду. – ну ты же… – я буду. Майк замолчал. Посмотрел в потолок. Потом снова заговорил абсолютно спокойно, обыденно, будто соглашался поменяться ролями в видеоигре. – ладно. Пусть тогда так. Уилл медленно повернул голову и уставился на него. – в смысле ладно? – переспросил он осторожно. – Ты так легко соглашаешься? Майк дёрнул плечом. Его щёки слегка порозовели, но голос остался ровным. – ну… мне понравилось, как ты сегодня вёл. Когда уверенным был. Когда на диван меня положил, когда руки держал. – Он запнулся, но продолжил. – Это было круто. Так что я не против, если ты будешь главным. Уилл смотрел на него и чувствовал, как внутри разливается горячая волна. Майк, который всегда хотел быть первым, главным, уверенным ‐ говорит такое. Он вдруг ухмыльнулся почти нахально. Повернулся на бок, подпер голову рукой и посмотрел на Майка сверху вниз. – то есть ты хочешь, чтобы я тебя оттрахал? – спросил он низко, с хрипотцой. – Так и скажи. – заткнись! – Майк стукнул его подушкой, но улыбка уже расползалась по лицу, прятаться от неё было бесполезно. Уилл поймал подушку на лету и отбросил в сторону. Снова лёг на спину, но теперь ближе. Плечом к плечу, локтем к локтю. – я просто уточняю. – сказал он примирительно. – Чтобы потом путаницы не было. – никакой путаницы. – буркнул Майк в потолок. – Всё предельно ясно. – и что же тебе ясно? Майк повернул голову, посмотрел на него серьёзно. – мне ясно, что я хочу, чтобы это был ты. – Он помолчал. – Чтобы мы. Неважно, как именно. Сердце Уилла сжалось от этих простых слов. – даже если я буду неуклюжим идиотом? – спросил он тихо. – даже если. – кивнул Майк. – Я сам неуклюжий идиот. Будем компанией. - и прикрыл глаза, прижимаясь щекой к его ладони. – мы никому не скажем? – спросил вдруг тихо. – пока нет. – ответил Уилл так же тихо. – Потом… посмотрим. Они замолчали. – нам же завтра вставать рано. – напомнил Уилл без особого энтузиазма. – ага. – согласился Майк, но с места не сдвинулся. – идти надо. – надо. Никто не пошевелился. – Майк? – м? – останься. – ладно.