Не просто фанат

Несмотря на то, что их отношения были официально приняты и семьями, и группой, Чан обнаружил в себе черту, о которой раньше не подозревал. Он являлся лидером, который всегда всё контролировал, а в любви он оказался собственником. И его главным испытанием стали Чон Уён и Сон Минги из группы Ateez, очень быстро ставшие близкими друзьями Хёнджина. И только по этой причине Чан впервые пожалел, что Хёнджин стал вхож в их звёздную тусовку. Всё началось на одном из крупных музыкальных фестивалей. За кулисами всегда царил хаос, но для айдолов это было время редких встреч с друзьями из других групп. Чан стоял у мониторов, обсуждая технические детали выступления, когда услышал звонкий, слишком знакомый смех. Обернувшись, он увидел Хёнджина. Тот не просто разговаривал с Уёном – Уён буквально висел у него на плече, что-то эмоционально нашёптывая. Хёнджин, откинувшись головой назад, заливался смехом, и в этот момент Минги, проходя мимо, взъерошил его идеально уложенные волосы. Чан почувствовал, как внутри него что-то неприятно кольнуло. Он знал, что эти двое сильно сдружились с Хёнджином. Знал, что у них появились свои шутки на троих. Но видеть, как кто-то другой так легко касается его Хёнджина, было выше сил Чана. Вечером в отеле Чан был непривычно молчалив. Он сидел за ноутбуком, делая вид, что правит трек, хотя на самом деле просто смотрел в одну точку. - Чан-хён? - Хёнджин подошёл сзади и положил руки ему на плечи. - Что с тобой? Ты на что-то злишься? Выступление же прошло великолепно. Чан снял наушники и медленно повернулся. - Я не злюсь, - сказал он. - Просто... Уён всегда такой тактильный? Хёнджин замер, а потом его губы расплылись в насмешливой улыбке. - Подожди-ка... Бан Кристофер Чан, великий и ужасный лидер Stray Kids, ревнует? К Уёну? - Я не ревную, - буркнул Чан, хотя его заалевшая шея говорила об обратном. - И... и ответь на вопрос. А ещё ответь, почему ты позволяешь Минги лохматить твои волосы. Хёнджин рассмеялся, обходя кресло и садясь прямо на подлокотник. Затем он взял лицо Чана в свои ладони, заставляя того посмотреть на него. - Чан-хён, послушай внимательно, - вкрадчиво начал Хёнджин. - Уён – это стихийное бедствие, он обнимает всё, что движется. А Минги для меня как шумный брат. Но ни один из них не заставляет моё сердце биться так, что я забываю своё имя. Чан вздохнул. Его защитная броня дала трещину. - Я знаю. Глупо, да? Просто когда я увидел, как ты на них смотришь... я вспомнил тот знаменательный для нас фансайн. Ты тогда смотрел на меня так, будто я – единственный человек в мире. И я очень боюсь, что этот взгляд когда-нибудь достанется кому-то другому. Хёнджин смягчился. Он прижался лбом ко лбу Чана. - Тот взгляд никуда не делся, - заверил Хёнджин. - Он просто стал глубже. Уён и Минги – мои друзья. А ты – мой любимый человек. Чан притянул его к себе для долгого, собственнического поцелуя, словно ставя невидимое клеймо. Когда же поцелуй прервался, Чан уже улыбался своей привычной улыбкой. - Хорошо, - кивнул он. - Но, если Уён ещё раз попытается укусить тебя за ухо, я не гарантирую, что не вмешаюсь. - Договорились, - хохотнул Хёнджин. Чан, наконец, закрыл крышку ноутбука. Он понял, что его сила не в том, чтобы запрещать другим восхищаться Хёнджином, а в том, что в конце каждого дня этот прекрасный человек возвращается именно к нему. Впрочем, проходя мимо гримёрки Ateez на следующий день, Чан всё же одарил Уёна своим самым пронзительным взглядом, заставив того на миг притихнуть. Чан сделал это просто на всякий случай.