Анима

Кто определяет смысл, кто прокладывает дорогу жизни? Подсознательно я считал, что мне её уже проложили окружающие меня люди. Всегда растили с этим ощущением. За меня делали выбор, за меня решали, как я буду выглядеть и как себя вести, а я покорно поддакивал всему этому, а когда заранее проложенный путь привёл к густому лесу деревьев, которых ты никогда не видел, я свернул в сторону моста, думая, что я его перейду, а не захочу с него спрыгнуть. Я думал, что внизу продолжение дороги, а не бетонная плита, но Анима, прежде незнакомая мне девушка, протянула мне руку и показала дорогу. И вот мы стоим, обнимаемся и не хотим, чтобы это когда-то заканчивалось. — Я знал, что тебя найду, — сказал я с облегчением. — Знаю, Ивен, знаю, — Анима. Мы простояли ещё долго, прежде чем решили пойти. — Я же даже ничего о тебе не знаю, — сказал я. — Так спрашивай, — Анима. — А что спросить? Банальное «Какой твой любимый цвет?» или твои любимые актёры? — Нет, это узнаётся впоследствии. Она прервала мои раздумья и сказала: — Я думала о твоём поступке и понимаю, почему ты к этому пришёл. Ты хотел жить так, как тебе показали. У тебя была внутри установка, которую поставили на конвейер, но не показали, что тебе нужно делать. А ты по инерции делал то, что делали другие. Я не буду распинаться и говорить, что ты такой несчастный, все вокруг виноваты в том, что с тобой происходило — нет. Жизнь просто оказалась намного тяжелее, чем все себе представляли, а ты не смог справиться с этим. Возможно, если бы трава была зеленее и солнце было ярче, ты жил бы так, как жил, всё было бы у тебя хорошо, но получилось так, как получилось. Тебе остаётся только научиться жить по-своему и самому прокладывать дорогу через густой лес. Я был в шоке. Она закончила мои размышления всего несколькими предложениями. — Спасибо тебе, ты мне помогла, — сказал я. — Но всё-таки давай забудем хотя бы на некоторое время об этом и просто насладимся прогулкой, — сказала я. Мы гуляли до самой поздней ночи. Оказывается, ей нравится Кафка, философия — её страсть. Мы выбрали с ней книгу, которую прочитаем и позже обсудим. Я был на седьмом небе от счастья, как маленький я, когда радовался даже самым обычным мелочам. Мы наконец-то обменялись соцсетями, так что начали переписываться практически 24/7. Когда бы я ни заходил в сеть, она всегда была онлайн. Оказывается, это из-за того, что у неё постоянно включён ноутбук — если она его выключит, он может потом не включиться. Мы снова договорились встретиться, только в этот раз посидеть в кафе. Вечера субботы я ждал очень сильно, не мог сидеть на месте, даже убрался во всей квартире, выкинул старую одежду. Стало очень хорошо: всё чисто, всё сложено. Как же я раньше жил во всём этом хаосе и беспорядке? Видимо, меня это вообще не смущало. Наконец настал вечер выходного, я пришёл немного раньше назначенного времени, но ничего страшного. Анима зашла в кафе, и я обомлел. Она была так красива, что я не сразу сориентировался. Спустя 5 секунд ступора я всё-таки быстро поднялся и подошёл, чтобы её встретить. Я снял с неё пальто и повесил на вешалку, подставил ей стул, как настоящий джентльмен, и сел на свой стул. Официант принёс нам меню, но почему-то всего одно. Бывает, может, у них их и так мало, да и ассортимент не такой широкий для помпезного меню. Мы заказали 2 капучино, спустя 5 минут их принесли. Попивая кофе, мы обсуждали фильмы, аниме и всё-всё, мы не замолкали. — Вот почему я считаю, что Эрен был прав, — закончила она. Мы всё-таки замолчали, но через время я продолжил: — Я так счастлив, что мы встретились, мне так хорошо с тобой проводить время, будто всю жизнь знакомы. За такое короткое время ты стала мне как родной человек. Она немного засмущалась, но ничего не сказала. Тут я решил взять её за руку, она оказалась не против. От этого кончики пальцев будто закололо мелкими иголками, но это была приятная боль. Мы посидели ещё какое-то время, после чего решили идти домой. Подойдя к стойке официанта, чтобы расплатиться, он меня спросил: — Вы в порядке? — Да, в полном, — сказал я. Расплатившись, мы ушли. Будто сбавляя шаг, чтобы побыть больше вместе, мы почти перестали двигаться. Я снова взял её за руку и потянулся, чтобы её поцеловать, но она лишь подставила щёку, после чего мило посмеялась. Я смущённо тоже улыбнулся. Мы просто шли, не зная, куда придём. Домой особо и не хотелось вовсе, но Анима сказала, что ей пора, ведь завтра на работу. Я предложил её проводить, но она сказала, что её должен забрать отец, а мне с ним знакомиться ещё слишком рано. Она ушла, а я продолжил идти, но уже по направлению домой. Я чувствовал себя счастливым, улыбался как дурачок, но мне было на это плевать. Подойдя к своей двери, я увидел стоящего Треворга. Он стоял явно расстроенный. — Мне, скорее всего, придётся съехать, — сказал он. — Это почему? — спросил я. — С работы меня попросили уволиться по собственному желанию, потому что узнали, что я не так уж и хорошо справляюсь с обязанностями. Меня быстро заменили, и теперь мне нечем платить за квартиру, придётся съехать к родителям. — Он. После моего молчания он добавил: — Может, ты поможешь мне деньгами, я постараюсь найти работу и всё тебе верну. Жалость взяла верх, и я сказал: — Ладно, но я смогу дать на арендную плату всего на месяц, больше денег у меня нет. После чего я дал ему сумму. — Спасибо, — сказал он, после чего быстро ушёл. Как только он взял деньги, сразу же свентил. Какой же он мудак! Как я раньше не замечал его нутро. Да уж. Я зашёл домой, мысль о Треворге меня долго не беспокоила. Я был счастлив, мне было так хорошо. Может, я влюбился? Видимо, да. Эта мысль меня немного испугала, так волнительно стало, и все мысли об Аниме заиграли новыми красками, стало ещё лучше внутри. Треворг уже храпел у себя в квартире, быстро уснул. Но мне было уже плевать на его храпы, не так как раньше, когда это было частью жизни, а теперь это была незначительная вещь, на которую не стоило тратить нервы. Мысли прервало оповещение на телефоне — оно было от Анимы. — «Ты быстро добрался домой?» — «Очень, а ты не замёрзла пока ждала папу?» — Я — «Нет, он сразу подъехал» — Она — «Давай послезавтра встретимся?» — Она — «Конечно, вечером в 17:00 подойдёт?» — Я — «Да, хорошо, давай сходим в торговый центр» — Она — «Отличная идея» — Я — «Мне пора отдыхать, и ты давай тоже» — Она — «Хорошо, доброй ночи» — Я — «Доброй ночи» — Она Бабочки в животе всё сильнее летали внутри, даже заснуть не давали, но спустя время я всё-таки уснул. На следующий день вечером заявился Треворг. — Можешь ещё одолжить денег, я с горя от потери работы всё спустил на алкоголь, — сказал он. — Ты идиот? Как ты так мог? У меня нет денег больше — крутись сам. — Прошу, ты же друг, тяжело найти что ли деньги? — Он. От наглости глаза налились яростью. Я хотел его ударить, но сдержался и сказал: — Хватит вить с меня верёвки, ты мне надоел, мне кажется, мы и друзьями не были, лишь собутыльники. Он посмотрел на меня с глазами полной безысходности, но понимал, что я прав, и то, что его в моей жизни быть не должно. Он постоял ещё какое-то время и ушёл. После его ухода я заплакал: было чувство свободы, будто он всё время тянул меня вниз, гасил мои попытки что-то изменить. Он умер для меня. Понимаю, что звучит цинично, но он столько гадости принес в мою жизнь, что ему нет оправдания. Я написал об этом Аниме, и она сказала: — Ты сделал всё правильно, он был плохим человеком для тебя, был как мазут, по которому ты пытаешься идти, с каждым шагом идти всё тяжелее. Когда-то он помогал тебе делать выборы, преодолевать испытания, говорил, когда что-то стоит делать, а когда нет. Чаще всего его советы подразумевали меньшую отдачу, он не давал тебе делать что-то новое, рисковать. Ты был куклой. Она была права. Все её слова были в точку. Неужели я наконец-то нашёл кого-то по духу? Я на это надеюсь. Утром следующего дня было на удивление тихо, даже как-то не по себе, но вдруг постучали в дверь. Я открыл — это был мой так называемый друг. — Ивен, я собрался уехать к родителям, так что пора прощаться. Я старался быть для тебя хорошим другом, но почему-то ты начал меня отталкивать и я растерялся, начал пить, меня выгнали с работы. Я всё же считаю, что все мои советы тебе были правильными. Ты должен жить по пути наименьшего сопротивления. Зачем все эти риски? Лучше быть как ёж, чтобы снаружи тебя не могла достать опасность. Скорее всего, на тебя эта девка как-то повлияла. Я пытался тебя вразумить, но попытки не увенчались успехом. Прощай, дорогой Ивен, надеюсь, мы никогда больше не встретимся. Он улыбнулся, но это было искренне, не по-злому, будто внутри он действительно рад нашему прощанию. — И тебе спасибо за всё, я научусь жить сам. Это было почему-то тяжёлое прощание, но оно было нужно. Лучше в один момент попрощаться с тем, что причиняло только увечья, чтобы это в конце концов не убило тебя. Я смотрел ему вслед и понимал, что больше никогда его не увижу. Прощай, Треворг. Вечером мы встретились с Анимой в торговом центре. Я рассказал ей про Треворга, она облегчённо улыбнулась. Я попытался взять её за руку, но она почему-то не захотела. Я спросил, что случилось, а она лишь отнекивалась. Может, плохое настроение, я не стал сильно докапываться, чтобы не сделать хуже. Мы шли молча, было как-то немного напряжённо, и внутри стойкое ощущение, что сейчас что-то произойдёт, но я сильно этому не придавал значения. — Пойдём посидим где-нибудь, — сказал я. Она махнула головой. Мы сели за столик, я заказал еды, она отказалась. Вдруг она начала: — Ты знаешь, почему Треворг уехал? — Конечно, его уволили и у него кончились деньги, — сказал я. — Лирическим героям иногда дают слишком большой смысл, — сказала она. — В каком смысле лирическим героем? — удивлённо спросил я. — Тебя никогда не удивляло, что у вас с Треворгом не было общих друзей? — Она. — Я не понимаю, о чём ты? — уже немного взволновано спрашиваю я. — Ты был потерянным, когда он появился в твоей жизни. Он тогда протянул руку помощи, и ты покорно её принял, но всё это время его не было, не существовало, понимаешь? — Она. — Какой-то бред, ты часом не пила сегодня? — я. — Треворг — это твоя тревога, ты даже имя созвучное дал. Всё это время ты сам был этим всем, сам дошёл до ручки. Я не мог связать слов, я решил написать Треворгу, но страницы нет. Ладно, он мог её удалить. Я решил позвонить, но на той стороне телефона «Набранный вами номер не существует». Значит, я шизофреник? Нет, это бред, он самый настоящий человек из плоти и крови. — С чего ты это взяла? Это явно какая-то шутка, да? — спросил я, явно нервничая. — Успокойся и послушай, — сказала она. — В смысле успокоиться? Ты говоришь такие странные вещи, меня это пугает, — сказал я. — Вспомни все моменты, когда он когда-либо контактировал с тобой, — она. А ведь правда, он ни разу ни с кем не общался, был только со мной и действительно появился тогда, когда мне была нужна помощь. Он что, вымышленный друг, которого я придумал как маленький ребёнок? — Нет, это нормально, — сказала Анима. — Что? Откуда ты знаешь о чём я подумал? Неужели и ты тоже ненастоящая? — сказал я. — Мы — проекция твоих эмоций. Я всего лишь образ твоей мамы, к которой ты бессознательно обращался, но тебе стало совсем худо, и мне пришлось прийти на помощь. Дорогой, пойми, всё, что ты пережил, было тяжёлой ношей, поэтому не стоит себя корить и думать, что ты психически нездоровый. Твоя тревога взяла верх и полностью манипулировала тобой. Она стала настолько неконтролируемой, что ты дошёл до ручки, после чего появилась я. Малой частью твоего внутреннего хорошего «я», что у тебя осталась, ты меня позвал. Твоя тревога не до конца тебя добила. Я попытался что-то сказать, но не знал, что. Всё происходило словно во сне. Не верилось во всё это, но всё же я сказал: — Но что мне теперь с этим делать? Как мне жить? Кто мне поможет? — Ты сам себе и поможешь. Ты готов к этому, готов проложить свой путь, а не идти по натоптанной дороге. Твоя жизнь только что действительно началась, — она сказала это так воодушевляюще, чувствовалось что-то божественное в этом. Эти слова были по сути обычными, имеющими обычный смысл, но всё, что за ними стояло, всё, что она действительно имела в виду, было каким-то чистейшим добром. Она будто вставила в меня ключ, и эта дверь внутри меня наконец открылась. — Так тебя тоже нет? Получается, я влюбился в вымышленного человека. Смешно даже, — немного с горестью сказал я. — Когда ты в меня влюбился, ты открыл для себя путь, свой путь, — она. — Ты тоже уйдёшь? — я. — Все уходят, а я навсегда останусь внутри тебя и всегда буду с тобой, — она улыбнулась и взяла меня за руку. — Ты хоть иногда покупай яблочные энергетики, — она улыбнулась, и по её лицу потекла слеза. Я не моргал ,понимая ,что если моргну, её не станет, но силы кончились, и я моргнул. Открыв глаза, её уже не было. Я готов был рыдать навзрыд ,но я сдержался и лишь тихо заплакал ,я сжал свою руку будто ждал ощущение ее руки в своей ,я не хотел вставать ,но я вспомнил ,что она говорила,мне нужно быть сильным и я им являюсь ,на душе даже стало спокойнее .Я встал, пошёл в магазин, взял яблочный энергетик и пошёл домой. Придя, я сел за стол и начал размышлять. Через какое-то время я пришел к выводу ,что у всех есть свои Треворги и Анимы. Кто-то выбирает тревогу и живёт по пути наименьшего сопротивления. Кто-то однажды решается свернуть в лес и идти своим путём. Фраза «не бойся, у тебя всё получится» ничего не значит, если ты сам не наполнишь смыслом . Теперь я сам буду прокладывать дорогу. Спасибо тебе дорогая Анима ,я буду сам себе протаптывать дорогу жизни ,этот густой лес меня не остановит .