Сказка об умных мышах

12.       К старейшине постучались.       — Войдите.       На пороге показалась ученая мышь.       — Готово? — с надеждой спросил Второй.       — Х-м-м, почти наверняка можно сказать, что оно несъедобно. Возможно, полезно для выращивания урожая, однако не могу утверждать. Требуется время для проверки.       — Сколько?       — Хотя бы месяц…       Старейшина вздохнул. Два дня назад он принес вещество из пещеры и отдал ученым мышам.       "М-м-м" — промычал он. Целый месяц его будет снедать любопытство. Интересно, что узнали ученые мыши из Первой и Четвертой общин?       Усики его шевельнулись, и он засобирался.       ***       Сказы       Веселая мышь подметала пол в комнатке и напевала. Она только что заменила соломенную подстилку и теперь наводила чистоту, пока соседки вышли погулять.       Ах! Она юркнула в свой уголок и, склонившись над кусочком белой коры, торопливо нацарапала новую строчку.       Интересно, отдать эту песенку Свистульке или просвистеть самой у вечернего костра? Она на короткий миг позабыла об уборке. Наверное, все-таки она поделится со Свистулькой ведь у той совершенно чудесный голосок!       Кто-то поскреб у ее дверки.       Веселая мышь пришла в себя и крикнула:       — Добро пожаловать!       К ней ввалились Сплюшка и Хвостик. Сплюшка выглядела взволнованной — усики и лапки, в которых она держала свернутую кору, подрагивали. А вот по Хвостику такого нельзя было сказать. Он, позевывая, опустился на чистую подстилку прямо с пыльными лапками. Веселая мышь лишь вздохнула.       — Не помешали? — с запоздавшей тревогой спросила подруга.       — Конечно, нет, — Веселая мышь быстренько поставила метёлку в дальний уголок. — Располагайтесь.        Хвостик прилег.       Сплюшка развернула свиток и без предупреждений затараторила:       — Жила-была прекрасная белая мышь, и звали ее Облако… — она опасливо взглянула на старшую подругу, уши ее прижались к макушке.       Веселая мышь тихонько присела прямо на пол, не сводя со Сплюшки глаз. Та продолжила, но уже спокойнее:       — И однажды родились у нее мышата — один был сияющим и теплым, а вторая — прекрасная, но тихая. И назвала она их…       С подстилки раздалось сопение Хвостика.       Веселая мышь улыбнулась, но спохватилась вовремя и благодушно посмотрела на подружку.       — Ах, вечно он мешает, — в сердцах проговорила Сплюшка. — И зачем он ходит за мной хвостом, если не любит мои … сказы.       — Сказы? — глазки Веселой мыши блеснули.       — Ой, я же еще никому не говорила!       ***       — Ты ведь знаешь, что стихи у меня не выходят. То, о чем думаю, не помещается в щелчки и не поется. Но ты говорила, что стихи не обязательно прощелкивать и свистеть. Поэтому я стала делать сказы.       — О, — сумела вымолвить удивленная мышь. — Я бы очень хотела послушать твои сказы!       — Белая мышь очень любила своих мышат. Вот только сами они были такими разными и иногда ссорились, споря за самые вкусные орешки.       — Все мышата такие, пока не вырастут, — покосившись на Хвостика, подтвердила Веселая мышь.       — Правда? Тебе нравится сказ?       — Ага, — подтвердила она.       — Однажды поднялся сильный ветер, и Облако с мышатами разметало в разные стороны! Да так далеко, что не ведали они, где находятся и как встретиться с родными. С тех пор нет у Облака покоя. Плавает оно по всему небу в поисках детей, и когда отчаивается, то плачет по ним в тоске. Иногда ей удается найти одного и она, наконец, засыпает рядом. А когда просыпается, тот уже уплывает от нее. Не хотят дети жить вместе, не скучают они друг по другу. И приходится Облаку ночевать то у дочки-Луны, то у сына-Солнца.       «Жалко мать-Облако» — подумалось Веселой мышке, и она спросила:       — Неужели мышата так упрямы, что ни разу не видали друг друга?       Сплюшка радостно поменяла прочитанную кору на новую:       — Я только закончила сказ про их встречу!       ***       Хвостик проснулся от разговоров сестры с подругой. Он пошарил рукой и нащупал под соломкой большой кусок коры. Он попытался накрыть им уши, чтобы уснуть заново. Но сестра так громко читала свои «сказы», что Хвостик просто прикрылся им и, стараясь не шуметь, выскользнул из комнаты.       Он пошел на улицу к другу, Ушастику. Его звали так из-за круглых белых ушей заметных издалека. Как же Ушастик сокрушался из-за них! Он хотел вырасти и стать стражником, вот только приметные ушки выдавали его, выглядывая из засады.       Солнце еще не село, и Хвостик решил и дальше прикрываться корой Веселой мыши. Он присел на пригорке, дожидаясь, когда Ушастик будет возвращаться с поля. От нечего делать он начал читать знаки на коре.       Мимо по дороге пара сусликов тянула телегу. Позади повозки шла мышь-заготовитель. Вдруг колесо наехало на ямку и телегу тряхнуло.       Маленькие деревянные бочонки подпрыгнули и покатились по дороге. Мышь-заготовитель растерянно забегала. Хвостик побежал помогать.       Дело было улажено, и телега поехала дальше.       Хвостик довольный собой хотел вернуться на пригорок, но заметил укатившийся в канавку бочонок. Он хотел окликнуть удаляющегося заготовителя, но заметил, что из бочонка выливается что-то. Медлить было нельзя, и Хвостик быстро спустился в ямку. Там сильно пахло медом…       ***       — Мать-Облако так грустила, что однажды дочь-Луна согласилась навестить брата. Мать была так рада, что позвала в гости подруг-небожительниц. Луна тихо и скромно подплыла к Солнцу, но когда он глянул на нее слепящими лучезарными глазами, не выдержала и заморгала.       «Несчастная, не можешь выдержать моего блеска! Смотри же, как светел и красив мой дом!»       «Как смеешь ты насмехаться надо мною?» — гневно спросила сестра — «Ведь я здесь ради нашей матери!».       «Явилась ты сюда, оттого что слабее. И потому что матери не затащить меня в твой темный мир!»       Недобро улыбнулась Луна: «Посмотрим» — сказала она.       И вдруг Солнце стало исчезать, постепенно, словно сестра по чуть-чуть сгрызала его, пока не проглотила полностью. Вдруг резко потемнело, на Земле наступила ночь. На небесах тускло сияла Луна. Мать-Облако в ужасе не могла вымолвить ни слова. Все, даже мыши на земле взмолились Луне — «Верни нам свет!».       Дочь обняла мать и прошептала:       — Не такой я хотела встречи. Но мне жаль тех мышей. Больно нужно им Солнце.       — И Луна, выплюнув Солнце, медленно уплыла. А ясный день вернулся к мышам! — закончила Сплюшка.       *** 13.       Вечером у костра собрались молодые мыши. Этот костер так и прозвали «молодежный» — взрослым он не нравился — слишком там было шумно.       Когда над полем взошла красавица-луна, перед мышками выступила Свистулька. Она была такой прекрасной. Мягкий мех ее шубки переливался в отблесках огня, а за ушком крепился цветочек.       Она завела песенку, и Веселой мышке стало отрадно — ее стихи стали еще лучше!       Когда Свистулька закончила, мышки были в восторге. А молодой мыш вновь протянул ей восхитительный цветок. Свистулька потупилась и не спешила взять подарок. Молоденькие мышки с любопытством смотрели на пару.       Неожиданно для всех к тому мышу подошел Хвостик и выхватил цветочек.       Он открыл рот и затянул один из ее стихов! От удивления Веселая мышь ахнула. Она бросила взгляд на Сплюшку, но та была также изумлена.       А Хвостик пел и кружился, да так ловко, что молодые мышки вначале удивленные его выходкой, начали раскачиваться и подпевать!       Оказалось, что он знал много стихов! Стоило закончиться одному, как брат Сплюшки заводил следуюший.       — Вставайте, мыши! — звонко закричал он. — Давайте крутиться, не сидите, щелкайте хвостиками!       И мышки послушно встали и весело закружились.       ***       Трое старейшин разочарованно вздохнули — ученые мыши, которых они привели с собой, коротко посовещавшись, признали, что выводы их одинаковы. Требовалось время.       — Мы дадим вам месяц, — изрек старейшина Первой, обращаясь к ученым мышам.       — Работайте сообща, — добавил Второй.       — Можно построить вам рабочую комнату у самой Горы, — дал разрешение Четвертый.       Первого осенило:       — А что если вы закроете доступ в пещеру — на время? Пока ученые мыши не раскроют тайну вещества?       Старейшины засопели. Всё было так … неприятно.       — Хорошо, — пошевелил усами Четвертый. — Тогда мы поставим стражу у пещеры и скажем мышам из Третьей общины, что там работают ученые мыши.       Первый и Второй переглянулись.       Первый начал, тщательно выбирая слова:       — Мудрый наш брат, возможно, лучше будет, м-м-м, если мыши из Третьей не будут… м-м-м, этого знать.       — Но дорогой брат! — не веря, воскликнул Четвертый. — Это же значит, что мы …       — Что мы тоже не скажем им правды, — грустно закончил за него Второй.       ***