Мы все родом из детства

Площадь Гриммо встретила Аврору не так радужно. Утром ей пришлось расстаться с любимым, встретиться с отцом и оказаться в одном доме с ворчливым эльфом. — Предательница крови. Моя бедная хозяйка будет в бешенстве, — бухтел Кикимер. Женщине было не впервой видеть этого эльфа. Но то, как он её назвал… Удивительно, что в таком возрасте он ещё помнит её. Он был в каких-то непонятных тряпках и будто стал меньше, чем когда ей было 10. Хотя она выросла, и это было логично. Гриндевальд оторвала взгляд от эльфа, когда услышала шаги. Вот и он. Сириус Орион Блэк III, друг её старшего брата, главный враг её мужа и просто… — Бродяга! — воскликнула она и обняла его. — Звёздочка моя, — Сириус прижал к себе Аврору. — А так и не скажешь, что просидел в Азкабане, — усмехнулась Дамблдор. — А так и не скажешь, что ты живёшь с Нюньчиком, — парировал он. Девушка ущипнула его за бок и зло посмотрела на Блэка. — Кхм… кхм… Сириус, Аврора поживёт у тебя. Спасибо за этот прекрасный штаб для ордена. Оставлю вас тут. Но помни, Сириус: никто не должен знать, кто такая Аврора, — напомнил Альбус и скрылся в камине. — Как ты? Как Итон? Я его ещё не видел, — интересовался Блэк. — У нас всё хорошо. Было… В общем, не спрашивай. Как тебе на свободе? — спросила она. — Моя милая звёздочка, это, конечно, не то, что я хотел. Но всяко лучше какого-то там Азкабана. Идём, покажу твою комнату. Блэк повёл её вглубь дома, показал комнату и оставил осваиваться. Что-что, а вот дом, конечно, у Блэков роскошный. Последний раз Аврора была тут на каком-то светском мероприятии. Ей тогда было 10, и она мало чего помнит. Хотя нет. Она точно помнила, как леди Блэк пыталась договориться о браке с Регулусом. Но Геллерт был тогда категорически против. Дочь свою он никогда бы не позволил тронуть таким, как Блэки. Было весело, ведь в тот вечер их компания детей разбила какую-то коллекционную вазу. Пока она раскладывала вещи и думала о своём, в комнату ввалились без приглашения. — Мистер Блэк, надеюсь, это наша с Джорджем ком… — не договорил рыжий парень, когда увидел Аврору. — Комната с блондиночкой? Ну это же шикарно, мистер Блэк! — продолжил второй. — Стучать не учили? Видимо, хорошие манеры не для вас, — строго ответила Аврора. — Прости, Эйф. Парни, ваша комната дальше, — Сириус показал им на другую дверь. — Простите, мадемуазель, — сказал Фред. — Вынуждены покинуть вас. Простите за беспокойство, — закончил Джордж. Парни поклонились и пошли за Блэком дальше. Аврора улыбнулась. Она так и не поняла, кто из рыжих есть кто, но это была её первая встреча с друзьями её детей. И ведь они даже не представляли, что она — мама Адары и Гелеуса. *** Вечером того же дня приехали Адара и Гелеус. Естественно, Авроре пришлось притвориться, что она их не знает, а они не знают её. Ну как не знают… как артиста они, естественно, её узнали, а как маму — нет. Было тяжело, но Аврора была уверена, что они справятся. Все сидели за ужином в столовой. Джордж мило беседовал с Адарой, а Гелеус не сводил взгляда с Фреда. Теперь Аврора видела, как сильно влюблён её сын. Она будет верить в то, что это всё взаимно, и будет рада за него. Миссис Уизли приготовила великолепный ужин. Гриндевальд давно не находилась в такой прекрасной семейной обстановке. Она старалась поддерживать такую же атмосферу в своём доме, но у неё не всегда выходило. Когда все дети поели, они отправились в одну из спален, чтобы обсудить какие-то свои планы, а взрослые остались за столом. Сириус открыл одну из бутылок вина, что находились в погребе его дома. За столом сидели: Молли, Артур, Аврора, Сириус, Ремус и Дора с Кингсли. — Так значит, вы певица, Аврора? — уточнила Молли. — Удивительно, что вы меня не знаете, — ответила Гриндевальд. — Ну, я магическое радио часто слушаю, но никогда про вас не слышала, — уточнила миссис Уизли. — Я пою в дуэте вместе с братом. Может быть, вы слышали про дуэт «Грин»? — Ох, Мерлин! Это вы, что ли? — удивилась она. Аврора кивнула головой и усмехнулась. В магическом мире не так много исполнителей, а они с братом были одними из лучших. Как можно было их не знать — удивительно. В этот момент на кухню зашли Дамблдор, Макгонагалл, Грюм и Снейп. — У нас плохие новости… — начал Аластор. Как она не любила эту фразу. Раньше от отца приходилось слышать её много раз. Но особенно часто она вспоминала один из худших дней своей жизни благодаря этим словам. *** Flashback Ученики Шармбатона уже садились в свои излюбленные кареты. Аврора очень хотела домой. У неё было столько планов на лето. В последние каникулы она нашла очень много интересных книг в библиотеке, а ещё Геллерт обещал ей уроки верховой езды. Ну и, конечно же, Альбус вернётся из Хогвартса. Они с Итоном прибыли домой. Их встретил домовик по имени Хью. Он был немного поникший, что очень напрягало Аврору. Пока Хью нёс её вещи в комнату, он всё время что-то приговаривал. Девушка всё никак не могла этого понять. Аврора очень быстро разложила свои вещи и направилась в кабинет к папе, чтобы поскорее обнять его и рассказать про успехи в учёбе. Она постучала в дверь его кабинета, но никто ей не ответил. Девушка решила войти. Внутри она обнаружила Геллерта Гриндевальда и хаос. Бумаги были разбросаны повсюду, некоторая часть мебели уже тлела. Её папа был напряжён — она это видела. Его взгляд был ледяным и холодным: в одной руке он сжимал бутылку коллекционного вина, которое хранил только на самый особый случай, а в другой очень крепко держал палочку, будто вот-вот — и она сломается. — Пап, всё хорошо? — спросила она. — Аврора, у меня плохие новости, — начал он. — Мы с твоим отцом… у нас… Он подал на развод, — закончил мужчина. — Нет, пап… Как? Почему? — губы девушки дрожали, а в голове были тысячи вопросов. Они уезжали на учёбу, и всё было хорошо. Последние каникулы прошли великолепно. Девушка не замечала размолвки между отцами. Ей было обидно. Ей было больно. Она выбежала из кабинета и направилась к себе в комнату. Именно это было первое событие в её жизни, которое заставило воспринимать мир иначе. Первое, но не последнее. Именно в те каникулы её жизнь изменилась до неузнаваемости. После того дня её семья распалась, и начался ужасный период. Ей так хотелось вернуться назад, а не мириться с тем, что будет дальше.