Омар еще этот

Виноват во всем оказался Хейден Пайк. Нет, технически, справедливее было бы упрекать Амбер и Руби, но… детей Пайка (и его жену) Илья обожал. Да и вообще, Амбер и Руби же Пайковы дочери, а значит, и виноват во всем он. Это Пайк должен был подтягивать со своими детьми трансфигурацию, а никак не Шейн. Это Пайк должен был из-за их неосторожности превратиться в омара. Да-да, в омара. Амбер и Руби каким-то образом трансфигурировали в него Шейна и понятия не имели, как разтрансфигурировать обратно. Когда Илья об этом услышал, он как раз мылся в душе. Тренировка закончилась час назад, но он, как капитан, показывал паре новичков полезные приемы. Обычно Шейн ему в этом помогал — даже играя в одной команде, они с Ильей продолжали сражаться за звание лучшего в мире загонщика и были рады делиться знаниями — но сегодня ушел с поля вместе со всеми. К нему трансгрессировал мерлинов идиот Хейден Пайк, а Шейн очень хотел провести с ним время. Илья какого-то подвоха не ожидал, и, как оказалось, зря. Стоило ему снять одежду и встать под теплые струи воды, как в душевую ворвался Пайк. — Розанов… твой муж… Шейн… он там… там… Илья рванул на помощь еще до того, как Пайк успел сформулировать суть проблемы. Он даже одеться не потрудился: ухватил с крючка первое попавшееся полотенце, трасфигурировал его в плавки, да влез в сланцы, чтобы уже через пару шагов их скинуть — сланцы, очевидно, принадлежали кому-то из новичков и были слишком Илье малы. Ведомый криками Пайка, Илья добежал до самого пляжа и увидел… омара, да. — Картошечка моя, — выдохнул Илья по-русски, — ты как? Омар ничего не ответил. Более того, он вообще не обратил на Илью никакого внимания. Илья в панике упал перед ним на колени, чтобы рассмотреть поближе. Выглядел омар Шейн не важно: красный и застывший, он казался потерявшим сознание. Даже его коричневые глаза то ли не смотрели на Илью, то ли были закрыты (Илья в омарах совсем не разбирался). Не тратя времени на раздумья, Илья выхватил из под резинки плавок заблаговременно запрятанную волшебную палочку и произнес контрзаклятие. Ничего не произошло. Илья попробовал снова. И снова. И снова. Омар никуда не исчез. Говоря на чистоту, у Ильи и у самого с трансфигурацией было так себе. Он даже плавки-то трансфигурировал неважнецкие: крохотные, дурацкие, держащиеся на одном-единственном узелке. Пока все остальные корпели над учебниками и превращали крысу в кубок и обратно, Илья зависал на квиддичном поле. Он с детства знал, что летает достаточно хорошо, чтобы сразу после выпуска подписать контракт с профессиональной сборной, и считал, что зелья, чары и прочая трансфигурация ему особо не пригодятся. И они не пригождались. Пока не приперся мерлинов Хайден Пайк. И вот Илья Розанов — профессиональный игрок в квиддич, капитан Оттавских Кентавров, лучший новичок две тысячи десятого — стоял посреди флоридского пляжа и пытался вспомнить хоть что-нибудь из школьной программы. Возможно, заклинание не сработало именно потому, что Шейн был без сознания? Возможно, его нужно сначала разбудить? Илья снова направил палочку на Шейна-омара и окатил его потоком воды. Без толку. Шейн-омар оставался таким же грустным, красным и… неживым. Страх сковал грудь и прокатился по телу мелкой дрожью. Илье было необходимо привести Шейна в чувства! Пусть не вернуть его обратно, но хотя бы убедиться, что он в порядке. Илья поднял омара на руки и поднес к лицу. Он не умел делать искусственное дыхание, но знал, что к его помощи прибегали даже магглы. Раз справлялись они, то и Илья сможет! В конце-концов, ему поможет сила любви! Илья набрал полную грудь воздуха, склонился к лицу (или что там у него?) омара, надеясь, что именно в этом месте у него нос и рот, и… услышал за спиной самый любимый и самый удивленный в мире голос. — Илья? От того, чтобы не уронить омара прямо на песок Илью удержал лишь страх того, что красный хитин все же скрывает под собой Шейна. Илья прижал омара к груди покрепче и обернулся. Его глазам предстал Шейн. Не Шейн-омар, а Шейн-человек. Слегка растрепанные влажные волосы, командная мантия с кентавром на груди, прекраснейшие на планете веснушки. И выражение полного охренения на лице. — Скажи мне, а что это ты тут делаешь? — Шейн вопросительно приподнял бровь. Илья часто-часто заморгал не зная, что и ответить. В мешанине мыслей в голове ответов не было. Но был вопрос: — А ты… ты не превратился в омара? — Что, прости? — В… в омара. Пайк сказал, что ты учил девочек трансфигурации и что-то пошло не по плану. Не то заклинание сработало неверно, не то отдача оказалась велика, не то… — Илья начал понимать, до чего нелепо звучат его слова. Неожиданно он осознал, как глупо выглядит и он сам и вся ситуация. И то, что Пайк вообще его позвал, и то, что нигде не было и следа Амбер и Руби, и то, что Шейн-омар оказался на пляже, а не у колдомедиков… — Морганов же гад! — Илья отбросил несчастного омара. — Пайк меня разыграл! Шейн приподнял уже вторую бровь. Он скептически посмотрел на омара, на Илью, на его плохонькие плавки и захихикал. — Ты что же, решил, что этот омар — я? — Прям уж решил. — Илья не покраснел только потому, что русские не краснеют. — Мне Пайк сказал. — Дорогой, если бы я превратился в настолько румяного омара, то спасать меня было бы уже бессмысленно. Ты что же, не знаешь, что омары обретают такой цвет лишь после того, как их сварят? Илья только фыркнул. Ну не разбирался он в омарах и что? Ему это было ни к чему. Он знал другое: как забивать голы, на какой температуре готовить парового лосося, сколько у Шейна веснушек на переносице. А еще, что морганов гад Хейден Пайк заслуживает изощренной мести! Да, точно заслуживает!