Замужем до замужества

1.

— Готовы? — Эрза пристально посмотрела на команду. — Все помнят свои роли? Люси сделала шаг вперёд. Чёрное платье в пол с высоким разрезом на одном бедре идеально облегало её фигуру и мерцало при каждом движении. Глубокое декольте, открытые плечи, длинные чёрные перчатки до локтя и туфли на высоком каблуке. На шее золотое колье из острых треугольников, а волосы распущены и волнами ниспадали на спину. Она надела золотую маску, украшенную изящными тонкими перьями, из-под которой виднелись подведённые чёрной подводкой карие глаза и нежные розовые губы, поблёскивающие в лунном свете. Грей шагнул следом, поправляя запонку. Волосы, зачёсанные назад, открывали лицо, делая его старше и жёстче. Чёрный пиджак на голое тело сидел безупречно; несколько верхних пуговиц расстёгнуты, открывая вид на рельефные мышцы. Классические брюки, лакированные туфли. Золотая маска волка скрывала верхнюю часть лица. — Виктория Стерлинг, — произнесла Люси низким бархатным голосом. Она улыбнулась уголками губ, полностью входя в образ. — Только что вышла замуж за моего любимого Себастьяна. Приплыли в Боско… развлечься. Муж пообещал, что в нашем медовом месяце не будет скучных дней. Даже разрешил мне купить игрушку. Живую. Чтобы было с кем играть, пока он занят делами. Эрза стояла, скрестив руки на груди. Она внимательно осмотрела заклинательницу и, довольная её словами, кивнула. Образ Люси был безупречен. — Нацу, а это точно Люси? — тихо спросил Хэппи у Драгнила с ноткой сомнения в голосе. Грей усмехнулся. Он сделал шаг к Люси, положил руку ей на талию и прижал к своему боку. Брови Шарли взметнулись вверх. — Себастьян Стерлинг, — представился он холодным тоном, от которого у Венди по коже пробежал холодок. — Приплыл в Боско вместе с горячо любимой женой. Готов потратить горы золота… и пролить реки крови. Всё что угодно ради моей дорогой Виктории. Люси подняла на него взгляд. Её глаза озорно блеснули за маской. — Умница, — прошептала она одними губами. Эрза хлопнула в ладоши: — Идеально! — Если бы я не знала, что это Люси-сан и Грей-сан, — выдохнула Венди, прижимая ладони к покрасневшим щекам, — то никогда бы вас не узнала! — Хорошо, что Мира этого не видит, — кивнула кошечка, соглашаясь с Марвелл. — Люси, образ безупречен. Такая точно вскружит голову любому, — Эрза окинула её довольным взглядом. — Грей… На тебе всё ещё есть одежда. Я впечатлена. Фуллбастер дёрнул плечом. — Виктория сказала, что если сниму пиджак — случится скандал. — Правильно, — Люси накрыла его руку, которая держала её за талию. — Себастьян Стерлинг не раздевается на людях. Только дома и только если я попрошу. Люси игриво подмигнула Грею, и её лицо озарилось улыбкой. — Вы готовы, — вынесла вердикт Эрза. — Тогда начинаем. Эрза протянула им пригласительные билеты. Без них попасть на подпольный аукцион было невозможно. Особенно если они хотели действовать тихо. Билеты пришлось украсть с помощью Близнецов у другого гостя. Каждый из них был похож на маленький артефакт. Магическая печать, что стояла на билетах, пропускала владельцев сквозь невидимый барьер, окружавший здание. — Вход и выход только по ним. Не потеряйте их, иначе не сможете пройти через барьер, когда будете убегать. Придётся разрушать его изнутри, а это время и лишний шум. Люси кивнула, забрала билеты у Эрзы и внимательно их осмотрела. Если вдруг потеряют, украдут другие. — Виктория Стерлинг, увы, не носит сумки, — сунула она билеты Грею во внутренний карман пиджака. — Поэтому за них отвечаешь ты. Ещё одна причина, почему тебе нельзя раздеваться. От этого зависит наша безопасность. Грей улыбнулся. — Не волнуйся, Люси, я справлюсь. — Если не справитесь, пострадает Микелия, — напомнила Эрза. — И ещё много людей, которых поймали торговцы. Второго шанса уже не будет. В этот раз нужно действовать тихо и не привлекать к себе внимания. — Хорошо, — кивнула Люси, вспоминая бледное лицо Микелло. Она глубоко вздохнула и поправила маску. Обратного пути нет. — Себастьян, — она взяла его под руку, касаясь пальцами его предплечья. — Ты обещал мне развлечения. Я хочу войти туда так, чтобы они запомнили Викторию Стерлинг навсегда. Сделай что-нибудь. — Твоё желание — закон для меня. Грей усмехнулся, притянул её ближе и, не говоря больше ни слова, направился к входу в старые доки, где уже зажигались огни подпольного аукциона. Шарли проводила их взглядом и повернулась к Эрзе: — Если они когда-нибудь решат покинуть гильдию и стать мошенниками — у них есть для этого все задатки. — Поэтому туда идут они, а не мы, — улыбнулась Скарлет. — Люси превосходно играет, умеет соблазнять одним взглядом, а Грей быстро адаптируется и умеет подстраиваться под ситуацию. Там, где не справится Грей — выкрутится Люси. Идеальное партнёрство. — Да, — согласился Хэппи. — Только им бы не заиграться там. Нацу, что до этого только молчал, резко развернулся. — Может, это и хороший план, — нехотя согласился он. — Но если их раскроют, я всё здесь разнесу. Эрза потёрла переносицу. Она уже устала повторять ему одно и тоже. — Ты хочешь развязать войну с Боско? — Нет, — пожал он плечами. — Но вернуть дедуле Микелию важнее. Пройти через охрану оказалось легко. Если ты обладаешь нужной внешностью, харизмой, да ещё и необходимым билетом — тебе уделят пристальное внимание, но совсем по другой причине. Люси чувствовала на себе множество взглядов, пока они неторопливо шли к главному залу, где и должен был происходить главный аукцион. Она бы никогда не пришла сюда по своей воле, ведь Боско был связан у неё не с самыми лучшими воспоминаниями. Именно сюда когда-то давно её вёз Бора на своём корабле. В тот самый день, когда она встретила Нацу и Хэппи, когда её жизнь окончательно и бесповоротно изменилась. При других обстоятельствах она могла бы видеть эти стены и этих людей, но с другой стороны. С той, что видела сейчас Микелия. Микелло — не просто старый друг Макарова и Яджимы, а также бывший член Магического совета, которого они однажды должны были защищать. Он в панике связался с ними по лакриме, когда не смог найти свою внучку. Микелия пошла в город, чтобы купить продукты, но так и не вернулась домой. Перед тем, как связаться с ними, Микелло сам прошёл по её обычному маршруту и узнал от торговца, что она помогала какому-то старичку. Больше её не видели. Мира, что приписала это к очередному исчезновению молодой девушки, сообщила, что в последнее время подобные случаи особо сильно участились. Люси даже не нужно было особо предполагать, почему это происходило. Работорговля. Бора уже проделывал это с ней, используя свою магию очарования. Он собирался увести её и ещё нескольких девушек в Сильван — портовый город Боско. И, как оказалось, с того момента тактика работорговец особо не поменялась. Люди — да, но не способ. Сначала с помощью магии они привлекают к себе внимание девушек. Не так открыто, как делал это Бора, когда выдавал себя за другого и собирал вокруг толпу. Нет, иначе. Более скрытно. Безопаснее. А в момент, когда девушки теряли бдительность — нападали и забирали. Девушки открывали глаза на борту корабля, когда позади уже давно исчез Фиор, а впереди хорошо виднелось Боско. Именно в Боско проводились аукционы, после которых всех похищенных людей развозили по всему континенту без шанса получить свободу и вернуться домой. Они шли туда, куда их заставляли идти. Туда, где жил тот, кто купил их жизнь. Когда Люси сбежала от отца, она была уверена, что не попадётся на такие уловки. Она считала себя достаточно умной для этого. Но она ошиблась… К каждому человеку можно найти подход. Достаточно поставить перед собой такую цель, и что-нибудь получится. Какой-то результат всегда будет. Но одно это стечение обстоятельств сделало её жизнь намного лучше. Оно подарило ей гильдию. Друзей. Её семью. И если бы не это, возможно, её отец так бы никогда и не нашёл её. Он умер с верой в то, что она жива. Исчезла вместе с друзьями, но жива. И он был прав. Его родительское сердце не подвело его. Люси вернулась, но уже он исчез из этого мира. Безвозвратно. Но то, кто вернулся бы в Фиор в случае, если бы корабль вместе с ней достиг Боско — звали бы как угодно, но не Люси. Люси Хартфилия, волшебница «Хвоста феи», никогда не перестанет благодарить судьбу за то, что столкнула её лбом с Нацу. И то, как он когда-то спас её, то же самое все вместе они сейчас делали и для других людей. Всё ради того, чтобы они вернулись домой, к своей семье и были счастливы. Жили свободно. Именно так, как хотели они, а не кто-то другой. — Ты в порядке? — тихо спросил её Грей. Не Себастьян. Грей. Он почувствовал, что её настроение резко переменилось. — Да, — ответила она, снова входя в образ. — Не волнуйся, дорогой, я справлюсь. — Я рядом. Мы справимся, — тихо напомнил он, после чего накрыл её ладонь, что сжимала его бицепс, своей рукой. — Никто из них не может причинить боль Виктории Стерлинг. Скорее это она возьмёт плётку и накажет их. На губах Люси появилась маленькая игривая улыбка. — Хочешь посмотреть на это, Себастьян? Грей усмехнулся. — С большим удовольствием. Как мне может не нравится то, что делает моя жена? — Фуллбастер остановил и открыл перед ней дверь, жестом приглашая войти первой. Они добрались до главного зала. — К тому же я уже приметил одну здесь. Могу украсть в любой момент. Скажи только слово. — Ты такой шалун, Себастьян, — чуть громче произнесла она, когда неожиданно встретилась с организатором данного вечера. — На обратном пути. Сейчас я хочу получить в свои руки совсем другую игрушку.

2.

Люси, конечно, подумала о том, что в последнее время стало как-то тихо, но не произнесла этого вслух. Чтобы не сглазить. Мало ли. Она совсем не суеверная и не боится, когда чёрные кошки перебегают ей дорогу в гильдию или домой, но лучше она перестрахуется, обойдёт и выкинет это из головы, чем потом будет жалеть об этом. Но, похоже, что вселенной хватило и одной её мысли, чтобы неожиданно устроить переполох. — Грей Фуллбастер! Люси подпрыгнула на стуле от неожиданности и схватилась за барную стойку, чтобы не упасть. Она повернулась в сторону входа в гильдию, откуда донёсся сначала громкий хлопок, потом крик, и увидела там настолько разгневанного мужчину, что казалось, у него не только вот-вот повалит пар из ушей, но и лопнет голова, настолько красным он был. — Кто из вас Грей Фуллбастер?! Мне нужен ваш маг льда! Сейчас же! Грей, что сидел за столом с Джувией, Гажилом и Леви, отодвинул свою тарелку с блинами в сторону и спокойно поднялся. — Я. Люси казалось, что это невозможно, но незнакомый мужчина побагровел ещё больше. Она подозревала, что это из-за того, что Грей был в одних… трусах. Или была какая-то другая причина… — Меня зовут Парис Фантен, — прорычал он. — Я отец Делии Фантен. Это имя ни о чём тебе не говорит, подонок?! Брови Люси устремились вверх. Такого поворота событий она не ожидала. Люси переглянулась с не менее удивлённой Мирой, а после перевела взгляд на всё такого же спокойного Грея. На его лице не отражалось никаких эмоций, внешне он оставался всё так таким же спокойным, но руки на груди он все же скрестил. Рефлекторный защитный жест. — Нет, ни о какой Делии Фантен я никогда не слышал. — Ах ты! Дело плохо. — Что вам нужно от Грея? Эрза встала со своего места и преградила дорогу мужчине, когда он шагнул в сторону мага. Она недовольно зыркнула на Нацу, когда и он тоже хотел подняться, но Кана вовремя схватила его за руку и вернула на место. Горячий пыл Нацу в подобной агрессивной атмосфере ничем бы не помог. Только подлил масло в огонь. — Отойди, — снова рыкнул он. Судя по всему, мужчина не знал, на кого именно он рыкал. Иначе бы отреагировал на Скарлет совсем иначе. Это делало ситуацию… хуже. — Этот подонок обрюхатил мою Делию и сбежал! Я пришёл сюда, чтобы поговорить с ним по-мужски! Один на один! — Чо? — вдруг брякнул Нацу. — Кого? — не понял Фуллбастер, на лице которого теперь читалось полное изумление. — Нет! — поднялась резко со своего места Джувия, хлопнув двумя руками по столу. — Милый Грей не мог так поступить! Он не такой! Милый Грей, он… милый Грей, он… Джувия не верит… Парис злобно рассмеялся. — Значит, кому-то из ваших он тоже лапшу на уши вешает, да? Мало того, что сбежал от моей беременной дочери, так ещё и изменял, получается?! Я привяжу тебя к якорю и выброшу в море! Начался полнейший хаос. Мира исчезла. Джувия сломалась. Она как мантру повторяла одни и те же слова. Леви пыталась привести её в чувства, но безуспешно. Слишком богатое воображение Локсар всегда работало против неё. Парис вдруг схватил свободный стул, что стоял рядом с ним, и отступил назад, чтобы метко бросить его в сторону Грея. Фуллбастер приготовился поймать его, но рука Эльфмана сделала это раньше. Штраус поставил его на пол и выпрямился, разминая кулаки. По комплекции, как и в росте, Парис уступал ему, но Фантена это нисколько не смущало. — Я не уйду отсюда, пока не выбью из Фуллбастера всю дурь! — Да не знаю я вашу дочь! — кричал Грей. — Врёшь! — разгневанный, ударил он по столу. Кана вовремя подняла свою кружку, чтобы она не упала. — Как моя дочь вообще могла выбрать такого извращенца, как ты? Я не воспитывал её так! Ты что-то с ней сделал?! Люси встала, когда на втором этаже появился очень хмурый Макаров. Теперь становилось понятно, куда исчезла Мира. Но опять же, это не делало ситуацию лучше. Наоборот! Разгневанный Макаров. Эрза, что не нападает, но и не может сдержать агрессию. Эльфман, который ещё немного и побежит биться на кулаках. Нацу. Разбушевавшийся Нацу мог сотворить всё что угодно. Да, Парис был очень агрессивно настроен, но он не применял магию, а только грубую силу. Он в целом не выглядел опасно. Только разгневанно. С учётом, в чём именно он обвинял Грея — это было обосновано. Но почему он обвинял в этом именно Грея — непонятно. Что-то было не так, и агрессия решить эту ситуацию никак не могла. Зато кое-что другое могло. Поддержка. Шок. — Я не извращенец! И ничего с ней не делал! Я её не знаю! — Сказал человек в одних трусах! Сначала оденься, а потом повтори мне это прямо в глаза! Или ты её так и соблазнил? Разгуливал по городу в одних трусах, да?! Решил снять и засунуть свой кальмар… — Грей Фуллбастер! — громко крикнула Люси, уперев руки в бока. Парис Фантен нахмурился, но не стал продолжать. Он повернулся в сторону Люси, когда она смотрела только на Грея, что стоял с поднятыми руками. — Ты мне изменяешь? Брови Париса взлетели вверх. Такого поворота событий он явно не ожидал. Ладно одна, но две? Итого — три?! — Да сколько у этого парня мужской силы? — Я вообще-то его жена, — сообщила Люси, скрестив руки на груди. — Сижу, никого не трогаю, и тут врываетесь вы и кричите о том, что мало того, что он мне изменяет, так ещё и у его любовницы будет ребёнок. — Чо? — снова брякнул Нацу. Кана заткнула ему рот большим куском мяса, который Драгнил с удовольствием начал жевать. Вся гильдия погрузилась в тишину. Нарушало её только чавканье Нацу. Люси сердито смотрела на Фантена, Фантен растерянно смотрел на неё. Грей попеременно смотрел на обоих, пока в головах остальных согильдийцев происходили свои мыслительные процессы. — Мне теперь очень интересно, где, а главное, когда мой муж успел мне изменить, — медленно проговорила Люси и пошагала в сторону Париса. — Уж вместе мы точно во всём разберёмся. Я вам обещаю. Если то, что вы сказали — правда, я пойду с вами к вашей дочери, и мы вместе придумаем, как наказать этого наглеца. Не волнуйтесь, ребёнок без отца не останется! Теперь Люси могла рассмотреть его во всей красе. Парис Фантен — крупный широкоплечий мужчина с мощными руками. У него обветренное загорелое лицо с глубокими морщинами у глаз. Волосы тёмные, с сединой; на лице щетина, словно он давно не брился; глаза светлые и растерянно смотрели на неё. Он был одет в простую практичную одежду: грубая светлая рубаха, тёмные штаны и высокие сапоги. От него пахло солью. Потом, немного лекарствами и совсем отдалённо рыбой. Но больше солью и табаком. С учетом всего, что видела и слышала Люси: Парис Фантен — моряк. — Вы моряк, верно? — спросила она. — Значит, вы из Харгеона? Если бы были из Магнолии, то точно знали, как мы все выглядим. — Моряк, — согласился он. — Но я из Фрезии. — Из Фрезии? — по-настоящему удивилась Люси. — Но она же… Она с другой стороны Фиора. Фрезия — самый отдалённый город от Магнолии. Как вы тут оказались? Мужчина устало вздохнул. — Я моряк, — повторил он более спокойно. — Я перевожу торговцев с их грузами в другие страны и привожу другие грузы оттуда в Фиор. Я только вернулся из королевства Пергранде, чуть не умер один раз из-за непогоды, и когда возвращаюсь домой, меня ждёт заплаканная дочь. Мы вместе живём в Фрезии, но в разных домах. Я живу у воды, а она ближе к своей работе. Делия уже говорила мне, что у неё появился парень, но она всячески прятала его от меня, так как я, — он вдруг запнулся, пытаясь подобрать нужное слово, — давлю на них и отпугиваю от дочери. Парис поднял голову и злобно посмотрел на Грея. — Этого я не отпугнул и вот последствия. Она сказала мне, что встречалась с Греем Фуллбастером. С ледяным магом из «Хвост феи». Люси нахмурилась. — Но ваши слова никак не сходятся с тем, что происходит у нас. Мало того, что мы с Греем женаты, живём вместе, видимся каждый день, так ещё и на задания ходим в одной команде. Если бы он каким-то образом уехал из Магнолии в Фрезию и изменил мне там, я бы поняла. — Ты думаешь, я буду сомневаться в словах собственной дочери и верить незнакомому человеку? Ты спокойно можешь выгораживать его. Люси склонила голову набок. — Вы хоть что-нибудь знаете о нашей гильдии? — Нет. Слышал о вас только во время Великих магических игр. Сильнейшая гильдия Фиора. — Ладно, — вздохнула Люси. — Тогда поставлю вопрос по другому. Кто сказал, что тот человек, которого вы даже не видели — Грей Фуллбастер? — А кто он тогда? — не понял Парис. — Мы — очень шумная, но известная гильдия. Сильнейшая, как вы и сказали. О нас все хотя бы раз слышали. Даже вы, моряк, слышали о нас. Знаете, что со мной случилось перед тем, как я попала в эту гильдию? — Ты встретила лже-Нацу! — вдруг крикнул Хэппи. Драгнил согласно кивнул. — Верно, мне очень не посчастливилось встретить лже-Саламандра из «Хвоста феи». Мало того, что я попала под чары этого человека, так меня ещё хотели увезти в Боско, чтобы сделать рабыней. Хотели поставить на меня клеймо раба. Вы, как моряк, точно знаете, что происходит в море. Парис, нахмурившись, опустил голову. — Встречал подобные корабли. — Повезло, что настоящий Нацу тогда решил разобраться с этим лже-Саламандром. Он победил его, разгромил весь порт и спас девушек. В том числе и меня. Возможно, что вы об этом слышали? Порт же. Но так я и оказалась в гильдии. Люди иногда притворяются теми, кем не являются на самом деле. Иногда они делают это во благо, но иногда — во зло. Поняв, что атмосфера в гильдии изменилась, Грей подошёл к Люси и взял её за руку. — Если по Фиору бродит человек, который выдаёт себя за меня — это проблема. Он может натворить чего похуже. Лучше разобраться с этим сразу. — Это правда не ты? — всё ещё сомневался Парис. Грей вздохнул. — Зачем мне это? У меня есть всё, что нужно для счастья: жена, друзья, гильдия, — он поднял их скрепленные руки выше, чтобы Фантен увидел. — Я — маг льда. Я не могу делать свои копии и быть в двух местах одновременно. — Ты хочешь с этим разобраться? — спросила Люси Грея. Фуллбастер кивнул. — Мастер, тогда вы не против, если мы сделаем это? Мы поедем с ним в Фрезию. Когда Делия увидит Грея, она поймёт, что её обманули. Макаров всё ещё выглядел хмурым, словно не доверял этому человеку. — Эрза, поезжай с ними. Если поймёте, что это ловушка — немедленно возвращайтесь. — Да, Мастер. Парис сделал несколько шагов назад. — Вы поедите со мной? Грей пожал плечами. — Кто-то запятнал моё доброе имя. Нужно разобраться. Всё произошло настолько стремительно, что Грей успел только спрятать Люси к себе за спину. Парис упал на колени и проломил лбом пол. — Простите меня, старого дурака! Прошу, помогите моей дочери узнать правду! Что ж, Парис Фантен и правда был хорошим отцом.

3.

О Минстреле ходило множество слухов. В детстве Люси была в восторге от того, что соседняя от Фиора, огромная по своей территории страна, была наполнена искусством. Ей говорили, что музыка там доносится из каждой щели и никогда не умолкает. Любой человек мог выйти из дома за продуктами и неожиданно закружиться в танце вместе с другими жителями. Театры, оперы, мюзикл, спектакли, фестивали, музыкальные и танцевальные конкурсы, вечера поэтов и много-много всего другого. Люси не понимала, каково это — жить каждый день в круговороте праздника, ведь города Минстрела всегда были украшены цветами и лентами, а на улицах происходил хаос. Если бы жизнь не связала её с «Хвостом феи», то, возможно, когда-нибудь она бы решилась и отправилась в эту страну в одиночестве, чтобы увидеть всё своими глазами. Чтобы осесть там, писать книги, ходить на разные мероприятия с известными авторами и просто наслаждаться жизнью. Минстрел — это место, словно сошедшее из сказки. Но волшебников «Хвоста феи» туда привело совсем не это, а тёмный маг. Орс Лаброн. Орс Лаброн — маг из тёмной гильдии «Воля Мамона». Внутри этой гильдии у Магического совета был свой человек. Шпион. Он сообщил им, что Орс собирается в Минстрел, чтобы украсть их сокровище — барабан «Мирис», что принадлежал Майгру Минстрелу — четвёртому королю Минстрела. Несколько столетий назад, когда ещё маленький Минстрел вёл войну с соседней страной — Вальдорой, Майгр приказал своему лучшему мастеру изготовить для него барабан из особых материалов. Когда барабан был готов, король заперся в своих покоях и стучал в него, не прекращая. Стук барабана был настолько громким, что его слышали даже за пределами замка. В тот день никто не спал. Даже воины, что в то время сражались на границе, говорили, что слышали его, ведь именно этот стук не давал им упасть без сил. Майгр Минстрел вышел из своих покоев спустя одиннадцать часов. Он пробил за это время восемь тысяч ударов. Люди считали. Вскоре он объявил о том, что скоро изматывающая всех война закончится, и показал барабан, который назвал «Мирис». Неожиданно для всех война и правда закончилась, а Минстрел полностью поглотил Вальдору, став в Ишгаре второй по территории страной. Майгр Минстрел умер через год после конца войны. Его место занял его старший сын и наследный принц — Кадфаэль Минстрел. Он сделал барабан «Мирис» символом страны, потому что именно эти восемь тысяч ударов принесли мир и покой. С тех пор Минстрел начал процветать, притягивая к себе всё больше новых путников. Страна гармонии, мира и покоя. Пока существует «Мирис» — страна будет процветать. Но если с барабаном что-то произойдёт — мир и покой закончится. Музыка стихнет. Но по Ишгару также ходил и другой слух. Слух, который очень сильно привлекал внимание тёмных магов. Если перевернуть барабан и ударить в него восемь тысяч раз — произойдёт бедствие и таких масштабов, каких Ишгар ещё не видел. Барабан мог как подарить счастье, так и забрать его, погрузив весь мир в отчаяние. Орс Лаброн ненавидел Фиор. Настолько сильно, что жил этой ненавистью. Никто в «Воле Мамона» не знал, почему. Он был одиночкой. У него не было семьи или друзей. Никого. Но стоило кому-то просто заговорить или предложить поставить Фиор на уши — он оживал, веселел, предлагал варианты. Если такой человек, как он, обладающий магией разрушения, попытается украсть барабан — это не закончится хорошо, ведь если он не сможет украсть, то уничтожит. В последний раз «Мирис» пытались украсть семьдесят лет назад, и тогда вся страна охотилась на команду воров. Жители даже не позволили им выйти за пределы Кантуса. Если всё хорошо — жители Минстрела добрые и дружелюбные, но если что-то происходит, у них будто срабатывает переключатель, и они становятся совершенно другими. Люси подозревала, что это из-за их счастья. Если счастье велико, то и ненависть к тому, кто потревожит это счастье, будет немалой. Орс Лаброн продумал всё. Если он украдёт «Мирис» — он победит. Если уничтожит — победит. Даже без артефакта прошлого короля Фиор мог оказаться на грани войны с разгневанным Минстрелом. Весь Ишгар мог. И тогда слух окажется правдой. Даже без восьми тысяч ударов с обратной стороны, вторая по величине страна в Ишгаре погрузит весь континент в войну. Они прибыли в Кантус как раз к началу фестиваля «Золотая Лира». Столица предстала перед ними сразу же во всей красе. Город встретил их музыкой. Она лилась отовсюду: из открытых окон таверн, с балконов, увитых плющом, из-под арок мостов с уличными музыкантами. Здесь играли на всём, что могло издавать хоть какие-то звуки: на лютнях и флейтах, на маленьких арфах и больших барабанах и даже на хрустальных бокалах. Высокие башни домов с остроконечными шпилями тянулись к небу, и с каждой из них свисали длинные ленты — золотые, серебряные, алые, синие. Они красиво трепетали на ветру, создавая над улицами разноцветный полог. Между домами были натянуты гирлянды из живых цветов: роз, лилий, и ещё каких-то незнакомых для Люси ярких бутонов, от которых исходил сладкий аромат. Всё вокруг кипело жизнью! — Не забывайте, зачем мы здесь, — напомнила Эрза, преграждая им путь, когда они все чуть не разбежались по лавкам с едой, игрушками и украшениями, что были выстроены в два ряда вдоль улицы, по которой они шли. Все лишь обиженно на неё посмотрели, но ничего не сказали. Орс Лаброн должен был зарегистрироваться как сольный участник в музыкальном конкурсе, чтобы без лишнего шума подобраться как можно ближе к замку, а также получить пропуск на посещения музея, что находился внутри. Каждый год посетить его могло только ограниченное количество людей. Новые конкурсанты и победители прошлых лет всегда были на вершине списков. Это был своего рода утешительный приз для проигравших и подарок для прошлых победителей. И если до этого момента всё шло хорошо, то после — нет. Их план начал разваливаться прямо на глазах. — Извините, но вы не можете зарегистрироваться, — мягко ответила ей женщина, что и принимала бланки. Бланк Эрзы, Нацу и Венди она приняла, но Люси нет. — Количество сольных исполнителей строго ограничено. Последнее свободное место заняла вот эта милая синеволосая девочка, — указала она на Марвелл. Люси посмотрела на Эрзу. Скарлет нахмурилась. Это не просто проблема. Это огромная проблема. Из пяти человек смогли зарегистрироваться только трое. Если они разделятся — это сильно снизит их шансы найти Орса до того, как он подберётся слишком близко к «Мирис». Остановить до того, как его вообще заметят. — Правда? — начала играть Люси. — Совсем-совсем ничего не осталось? Я так хотела поучаствовать в этом конкурсе. — Ещё осталось несколько мест у семейных дуэтов, — неуверенно начала она, взяв в руку листок, чтобы проверить. — Да, ещё осталось два места. Члены жюри выберут только пять пар. Если сегодня вы войдёте в пятёрку, сможете стать участниками главного конкурса и выступить завтра вместе со всеми. Широкая и счастливая улыбка осветила лицо Люси. — О Соната, как же мне повезло, — она развернулась, схватила напряжённого Грея под локоть и вернула взгляд на женщину. — Я здесь как раз с мужем. Наконец-то я смогу заставить его спеть вместе со мной! У него потрясающий голос, — Люси вдруг приблизилась к его лицу и кокетливо произнесла: — Ты же не откажешь в этом своей любимой жене? Это наш последний шанс. Грей моргнул, пару секунд просто смотрел на неё, но в итоге кивнул. — Ура! Значит, мы участвуем. Дайте, пожалуйста, нам новый бланк! Женщина достала из другой стопки чистый листок и с улыбкой протянула его Люси. Она поверила им. Мгновенно. Люди в Минстреле были слишком доверчивыми… — А через сколько начнётся конкурс? — спросил Грей, пока Люси заполняла их общий бланк. — Через тридцать минут. Всё было очень, очень плохо. Эрзу, Нацу, Венди и иксидов увели в место, где жили остальные конкурсанты, где и должен был находится Орс, а Люси и Грею указали на другое — огромное здание большого театра, вокруг которого уже толпились люди. Их проводили внутрь, в отдельную маленькую комнату с зеркалами, где можно переодеться, нанести макияж и прорепетировать, дали сорок девятый номер и попросили готовиться к выступлению. Во всём этом была и одна хорошая новость. Да, конкурс начинался уже меньше чем через тридцать минут, но у них был сорок девятый номер, а это значит, что если ничего не изменится — они выступят только под вечер. У них было время, чтобы придумать план. — Итак, — вздохнула Люси, плюхнувшись в небольшое кресло перед гримёрным столиком. Грей опустился на соседнее. — Ты умеешь петь? Грей дёрнул плечом. — А сама как думаешь? — Тогда у нас проблемы, — она обречённо уронила голову на столешницу. — За пару часов мы должны раскрыть в себе таланты Миры и обрести уверенность Гажила. Я правда не думала, что мы будем выступать. Плакал наш пропуск… — У тебя есть Лира, — напомнил вдруг маг. Люси нравилось, что название фестиваля носило имя её духа. Люси говорила ему об этом. — Может, спросим у неё, что делать? Заклинательница резко выпрямилась. Она опустила взгляд на пояс, где среди связки ключей поблёскивал знакомый серебряный ключ, и на её губах появилась хитрая улыбка. — Чудесной арфы откройтесь врата! Лира! — взмахнула она ключом, и в воздухе вспыхнул мягкий золотистый свет. Перед ними материализовалась молодая девушка в голубом платье и огромной арфой за спиной. Она радостно замахала Люси, словно не видела её целую вечность. — Давно не виделись, Люси! Наконец-то ты меня призвала! — голос у неё был звонкий, как колокольчик. Именно тот, который и был им нужен, — Лира, — Люси схватила её за руку. — Мне срочно нужна твоя помощь! Только ты сможешь нас спасти! — А? — Лира вопросительно склонила голову набок. — Что случилось? Люси вдохнула поглубже, набрала воздуха и выпалила на одном дыхании: — Мне и Грею нужно выступить с песней через несколько часов! Если мы не войдём в пятёрку лучших, то не сможем присоединиться к Эрзе и остальным! А это значит, что тёмный маг, за которым мы сюда приехали, украдёт сокровище Минстрела, и тогда всему Фиору будет грозить огромная опасность! Разгневанный Минстрел может объявить войну не только нам, но и всему континенту! И тогда всем будет не до песен! Помоги нам, Лира! Дух захлопала глазами, переводя растерянный взгляд с Люси на Грея и обратно. — Я поняла, — наконец ответила Лира, всё ещё слегка ошарашенная. — Ты хочешь, чтобы я научила вас петь? Люси уверенно улыбнулась и отрицательно покачала головой. — Нет. Лучше, — она подмигнула. — Выступи вместо нас. — Я? — отшатнулась она, чуть не задев арфой стену. — Но как я выступлю за вас двоих? — Не беспокойся, с тобой будут Близнецы. Ты станешь мной, а они Греем. Беспроигрышный вариант. Заклинательница повернулась к Фуллбастеру. В её глазах заплясали озорные огоньки. — Тебе повезло, что у твоей жены есть такие чудесные духи. Грей усмехнулся уголком губ, скрестил руки на груди и спокойно ответил: — Вот поэтому я и женился на тебе. — Вы поженились?! — округлила глаза Лира. Люси звонко рассмеялась, запрокинув голову, и махнула рукой. — Можно и так сказать.

4.

Наркисс Солей — хороший человек. Люси поняла это сразу, как только он переступил порог их гильдии. После, правда, он испуганно замер, когда оказался в центре всеобщего внимания и, прокричав извинения, бросился назад. Возможно, если бы не Нацу, что воспринял этот побег как игру, которая должна была развеять его скуку, Наркисс бы больше не вернулся. Нацу притащил его за шкирку, волоча по земле, как нашкодившего ребёнка, пока парень что-то быстро записывал в свой блокнот. Когда Наркисс резко выдернул листок из блокнота и выбросил за порог гильдии, после чего оттуда показалась огромная голова гигантского орла, что схватила Солея за ногу и выдернула из рук Нацу — все удивились. Особенно, когда птица вдруг полностью утащила его и вспорхнула в небо. Во второй раз к мигом повеселевшему Нацу присоединился не только Хэппи, но и Гажил с Лили. Их не было двадцать минут. Люси даже начала волноваться и думать, что с ними что-то случилось и всё это была одна большая ловушка, чтобы выманить кого-то из гильдии. Но они вернулись впятером, и на их телах не было никаких ран, только довольная широкая улыбка победителя. Лили держал блокнот, пока Гажил нёс на плече сдавшегося их воле Наркисса. После недолгого расспроса они узнали, что он пришёл в гильдию, чтобы вступить в неё. Он очень удивился, когда Ромео неожиданно рассмеялся и заявил, что это, похоже, его судьба, раз Нацу погнался за ним, когда он сбежал. От судьбы, как и от Нацу, невозможно сбежать. Наркисс плакал после того, как вышел из кабинета Макарова, и ревел, когда Мира поставила ему белый знак гильдии на правую руку. Если бы не Эльфман, что поднял его за плечи и один раз встряхнул со словами «мужики не плачут» — он бы проревел в гильдии весь день. И пока все веселились, поздравляли и радовались тому, что их семья стала больше, каждый человек по чуть-чуть вытаскивал из него информацию, чтобы узнать его лучше. Ему было всего шестнадцать лет. Его родной отец, скорее всего, не знал о его существовании, так как его мать, Бронте Солей, умолчала о том, что была беременна, когда они расстались. Но его мать, даже спустя столько лет всё ещё любила его отца. Но сына гораздо больше. Его растила в Ошибане не только мать, но и бабушка — София Солей — вместе с лучшей подругой матери — Майей Георгис. Впервые о гильдии он услышал именно от бабушки. Много лет назад, когда Наркисс был меньше, гильдия спасла жизнь его бабушки на железнодорожной станции Ошибаны, на которую в то время напали тёмные маги. С тех пор он начал наблюдать за ними. Они даже смогли приехать в Крокус, чтобы увидеть их легендарное возвращение на Великих магических играх своими собственными глазами. Его семья знала, что он уже определился с будущим. Он хотел быть частью именно этой гильдии и для этого очень много тренировался. Никто из его семьи не был против. У Наркисса была магия букв. В основе своей она была похожа на магию Леви, но у сил Солея не было ограничений. Всё, что он писал или описывал в своём блокноте, он мог в любую секунду оживить и переместить в реальный мир, как это было с орлом, что унёс его. Он показал им свой особенный боевой блокнот, который составлял несколько месяцев. Его магия ограничивалась только его знаниями и фантазией. Но, как неожиданно предложила ему Аска, достать и воплотить целый остров он не мог. Предметы или существа, что он создавал, возвращались обратно на бумагу примерно через пять минут, поэтому Солей очень много тренировался, чтобы использовать дольше и вызывать больше. В каком-то смысле это было похоже так же и на силу Люси. Поэтому Люси не ошиблась, Солей и правда был хорошим человеком. Добрым, искренним и очень эмоциональным. Его эмоции скакали из стороны в сторону, но в целом он очень быстро нашёл со всеми общий язык. Ему было всего шестнадцать в гильдии, где детей было не так много, поэтому о нём заботились. Однажды даже его бабушка и мама, получив новость, что он воплотил свою мечту в жизнь, приехали в Магнолию, чтобы увидеть это своими собственными глазами. Они были именно такими, какими и описывал их Солей. Внешне Бронте выглядела как строгая, властная женщина, но стоило ей увидеть сына, как она менялась на глазах, превращаясь в добрую, заботливую маму, которая ради своего ребёнка готова была свернуть горы. Грей сказал, что она чем-то была похожа на их Эрзу. Что-то общее между ними действительно было. Бронте обожала мечи и сладкое, а в прошлом, до беременности, была рыцарем. Неженатая взрослая часть гильдии была ей очень заинтересована, особенно после того, как Эрза предложила им сразиться на мечах. Скарлет искренне не понимала, как такую женщину, как Бронте мог кто-то бросить. София же была очень умной, милой старушкой, которая умела рассказывать о своей повседневной жизни так, что её хотелось слушать. Характером Наркисс пошёл именно в неё. Леви, Люси и Лисанна были в восторге от пожилой женщины. В молодости она много путешествовала. Она родилась в Стелле и впервые вышла замуж в королевстве Пергранде, из которого ей пришлось бежать в Беллум, когда её обвинили в краже одного древнего артефакта. Она хотела окончательно осесть либо в Минстреле, либо в Фиоре и решила в пользу второго, когда встретила отца Бронте, что оказался в Минстреле на задании. Бронте — не её родная дочь. Но именно она и Агрисис Солей воспитали её, когда родная мать бросила дочь и мужа ради другого мужчины и лучшей жизни. Агрисис, к сожалению, не увидел рождения своего внука. Он погиб на одном из заданий за пределами Фиора. Все в семье Солей оказались необычными, с богатой историей, но очень милыми и харизматичными людьми. Но была одна проблема. Люси узнала о ней от Софии. Причина, по которой Наркисс однажды твёрдо решил именно вступить в гильдию, была связана с ней. Он прочитал её интервью, что она, как новичок, давала журналу «Волшебник». Она и Эрза были его самыми любимыми магами в гильдии. София призналась ей, что когда она в прошлом спрашивала у внука, какую девушку он видит в будущем рядом с собой, он, недолго думая, отвечал, что это она — Люси Хартфилия. Старушка считала это частично своей виной. Бабушка много рассказывала внуку об их бое с тёмными магами в Ошибане. Особенно, когда они исчезли на долгих семь лет. Наркисс верил, что они вернутся. И был прав. Они вернулись так грандиозно, что у Бронте не оставалось выбора, кроме как поехать в Крокус, чтобы сын смог увидеть их вживую на Великих магических играх. Наркисс Солей был влюблён в неё. Это было видно. Он смущался, если она хвалила и благодарила его. Приносил ей еду и напитки, которые делала для неё Мира. Он немного сторонился Джувии, из-за чего Локсар была расстроена. Он расспрашивал о её прошлом и планах на будущее. Просил советы по поводу своей магии и делал много комплиментов. Мира, Ромео, Венди и Чарли заметили это первыми. Следом за ними Грей, Лисанна, Эрза и Джувия. Насчёт остальных Люси не была уверена. Мира рассказала ей лишь о тех, кто говорил с ней об этом. Люси чувствовала ответственность. Наркисс был хорошим, добрым человеком, сильным магом, и впереди его ждало прекрасное будущее. Она не видела ничего плохого в подростковой влюблённости, но считала, что чем раньше она спустит его с небес на землю, тем проще ему будет. Он слишком зациклился на ней и из-за этого не видел возможностей, что окружали его повсюду. Он только тратил своё время и жил в мечтах. Солей должен был расти, а не топтаться на месте из-за неё, и с этим срочно нужно было что-то делать. У Люси и правда не было выбора. Она желала ему только счастья и добра, и не хотела создавать между ними стену, что непременно бы возникла, если в будущем он решил признаться ей. Не хотела, чтобы он испытывал ужасное чувство неловкости и взгляды других на себе. Чтобы он справился с этим сам, взял всё под контроль, пока эти чувства слишком сильно не разрослись внутри него. Если он и правда решил связать своё будущее с гильдией, то ему нужно было чувствовать себя комфортно в ней, ведь они были одной большой семьёй. Подростковая влюблённость могла всему этому помешать. — Спасибо, Наркисс, — поблагодарила Люси, когда Солей поставил перед ней клубничный коктейль. — Я думала, ты пошёл на тренировку с Нацу, Венди и Ромео. — Нет, я опоздал. Они ушли без меня. — Правда? — удивилась она. — Хочешь, отведу тебя к ним? Поле не так далеко от гильдии. Если пойдёшь один, можешь заблудиться. — Лучше завтра, — Солей развернулся, обошёл стол и сел напротив Люси, положив свой обычный блокнот на стол. — Сегодня я придумываю новые атаки. — Хочешь, чтобы я помогла? — Если ты не занята. — Хорошо, — кивнула Люси. — Кстати, в знак благодарности, хочешь, расскажу один маленький секрет, о котором никто не знает? Наркисс резко поднял голову. Глаза заблестели от интереса. — Да! — Только пообещай мне, что никому его не расскажешь. — Обещаю! Люси быстро осмотрелась по сторонам, чтобы проверить, кто из друзей мог услышать их разговор, чтобы потом всё объяснить. К её удаче, никого с острым слухом в этот момент в гильдии не было. — На самом деле, — наклонилась она к нему, — у меня есть муж. Солей моргнул один раз. — Что? Кто?! — Секрет, — с улыбкой уклонилась она от ответа. Люси подняла стакан и отпила немного коктейля. — Но мы с ним состоим в одной гильдии. — Он здесь?! — Люси утвердительно кивнула. — Это Нацу? Люси подавилась коктейлем. Она не знала, была это вина Миры или просто выводом его бурной фантазии. Почему-то многие люди в её жизни в начале знакомства ещё пытались свести их с другом, но в итоге останавливались. Мира, в отличие от них, к её ужасу, не остановится никогда. Либо Нацу, либо какой-то другой вариант, которого преподнесёт ей судьба. Другого не дано. Второго почти никогда не было, поэтому Мира зациклилась на первом. Особенно потому, что они были в одной гильдии и вечно маячили перед глазами, как добыча для голодного хищника. Хорошо, что Мира, выбирая между Нацу и Наркиссом, выбрала первого, иначе бы у неё были серьёзные проблемы… Мираджейн Штраус, конечно, за любовь во всём мире, но даже у неё есть свои границы, через которые она не переступит. К огромному счастью Люси. Пока… — Нет, — запротестовала заклинательница. — Конечно же нет. Мы с Нацу просто друзья. — Это я. Люси чуть не подпрыгнула на месте, когда за её спиной послышался спокойный голос Грея. Хартфилия медленно обернулась и увидела его. Он стоял с хмурым лицом и скрещенными на груди руками. Она не видела его, когда осматривалась. — Опасно, — наклонился к ней Фуллбастер. — Кто-то мог и услышать. Что ж, если у её спектакля и мог быть какой-нибудь случайный свидетель, то она рада, что это именно он. — Нет. Я проверила. — Но я же услышал. Люси игриво улыбнулась ему. — Ты — мой муж. Тебе можно. — Правда? — Грей приподнял одну бровь. — Тогда кто для тебя Наркисс, раз ты решила раскрыть ему наш секрет? Люси затаила дыхание. Он понял, что она делала. Он понял и в нужный для этого момент не только пришёл на помощь, но и повёл разговор в ту сторону, в которую бы Люси не смогла одна. Не осмелилась. Не лицом к лицу с Накриссом. Но так она могла сказать без тени сомнения в голосе. Потому что Грей был рядом и поддерживал её ложь. Она играла лучше, если он находился рядом. Она уже давно это заметила. — Наркисс мне как младший брат, о котором я всегда мечтала, — обиженно надула губы Люси. — Ты же знаешь, что в детстве у меня были только слуги и куклы. Я всегда хотела младшего братика, похожего на Наркисса. Вместе нам было бы не так одиноко. — Вот как, — выпрямился Грей, кивнув. — Тогда ладно. Если ты полностью доверяешь ему, тогда и у меня нет причин, чтобы не делать этого. Люси выпрямилась и увидела реакцию Солея. Его глаза были широко распахнуты, а взгляд метался между ними так, словно он не верил в происходящее. Солей выглядел… шокированным. — Это многое объясняет, — вдруг тихо сказал он, опустив голову вниз. Если раньше Наркисс источал энергию и улыбался всем, то в этот момент он впервые поник. — Вы из-за Джувии это скрываете, да? Потому что она расстроится, если узнает? — Частично, — ответил Грей так спокойно и расслабленно, будто говорил о погоде на улице. — Ради собственной безопасности тоже. Мы с Люси состоим в одной команде. Чем больше заданий мы выполняем, тем больше врагов у нас становится. Сам знаешь историю нашей гильдии. Чего только с нами не случалось. Если наши враги узнают, что мы женаты, они начнут использовать это против нас. Ставить перед выбором: либо друзья, либо любимая. Я не смогу сделать этот выбор и не позволю другим сделать его за меня. Когда я стану достаточно сильным, чтобы защитить всех — мы расскажем об этом. — Да, — поддержала его ложь Люси. — Мы решили узаконить наши отношения только потому, что полностью уверены друг в друге. Пусть мир и не знает о нас, но у нас есть наша клятва. Она связывает нас вместе. Я уверена в Грее и люблю гильдию, но не знаю, что ещё может случиться в будущем. Лучше мы поженимся в тайне, чем сделаем это открыто, но потеряем друг друга. Счастье любит тишину, Наркисс, а шум привлекает беду. — Это… правильное решение. Так безопаснее, — он глубоко вздохнул и поднял голову. Его взгляд изменился. Он больше не напоминал побитого щенка. — Раз вы посвятили меня в столь важную тайну, то клянусь, что в будущем буду защищать вас. Если что-то случится — я сделаю всё, чтобы помочь вам! Люси замерла. Не такой реакции она ждала. Совсем не такой. — Не нужно, Наркисс, — улыбнулся Грей. — Я справлюсь. Тебе нужно защищать маму и бабушку. — Моя мама сама кого-угодно защитит, — пожал он плечами. — А бабушка… Ну, её защитит мама, если что. Но на самом деле у неё есть свои сильные стороны. Моя бабушка не так слаба, как кажется. Она обезопасила себя после того случая на станции. Да и мама всегда говорила мне, что я должен держать своё слово. Особенно если решу кого-то защищать. Опираясь руками о стол, он решительно поднялся на ноги. — Если вам не понадобится моя помощь — хорошо. Я желаю вам счастливой и спокойной жизни. Но если что-то случится, как маг «Хвоста феи» и ваш друг, я не смогу сидеть в стороне. Поэтому решено! Я буду защищать вас. Он вдруг схватил блокнот, развернулся и помахал им рукой, не оборачиваясь, уже спеша к выходу. — Я пошёл к Нацу! До завтра! Сказать, что Люси была в шоке — это значит ничего не сказать. Она и так была лучшего мнения о Наркиссе, но после такого она стала… худшего мнения о себе. Люси сложила руки на столе и упала на них лицом. — Ну почему он такой хороший? Я чувствую себя злодейкой! — Он уважает тебя и твой выбор, Люси, — сочувствующе похлопал её Грей по плечу. — Скорее всего, ему сейчас плохо. Но он поставил перед собой новую цель, и она связана с тобой. Это поможет ему справиться со своими чувствами к тебе. Без этого ему было бы гораздо сложнее. — От этого мне не легче… Грей обошёл стол и сел на место, где сидел Наркисс. — Я почему-то уверен, что даже Бронте с Софией согласились бы с нашей ложью. София не просто так всё тебе рассказала. С этим могла справиться только ты, — Грей вздохнул. — С тех пор, как он вступил в гильдию, он жил будто в сказке. Всё было слишком хорошо. Ты вернула его в реальность. Заклинательница подняла голову и с надеждой посмотрела на Грея. — А что мне делать, когда он узнает правду? Он же возненавидит меня. Грей, подперев подбородок рукой, улыбнулся ей. — Что за глупости? Конечно же нет. К тому времени он чуть подрастёт и поймёт, что твоя ложь была сказана ему во благо. Уверен, от этого он не перестанет восхищаться тобой. Скорее наоборот… Ты не отказала ему прямо, сказав, что знаешь о его чувствах. Ты солгала. Он скорее расплачется, когда узнает правду, чем будет злиться или ненавидеть. От этого его гордость не пострадала, но вот мечты точно разрушились, — он вдруг хмыкнул. — Или нет… Он уже построил новые. Люси вздохнула и упала обратно на стол. — Как же хорошо, что именно ты стал моим мужем, Грей. — Чего только не сделаешь ради любимой жены.

5.

Если бы не задание — Люси Хартфилия никогда по собственной воле не ступила на земли Кэлума. Никогда. После того как Люси побывала деталью Часов бесконечности, а Венди вылечила Архиепископа, между ними и церковью выстроились достаточно доверительные отношения. С учётом, как сильно сам Архиепископ подготавливал их к этому заданию — даже крепче, чем они думали. Церковь Горичка связалась с Макаровым по лакриме и дала задание по транспортировке одного очень важного и ценного артефакта. Как рассказал Фабрицио — этот артефакт церковь неожиданно обнаружила на своих землях, когда они начали делать перестройку. Артефакт был спрятан в одном из потаённых мест, о котором никто из ныне живущих даже не подозревал. Он лежал в особенной шкатулке, что не оставляла даже крохотного магического следа столь древнего предмета. И если сам Архиепископ не знал о тайнике, то он с первого взгляда опознал, что именно это был за артефакт и кто очень давно его искал. «Ключ Януса» принадлежал стране, что находилась по соседству с Фиором — Кэлуму. Стране, где правил не король, а церковь. Когда-то очень давно неизвестный вор украл из Сакры этот артефакт. Его преследовали все, но ему всё же удалось скрыться на огромных землях Минстрела. С тех пор люди из Кэлума искали этот артефакт повсюду. По всему Ишгару. Тот факт, что он вдруг оказался на территории Фиора, всё усложнял, ведь между странами и так были не самые тёплые отношения, да ещё и сам Кэлум по территории был в три раза больше. Архиепископ закрыл бы глаза на находку, чтобы не развязывать конфликт между странами, если бы Кэлум не скрывал у себя артефакт, что принадлежал основателю их страны — «Рог Нетона», который очень давно хотел вернуть Тома Е. Фиор. Этот артефакт принадлежал королевской семье. То, что «Рог Нетона» прячет Кэлум — знали все короли, что были до Тома Е. Фиора. Все стремились вернуть его на родину, но ни у кого так и не получилось. Кэлум отвергал любые обвинения в свою сторону. Собственно, именно поэтому между странами и были такие… напряжённые отношения. Несмотря на то, что землями Кэлума правила церковь, они стремились наращивать свою военную мощь. В прошлом, когда Фиор воевал с Севен, и «Рог Нетона» играл в войне не последнюю роль — артефакт пропал. Тогдашний король, Аугусто Е. Фиор, подозревал, что пока они были сосредоточены на тылу — враг напал им прямо в спину. В то время никто не знал, что между Кэлумом и Севен — хорошие отношения, и похоже, тот факт, что между такими «дружными» странами находился маленький Фиор, их не устраивало. Даже без артефакта Севен так и не смог захватить Фиор. На нейтральной территории — в Боско — было заключено перемирие. Севен и Кэлум ничего не смогли сделать против Минстрела, что по территориям был больше, чем все три страны вместе взятые. Если бы Кэлум официально вмешался в войну, Минстрел вступился бы за Фиор из-за того, что дружба двух стран угрожала бы уже и ему. Особенно, если бы с помощью Кэлума был бы захвачен ещё и Боско. Даже когда наступил мир, а между Фиором и Севеном начали налаживаться торговые отношения, даже тогда церковь не признала, что артефакт из Фиора у них, хотя это догадку Аугусто Е. Фиора в будущем подтвердил другой король Севена — Артур Д. Севен. Но Кэлум очень быстро откликнулся, когда стало известно о «Ключе Януса». Настолько быстро, что крики разгневанного Тома Е. Фиора не прекращались весь день, ведь Патриарх Августин согласился провести обмен только на территории Кэлума, в Сакре, чтобы подтвердить внутри церкви подлинность артефакта. Макаров сразу предупредил их, что задание очень серьезное и крайне опасное. То, что Кэлум задумал обмануть их и выйти победителями, напрашивалось само собой. Архиепископ заявил, что доверить артефакт мог только «Хвосту феи». Королева Хисуе Е. Фиор была не против, как и Тома Е. Фиор. Из хорошего было то, что они могли проверить подлинность артефакта прямо в Сакре. Истинный «Рог Нетона» реагировал на кровь королевской семьи. Если капнуть на артефакт каплю их крови и после он примет свой истинный вид меча — это он. Самуил, что отвечал за проверку, изучил всё от и до, что только могла дать знать ему про этот артефакт королевская семья. Если что-то пойдёт не так и артефакт действительно окажется подлинным, иксид должен улететь в Фиор и как можно быстрее, чтобы остальные бежали из Кэлума, не думая про артефакт. Но это было только полбеды. Добраться до Сакры, столицы Кэлума, было непросто. Всё, что касалось этой страны, было непросто. Пока был шанс, что обмен пройдёт тихо и мирно, они должны были соблюдать законы той страны, на территории которой находились, иначе всё сорвётся ещё до начала, и, обвинив их в оскорблении и неуважении, Кэлум приберёт всё к своим руками. Пока Самуил лично готовил их к этому заданию, рассказывая всё, что знал о Кэлуме, Нацу и Хэппи несколько раз пытались сбежать, но Эрза и Грей ловили их. Было… занимательно. Кэлум был полной противоположностью Фиора. Если Самуил называл его «Небесным королевством», то Люси — скоплением фанатиков. Фанатиков, что дальше своего носа не видели. Своих богов — тем более. Она понимала, что не все жители страны были такими, но не понимала, как люди могли жить в условиях, где всё подчинялось богам, а слова этих самых богов передавались через человека. Через церковь. То, что сказал Патриарх — истина, и никто не имел права думать по-другому, потому что иначе — еретик. Пострадает не только один человек, но и вся его семья. Исключений не делали. Священники в Кэлуме делились на два типа, и разница между ними была просто огромной. Небесное духовенство — это те, кто в юности дали обет безбрачия. Они носили белые сутаны, говорили тихо и редко появлялись на людях. Именно из них выбирали Патриарха и всех, кто заседал в высшем совете. У них не было семей, не было жён и детей — только служение. Земное духовенство состояло из обычных священников, которым разрешалось жениться, растить детей и жить нормальной жизнью. Они вели службы в городах и деревнях, и в иерархии стояли ниже небесных, но их было больше, и именно к ним шли обычные люди со своими бедами. Но то, что Люси не нравилось больше всего — касалось женщин. Если правила церковь, то, естественно, Патриархами могли становиться только мужчины, и они же сидели в высшем совете. О равных правах в такой стране не могло быть и речи. Никаких постов в церкви, никакого права голоса — вообще ничего. Девушки в Кэлуме полностью зависели от мужчин: сначала от отца, потом от мужа, а если мужа не было — от старшего сына или ближайшего родственника. Даже монахини в женских обителях подчинялись священникам. Одевались все очень скромно: простые длинные закрытые платья без ярких цветов и украшений. Мужчины Кэлума считали, что женщина должна быть невидимой, чтобы не вводить их в искушение. Люси очень надеялась, что тот факт, что Фиором правила королева, а не король, очень расстроил их Патриарха и весь совет. Когда они вернут артефакт на родину, а они обязательно его вернут, их победит именно королева Фиора. Но если что-то и правда случится, то противостоять им будут не гильдии, которых там даже не существовало, и не сами священники, а именно ордены. Военные и магические братства. Самуил рассказал об этом особенно подробно, чтобы они знали врага в лицо и были готовы. Орден Святого копья — это рыцари в белых плащах, которые патрулируют дороги и охраняют границы. Чаще всего они были держательными магами. Созидатели попадались только в том случае, если кого-то наказывали или временно понижали. Не опасны для них. Орден Небесной стражи — элитные маги-воины, защищающие Патриарха и главные соборы. Магия для них — дар богов, поэтому перед каждым заклинанием они читают молитву, и именно в этом и заключалась их главная слабость. Орден Молчаливых — тайная стража, что следит за еретиками и расследует преступления против церкви. Они работают в тени. Очень сильные маги. Небесное духовенство использовало именно их, чтобы приструнить земное. И последний из известных им: Орден Певчих — целители, что ухаживают за больными и ранеными. Поддержка. Не опасны. Сам Архиепископ приготовил для них легенды. Идти без прикрытия было безрассудно и очень опасно. Несмотря на то, что церковь держала всю страну в своих руках, были и люди, что сопротивлялись. Они действовали из тени, и опасаться приходилось ещё и их, потому что «Ключ Януса» просто не мог их не заинтересовать. Но если вдруг они заберут артефакт — обмена не произойдёт. Два артефакта останутся на их землях. По их легенде, в Кэлум войдёт небольшой отряд Легиона Горички вместе с одной монахиней, у которой будет артефакт, и её помощницей. В Легион вошли: Байро Краси, Самуил, Нацу Драгнил, Хэппи, Грей Фуллбастер, Лили, Люси Хартфилия и Шарли. Всего четыре человека и четыре иксида. Сестра Эрза — монахиня, доверенное лицо Архиепископа Горички и вместе с ней её помощница и пока только послушница — Венди. Архиепископ вместе с Самуилом также позаботились и о проблемах, которые могли возникнуть у них внутри. Первая проблема заключалась в запахе ладана, что в Сакре для нюха Венди, Нацу и иксидов станет просто невыносимым. Они подготовили специальный крем, что нужно два раза в сутки наносить на нос, чтобы не чувствовать этот запах. Самый компактный и удобный вариант, ведь куча склянок вызвала бы много вопросов. Вторая проблема — Грей. Если он вдруг до трусов разденется на территории Кэлума — его посадят в темницу. То же самое касалось и остальных. Если Эрза и Люси призовут доспех и духов — это защита, но если Грей вдруг просто разденется — это оскорбление. Ему подготовили форму из специальной ткани, которая подстраивалась под человека, чтобы было удобно и имела охлаждающий эффект. Просто так такую одежду было снять невозможно. Они проверили. Люси не верила своим глазам, когда Грей Фуллбастер проходил целый день в одной одежде и ничего при этом не снял. Третья проблема — статус Люси. Архиепископ не просто так сделал Эрзу монахиней. В случае чего она могла защитить артефакт, а также её внешность и тяжёлая аура соответствовала подобному образу и могла отпугивать людей. Священники не будут смотреть на неё косо из-за подобного статуса. То же самое касалось и Венди, ведь она была невинным ребёнком. Но Люси — другое дело. Красивым незамужним женщинам легко попасть в беду в Кэлуме. Именно поэтому она и Грей — супружеская пара, что состоит в Легионе Горички вместе со своими иксидами — Лили и Шарли. Это должно было уберечь её от ненужных проблем. И всё действительно шло по плану. Они прибыли на корабле в портовый город Вела, где их встретили, досмотрели и повели сквозь города и деревни, что были именно такими, какими Люси себе их и представляла: простыми, чистыми, без индивидуальности. Скучными. Точно так же выглядели и люди, что смотрели на них с подозрением. Смотрели на всех с подозрением. Кэлум не дышал свободно. Не так, как Фиор. Попав в эту страну, Люси поняла, как ей повезло не родиться там. Но стоило им переступить границу Лимиса, предпоследнего города, после которого и была столица — всё пошло не по плану. И пошло не по плану не у них. Луций Аврелий Приск. Священник Луций — высокий худощавый мужчина средних лет с бледной кожей, тёмными волосами и небесно-голубыми глазами. Он был одет в простую чёрную сутану, немного поношенную, без золотых нашивок и прочих украшений, но, несмотря на это, стоял так, словно на нём была мантия самого Патриарха. Рыцари, которые сопровождали их, очень удивились, когда увидели его во главе других рыцарей. Они должны были встретить в Лимисе людей из Сакры. Людей, что отправил для их защиты сам Патриарх Августин. Никто не знал, в каком именно портовом городе они высадятся. Это незнание спасало их от нападения людей, что прятались в тени. Но чем ближе они подходили к Сакре, тем стремительней уменьшалась территория, а значит, и повышался риск нападения. Но священник Луций, судя по всему, был очень известной фигурой в Кэлуме. Именно поэтому те, кто их сопровождал, в итоге потеряли бдительность. Это была их главная ошибка. Люси почувствовала первые звоночки почти сразу. Стоило ей встретиться с ним взглядом, как ей захотелось вернуться в Фиор, в свою пустую, но безопасную квартиру в Магнолии. Подальше от Лимиса и Кэлума в целом. Но не могла. Поэтому ей пришлось терпеть. — Вы похожи на златовласую богиню. Терпеть. — Забавно. Ваше имя означает «свет». Как и моё. Терпеть-терпеть-терпеть. — Если бы Венера спустилась на землю, она бы, несомненно, была похожа на вас. Тот факт, что она была замужем, а муж шёл прямо рядом с ней и буравил священника убийственным взглядом, нисколько его не смущал. Будь они в Фиоре, то давно бы с ним расправились. Но они не были дома. Приходилось терпеть. Потому что если они оскорбят кого-то — беды не миновать. Самуил, что лишь подглядывал в их сторону, в какой-то момент не выдержал и начал засыпать священника всевозможными вопросами. Они были правы, когда думали, что в Кэлуме у неё возникнут проблемы… Но даже «замужество» не спасло её от них. Было слишком поздно, когда рыцари во время пути поняли, что что-то не так. На них напали первыми. Байро встал перед Эрзой и Венди, а так же Самуил был готов в любой момент улететь со Скарлет в безопасное место вместе с артефактом. Когда один из рыцарей приказал им бежать, именно это они и не сделали. Не смогли из-за того, что, как оказалось, они пришли в ловушку, что подготовили специально для них. Самуил подхватил Эрзу и улетел вместе с ней, уклоняясь от града стрел и магических атак. Небольшая часть противников последовала за ними. И пока Нацу и Байро раскидывали всех направо и налево, Грей попросил её не вмешиваться, а если и драться, то не в полную силу. Они разработали много планов. Очень много. В стране, в которой у женщин не было прав, не могли многое ждать от девушек из Легиона другой страны. Их попросили слегка сдерживаться. По многим причинам. Эрзе нельзя было раскрывать себя до самого крайнего случая, Венди можно было именно усиливать, а Люси — драться не в полную силу, чтобы её запас магии был достаточно полон. С учётом, что с ними был Байро — этого посчитали достаточным. Для случая, если бы кто-то вдруг смог поравняться с ним силами или как-то перехитрить, у них был разработан другой план. Самуил разработал слишком много планов… Нацу не просто так хотел сбежать. Ему пришлось все их запомнить, чтобы действовать быстро в случае чего. Но ни один из этих планов не смог бы спасти её от одной единственной атаки. Люси даже не поняла, что произошло. Просто в какой-то момент она встретилась взглядом с Луцием — и мир погас. Ни боли, ни крика, ни вспышки света. Ничего. Только темнота, навалившаяся так внезапно, будто кто-то выключил реальность. Последнее, что она успела заметить — спокойная, почти довольная улыбка на губах священника, а потом — ничего.

(+1)

Она очнулась в каменной клетке. Голова немного гудела, а во рту был привкус чего-то горького, будто её чем-то напоили, пока она была без сознания. Руки и ноги были свободны, но ключи забрали. Люси не знала, смеяться ей или плакать от этой информации. Это же насколько она показалась слабой, что её даже банально не связали? — Златовласая богиня наконец-то очнулась, — раздалось откуда-то сбоку. Луций. Люси резко повернула голову в сторону голоса и оцепенела. Священник сидел на грубо сколоченном табурете в паре метров от её клетки, сложив руки на коленях и глядя на неё всё тем же спокойным изучающим взглядом. Осознание медленно накрывало её. Он был рядом с ней, пока она была без сознания. Всё произошло из-за него. — Где я? — В безопасном месте. Не волнуйся, здесь тебя никто не найдёт. — А если я хочу, чтобы меня нашли? — Что ж, — поднялся он на ноги. — Тогда твоё желание не совпадёт с моими планами. Это печально. Я надеялся, что мы разрешим всё мирно. — Вы напали на нас! — Я всего лишь хотел забрать своё, милая Венера. «Ключ Януса» принадлежит мне. Патриарх не достоин его. Люси передёрнуло. — Не называйте меня так, — скривилась она. — У меня есть муж. — Муж, который не смог тебя защитить? — священник вдруг улыбнулся. — Очередное недостойное ничтожество. Но Юпитер всё ещё благосклонен ко мне. Он не только вернул в Кэлум «Ключ Януса», но и привёз его сюда твоими руками. Что? Его слова вызвали у неё мурашки по спине. Он — опасен. Особенно для неё. Если она правильно всё поняла, то… — Я поклялась богине Джилье, что буду любить только одного человека и я собираюсь сдержать эту клятву. Мне не нужен второй брак. Луций даже бровью не повёл. Что это за страна, где всем заправляет церковь, но им всё равно на чужие клятвы перед богами?! — Джилья — это подобие Юноны? Покровительница браков? — Люси кивнула. — Но то было в Фиоре, там оно и осталось. Сейчас ты в Кэлуме. Истинной богине вы не клялись, а значит, ты свободна. К тому же, я… священник. Если я скажу: сим я объявляю ваш брак недействительным — это будет правда. У Люси от такой наглости задёргался глаз. Он развёл её и Грея точно так же, как их и поженили — всё на словах. — Ты не видишь знаки, потому что слепа. Если бы ты была близка к нашим богам — ты бы заметила то, что вижу я. Боги не могли просто так отправить тебя в Кэлум. Одна женщина в Легионе Горички, — усмехнулся он. — Златовласая, словно воплощение самой Венеры, да ещё и с именем, так похожим на моё. Ты связана с небом. Твои ключи — прямое этому доказательство. Небесная дева пришла в Кэлум, чтобы вручить мне «Ключ Януса». И не просто в Кэлум — в Лимис. Совсем недавно я был первым человеком в Лимисе, был первосвященником. Но у меня всё отняли. Теперь понимаешь? Твоё появление — предзнаменование моей скорой победы. Луций Аврелий Приск — сумасшедший. Сумасшедший фанатик! Она предполагала, что половина страны такая, но не ожидала, что один из них захочет её в жёны! Архиепископ был прав — у неё такие проблемы, о которых она даже не думала, что могут возникнуть! Люси тихо выдохнула и собралась с мыслями. Не важно, что говорил ей этот священник — важно лишь то, где она была и в безопасности ли её друзья. — Где остальные из Легиона? Где мой муж? Луций нахмурился. Она проигнорировала его слова о знаках. Проигнорировала его предложение. Это расстроило его. — Монахиня с артефактом, её послушница и два иксида скрылись, — не стал скрывать он. — Твой капитан разгромил почти всех моих людей. Но, увы, не до того, как я увёл тебя, ледяного и огненного мага. Они пытались мне помешать забрать тебя, но против моих глаз у них не было шанса. Когда найду монахиню, я обменяю этих двоих на «Ключ Януса». Если не получится — убью их. Тогда, как бы ты не сопротивлялась, твоя клятва окажется недействительной перед любыми богами. Если не получится забрать артефакт у неё, не страшно, выкраду в будущем. Люси пошла ближе к стене, чтобы увеличить свой угол обзора. Нацу и Грей здесь, где-то рядом с ней, а это значит, что они не задержаться тут надолго. — Можешь не искать. Он не здесь. Люси нахмурилась. Плохо. — А где? — Я же сказал, — вдруг снова улыбнулся он, — здесь тебя никто не найдёт. Это место хорошо защищено снаружи. Какой бы не был слух и нюх у огненного мага, и как бы долго не бегал ледяной, они не найдут тебя. Он врал ей. Оно не могло быть настолько защищено и изолировано. Она чувствовала свою магию. Да, её стало меньше, но запас её сил остался. Если она использует его и вдруг окажется, что всё это время находилась под землёй — она умрёт. Её завалит. И это если она успеет что-то сделать. Луций мог усыпить её. Опять. На то, чтобы использовать Уранометрию, у неё хватит сил. Пусть и будет вполовину слабее, но этого вполне могло хватить, ведь внутри, похоже, её не особо то и сдерживали, хотя он сам говорил про её ключи. Самуил просил её действовать громко и чётко в том случае, если она одна или вместе с кем-то попадёт в плен. Луций не стал бы уходить далеко от своих пленников. Даже ради неё. Они — его шанс получить «Ключ Януса» прямо сейчас. Если вдруг он постоянно усыпляет их, чтобы они не буянили, и именно поэтому они ещё не выбрались и не нашли его — тогда он уйдёт. Уйдёт и оставит её одну, чем она и воспользуется. Если только он сам не заставит её спать перед уходом… Вопрос: как он это делает? Нужен контакт? Глаза в глаза? Или нет? Она упала после того, как они встретились взглядом. Если бы он был настолько силён — Самуил не улетел вместе с Эрзой, а Байро не перебил бы почти всех его людей. Либо у него было ограничение по времени, но… тогда бы Нацу и Грей не попались, либо… на количество. — Мне впервые так приятно наблюдать за кем-то, кто пытается придумать план, чтобы сбежать от меня. Люси вздрогнула. Он произнес это так тихо, словно слова вырвались у него сами собой. — Знаешь, в чём твоя проблема? — вздохнула она, перейдя на неформальный язык. Хватит. — Ты видишь знаки богов, но не видишь человека. Только то, что хочешь видеть. Знаешь, почему я вышла замуж за Грея? В глазах священника появился интерес. — Это может помочь мне в будущем, — кивнул он. — Потому что он всегда защищал меня. Как бы враг не был силён — он защищал и был готов отдать жизнь за меня. У него есть свои минусы, но и у меня тоже. Мы с ним равны, и именно поэтому между нами такой баланс, который не сможет пошатнуть даже твой Юпитер! Если ты думаешь, что можешь сдержать такого, как он, ты ошибаешься, — Люси усмехнулась. — Не судите книгу по обложке, священник Луций. Я тоже далеко не так проста, как вам кажется. Чем больше она говорила, тем сильнее он мрачнел. — Мне всё равно, что говорят тебе твои боги. Единственный человек, которого я приму — это, — Люси сделала глубокий вдох и закричала так сильно, как только могла: — Грей! Если они рядом — они услышат! Луций опустил голову и тихо вздохнул. — Если ты думаешь, что я не вижу твою суть — ты ошибаешься, — спокойно ответил он. Люси не ожидала услышать насколько спокойный ответ. Его голос казался каким-то уставшим и будто безжизненным. Без красок. Отчуждённым. — Венера. Ты — Венера. Воительница. Не всесильная, но под стать Марсу. У меня, как у первосвященника, могла быть жена, дети, семья… Но Юнона не послала мне подходящего человека. Люси нахмурилась. Странная реакция. Странные слова. Этот человек умел вводить своими словами в ступор. Непредсказуемые люди — самые опасные, а он был само воплощение этого. Кто знает, что скрывается за его спокойствием. Если там вообще что-то есть… — Ты ждал, что твоя богиня столкнёт тебя с ней лбом? Не пытался найти сам? — Пока ты была здесь, ты встретила хоть одну Венеру, похожую на себя? — вопросом на вопрос ответил он. Она знала ответ. Нет. И он знал, что она это понимала. Женщины в этой стране — тени того, какие они в Фиоре. Люси и не думала, что кого-то это могло не устраивать. Тем более… бывшего первосвященника. — Тогда почему вы всё ещё здесь? — невольно переключилась она. Она чувствовала, будто её обманывают. Манипулируют. Но что-то во всей это ситуации не давало ей покоя. — Если в Кэлуме больше ничего не держит, то почему бы не отправиться в Минстрел? В Стеллу? Ишгар большой. В Севен, в конце концов. — Зачем куда-то идти? — спросил он, подняв голову. — Зачем покидать родной дом? Вы принесли на эти земли то, что может помочь исправить всё… или окончательно уничтожить. — «Ключ Януса» такой могущественный? — В наших руках — да. Как и «Рог Нетона» в ваших. Если Патриарх научится им управлять — ваша страна падёт первой, как месть за то, что скрывали артефакт у себя. Что? — Не суди книгу по обложке, златовласая богиня, — вдруг повторил он её слова с улыбкой, заметив её изумление. — Я — бывший первосвященник Лимиса. Ты ещё не была в Сакре. Юпитер благосклонен к нам, раз я успел забрать тебя раньше. Если окажешься там, встретишь кого-то, кто… гораздо хуже, чем я. Опаснее. Он несёт лживую волю богов, и никто не может сопротивляться его воле. Я не смог, но хотя бы остался жив. Ты умрёшь, если попадёшься ему на глаза. Твой капитан похож на меня… Он выживет. Ты — нет. Самуил не смог рассказать им про Патриарха Августина. Ничего. Он сказал, что вся информация про него всегда таинственным образом исчезала. Он — их самое большое препятствие. Если с его людьми они ещё могли справиться, так как примерно понимали, кто они и какие у них слабости, то с Патриархом они решили действовать вслепую. К самому настоящему ужасу Самуила. Патриарх убьёт их? Сразу же? — Зачем вам на самом деле нужен «Ключ Януса»? — Чтобы убить ложного бога. Внезапный грохот откуда-то сбоку, где у Люси не было угла обзора, привлёк их внимание. Луций сначала шагнул в ту сторону, но нерешительно остановился и посмотрел на неё. Люси улыбнулась. — Это он? — Да, — кивнула она. — Либо кто-то из моих друзей. — Похвально, — усмехнулся он, повернулся и сел обратно на табурет. — Если это правда он, тогда он смог выбраться из Мэнтиса. Он не выглядел взволнованным или напуганным, а всё таким же спокойным. Нерешительность, которую она заметила… касалась её. Ему всё равно, что её друзья пробиваются к ней. Но он не хотел уходить. От неё. — Мэнтис? — вдруг нахмурилась Люси. — Моя импровизированная ловушка, напоминающая тюрьму, где наши теневые маги держат особенно несговорчивых еретиков. Глаза Люси расширились. Она подошла ближе к решетке. Теперь она не боялась его. Особенно, когда он снова сидел и находился на расстоянии. Она вжалась в угол и пыталась рассмотреть хоть что-то оттуда, откуда раздавался звук. Стало снова тихо. Грохот был слышен только один раз. И всё. — И что эта ловушка делает с людьми? — Влияет на разум, — снова спокойно ответил он. — Показывает человеку его страхи. Если он справился с Мэнтис, значит, он сильнее, чем кажется. Как ты и говорила. Но тот, кто нашёл это место, определенно сильный и дорожит тобой. Люси не знала, как ей реагировать на это. Она чувствовала себя так, словно летела вместе с Хэппи по небу, и иксид несколько раз специально отпускал её, а после ловил. От противоречий, что она чувствовала, уже начинала болеть голова. Страхи Нацу и Грея. Если это действительно были они, и они выбрались — дело плохо. Особенно если это было настолько ужасно, что никто из них теперь не контролировал себя. Но если это не они… Это ещё хуже! Потому что тогда они всё ещё в ловушке! Люси рефлекторно отшатнулась от решётки, когда Луций снова встал. Он хотел приблизиться. Священник вздохнул и, разочарованный, вернулся обратно. Всё. Она больше не может тратить время на болтовню. Он сам сказал, что она воительница. Что ж, пора показать ему, насколько он был прав. Если к ней не могут попасть снаружи, то она сломает все изнутри! Люси отошла как можно дальше и прижалась спиной к стене. Она закрыла глаза на тот случай, если магия Луция действовала именно так и заговорила: — Небо единое, небо бескрайнее, даруй моей плоти силу сияния бесчисленных звёзд… Люси не видела, но слышала. Он не встал, не пытался её остановить. Он — смотрел. — Четверокнижие, я Звёздный владыка, выстройтесь звёзды, распахните врата силы ужасной… — Значит, златовласая Верена всё это время скрывала в себе Юнону? Люси запнулась. Она зажмурилась, но всё равно продолжила. Она не Венера. И не Юнона! Она — Люси! — Восемьдесят восемь тел небесных… Люси неожиданно отбросило в сторону, разрушая её заклинание. Снова послышался грохот, но на этот раз с двух сторон — сверху и сбоку, и они были такой силы, что стены и пол затряслись. — Очень жаль, милая златовласка, — разочарованно вздохнул Луций, поднимая голову вверх. — Я хотел увидеть твоё заклинание до конца. Было красиво. Да что он за человек вообще?! Всё произошло за секунды. Вот Луций сидит и спокойно смотрит вверх, словно ожидая своей кары, даже никак не пытаясь защитить себя, а в следующую секунду потолок над ним разваливается, все куски полностью покрываются льдом и исчезают, оставляя после себя прохладу и лёгкие снежинки. Люси только моргнула из-за поднявшейся пыли, и перед её глазами появилась снова голая знакомая спина, но с чёрными пятнами… Фуллбастер зарычал, в миг схватил священника за шею и опустил его со всей силы в пол, да так, что он разошелся под их ногами и клеткой Люси. Грей присел на корточки и, словно это показалось ему мало, опять взял Луция за шею. — Я же ясно сказал, — зарычал он, снова вбивая его в пол, — что она, — удар, — моя, — удар, — жена! — Грей… Люси сделала шаг вперёд и замерла, когда маг резко поднял голову и посмотрел на неё. Его взгляд был таким же бешеным, как она и помнила. Но он узнал её. Если бы не узнал — напал. Ещё один грохот раздался сбоку, но на этот раз стену разрушило знакомое пламя. Нацу вошёл внутрь не стремительно, как Грей, а медленно, поступью настоящего хищника. Его глаза бегали по всему помещению, пока не остановились на клетке, за которой всё ещё была Люси. Грей положил свою руку на решётку, после чего она так же исчезла вместе со льдом, оставляя маленькие снежинки. Вот и всё. — Вы в порядке? — осторожно спросила она их. Мэнтис Луция довела их до самого настоящего… бешенства. — А ты? — внезапно выдохнув, спросил её Нацу. Его огонь начал постепенно угасать. — В полном, — улыбнулась она. — Он не причинил мне вреда. Только после этих слов чернота с кожи Грея начала медленно исчезать. Он закрыл глаза, сжал руки в кулаки и выдохнул морозный воздух, после чего открыл глаза и посмотрел на Люси. — Точно? — не поверил он. — Ты кричала. Моё имя. — Вы услышали, — от радости Люси хлопнула в ладоши. — Я знала, что вы услышите! И да — я точно в порядке. Просто Луций… пытался убедить меня, что никто не найдёт это место. — Луций? — прищурился Грей, скрестив руки на груди. Ему очень не понравилось то, с какой лёгкой интонацией она это произнесла. Будто говорила не о враге, а о ком-то… кто был как минимум не враг. — Да, — Люси опустила голову вниз и посмотрела на священника, что совсем не шевелился. — Он оказался очень… неоднозначным человеком. — Неоднозначным? Он похитил тебя! — мгновенно разозлился он. — Запер нас! И после этого он — неоднозначный? — Это сложно! — взялась Люси за голову, не зная, как объяснить свои чувства. Он говорил правду. Всю правду. Даже тёмную. — Просто… просто… Поток её мыслей прервал Нацу. — Эй, и долго ты ещё будешь там лежать? Может, хватит подслушивать? — разминая кулаки, спросил Драгнил. — Вставай и сразить со мной! Ты, похоже, и правда сильный. Люси подпрыгнула, когда Луций, на котором не было ни единой царапинки, вдруг со стоном сел. — Какого черта?! Грей быстро схватил её за руку и спрятал за спину. — Приятно осознавать, что Венера не видит во мне врага, — тихо сказал он, разминая тело. — Выходит, мне не показалось. Мы и правда поладили. — Люси, — протянул её имя Грей, медленно оборачиваясь к ней. — Что вы здесь делали вдвоём? — Ничего! — растерянно захлопала глазами Хартфилия. — Разговаривали! Он рассказал мне про Патриарха и «Ключ Януса». Луций осмотрелся по сторонам, спокойно оценивая ущерб, остановился на Нацу на мгновение, который только и ждал от него одного неправильного движения, и снова устало вздохнул. — Пока ты сидел в Мэнтисе — я развёл вас, — сообщил он, из-за чего у Люси снова задёргался глаз. Да что это за ситуация такая?! — Был бы посильнее, выбрался раньше и остановил меня. Вини в этом только себя, ледяной маг. Это была даже не настоящая тюрьма для еретиков, только моё подобие на неё, — он поднял взгляд на заклинательницу. — Этот маг не так силён, как ты думаешь. Он слишком серый для тебя. Худший Юпитер для прекрасной Юноны. Подумай о моём предложении ещё раз. Температура вокруг резко упала. Луций Аврелий Приск — не просто фанатик, а фанатик с мазохистскими наклонностями! — Я сейчас тебя сам к Юпитеру отправлю! — Грей!