Пузырчатый вирус

Он услышал звук закрывающейся двери. Без девушки в комнате стало пусто, как в ясный день солнце закрывают тучи, так сейчас ощущал себя Джекс. Его яркое солнце затмили тучи, которые он сам и создал. Почему он так язвительно пошутил? Почему он не ответил, ведь она так сильно этого хотела? Почему он не может стать хорошим? Хотя бы для неё. На душе стало тяжело. Джекс отталкивал всех язвительными шутками, не позволял никому подходить ближе. Они все оставались для него категорией людей, с которыми он застрял в чудаковатом мире, не больше. После "смерти" Рибитт он не хотел никого подпускать близко к сердцу. Но почему? Почему это чертова девчонка заставляет его волноваться? Почему хочется ей помогать? Почему он так хочет быть рядом с ней? Почему он язвит ей, тем самым причиняя боль? И самый главный вопрос, который мучил Джекса: почему его так влечет к ней? Знакомое чувство внутри подсказывало ему, как тогда в кабинете с Рибитт, что он должен доверится девушке. Возможно, где-то в глубине души он жаждал, чтобы кто-то утешал его, чтобы был рядом человек, которому можно будет рассказать свои страхи и сбросить с себя все маски. Неужели что-то внутри него уже выбрало того самого человека? Джекс сел на кровать перебирая мысли. То, что он посмеялся над ней не правильно. Он должен придумать план как можно загладить свою вину перед девушкой. Ведь они же друзья? Не так ли? Он может подойти и поговорить с ней, извиниться глядя в глаза, но... Джекс был трусом. Он боялся реакции девушки, а ещё больше, он боялся, что начнет язвить и нанесет ещё больше вреда. Что она скажет, возможно, пошлёт куда подальше. А если он не найдет слов? С мыслями, что сказать и как бы загладить свою вину, он лег на кровать. Помни. Большие глаза, хрупкое тело, но стальной стержень внутри, который не даёт ей развалится. Помни. Нежная улыбка и зелёные глаза. Помни. Маленькие хрупкие руки, почти белого цвета. Помни. Пышные черные ресницы. Он вспомнил их приключение, где они объединились. На его лице промелькнула улыбка. В тот день ему было действительно весело, и улыбка на его лице была реальной. Вспомнил он и то, что он сказал ей в конце. — Переживу... Переживу б*!#?ь — передразнивал он себя. — Ты даже рассеивание Рибитт не смог пережить! Он закрыл глаза рукой думая, что делать. Он точно не пойдет к ней, даже под дулом пистолета. А подарок? Он рывком сел на кровать. Помни вся пахла цветами, и ещё чем-то сладким. Помни — это цветочный сад. Он закрыл глаза и представил большой букет белых хризантем с нежно голубой обёрткой и белым бантом. Они появились у него в руках. Невероятно нежные, как и сама получательница. Он поднялся с кровати и направился в коридор. Проходя мимо лестницы он увидел внизу Зубл и Гэнгл. Глаза сузились, а улыбка искривилась. — Тупые лесбиянки, — просипел он, смотря с лестницы в холл. Парень бережно опустил цветы на пол, ни оставляя никакой записи. Тихо постучавшись в дверь, он бросился в свою комнату, как последний трус. Возможно, он когда-нибудь извиниться, глядя прямо ей в глаза, когда победит свою трусость и гордость. На чистой бумаге появлялись вспомогательные линии из которых получались прелестные рисунки. Девушка сидела за барной стойкой подперев рукой подбородок и добавляя штрихи карандашом. Она что-то напевала себе под нос и исправляла недочёты ластиком. На ней была красная кофточка и черные штаны, а на ногах милые черные балетки с красными бантиками. Волосы она собрала в мальвинку, но некоторые пряди не подчинились ей и все время выбивались. Девушка дулась и заправляла их за ухо. Она не знала сколько прошло времени с того момента, когда она села сюда, ведь была увлечена процессом. Рядом с ней, но с другой стороны стола, сидела Зубл и решала судоку. Оставалась последняя ячейка. На ней была та же черная толстовка и синие джинсы. Она выкуривала пятую сигарету и завершала шестой квадрат, победно улыбаясь. — Когда я поняла, что мне нравятся головоломки? — завершая игру сказала Зубл. Час назад, Зубл умирала от скуки, поэтому дабы облегчить состояние девушки, Гэнгл посоветовала ей порешать судоку, сказав, что её это затянет. Она была права, Зубл затянуло и, возможно, одинокими и скучными вечами она будет проводить время за головоломкой. — Гэнгл, — обратилась она к подруге. — Может... Пройдемся по отелю? Мы тут третий день и кроме комнаты и холла нигде не были. Девушка положила карандаш и взглянула на девушку. С одной стороны, хотелось каких-то перемен, внутри что-то требовало сменить обстановку, но в то же время ей не хотелось ничего менять, не хотелось никуда идти, хотелось оставаться в этих двух комнатах с блокнотом и.. Зубл. Она опустила взгляд на рисунки, поводила глазами прибывая в раздумьях. — Если ты не хочешь идти, можешь остаться. — спокойной произнесла Зубл. — Я просто предложила. — она мягко улыбнулась девушке. — Я... Пойду. — ответила Гэнгл и подняла глаза на подругу. Их взгляды встретились. Зубл напомнили голубые глаза Гэнгл море, а карие глаза Зубл напомнили Гэнгл чашку горячего свежего вареного чая. Смотря друг на друга они не заметили, как на их лицах появились улыбки. После нескольких минут гляделок они рассмеялись. — Откуда начнем наше приключение? — вставая со стула, сказала Зубл. Она протянула подруге руку, чтобы помочь ей слезть со стула. — На первом этаже есть несколько комнат, как ты думаешь они такие же странные, как и в цирке? — Гэнгл пожала на её слова плечами. Это улыбнуло Зубл. Девушки выдвинулись в путь. Они вышли в тускло освящённый коридор, где было множество дверей, каждая из которых таила в себе загадки. Их не удивила музыка, возможно, они привыкли. — Это место не похоже на цирк, оно в сто раз страшнее и безумнее. Каждый день снится непонятная ерунда! — говорила Гэнгл, идя рядом с Зубл. В её глазах отражался ужас. — Скажу честно, здесь намного приятнее, чем в цирке. У нас есть наши тела, возможность создавать что-то, единственный минус, это постоянная музыка и кошмары, но к этому легко привыкнуть. — она почувствовала, как Гэнгл нервно теребит рукава кофты и постоянно озирается по сторонам. Чтобы успокоить девушку, Зубл взяла её за хрупкую белую руку. Она удивилась насколько холодной была рука подруги. В ответ на нежность со стороны Зубл, Гэнгл повернулась с нежной улыбкой и благодарностью в глазах. — Кстати о музыке, — чуть успокоившись сказала Гэнгл. — Ты заметила, что чем дальше мы удаляемся от холла, тем она страшнее она становится. — Зубл кивнула. Музыка искривлялась и, возможно, если бы она была одна ей бы стало не по себе. – Она настолько часто играет, что я уже не замечаю её ­­– усмехнулась Зубл. Пройдя немного Зубл услышала чей-то шёпот, он говорил: Берегитесь пузырей. Она повернула голову к Гэнгл, думая, что она сказала это, но повернувшись к ней, она поняла, что это не подруга. Шепот повторился, он смешивался с музыкой, создавая какофонию звуков. Иногда свет начинал мигать, а двери передвигаться, то вперёд, то назад, а некоторые и вовсе исчезали. Зубл крепче схватила руку спутницы. Она боялась, что та потеряет сознание. — Не нравится мне это все. — прошипела она, озираясь. Одна дверь остановилась и приветственно открылась перед ними. Перед ними открылся белый жемчужный фон, словно это портал в другой мир. Зубл протянула руку вперёд и коснулась кончиками пальцев фона. Её рука прошла внутрь, как в самых сказочных фильмах, образуя радужные волны. Она взглянула на испуганную Гэнгл, и кивнула ей, говоря: все будет хорошо. Крепче сжав её руку, девушки шагнули внутрь. Их встретила туманная погода, словно ещё немного и будет дождь. Они стояли посередине забытой всеми трассе. В лицо дул морской зимний ветер, от которого хотелось прикрыть глаза. Девушки оглядывались, желая увидеть море, но оно не подало в поле зрения ни одной. Было холодно. Гэнгл прикрыла глаза и представила теплую куртку себе и Зубл. — Воу, — удивлённо воскликнула Зубл осматривая черную куртку на себе. — Как мило. — она наклонила голову и улыбнулась спутнице. На Гэнгл она увидела коричневую куртку с бежевым капюшоном и милыми медвежьими ушками. Одевшись потеплее, они направились вперёд. Идя по трассе девушки видели сгоревшие деревья, в таком же плачевном состоянии рекламные баннеры и где-то далеко сгоревшие дома. Асфальт в некоторых местах был побит и сквозь него проросла трава, серо-зеленого цвета. — Как атмосферно! — восхищённо сказала Зубл. Гэнгл снова прикрыла глаза и в руках у неё оказались две термо кружки в которых был горячий чай с лимоном. — Бери, — тихо проговорила она протягивая кружку Зубл. — Надеюсь тебе нравится лимонный чай. Девушка протянула руку и забрала горячую кружку. Нежность и доброта Гэнгл вызывали у Зубл улыбку и умиление. Возможно, это первый раз, когда за ней так ухаживали и принимали её такую какая она есть. Она была благодарна судьбе, что свела их пусть, и не в столь приятном месте. Они шли долго, обсуждая самые банальные темы, которые переходили в более умные и философские. Но потом кто-то из них неправильно говорил какое-то слово или вспоминал шутку и обе начинали заливаться смехом. Возможно, думала Зубл, это и есть истинная любовь не бояться показаться в лице любимого человека, взаимно любящего тебя, глупой или нелепой. И не обязательно быть партнёрами. Впервые ей хотелось рассказать Гэнгл о себе всё. Время начинает ускользать быстрее и незаметнее рядом с тем человеком, который заставляет тебя широко улыбаться от нелепой шутки, а потом заводит разговор о смерти, времени или религии. Да, взгляды могут не всегда совпадать, но ведь в этом же и смысл? Рядом с таким человеком не страшна пугающая музыка с помехами и коридор не имеющий конца, более того рядом с таким человеком, которому ты готов отдать всю любовь, не страшно ступать в непредсказуемое будущее. Шаг за шагом, крепко держась за руки. Она обязательно запишет в свой дневник, то о чем думала в этот момент, глядя, как красиво смеется девушка с белыми волосами. Трасса привела их к берегу моря. Оно было серым и волнующимся, но именно в этот момент было прекрасным. Ветер ласково раздувал пряди волос на ветру. Горячий чай Гэнгл приятно согревал руки. Он имел приятный сладковатый вкус от сахара и лёгкую кислинку от лимона. Девушки устроились на песке, расстелив черный пушистый плед с белыми звёздами, его материализовала Зубл. Они не думали прекращать свой диалог. Смотря в даль моря мысли приходили в порядок, а страх уходил куда-то глубоко, не беспокоя никого своим присутствием. Гэнгл положила свою светлую голову на плечо суровой для всех Зубл, но для неё она была невероятно нежной. Та в ответ обняла девушку за плечи. — Знаешь, — тихо сказала Гэнгл. — Я думаю, мы воссоздали мое приключение. – Зубл удивлённо посмотрела на подругу. — Я, с момента появления здесь в отеле, хотела увидеть море в пасмурную зимнюю погоду. — А как же трасса и сожжённые деревья? — Возможно часть воспоминаний, а возможно, не знаю... —задумчиво подытожила девушка. — Во всяком случае, я рада, что ты разделяешь со мной это приключение. Ты единственный человек, которого я хочу видеть на берегу этого моря. — Гэнгл немного помолчала смотря на нарастающие синие волны. — Я любила смотреть на море и придумывать сюжет для манг. Правда ни одну из них я не закончила. — грустно усмехнувшись сказала она. — Хочешь поделиться? — спросила Зубл, создавая конфеты Skittles, и открывая пачку. Она протянула её подруге. — Ты... Ты хочешь это слушать? — беря зелёную конфету в рот спросила девушка. — Я всегда рада тебя слушать. — с улыбкой сказала Зубл. — Все началось в школе. Я очень любила рисовать, разрисовывала все поля в тетрадке, за что потом меня ругали преподаватели. У меня было несколько персонажей, которые появлялись на полях чаще всего. Моя любовь и привязанность к ним росла с каждым днём. Они были намного ближе, чем обычные люди, было чувство, что они понимают меня, как никто другой! Они разделяли со мной мою странность и принимали такой какая я есть. Пока все в школе жили компашками и парнями, я жила своими персонажами. В каждом из них есть частица меня, наверное, поэтому они для меня намного дороже, чем люди... — она взяла ещё одну конфету и закинула её в рот. — Ты первый человек, которому я решилась это рассказать... — она продолжила. — Помню сидела на скучном уроке и обводила черной ручкой контур персонажа, в этот день мне пришла идея для комикса. Девушка по имени Акане работает в цветочном магазине. Ночью, когда магазин закрывается Акане превращается из обычного флориста в киллера, и выполняет заказы на убийство, которые получает в том самом цветочном магазине. Потом она влюбляется в жертву, не хочет убивать и в итоге завязывает с этим... — Гэнгл усмехнулась. — Я была ребенком... Я думала всем понравится мое творение, но... у меня даже друзей не было, чтобы хоть кто-то оценил... — погрустнев она продолжила. — С возрастом идей становилось все больше и больше, хотелось их всех реализовать! Я поступила на дизайнера, чтобы ещё больше разбираться в искусстве, ведь я любила это! Мне всегда нравилось создавать и приносить в этот мир что-то новое, даже если никто не захочет это видеть. Ночью, когда я освобождалась от учебы я принималась за свое творчество. На белых листах появлялись рисунки, а вместе с ним и сюжет. Через несколько месяцев я сделала создала шедевр. Это была моя первая продуманная манга. Не плоские персонажи, хороший сюжет и хэппи энд в конце. Мне захотелось, чтобы весь мир увидел мое творение, но денег на публикацию не хватало. Пришлось пойти устраиваться в закусочную... Ну... Ты сама понимаешь, как это было... — смущённо сказала Гэнгл, увидев, как подруга начала смеяться с последних сказанных слов. — 12 декабря, когда я стоя за кассой рисовала наброски для будущих глав, ко мне подошёл какой-то мужчина в красном пиджаке и цилиндре. Достаточно подозрительный человек. С белыми усами и красными глазами. Он сказал, про то что знает мир, где не нужны деньги, чтобы воплощать свое творчество в жизнь. Дал визитку с местом, где находится вход в это место. Долгое время я думала. Взвешивала все за и против. В конце концов пришла к выводу, что хочу туда попасть. И вот... Я здесь. Но это не то что я хотела и представляла... Вечные издёвки Джекса делают больно... — грустно завершила Гэнгл. — Человек в красном пиджаке? — повернувшись к Гэнгл спросила Зубл. Та в ответ кивнула. — Он приветствовал меня в заброшке, когда я нашла гарнитуру. — Совпадение? — пожала плечами Гэнгл. — Не думаю. Он схож по описанию с тем человеком, которого описала ты. Красные глаза, цилиндр и белые усы. — Гэнгл нахмурилась. — Я думаю, нужно спросить у других, что видели они, когда входили в игру. Девушки не знали сколько прошло времени с их появления, их диалог не прекращался, возможно, только иногда приостанавливался, но из головы не выходила мысль про человека в красном пиджаке. Когда обе закрыли глаза и открыли они увидели перед собой тот же коридор откуда начали путь. На них уже не было курток, а руки опустели. Они продолжили свое приключение по коридору, но теперь уже в тишине и мыслях. — Давай зайдём в эту комнату? — остановившись перед большой дверью и держась за руку, спросила Зубл. Гэнгл кивнула, где-то глубоко внутри неё поселилась тревога. Что может быть в этой комнате? Что-то жуткое? Опасное? Или что-то приятное? Открыв дверь их приветствовала пустота. Все стены были белыми, в комнате ничего не было. Казалось, у комнаты нет границ. — Пустота? — удивлённо спросила Гэнгл, продолжая держать Зубл за руку. Их пальцы медленно сплелись. В голове было много мыслей, грустных, одиноких и страшных, они смешивались в одну серо-синюю массу. Зубл повернула голову в сторону девушки и заметила, что на “стене”, “полу” и “потолку” со стороны девушки были серые и темно-синие витиеватые узоры, переходящие в серый шум, как в старых телевизорах. В голове Зубл было очень много вопросов, но они не сопровождались тревогой или страхом, скорее интересом. Повернувшись на другую стену с её стороны, она увидела на стене, полу и потолке желтые, синие и зелёные узоры. Они плавно перетекали, но не смешивались. Снова взглянув на сторону Гэнгл, она не увидела изменений. Девушка вцепилась в руку Зубл. Она смотрела вперёд с печалью и небольшой тревогой. Зубл повернула голову девушки к себе, положив свои руки на её белые щёки и взглянула в голубые глаза. Несколько минут она наблюдала на лице девушки какую-то тоску, вперемешку с одиночеством. Вскоре встретившись взглядами, на лице Гэнгл появилась нежная улыбка, а зрачки чуть увеличились. Все переживания, тревоги и чувство одиночества сошли на нет. Пока девушка с малиновыми волосами смотрела на неё, ей было нечего бояться. Зубл попыталась оторваться от глаз цвета моря, и посмотрела на стену Гэнгл. Синие и серые узоры сменились на розовые и красные. Она подняла взгляд на “потолок” и увидела, что над ней точно такие же узоры. Девушка опустила взгляд на Гэнгл, она все так же продолжала смотреть на неё. Пряди её волос выпадали из прически, а улыбка становилась все шире и шире. Зубл отпустила руки с лица девушки, и обвила руки вокруг её талии, от неё пахло чистотой, чем-то нежным, это успокаивало девушку. Гэнгл обняла ту в ответ за плечи, от Зубл пахло табаком и алкоголем, она ощущала в этом запахе защиту. Почувствовав запахи друг друга, они притянули друг друга сильнее и прикрыли глаза. Возможно, ни одна из них не осознает любовь в своих действиях, но каждая довериться и подставит свое плечо. В мире хаоса и страха, они протянут друг другу руки. — Грёбаный му?*#к! — Помни уронила стул с одеждой на пол. — С#?*!н ты сын! Приходишь к нему с вопросом, а он. Сначала он говорит, что не будет грустить, если я рассеюсь. Сейчас он смеётся надо мной... — она тяжело дышала, расшвыривая вещи по комнате. — Ненавижу! — зло прокричала она. В голове помни не укладывалось, почему Джекс отрицает свои действия? Он боится? Он думает, что она скажет что-то не так? Злость вспыхнула с новой силой. Что-то ей намекало, что принес её в комнату именно Джекс, и кеды снял тоже он. Но почему он остался? Гнев сменился грустью. Держа подушку, которой она колотила кровать, в руке, она вдруг погрустнела. Он ей не доверяет. Она упала перед кроватью на колени. Девушка положила руки с головой на кровать и залилась горькими слезами. Джекс был единственным человеком, которому она доверяла и хотела, чтобы он доверял ей. Девушка услышала тихие стуки в свою комнату. Найдя в себе силы подняться, она прошла к двери и открыла её. На её пороге лежали цветы из её сна. Она поняла от кого букет. Быстро подняв его, девушка скрылась в своей комнате. Ей хотелось злиться. Бросить букет в стену. Разорвать. Да все что угодно, лишь бы не оставить на нем живого места. Но вместо этого, она сползла по двери и уткнувшись в цветочное облако расплакалась ещё сильнее, от обиды и от злости. Но через время, злость утихла, а на смену ей пришла какая-то грустная радость. Она улыбалась букету с солёной "росой" и вспоминала Джекса. Это его первый подарок ей, Помни.