Тенактские тренировки

Тихий гул голографической карты в стратегической комнате обычно настраивал Коталло на продуктивную работу. Он мог изучать новые добытые данные или учил то, что запланировал. Иногда Гея или друзья подбрасывали ему материалы, которые могли быть ему интересны. Сегодня он устойчиво сосредоточился на голо-карте, пытаясь понять, откуда последователи дела Регаллы могли брать припасы. Его пальцы отмечали точки, где патрули сталкивались с врагами, а затем примерные пути, откуда они могли прийти. Мерцающие синие контуры Запада рябили в воздухе, пока он сосредоточенно анализировал передвижения врагов. Но сегодня тишина гудящей базы была ему недоступна. Вместо этого его преследовал другой шум. Ритмичный и немного раздражающий.

Тук. Тук. Тук.

Элой сидела на краю стола, стоящего позади него. Фигурка для стычки постукивала о другую фигурку с завидной стабильностью. — Элой, — не оборачиваясь, произнес Коталло. Его голос был низок и полон стоического терпения. — Этот отчет для Хеккарро должен быть готов к рассвету. — М-да? — бодро отозвалась она, спрыгивая на пол. Ее шаги, обычно тихие, словно она была Ловчим, на этот раз были слышны. — А как насчет паузы, Коталло? Она подошла ближе, вторгаясь в его личное пространство, заходя с левой стороны и заглядывая в его сосредоточенное лицо. Это пространство Коталло ни с кем не делил, кроме неё. Ей он позволял многое и у него были на это причины. Одной из этих причин была любовь. Элой встала прямо перед ним, загородив вид на карту. — Ты загораживаешь мне карту, — заметил он, прищурившись. —О? Как неловко, — Элой небрежно села на стол с картой, медленно опустившись назад, опираясь на ладони вытянутых рук, выставляя обнаженную линию живота. Одна из ее рук намеренно задела чужой резной флаг, кажется, столицы Долинников, уронив его. Коталло глубоко вздохнул. Он попытался вернуть фигурку на место, но Элой перехватила его руку. Ее ладонь, мозолистая и теплая, накрыла его запястье, чуть сжав. — Ты мне нравишься вот таким. Без своей брони. Я могу видеть тебя… — она тронула пальцами его обнаженную ладонь, затем провела интимно выше, по внутренней стороне запястья, пощекотав нежную кожу здесь. Длинные брюки из сероватой ткани, преступно низко завязанные в поясе, чуть ниже тазовых костей. Широкая туника с короткими рукавами, расшитая бисером и цветными нитями по плечам едва ли скрывала его мощное тело. Зато обнажила руку выше плеча. — Элой, — повторил он, на этот раз чуть мягче, но все еще пытаясь сохранять строгость. Он перехватил ее ладонь, чуть наклонившись вперед, стараясь не обращать внимание на приветливо раздвинутые бедра. Губы мужчины коснулись ее раскрытой ладони. Он поцеловал самый центр, прежде чем предупреждающе сжать ее руку. — У тебя есть дела. Может нужно разобрать то, что ты нашла в руинах? — Все это подождет лишние десять минут, — она переместилась, усевшись ровно. — Я хоть раз любил тебя только десять минут? — обиженно фыркнул Коталло. — Не считая похоти после боя? — Справедливо, прости. Но Коталло.. я не видела тебя неделю! Ты только и делаешь, что воюешь с иллюзиями на этом столе. Делаешь расчеты… А я? Мне утром тебя было мало. Мой маршал… Она потянулась вверх и легонько коснулась пальцами краски на его щеках, прослеживая синие треугольники. Коталло застыл, задумавшись. Неделя большой срок. И утром он тоже не насытился ею. — Не я пропал на неделю на южных границах в очередных руинах. К сожалению, работу я не могу отменить, — почти шепотом произнес он, хотя его взгляд уже давно не был прикован к карте. — Нет? — Элой улыбнулась ему, хитро. — Ты скучаешь. И я скучаю. А карта никуда не убежит. И работа тоже. И Хекарро… Твоя нареченная хочет тебя, Коталло. Коталло взглянул на мерцающую карту, разрушенную ее едва ли прикрытым телом - Элой выбрала узкие груботканые шорты, которую надевала под юбочную броню, и обвязку на груди. Ему стоило понять, чем закончится вечер еще в тот момент, когда она зашла в комнату. — Мне нужно доделать эту работу, Элой. Я почти закончил, — жестко отрезал он, но прервал ее протест, положив пальцы на ее губы. — Ты не споришь со мной. Я предлагаю тебе проявить терпение, присущее настоящему солдату Тенакт. Скептицизм в ее глазах насмешил его, но он сдержал улыбку. Ситуация патовая. Отчет действительно было нужно закончить, но его возлюбленная - не тот человек, кому он мог отказать. Подумав немного, напевая, мужчина наклонился к ней и мягко коснулся ее губ в поцелуе, не закрывая глаз. Зеленые глаза прищурились. — Как насчет пари, сердце мое? — тихо прошептал мужчина. Признаться, он уже ощущал тихое возбуждение, потому что тоже скучал и хотел ее. Эта женщина заставляла его ощущать себя слишком похотливым просто обнимая его и целуясь, поэтому не было удивительно и то, что он слишком легко поддавался на ее уговоры. И лишь дисциплина не позволяла ему овладеть ею здесь и сейчас. — О, Все-мать, Маршал! — она закатила глаза, отталкивая его от себя. — Не играй со мной в эти игры! — Ты можешь держать мой член в своем рту, пока я не закончу работу, – одновременно с ней проговорил Коталло. — Что? — вздрогнула охотница. — Что? — глухо вторил ей тенакт. Она качнула головой, протянув руку и легко шлепнув его по плечу. Очень медленно, тщательно выверяя слова, охотница спросила: — Ты хочешь…. чтобы я…. держала твой член… во рту? — Пока я не закончу сверку данных патрулей и геоданных от ЦИКлОППа. — Коталло прищурился. — Ты любишь сосать мой член, разве нет? Ему удалось смутить огнежарую и тепло растянулось по его позвоночнику. Элой была невероятно жадной, чувственной, но называть интимные вещи своими именами все еще смущало ее. Она покраснела, ее взгляд метнулся ниже, там, где гребень члена вздымался сквозь тонкую серую ткань. — Люблю, — не стала отрицать молодая женщина. Жар в ее взгляде говорил о многом. — Просто… делать это, пока ты работаешь? — Не совсем, — если бы не спор, он уже давно бы заканчивал работу, решил Коталло. Но теперь это уже было дело принципа. — Ты возьмешь мой член в рот. Будешь покорно сидеть, держать его в тепле, пока я работаю. Потом, когда закончу - я положу тебя грудью на стол, сниму твои штаны и трахну тебя так, чтобы ты осталась довольна, Элой. — И все?... — Элой спрыгнула со стола, подходит к тренажерам рядом со стратегической картой, стаскивая с одного из сидений мягкую подушечку. Металлический пол был жесткий, поэтому столь нужная вещь часто оказывалась в их поле зрения. Не так уж редко кто - то из них оказывался здесь на коленях. Затем охотница плавно опустилась на колени. — Звучит не так сложно. — Быстро, — хищно изогнул уголки губ Коталло. — Потому что много разговоров, мало дела, — обреченно простонала охотница, теребя завязки на его брюках. — Элой. Ты не должна ласкать меня. Просто удерживать член внутри рта, — предупредил ее мужчина. — Да - да, держать член во рту, пока ты делаешь свою маршальскую работу. Потом я получу то, что мне причитается и еще сверху. Может я сверху покатаюсь, я не знаю, — старательно проговорила женщина, сосредоточившись на завязках. Он сжал челюсти. Стало жарко. Когда охотница все таки переступала остатки своей скромности - она становилась куда более горячей, чем лава в вулкане. Впрочем помогать ей он не собирался. Элой опустила его брюки до щиколоток, вместе с нижним бельем и выдохнула, касаясь пальцами бархатной кожи члена и прижимаясь щекой к длине. Коталло выдохнул. Его член дернулся в ее пальцах и Элой, усмехнувшись, провела языком по выступившей капельке предэякулята. Пальцы сжались вокруг эрекции, медленно поглаживая сверху вниз и обратно, пока ее губы нежно посасывали чувствительную головку. Ее глаза были прикрыты, пока она вбирала все больше длины. Коталло шумно выдохнул, сглатывая. Его рука мягко легла на ее затылок, нежно массируя кожу головы. Коталло был прав - ей нравилось делать ему приятное. Дело не во вкусе или чем - то таком, а просто то, как она могла заставить его быть слабым и сильным одновременно - это было то, что она любила. И внутри нее медленно нарастало возбуждение, такое знакомое и уже близкое. Казалось, ей достаточно сделать пару быстрых движений между ног, чтобы кончить, но она не была в обиде. Совсем чуть - чуть и она получит свое, не так ли? Вряд ли он продержится дольше. Пока ее губы исследуют, Коталло наклонился чуть вперед, расширяя карту в нужном месте. Элой вздыхает, когда бедра Тенакт мелко вздрагивают и он толкается чуть глубже. Она чувствует эту набухшую твердость на своем языке и вдыхает через нос, когда он вытаскивает член из ее рта, оставляя ее ни с чем. — Элой. Его голос из мягкого мурлыканья приобретает требовательный подтекст и она поднимает взгляд от его члена, к лицу с твердой линией челюсти и голодом в темных глазах. — Ты возьмешь мой член в свой рот еще раз, — она сдерживает желание быстро закивать головой, прислушиваясь к его вкрадчивому голосу. — И будешь сидеть вот так, не двигаясь. Пока я не закончу с картой. Ты меня поняла? Она все таки не удержалась, издавая тихий тонкий звук, ерзая на мягких подушечках под коленями, пытаясь получить немного трения меж бедер. — Да. — Да, кто? — его рука пробегает по ее волосам, зачесывая их с лица назад. Его член у ее губ, она ощущает этот мускусный запах, ее рот заполняется слюной от желания вновь ощутить его вкус во рту. Она старается не опускать взгляд вниз. И женщина, дрожа, находит в себе силы ответить: — Да, маршал. — Хорошая девочка. Все таки Коталло не мог упустить возможность похвалить ее вот так. Элой вдохнула, вновь вбирая в себя столько длины, сколько может. Ее руки ласкают его мощные бедра, большими пальцами поглаживая мелкие круги. Она вздыхает и замирает, немного непривычная к этому ощущению. По крайней мере она трогает его жаркую крашеную кожу, исследует знакомые линии взглядом, пока ее глаза открыты. И проходит некоторое время, пока она осознает одну простую мысль. Это не так - то просто. Она согласилась, конечно. И в любой момент может закончить игру. А с другой стороны… Он тогда будет на редкость самодовольным, верно? Он, конечно, все равно возьмет ее - Коталло редко оставляет ее без удовольствия, даже если ему нужно работать. Однако после того, как они закончат, то ему вновь придется заканчивать работу. И тогда она пойдет в постель одна. А еще она хотела выдержать этот вызов. Несмотря на жар внизу живота, не смотря на ожидание, на голод внутри нее. К тому же ей было любопытно, как быстро Коталло потеряет самообладание? И потеряет ли он его вообще? Время потянулось тонкой нитью и она иногда вздыхала, тихонько. Сцарапывала краску на его бедрах и животе. Невольно издавала стон, когда он проникал чуть глубже и головка цепляла нёбо. Почему он так медлит? Когда он закончит? Она же чувствует, как его бедра подрагивают, как он тихо вздыхает, как член напрягается на ее языке. Она же хорошая, да? Она же позволяет ему иногда сжимать ее волосы у затылка, чтобы проникнуть членом глубже, в горло. Толкаясь дальше и рыча, когда ее губы целуют его кожу у основания. Она достаточно давно научилась это делать - расслаблять горло, немного меняя положение головы и во-ах~ Его стоны, низкие, на грани грязных ругательств делали ей честь. Его пальцы ласково стирают влагу у уголка глаз, бережно стирают слюну у подбородка. Обманчиво ласково. Она же дышит, вздыхает правильно. Коталло хвалит ее. Изредка. Когда отпускает и дает сделать вдох, не глядя на нее. Она лижет бархатную кожу, делает короткие вдохи и вновь погружается в эту бездну. Терпение. Он говорил о терпении. Все, что она сейчас знает, это то, что он пообещал ее перегнуть через стол и трахнуть ее до дрожащих ног, если она будет терпелива. Элой сжала бедра. Когда Коталло будет снимать ее белье, то он увидит то, насколько она промокла. Элой вздрогнула, вспоминая выражение его лица в те моменты их близости, когда очередная капля ее возбуждения срывалась с ее лона вниз. — Хм, я этого не видел здесь…. Разве в этой долине была дозорная вышка? Надо проверить… В отчете патруля не было упоминаний. О, ну сколько можно? Она качнула головой, нетерпеливо. Сердито посмотрела вверх. Если бы лицо Коталло было зажато между ее ног - она бы давно кончила. А он умудряется размышлять о чем - то еще? Время потянулось еще медленнее. Ее челюсть немного болела, как и растянутые вокруг толстого члена губы. — Будь терпелива. Я почти закончил. Ого. Его низкий тон заставил ее вздрогнуть. Она знала эту вибрацию и кажется, что он был на грани. Элой сглотнула. Ее рука скользнула между его ног, пощекотав нежную кожу на внутренней стороне бедра. Осторожно сжала мешочек, перекатывая в пальцах так, как ему нравилось и… — Ты невыносима, — ладонь в ее волосах сжалась особенно крепко, толкнула ее дальше, так, чтобы член вошел резким жестким толчком. Она расслабила идеально горло, продолжая играть с ним, цепляясь пальцами другой руки чуть ниже его тазовой кости. Она подняла глаза вверх и увидела, как он смотрит вниз, на то, как его член исчезает меж ее плюшевых губ в каждом резком движении. Она прикрыла глаза, отдаваясь этому ритму. Пока мир не поменялся. Коталло глубоко вошел внутрь ее рта, задерживаясь там и заставляя ее забыть о воздухе, Теперь охотница ухватилась за него, сжимая пальцы, чтобы напомнить, что ей скоро понадобится дыхание. Она отчаянно втянула в себя воздух, когда Коталло наконец отстранился, и у нее уже слегка кружилась голова. Он потянул ее вверх, впиваясь коротким, но глубоким поцелуем, покусывая ее плюшевые губы. — Ты хорошо потрудилась. Была терпеливой, верно? — прошептал он между поцелуями. — М-мхм… Достаточно терпеливая, как тенакт, да? — хрипло спросила охотница, негромко. — Ну до этого тебе далеко, — сладко промурлыкал Коталло, наконец - то толкая ее на стол. Его ладонь прижала ее между лопатками к столешнице. — Голограммы тебе к лицу. Особенно если учитывать, — рука провела путь по позвоночнику ниже, цепляя пояс шорт. — что ты лежишь прямиком на землях Небесного клана. На моих землях. И рушишь их своим пожаром. Она почти смеется, пока тенакт стаскивает с нее шорты, обнажая чистому воздуху базы ее лоно. Почти. Потому что давится смешком, как только Коталло вновь начинает говорить: — Я хотел пожрать тебя, но во мне не осталось терпения. Ты течешь - и я не могу оставить это без внимания. Она вытянула руки вперед, пытаясь уцепиться за мерцающие горы, сметая стоящие ровным строем фигурки и вскрикнула, когда наконец - то, спустя долгое время ощутила себя заполненной. Идеально. Глубоко. Коталло прижался лбом к ее затылку, дрожа над ней и его ладонь мягко поймала ее правую руку, сцепляя пальцы поверх внешней стороны ее ладони. — Да, пожалуйста, ты виноват в этом, — прохрипела она и пытаясь поддаться назад. Бессмысленно. Он прижимал ее к столу, его член глубоко в ней и он трахал ее, совершая глубокие, невыходящие толчки. — Ах, Коталло, не мог бы ты сильнее?... Его смешок обжег ее плечо, когда он чуть поменял позу, кусая ее за плечо, у основания шеи. — Сильнее? — Ты же обещал меня трахнуть, а не лежать сверху. Достаточно справедливо, что я старалась и держала твой член во рту, ожидая награды! Он вздохнул. Кажется, она услышала что - то про “Десятых” и поток бранных слов. А потом мир вновь поменялся и она уже смотрит ему в глаза, когда мужчина развернул ее и забросил длинные стройные ноги на плечи. Коталло согнул ее, опустившись на предплечье, и задавая жесткий темп. Ей осталось лишь уцепиться за его предплечье, наконец - то чувствуя, как идеальные толчки, на самой грани терпимости, задевают ту точку, от которой она сходит с ума. Ее хриплые стоны смешивались с его дыханием, у самой ее шеи, пока Коталло двигался внутри нее точными басовыми движениями. Жар от ожидания, от жадности захлестнул ее и она выгнулась, выкрикивая его имя в пустоту стратегической комнаты. Маршал, вторя ей глухими глубокими стонами сжал ее, прижимаясь и удерживая так крепко, как мог, теряя ритм. Его бедра вжались в нее несколько раз, прежде чем он заполнил ее горячим семенем. Влюбленно вздохнув, охотница напевала, наслаждаясь тяжестью над ней, как только он осторожно снял ее ноги с плеч. Коталло привстал, опираясь на руку, потеревшись носом о ее нос и мягко поцеловав в уставшие губы. — Я хорошая девочка? — спросила она, поигрывая его косами и лаская левое плечо. — Определенно. Я закончил работу раньше и решил проверить, насколько тебя хватит. Ну… Быть терпеливой. На лице ее возлюбленного засияла шальная улыбочка. Элой замерла, широко раскрыв глаза. — Ты хочешь сказать, что я могла получить тебя раньше, но ты делал вид, что работаешь? — О да. Элой прищурилась, растягивая губы во многообещающей улыбке. — Маршал. Думаю, что нам стоит перебраться в спальню. Потому что я покажу тебе, что значит играть со мной. Он шумно выдохнул, посмеиваясь и помогая ей встать со стола. Не такая уж плохая цена за ее терпение.