месть поддается холодной

Изучая фотографии и стенд с информацией о Шин Рюджин, стало ясно, что эта девушка меняет партнёрш каждый месяц, словно перчатки. Она состояла в длительных отношениях с Чхве Лией, и, несмотря на все трудности, которые они проходили вместе, темноволосая прощала измены и ошибки. Однако Рю не ценила её, лишь использовала, пользуясь тем, что девушка из обеспеченной семьи и могла позволить себе тратить на неё крупные суммы. В один из обычных дней, находясь в баре, Рюджин написала Лии сообщение, сообщив о разрыве и признавшись, что всегда использовала её, видя в ней лишь игрушку, а не равную себе. Жизнь Чхве после этого рухнула. Попытки вернуть Шин были безуспешны, ведь та публично выставляла её сталкером, создавая образ жертвы. Темноволосая впала в глубокую депрессию, которая не проходила даже спустя полгода после расставания. Она боялась выходить из дома, везде видя осуждающие взгляды. Единственной опорой ей служила старшая сестра, Хван Йеджи, которая поддерживала её, несмотря на эмоциональные срывы и страхи младшей, даже не живя вместе. Внезапно, взглянув на бумаги, рыжеволосая ихильдно улыбнулась. Она собрала всю необходимую информацию о блондинке и была готова разрушить её жизнь. Но это не входило в её первоначальный план. Зная, где живёт Рюджин, она решила снять квартиру в том же доме, чтобы стать её соседкой. Йеджи прекрасно понимала, что будет непросто соблазнить девушку, привыкшую к вниманию, но она была готова использовать свои методы, чтобы показать, каково это – быть объектом желания, слышать шепот соблазнов, а затем быть резко отвергнутой, подобно тому, как это случилось с Джису. В разгар своих размышлений о предпочтениях Шин и том, какой тип ей подходит, чтобы она могла подстроиться под него и вызвать взаимные чувства, Хван отвлекается на внезапный звонок. Звонившим оказывается её близкий друг, Хван Хёнджин. Скинув вызов, девушка тут же отправляет ему сообщение, объясняя, что сейчас не может говорить, так как находится у сестры, и просит изложить всю информацию в письменном виде. Почти мгновенно приходит ответ: Шин употребляет наркотики и покупает их по скидке, иногда выступая в роли закладчицы, чтобы заработать себе на жизнь. Хотя это происходит нечасто – наркотики приобретаются раз в год, – она не может отказаться от этой привычки. К тому же, она часто манипулировала богатыми девушками, выманивая у них деньги. Её мать была известным адвокатом в Сеуле, а отец владел сетью ресторанов. Однако, несмотря на своё положение, они упустили самое главное – свою дочь. Покинув свою комнату, она направилась дальше, к обители младшей сестры. Подойдя к двери, она постучала и велела ей отправляться спать, напомнив, что уже поздно и ей необходимо как-то восстанавливать силы, пожелав доброй ночи. Спускаясь по лестнице, она отдала распоряжение служанкам – пристально наблюдать за Чхве. Рыжеволосая не раз замечала, что та замыслила лишить себя жизни, будь то повешение или вскрытие вен. Йеджи взяла лишь сумку, в которой лежали нож, пистолет, несколько патронов и прочие острые предметы. Вся семья, за исключением Джису, состояла из киллеров. Темноволосая была слишком нежной, и родители не желали травмировать ее психику. Лия считала своих родителей добрыми, верными и хорошими людьми, не подозревая об их тайной жизни — ежеквартальных убийствах, которыми они занимались. Теперь родители были слишком стары для такой деятельности, но их дело продолжала старшая сестра, Хван Йеджи. Именно ей предстояло продолжить их путь и возглавить банду. На данный момент Йеджи занимала пост заместителя, являясь уважаемой фигурой, известной каждой пешке своей силой и меткостью. Йеджи считала, что какая-то девушка, мешающая Лии, не достойна жизни на этой земле. Она действовала, игнорируя чувства сестры, но искренне желала ей самого лучшего — чтобы Лия не страдала из-за девушки, которая давно забыла о ней. Надев шлем, она уверенно оседлала свой мотоцикл, быстро завела его и отправилась в новую квартиру, но перед, тем, как заехать на новую квартиру, ей нужно было кое-куда съездит. Рыжеволосой, где ей предстояло провести несколько месяцев. Ей хотелось, чтобы страдания Рюджин были столь же мучительными, как и сама смерть. Хван приложит все усилия, чтобы исполнить желание Шин, найдет любой способ. Подъезжая к роскошному зданию, они с Минхо и Хенджином тщательно все продумали: новые документы, совершенно другие фамилии и имена, ведь в этом доме живет именно та девушка, а не Хван Йеджи. Охранник, остановив её, потребовал предъявить документы, назвать место жительства, номер дома и квартиры, чтобы не допустить посторонних на частную территорию. Рыжеволосая достала поддельные документы, заявив, что недавно купила здесь квартиру, назвав номер дома и квартиры. Охранник попросил снять шлем, чтобы убедиться, что это именно та женщина, что указана в документах. Увидев лицо, они, как оказалось, были одни, и он без колебаний пропустил ее внутрь. События в Сеуле набирали обороты, ведь город был охвачен последними новостями. Сообщалось о кончине одного из самых состоятельных актеров, и полиция вела активные поиски, однако, по их признанию, безрезультатно. Развитие ситуации указывало скорее на самоубийство, нежели на насильственную смерть. Рядом с телом актера был обнаружен пистолет, и в настоящее время эксперты устанавливают принадлежность оставленных на нем отпечатков. Родным поступают многочисленные соболезнования, и именно им предстоит узнать, было ли это добровольным уходом из жизни или же кто-то заказал убийство. Хван лишь усмехалась, будучи уверенной в безупречности своего исполнения. Мысль о самоубийстве, отвлекающая внимание от возможного убийства, полностью соответствовала ее планам. Даже если бы существовали какие-либо улики, они бы все равно не указывали на нее, и Йеджи вышла бы из этой ситуации невредимой. Припарковав мотоцикл, она сняла шлем и направилась к зданию. Поднимаясь по лестнице к лифтам, рыжеволосая девушка была полностью поглощена содержимым своего телефона. Продолжая смотреть в экран, она пыталась нащупать кнопку вызова, но вдруг почувствовала чью-то теплую руку. Резко отдернув свою, Хван наконец оторвала взгляд от телефона. Перед ней стояла Шин Рюджин, одетая в кепку и держащая пакет из супермаркета. Блондинка невольно взглянула на нее, после чего отвела взгляд, ожидая прибытия лифта. Как только Хван собралась спросить имя девушки, притворяясь растерянной, двери лифта открылись. Она решила, что сможет задать этот вопрос позже. Войдя в лифт вместе с Шин, Рюджин нажала кнопку 14-го этажа. Повернувшись к старшей, она вопросительно взглянула, будто спрашивая, на какой этаж ей нужно. Йеджи лишь кивнула, давая понять, что ей тоже на 14. Младшая пожала плечами и нажала необходимую кнопку. Они вдвоем вышли из лифта на одном этаже. Всё это время рыжеволосая была поглощена своим телефоном. Блондинка, конечно, не хотела знать, чем она там занимается, но, насколько она поняла, та просматривала какие-то новости — какие именно, оставалось загадкой. В любом случае, это её не касалось. Идя в одном направлении, Шин напряглась. Неужели они живут даже в одном здании и в одном направлении? Это казалось слишком уж странным совпадением. Рюджин насторожилась, доставая ключ из кармана, чтобы либо отпереть дверь, либо, в случае необходимости, приготовиться к защите. Однако всё обошлось. Хван действительно проживала напротив Шин. Блондинка наблюдала, ожидая, пока рыжеволосая войдет в квартиру и запрёт за собой дверь. Лишь после этого младшая вернулась к своей квартире, чтобы открыть её. Войдя в свое жилище, Шин ощущала глубокую усталость. Весь день ей пришлось разбираться с раздраженными клиентами, совершенно не воспринимавшими ее объяснения. Хотя Рюджин неоднократно подчеркивала свой профессионализм в данной области, казалось, это не производило на людей никакого впечатления. Едва она приступила к распаковке покупок, как зазвонил телефон. Нехотя подойдя к устройству, она увидела, что звонит Кан Хэрин, одна из ее мимолетных связей из бара. Рюджин поморщилась, не желая отвечать. Она уже давала понять Хэрин, что ей неприятно ее общение и никакого дальнейшего развития отношений быть не может. Отключив телефон от зарядки, Рюджин сбросила вызов и бросила его на кровать, чтобы он не отвлекал ее во время раскладывания продуктов. Изнеможенно рухнув на кровать, даже не переодевшись в домашнюю одежду, Шин чувствовала невероятное истощение от прошедшего дня. Однако ее утешала мысль о грядущих трех выходных и приглашении от друзей посетить их любимый бар, который, к счастью, находился неподалеку от ее дома.                                           *** Глаза Рюджин открылись под вечер, застав ее в кольце уведомлений и пропущенных звонков – Минджи и Дэниэль не давали ей покоя. На очередной звонок от красноволосой, пробуждаясь, она все же ответила. Голос Джун что-то лепетал, но Шин не вникала. Ее раздражало, что ее будят, хотя она умоляла подруг не трогать ее, обещая, что никогда не опоздает на важные встречи. Рюджин упустила, как пролетел весь день. Очнувшись, она осознала, что до встречи с друзьями осталось всего пятнадцать минут, иначе ей придется оплатить банкет в одиночку. Блондинка пулей вскочила, хватая первую попавшуюся одежду. Скользя по полу в носках, она быстро натянула кроссовки. Заперев дверь на два замка, она вызвала лифт. К счастью, из него вышла девушка, но Рюджин не до нее – она неслась так, что едва не сбила ребенка. Осыпав мальчика матами, она выбежала на улицу, вызывая такси. Время неумолимо утекало. Йеджи, выезжая с парковки, заметила торопливую Рюджин. Улыбка появилась на ее лице под шлемом – появился шанс узнать друг друга получше. Рыжеволосая остановилась рядом. – Куда так спешишь? – Тебя не касается. – огрызнулась младшая, как будто рычав на хищника. – Малышка, не молчи, мне интересно, – настаивала Йеджи. – Я к друзьям. Опоздаю – платить за всех, – объяснила с раздражением младшая. Старшая протянула второй шлем, кивнув на заднее сиденье. Рюджин испытывала тревогу рядом с незнакомкой, но выбора не было. Она взяла шлем и села позади Хван. – Куда тебе? – спросила Йеджи. Шин назвала адрес бара. Йеджи кивнула, не проронив ни слова, но Рюджин поняла – они едут в одном направлении. Добравшись до бара всего за пять минут, Рюджин тут же сняла шлем и, спрыгнув на землю, бросилась к друзьям. Она успела в самый последний момент. Снова платить за спор пришлось Сохён, ведь именно она поспорила, что блондинка не уложится в срок, и ей придется раскошелиться. Однако только Ким заметила, что её подвезли. – Эй, малявка, а чё эта за девушка, которая тебя подвезла? Она выглядит привлекательно, я бы с ней замутила, — не сводила глаз шатенка. Я даже не знаю её имени, это моя новая соседка, — запыхавшись, ответила Рюджин. — Ладно, главное, что платить не мне, — самодовольно улыбнулась блондинка. Минджи обратила внимание, как рыжеволосая сняла шлем и припарковала свой мотоцикл, направляясь в бар, куда они собирались зайти. Шатенка усмехнулась, значит, у неё появится шанс познакомиться с ней, а, возможно, и не только. Пак заметила, что Синью так и не появилась, хотя обещала прийти ради нее. Черноволосая лишь вздохнула и пошла за своей компанией. Когда Шин уже хотела ударить Ким за то, что та умоляла подружиться с рыжеволосой и ей бы сливала информацию о ней. На телефон Сохён пришло сообщение, конечно же, от брата. Он просил не пить слишком много, зная, что Минджи и Рюджин наверняка напьются в хлам, в отличие от Пак. Он даже написал, что приедет за ней, если она сама переборщит. Сохён проигнорировала сообщение, ведь её настроение уже было испорчено: подруга, в которую она была влюблена, не придет. Хотя по её поведению, возможно, было заметно, что она испытывает чувства к Чжоу, это её не особо тревожило. Её подруга, в свою очередь, видела в ней лишь подругу детства и неоднократно выражала своё непонимание того, как люди могут испытывать влечение к представителям своего пола. Синью не осуждала таких людей, признавая, что в жизни всякое случается, но сама подобная мысль никогда не занимала её. Внезапный звонок от Сонхуна прервал её размышления. — Чё тебе нужно? Какого хуя ты мне звонишь? — прорычала она брату с раздражением, подобным тому, как хищник готовится к нападению. — Спокойнее, чего такая нервная? Твоя любовь не пришла? — поддразнил её брат. — Тебя это не ебёт, ты же знаешь, как я к ней отношусь. — Да, я помню, любовь с первого взгляда. Ты пережила множество влюбленностей, но она так и не ответила тебе взаимностью. Я звонил не для того, чтобы ты на меня срывалась. Синью приедет, просто позже, не расстраивайся. У Сохён тут же появилась улыбка. Подруга всё-таки сдержала обещание. Пусть и с опозданием, но она приедет, и это было для Сохён самым важным. Достав из кармана зипки новую пачку сигарет, она выбросила её в мусорку. Черноволосая знала, как неприятен запах сигарет для её красноволосой подруги, и как плохо ей от него становится. Только после этого она прошла в бар, где уже заметила Ким и Шин, и Даниэль, увлечённо играющих в очередную игру, связанную, разумеется, с алкоголем. Все подруги были не в себе, совершенно не осознавая своих действий и слов. Единственной, кто оставался трезвой, была Пак, так как ей предстояло вести машину. Это была одна из немногих причин, по которой она обычно ограничивает себя в выпивке. К ним подходили какие-то девушки, судя по всему, омеги, пытаясь завязать знакомство, но, как обычно, все переговоры вела черноволосая. Даже Чжоу, которая обычно держалась, была совершенно пьяна. К счастью, Сохён уговорила её прекратить пить, после чего та сразу уснула. Старшая из подруг поняла, что дальше ждать бессмысленно, и ей придётся всех развозить. С трудом выгнав всех на улицу, она вернулась в бар, чтобы расплатиться, даже переплатила, ведь они были постоянными клиентками, и персонал уже ничему не удивлялся. Увидев эту картину, Хван решила помочь Пак, не из каких-то личных интересов, а просто из жалости к девушке, которой придётся иметь дело сразу с четырьмя пьяными подругами. Подойдя к Пак, она прокуренным голосом сказала: – Эй, я соседка Шин, могу её подвезти, мне не сложно, – проговорила Хван, её голос звучал хрипло. В глазах Сохён мелькнуло недоверие к этой соседке, но именно она подвезла блондинку, значит, это действительно её соседка, а не таксист. К тому же, сама Рюджин говорила о ней всякое. – Газ, а то я с ними не справлюсь, – произнесла Пак усталым голосом. Рыжеволосая, слегка улыбнувшись, начала помогать блондинке дойти до мотоцикла. С трудом, но им удалось. Надев шлем на Рюджин, ведь та была не в состоянии сделать это сама, она начала бормотать что-то бессвязное, что Хван совершенно не могла понять. С трудом добравшись до их дома, Хван высадила блондинку у подъезда, оставив её на скамейке. Затем она поехала парковать мотоцикл. Закончив с этим, она направилась обратно к младшей, которую оставила там. Слава богу, та оставалась на месте и никуда не делась. Едва переступив порог здания и добравшись до лифтовой кабины, Хванг вдруг осознала неприятную новость: лифт был закрыт на неопределённый срок. Теперь ей предстояло тащить почти семидесятикилограммовую девушку на четырнадцатый этаж. У Йеджи не оставалось иного выхода, кроме как доставить её наверх, не оставляя в столь уязвимом положении на улице. Через двадцать минут они, наконец, достигли своей цели. Если бы Рюджин не вела себя так капризно, словно пятилетний ребёнок, они могли бы добраться до места минут за десять. Обыскав все карманы Шин, Хван так и не обнаружила ключей от квартиры. Неужели та их потеряла? — Блять, ты серьезно, проебала ключи от собственной квартиры? — раздражённо говорила старшая. Шин недоуменно смотрела на неё, как будто не понимая, в чём её ругают. Хван лишь тяжело вздохнула и предложила соседке переночевать у неё. Уложив блондинку в своей постели, рыжеволосая уже собиралась уйти, как вдруг её руку обвила другая. Она обернулась, вопросительно глядя на сонную пассажирку. — Что случилось? Едва успев задать вопрос, Хван почувствовала на своих губах чужие. Она резко отстранилась. — Ты пьяна, — твёрдо произнесла рыжеволосая. – Нет, я не буду сожалеть потом, — едва слышно прошептала Шин. Хван, с тихим вздохом, уже почти собралась отправиться в гостиницу, но внезапно почувствовала, как её притягивает к себе. В следующее мгновение рыжеволосая уже нависалась над блондинкой. Рюджин взяла инициативу в свои руки, первой начав поцелуи, но не получая ответной реакции. Хван с трудом сдерживалась, чтобы не ответить на её ласки, но в последний момент словно сорвалась с цепи, с жаром отвечая Шин. Страсть нарастала с каждой секундой, и рыжеволосая начала быстро и неуклюжно снимать с Рюджин одежду. Блондинка осталась лишь в нижнем белье, её подтянутая фигура выгодно подчеркивалась чёрным кружевом. Хван вернулась к губам Шин, но ненадолго, затем, начав с губ, стала спускаться поцелуями всё ниже, пока не добралась до трусиков младшей они быстро оказалась на полу, рядом с одеждой Шин. Ненужная ткань, мешающая в эту страстную ночь. Своим языком Йеджи коснулась клитора младшей, вызвав у неё неожиданную дрожь от возбуждения. Начав ласкать её интимное место, Рюджин могла лишь монотонно вздыхать. Вставив во влагалище Шин свой холодный, длинный палец, она издала громкий стон, который наконец услышала Йеджи. По телу пробежала непонятная дрожь, которой раньше Шин никогда не испытывала. Обычно она занимала активную роль, и её партнёры были омегами. Однако, судя по Хван, она была альфой, и её мятный запах дурманил блондинку. Пока Йеджи была снизу, она делала всё, чтобы Рюджин могла достичь оргазма. Она то ускоряла движения языка и пальца, то замедляла ритм, чтобы подразнить младшую. Но как только рыжеволосая возвращалась к быстрому темпу, запах алкоголя становился сильнее. Она чувствовала, как близка была блондинка, но всё равно дразнила её, останавливая процесс, но язык продолжал ласкать её бугорок клитора. — Блять… я не знаю, как тебя зовут, но позволь мне кончить… — на выдохе промолвила Шин. — Сона, — отстранившись от киски блондинки, рыжеволосая назвала своё имя. На этот раз Рюджин дали кончить. Конечно, не сразу, но когда из неё начали выходить струи, и она выгнулась, как кошка, то смогла достичь оргазма. Сразу после этого она упала, обессиленная, и уснула. Хван только укрыла её и сама пошла спать на диван, чтобы не беспокоить младшую. Утро принесло Шин головную боль и полное непонимание, где она находится. Одно стало ясно: она в чужой квартире. Вид из окна казался смутно знакомым, словно она смотрела из собственного дома, но с иной перспективы, будто у соседки. Однако, где именно она оказалась, волновало ее меньше всего. Все ее мысли были лишь о том, как скорее попасть домой, и, желательно, избежать встречи с той, с кем провела ночь. Одетая в один лишь топ, Шин с удивлением обнаружила, что спина не болит, как бывало раньше. Возможно, ее партнерша не прилагала особых усилий. Встав с кровати, Рюджин быстро и ловко собрала свою одежду и надела ее. Осторожно выходя из квартиры, блондинка старалась остаться незамеченной. В чужом жилище ей и так было не до счастья встретить хозяина. Покинув незнакомую квартиру, Шин внезапно осознала: она стоит прямо перед собственной дверью. Значит, она переспала с соседкой. Обыскав все карманы, она так и не нашла ключей. Придется ехать к Сохён и просить запасные, ведь Шин отдавала ей один комплект на случай, если потеряет свои. Представляла она, как же ей влетит, когда снова выяснится, что Рюджин опять потеряла ключи от квартиры. Вызывая такси, девушка спускалась по лестничной клетке, кипя от злости, узнав, что лифт закрыли на ремонт без точной даты окончания работ. Как только Шин достигла первого этажа, её машина уже ждала. Не даром она заказывала автомобиль бизнес-класса. Прибыв к коттеджам, попросила остановиться у дома Сонхуна, зная, что Сохён уже на работе и не хотела её беспокоить по пустякам. Пройдя на территорию частного дома и позвонив в дверь, она увидела полусонного Сонхуна, который явно только что проснулся. – Слушай, братан, я потеряла ключи от дома. Помню, я вам с Сохён давала. Отдашь? Сонхун замер, пытаясь осознать смысл слов Рюджин. Осознав, блондин тут же отправился за ключами, приглашая девушку пройти внутрь, а не оставаться на улице. Сидя в гостинице на диване, блондин кинул в сторону Рюджин ключи от квартиры. Шин их ловко и точно словила, поблагодарив старшего Пака, она выскочила пулей на улицу и пошла прогуливаться по городу, заходя в разные магазины, чтобы прикупить что-то себе. Из таких одного похода по магазинам, она увидела свою соседку. Девушка всячески пыталась игнорировать её, но, к своему раздражению, рыжеволосая стояла на единственной свободной кассе. Пришлось подойти к старшей, но, к удивлению Шин, она ничего не сказала, лишь кинув свой серьезный взгляд. У Рюджин была только жвачка, и её быстро пробили. Она побежала за Хван. – Стой... что было вчера? Я не помню ничего. Обычно меня забирала Сохён, а вчера ты... – с смущением говорила младшая. – И как тебя зовут? Рыжеволосая лишь едва улыбнувшись, произнесла хриплым голосом: – Вчера ничего такого не было. Ты потеряла ключи, и я решила, что ты одну ночь переночуешь у меня. Меня зовут Сона. Йеджи решила сохранить в тайне, что они переспали по инициативе Рюджин. Может быть, когда она вспомнит эту ночь, тогда всё поймёт, а так старшая не собиралась ничего ей рассказывать. У младшей пронеслась мысль, что старшая чего-то не договаривает. Почему она проснулась почти полностью голой? Может быть, это самостоятельно Рюджин сняла с себя одежду. Всё может быть. Просматривая ленту Инстаграма, она не могла отделаться от мысли: почему она очнулась полураздетой, а не в той одежде, в которой была вечером? Весь день этот вопрос занимал её мысли, но она никак не могла сложить пазл воедино. Часы показывали далеко за полночь, и только тогда блондинка осознала, как задержалась. Неохотно поднявшись с тёплой, уютной постели, она направилась в сторону ванной комнаты. Стоя под душем, пока струи воды стекали по её обнажённому телу, она размышляла. Много думала. Перед её глазами мелькнул образ Лии. Шин резко распахнула глаза. Почему именно она возникла в её мыслях сейчас? Ведь они уже давно перестали общаться, да и вообще как-либо взаимодействовать. Но что-то подтолкнуло её написать Сохён в столь поздний час, разумеется, после того, как она примет душ. Примерно через полчаса Рюджин вышла из ванной, вытирая полотенцем свои светлые волосы. Добравшись до кухни, она взяла со стола телефон и позвонила Пак. Как назло, брюнетка не отвечала. Но через пять минут наконец-то подняла трубку. – Привет, моя любимая Сохён… — начала Шин ласково, её голос звучал непривычно нежно. – Что тебе нужно? Опять деньги в долг? — Пак давно знала: если блондинка обращается к ней так мило, значит, ей что-то от неё требуется. – Да что ты… Мне, конечно, ничего не нужно. Почему ты так обо мне думаешь? — попыталась возразить Шин. – Ты бы не позвонила мне почти в час ночи, чтобы просто узнать, как у меня дела, — парировала Пак. – Блять… Ладно, ты меня раскусила, — с наигранной досадой проговорила Шин. — Помнишь Чхве Джису? Её родители очень влиятельные люди, и мы раньше встречались. – Ну, я её помню, и мы знакомы лично. Что нужно? – Пока я была в душе, она появилась в моих мыслях. Узнай про неё всё, раз уж ты лично знаешь её семью. – О, нет, нет, нет. Я в такие дела больше не лезу. Мне хватило. Потом ты будешь, как и в прошлый раз, угрожать ей, что сольёшь информацию о ней. – Хватит, скажи хотя бы, у неё есть сестра? – Честно, я не знаю. Но даже если бы знала, всё равно бы тебе не сказала. Не успев ничего сказать Шин, черноволосая оборвала разговор и направилась в свою комнату. Там, безутешно рыдая, сидела красноволосая. В очередной раз её оставил парень, ради которого она готова была пожертвовать всем. Разумеется, имея лишь одну по-настоящему доверенную подругу, она отправилась именно к Сохён. При этом та давно была влюблена в неё, совершенно не догадываясь, что все эти годы именно она занимала её сердце. Однако Сохён так и не смогла признаться в своих чувствах, не смея рассчитывать на взаимность, хотя мечтала о близких отношениях. Её первый поцелуй так и не состоялся, и в свои 26 лет она оставалась девственницей. Удивительно, но даже она сама не понимала, как она справлялась с гоном на протяжении стольких лет. Поднося новую пачку салфеток, чтобы подруга могла вытирать слёзы, она видела, что та уже успела выпить и приехала к ней в нетрезвом состоянии. Хотя Пак была категорически против алкоголя и не держала дома ни одной бутылки. И снова всё повторилось: черноволосая видела перед собой рыдающую подругу, и её сердце сжималось от боли. Раз за разом Пак пыталась утешить её, уверяя, что она обязательно встретит кого-то гораздо лучше, намекая тем самым на себя, что она станет для неё в сто раз лучшим выбором. Но, видимо, Чжоу совершенно не понимала этих намёков. И это больше расстраивало старшую. Лунный свет пробивался сквозь прикрытые шторы, создавая рассеянное освещение, дополняемое тусклым светом из соседней комнаты. Атмосфера была необычной, совершенно незнакомой для Сохён. Между Чжоу и Пак повисла напряжённая тишина. Внезапно красноволосая начала подступать к черноволосой, которая всеми силами старалась отдалиться. Сохён предвидела, что сейчас произойдёт, и понимала – это случится из-за алкоголя. Утром, протрезвев, Чжоу точно не обрадуется, обнаружив себя голой рядом с лучшей подругой после ночи, проведённой вместе. – Зачем ты это делаешь… – еле слышно промолвила старшая. – Я делаю это, потому что хочу. Я знаю, что ты меня любишь, и я всё понимаю. Я знаю, что причиняю тебе боль… – с ноткой сожаления ответила младшая. – Скоро твой день рождения, поэтому я хочу подарить тебе кое-что заранее… моё тело. Эти слова повергли черноволосую в состояние шока. Неужели её подруга всё это время знала о её чувствах, скрывала это, продолжая отношения с другими и причиняя ей страдания? Она стояла перед сложным выбором отправить подругу спать, чтобы обсудить всё завтра, или воспользоваться этим моментом, который мог стать единственным шансом провести с ней ночь. Для Сохён это был мучительный выбор, она не могла решить, как поступить. Выдерживая её взгляд, она аккуратно заправила локон за ухо. Их взгляды были прикованы друг к другу, не отрываясь. — Если ты знала, что я тебя люблю, зачем причиняла мне боль? — Мне казалось неправильным встречаться с тобой, ведь мы дружим с самого детства, — проговорила Чжоу, её голос дрожал. — Но теперь я точно поняла, ты — самый лучший выбор. Ты ждала меня больше десяти лет и до сих пор любишь… Давай просто попробуем… Синью первая приблизилась к Сохён, её губы потянулись к губам старшей. В этот раз старшая не отстранилась, а наоборот, ответила на поцелуй, сама инициируя его. Поцелуй был лишён всякой страсти, грубости или желания подчинить. Вместо этого он был нежным, плавным, без малейшей спешки. Их губы соприкоснулись, и в этот миг расцвело целое созвездие чувств. Осторожность первых мгновений постепенно сменилась уверенностью, а затем и страстью, но страстью нежной, будто пробуждающей воспоминания о тысячах прожитых вместе дней. Сохён почувствовала, как растворяется в этом поцелуе, как уходят годы ожидания, обиды и сомнения. В объятиях Чжоу она нашла долгожданное утешение и подтверждение тому, что её чувства не были напрасны. Прикосновение рук Синью к её щеке было лёгким, почти невесомым, но в нём таилась невероятная сила. Сохён закрыла глаза, наслаждаясь моментом, растворяясь в аромате волос Чжоу и её тихом, едва слышном дыхании. Мир вокруг действительно исчез. Не было больше улиц, домов, людей – только они вдвоём, в этом маленьком, но таком огромном пространстве, созданном из их общих воспоминаний и зарождающейся надежды. Когда они наконец отстранились друг от друга, их дыхание стало прерывистым, а глаза продолжали говорить. В них было столько невысказанных слов, столько радости и облегчения, что Сохён не могла сдержать улыбки. Она провела пальцами по щеке Чжоу, ощущая тепло её кожи. – Я так долго ждала этого, – прошептала Сохён, и её голос был полон искренности. Чжоу прижалась ближе, обняв Сохён за талию. – Я знаю, – ответила она, и в её глазах блестели слезы. – Мне так жаль, что я заставила тебя ждать. Но теперь мы здесь, и это самое главное. Они сидели так, обнявшись, чувствуя биение сердец друг друга, словно сливаясь в единое целое. Этот поцелуй стал не просто началом чего-то нового, но и исцелением. Исцелением ран прошлого, подтверждением того, что настоящая любовь способна преодолеть любые преграды и ждать, даже если это ожидание длится целую вечность. Они знали, что впереди ещё много работы, много моментов, чтобы узнать друг друга заново, но сейчас, в этот момент, они были просто счастливы. Когда Сохён закончила разговор с Рюджин, блондинка со злостью бросила телефон в стену. Она была сильно раздражена, ощущая знакомую ауру от Соны. Эта аура была ей знакома, но Рюджин не могла вспомнить, у кого ещё встречала такую же. Зайдя на кухню, чтобы налить воды, Рюджин почувствовала резкую головную боль. В её памяти всплыли события вчерашнего вечера, когда рыжеволосая забрала её. Внезапно всё стало ясно: почему она проснулась голой и другие факторы.  Разъярённая Шин направилась к двери Соны, чтобы устроить скандал и выяснить, почему та имела наглость прикасаться к её телу, особенно когда они обе были альфами. Через пять минут дверь открылась, и на пороге появилась Сона в одном топе и небрежно накинутых шортах. На голове у неё было полотенце. Рыжеволосая лишь удивлённо приподняла бровь, не понимая, почему младшая в такое время не спит и зачем её беспокоит. – Можно войти? У нас есть дела, которые нужно обсудить, — попыталась скрыть свое раздражение блондинка, но ее грубый тон выдавал ее. Старшая лишь освободила проход, жестом приглашая младшую войти. Как только Шин оказалась внутри, входная дверь бесшумно закрылась. Указав на диван, давая понять Рюджин, что ей не обязательно стоять, Йеджи удалилась для того, чтобы переодеться. Только после того, как она привела свой вид в порядок, она появилась в гостиной, недоумевая, зачем младшая пожаловала. – Я все знаю, — отрезала Шин, ее голос был полон решимости. Хван бросила на нее недоуменный взгляд, не понимая, о чем идет речь. – Не притворяйся, будто ничего не произошло, я знаю, что ты делала со мной прошлой ночью. – Хочешь повторить? — неожиданно спросила Хван, ее голос звучал беззаботно. – Что… нет… я… я пришла выяснить, какого хуя ты меня трогала, — после предложения Хван, блондинка покраснела, начала запинаться, полностью потеряв нить разговора и забыв, зачем пришла. Йеджи с довольной ухмылкой наблюдала за Рюджин, чья смущенная реакция ясно говорила о том, что её удалось задеть. — Ну что, согласна или как? По твоим глазам видно, что хочешь, но боишься признаться. Рюджин подскочила с дивана, размахивая руками и крича, что она альфа и ни за что не подчинится другой альфе. Её протесты стали настолько назойливы, что Йеджи, устав от этого шума, встала и, подойдя вплотную, неожиданно поцеловала её в губы. Наконец-то Рюджин замолчала. Отстранившись, Йеджи увидела младшую, погруженную в полное недоумение и шок. — Прекрати орать на всю квартиру. У меня голова разболелась. Под нами живут люди, им нужно спать – и взрослым, и детям. А ты не умолкаешь. Рюджин нисколько не чувствовала стыда, не осознавая своей оплошности. В её голове крутились лишь воспоминания о поцелуе и предложении рыжеволосой. — Да, хочу повторить, — твердо заявила Шин, не отводя взгляда. Хван встретила её взглядом, полным недоумения, совершенно не представляя, о чем идет речь. — Что именно ты хочешь повторить? — уточнила рыжеволосая, не в силах скрыть своего замешательства. Блондинка запнулась, бормоча что-то себе под нос, так что никому, кроме неё самой, не было слышно. — Говори отчетливее, я не расслышала, — властно произнесла Хван. — Я хочу секса с тобой! — выпалила Шин, почти крича. Йеджи удовлетворенно улыбнулась, получив желаемое. Она предполагала, что её будет куда труднее соблазнить, но оказалось всё совсем иначе. Подойдя ближе к Шин, младшая замерла, словно вкопанная, ни на шаг не отступая и не продвигаясь вперёд. Она стояла неподвижно, как дерево, едва заметно шевелясь. Лишь когда чужие губы коснулись её собственных, она наконец-то пришла в движение, уже зная, где находится комната Хван. Их страстный и напористый поцелуй не прекращался ни на мгновение, пока они не добрались до чужой спальни. Передышка наступала лишь в те моменты, когда одной из них необходимо было снять футболку. После этого они могли отбросить её в сторону и продолжить свой путь. Толкнув Рюджин на кровать, Шин с явным издевкой обронила. – Неужели наша альфа так утомилась? Опуская свои шорты и боксеры, за ними уже давно был возбуждённый член. Йеджи промолчала на издёвку младшей, опуская голову. А потом дёрнулась все таки повалив её на спину. Нежные губы Соны нашли её и впились. Блондинка не сопротивлялась, позволила альфе налезть сверху. Позволила пустить эти руки под шорты, обхватить округлые бёдра, снимая белье. Хван опустила голову, разрывая поцелуй. С жадностью сразу же припала к её желанной груди, сдирая топ. Полные, большие, всё ещё упругие груди Рюджин покорно давались ее рукам, такие мягкие и приятные, она мяла их, засасывая сосок. Она раздвинула чужие ноги. Она не обратила на это внимание, оставшись удовольствиям ласк сверху. Сона вошла без рук, точно в цель, заставив Рюджин вздрогнуть. — Конченая... — с удовольствием прошипела младшая. Рыжеволосая не ответила, она сразу начала двигаться. Её собственная смазка заменила им искусственную смазку. Блондинка закрыла глаза, её руки опустились, вновь хватая Хван за ягодицы, контролируя движения. Девушка оторвалась от женской груди, оставляя набухший высосанный сосок и начала целовать шею блондинки. Рыжеволосая даже замедлила толчки, но увидев вопрос Рюджин, она продолжила. Она зарылась сильнее в шею младшей, пытаясь до конца учуять запах, ведь, в прошлый раз не удалось. Белый шоколад... Хван вскружило голову сразу и она начала двигаться быстрее, кровать начала биться об стенку. – Остановись... — прошептала младшая, — не ты ли говорила, чтобы я была тише, когда я кричала. Но рыжеволосая конечно не слушала девушку. Сона как будто назло стала вбиваться в неё мощнее и быстрее, заставляя кровать буквально ломать стену. Скорее всего, Рюджин не хотела, чтобы кто-то услышал её ночные занятия. Особенно, когда все знали, что блондинка альфа. И это было не всё. Младшая выдохнула и уже готовилась взять её за волосы, как старшая чуть ли укусила её. Чуть ли не оставила метку. Хван ускорила толчки, намереваясь кончить в неё. Как только старшая ощутила приближение кульминации, она высунула своё достоинство из киски партнера и начала стимулировать себя, глядя прямо в глаза блондинке. В тот же миг они обе достигли оргазма. Семя Хван попало на живот Шин, и запах другой альфы останется на её коже ещё надолго. Блондинка была в курсе этого. Упав от истощения, не испытывая подобной страсти уже долгое время. когда Рюджин приблизилась, со всей силы ударила кулаком в нос старшей, едва не сломав его.