Чуть не вляпались

Готье сидел и упорно готовился к экзаменам, игнорируя накопившуюся усталость. Все шло наперекосяк: привычный уклад вещей больше не был прежним, его жизнь была плотно переплетена бесконечной ложью, а Хитклифу все равно нужно было сидеть и готовиться к чертовому выпуску из школы! Как же бесит. Время уже перевалило за полночь. Готье все никак не мог сконцентрироваться на последней главе и перечитывал один и тот же параграф уже в десятый раз. Безумно хотелось спать. Неожиданно раздался резкий звук, похожий на удар, а затем оконная рама затрещала. Чистокровный дернулся и впился взглядом в окно. Не может быть… Скэриэл выглядывал из-за стекла, хитро ухмыляясь. Он почти невинно постучал кулаком по стеклу, требуя открыть окно. — Скэриэл?! — Привет, Готи, — полукровка запрыгнул в комнату, усмехаясь. — Не помешал? — Господи! — Готье кинулся на парня, крепко прижимая к себе. В голове стучало лишь одно: «Живой. Живой. Живой». Они вцепились друг в друга, словно наконец-то нашли спасение. Чистокровный уткнулся носом в шею друга, втягивая родной запах: от него пахло мятой, табаком и еле уловимым парфюмом. — Не так сильно, — Лоу тихо заскулил от боли, и Готье тут же его отпустил. — Ранен? Где? Покажи мне! Он лихорадочно стал стаскивать с него куртку и резко задрал свитер, оголив живот. Пулевые! Несколько ран еще не до конца зажили, заставляя чистокровного испуганно втянуть воздух. — Не смотри, — Скэриэл поправил одежду и вновь притянул друга ближе, запуская ладонь в белые волосы. — Не смотри, Готи. Все хорошо. Хитклиф вцепился в его свитер и судорожно задышал. Внутри начала подниматься паника. — Я видел, как ты умирал! Видел, как истекал кровью, Скэр! — Шшш, успокойся. Все хорошо, так было задумано. — Лоу успокаивающе гладил его спину, пока Готье сильнее льнул к его телу. — Я живой. Я здесь, с тобой. От меня так легко не отделаешься. Готье отстранился и впился в друга пронзительным взглядом. Сейчас он как никогда напоминал Скэриэлу Габи, которая расстраивалась, когда приходилось уходить куда-то, оставляя игру на потом. — Я так боялся, что больше не увижу тебя… — тихо прошептал чистокровный, и у Лоу действительно заболело сердце. Этот глупый, беззащитный птенчик был совсем не готов к его жестокому и прогнившему миру. Просто безумие. — Я тоже, — признался полукровка, нежно касаясь щеки напротив. — Когда очнулся, первое, о чем подумал, — это о тебе. Так боялся, что они и с тобой что-то сделали. Я бы себе не простил, Готи. Никогда не простил, если бы тебе навредили из-за меня. Хитклифу безумно хотелось верить в его слова. Сколько бы лжи ни было в их дружбе, сейчас он был уверен, что Лоу не врет. Или, по крайней мере, не до конца. Какое-то время они молча сжимали друг друга в объятиях. Готье молился, чтобы эта ночь не оказалась очередным сном, после которого все его мысли вновь будут тревогой о полукровке. — Скажи, что я не сплю, — прошептал Готье, заглядывая в глаза напротив. — Не хочу просыпаться и не знать, где ты. Лоу виновато улыбнулся, оглаживая линию скул парня. Взгляд Скэриэла замер на пухлых губах Готье. — Это не сон. Но если бы это был он, то я бы одними объятиями не ограничился. — Не сомневаюсь. — Готье аккуратно потянул друга на кровать, обнимая его за шею. Он не хотел отпускать Скэриэла. Достаточно было просто сидеть вот так вот рядом, касаясь друг друга, и тихо переговариваться. Они словно были двумя частями чего-то общего. Того, чего были лишены долгое время. — Я словно вернулся домой, — прошептал Лоу, перебирая пальцами волосы Хитклифа на затылке. — Не хочу уходить. — Не уходи. — Они выпустили друг друга из объятий, переплетая пальцы. — Мой дом — это твой дом, Скэр. Если надо, я буду отстаивать это право перед отцом или Гедеоном. — Правда? — Скэриэл тихо рассмеялся и проникновенно посмотрел ему в глаза. — Да. Все сделаю. Только не уходи, — в голосе Готье слышалась мольба. — Пожалуйста. — Хорошо. Скэриэл приблизился к его лицу и ласково коснулся губ, почти сразу же углубляя поцелуй. Его пальцы коснулись молочной кожи на шее Готье, притягивая чистокровного ближе. Парень замер, боясь что-либо сделать. Просто уставился на него в немом удивлении. Лоу это заметил и резко отстранился. — Готи, прости… Чистокровный заметил, как у Скэриэла на щеках вспыхнул стыдливый румянец. Это было так приятно и мило, что он просто не сдержал улыбку. — Нет, все хорошо! — Готье схватил его за рукав свитера, не позволяя встать с кровати. — Я просто растерялся. Скэриэл нервно заправил волосы за ухо, все еще не пересекаясь с другом взглядом. — Не хотел тебя пугать, — только и выдавил полукровка. — Само получилось. Я так соскучился, и еще страх за все эти дни! Прости, не удержался. Хитклифа искренне забавило напряженное выражение лица Лоу. Они были друг для друга не чужими людьми. Да и целовались единожды. У Готье до сих пор перед глазами стояло то прощание в доме Скэриэла. Можно ли считать и этот поцелуй ошибкой? Сейчас они сидели в темноте на кровати: Готье в одной футболке и домашних штанах, Скэриэл — в растянутом свитере. Напуганные до чертиков, родные до боли в сердце. Свои. Готье не понимал, что именно сыграло в итоге: возможно, все факторы в сложившейся ситуации. Парень просто медленно приблизился к другу, облизывая собственные губы. — Готи?.. Готье поцеловал его медленно, аккуратно сминая губы. Скэриэл даже не успел удивиться. Сразу же опустил ладони ему на талию, притягивая чистокровного ближе. Лоу едва ощутимо прикусил его нижнюю губу, и Готи издал тихий стон. Хотелось продолжать эту пытку вечно. А также хотелось большего. Скэриэл полностью перехватил инициативу в свои руки, повалив Хитклифа на спину. Им было слишком жарко, слишком мало воздуха. Нужно было оставить окно приоткрытым, но ни одному, ни второму сейчас не было до этого дела. Готье отстранился первым, прерывая долгий и жадный поцелуй. Оба тяжело дышали, встретившись поплывшими от похоти взглядами. — У меня башню рвет от тебя, — голос Скэриэла вибрировал от возбуждения. — Нельзя быть таким желанным, Готье. В ответ на это чистокровный громко сглотнул, выдавливая виноватую улыбку. Знал бы Лоу, каким желанным он был сам. — Ты невероятный, — полукровка опустился губами к его шее, аккуратно целуя. — Я каждый раз еле сдерживаюсь, чтобы не посадить тебя на цепь и спрятать от всего мира. От Оливии, от Оливера, от Леона. От твоего папаши и старшего брата. Никто тебя не заслуживает, Готи. — А ты? — Все во рту пересохло. — А я — тем более. Никто не заслуживает, — повторил Лоу, продолжая выцеловывать его шею. Хитклиф тяжело дышал и только слушал тихий шепот друга. Скэриэл звучал, словно был пьяным, но ни запаха алкоголя, ни запаха виски не чувствовалось. Он был одурманен им. — Ты самый красивый, — шептал Скэриэл, поднимаясь поцелуями к его лицу. — Самый чувственный. Самый нежный. Чистокровный весь покраснел от стыда и неловкости, позволяя делать другу все, что он хочет. Лоу тем временем продолжал пылко касаться его ледяной кожи разгоряченными губами. — Я постоянно думаю о тебе, — Скэриэл заглянул в глаза, касаясь подушечками пальцев опухших губ напротив. — Схожу с ума каждую секунду, когда вижу тебя, понимаешь? Жить не могу без тебя. Не хочу. Готье вспыхнул от новой волны щенячьей нежности к человеку напротив. Прикосновения Скэриэла были такими приятными и ласковыми, что в груди взрывались фейерверки счастья. — Я тоже схожу с ума, — прошептал чистокровный, притягивая парня для очередного поцелуя. — Тоже не могу без тебя. Они начали целоваться с особым остервенением. Руки Лоу поползли под растянутую футболку Готье, стягивая ее через голову. Хитклиф в ответ игриво прикусил кожу на шее Скэриэла, удивляясь, как, оказывается, приятно было оставить метку на ком-то. — Мой, — прошептал ему в губы Лоу, опускаясь поцелуями к груди. Готье тихо заскулил, запуская пальцы в темные кудри напротив. Хотелось прижаться сильнее, раствориться в этом парне ценой собственной жизни. Никогда еще не было так хорошо, как сейчас. Скэриэл обхватил один сосок губами, вырывая у друга очередной безумно пошлый стон. Господи, еще чуть-чуть, и Готье будет готов перейти любую черту, лишь бы чертовы губы Скэриэла Лоу продолжали хозяйничать на его теле. — Мой! — чуть громче повторил полукровка, переключаясь на второй сосок. — Ты только мой, Готье. Никому не отдам тебя! Хитклиф хотел сказать какую-то сентиментальную глупость о том, что он тоже больше ни с кем делить его не собирается, но дверь в комнату неожиданно распахнулась. Скэриэл испуганно упал с Готье на пол, издав болезненный стон. Чистокровный схватил свою футболку, прикрывая голый торс. — Какого?! В комнату влетел разъяренный Гедеон. Его убийственный взгляд практически сразу нашел Скэриэла, пригвоздив того к полу. — Доброй ночи, — Лоу издевательски ухмыльнулся, пытаясь подняться на ноги. — Гедеон, он не то, что ты подумал! — Готье вскочил с кровати, по пути надевая футболку и перекрывая дорогу старшего брата. — Или то, что подумал, — Скэриэл расхохотался, выглядывая из-за спины Готье. — Живо выметайся из нашего дома! — процедил Гедеон. — Иначе что? Готье бросил быстрый осуждающий взгляд на друга, а затем на брата. — Не провоцируй меня, чернь! — Гедеон! — одернул его младший из Хитклифов и неожиданно для себя толкнул его в грудь. — Не смей так говорить о нем! — Драться вздумал?! — брат был на грани срыва, после которого мало никому не покажется. Готье тяжело сглотнул, но с места не сдвинулся. — Это моя комната! Кто дал тебе разрешение врываться сюда посреди ночи? — Да как ты со мной разговариваешь?! — Покинь мою комнату и не смей больше сюда врываться! — Готье тоже был зол. Конечно, в отличие от брата он не сможет себя защитить в случае чего, но ударять в грязь лицом в очередной раз он не собирался. — Тебе было мало того урока, который я преподал? Сердце Готье испуганно забилось. В голове всплыли воспоминания о жгучей боли и невозможности дышать, когда брат посмел использовать на нем свою материю. Стало обидно и страшно. — Какого урока? — Скэриэл встал рядом и впился в старшего сына Хитклифа недобрым взглядом. — Не лезь. — Ты посмел ему навредить? — Лоу не выглядел в бешенстве, но, не знай его Готье так долго и хорошо, был просто уверен, что друг готов броситься на обидчика и порвать его. Стало страшно. Обстановка в комнате накалялась. — Все в порядке, Скэр, — Готье постарался его успокоить, но в глазах парня появился дьявольский блеск. — Ты не понимаешь, что этот полукровка может сделать! — Гедеон оскалился, и Скэриэл отзеркалил его «улыбку». — Ничего такого, чего бы не понравилось Готье, — Лоу игриво подвигал бровями. Видимо, решил окончательно его довести. — Так, мне надоело. — В дверях появился Люмьер, оценивая обстановку. — Вы время видели? Чего разорались? — Люмьер? — в один голос воскликнули Скэриэл и Готье. — Не лезь! — Гедеон зло посмотрел на лучшего друга. — Пойдем-ка выпьем, дружище? — Уолдин прошел в комнату и ласково положил ладонь на плечо Гедеона. — Время позднее, ребятам надо спать. — Да-да, — тут же закивал полукровка, усмехаясь. Градус накала резко упал с появлением пажа. — Спать?! — старший сын Хитклифа попытался сбросить ладонь друга, но тот словно впился в него намертво. — Я не оставлю их спать вдвоем! Этот придурок чуть его не выеб… Люмьер резко заткнул рот Гедеона второй ладонью, предостерегающе нахмурившись. — Не наше дело, пойдем, — он дернул лучшего друга, пытаясь вывести его из комнаты брата. — Ну же, не упрямься, Mein Schatz. Они взрослые парни. — Им по шестнадцать! — Гедеон все еще был в ярости, но все равно послушался Уолдина. — Уверен, они не станут делать ничего предосудительного. Да? — Не станем! — закивал Готье. Лоу рядом прыснул от смеха. Гедеон остановился в дверях, еще раз посмотрев на Скэриэла. Тот как ни в чем не бывало уселся на кровать Готье, усмехаясь. — Мы в соседней комнате, — зло процедил старший сын Хитклифа. — Только попробуй его хоть пальцем коснуться! — Не переживай, мне не обязательно касаться его пальцами, — Лоу нагло облизнул свои губы языком. Готье покраснел и внутренне проклял тот момент, когда Скэриэл залез к нему через окно. — Мы будем за стенкой, — казалось, ситуация забавляла Люмьера точно так же, как и Скэриэла. — Не глупите. Уолдин наконец вытащил Гедеона из комнаты и закрыл дверь. Только после этого младший Хитклиф облегченно выдохнул. Готье быстро подошел к двери, закрывая ее на замок. В коридоре были слышны гневные восклицания брата. Ну и черт с ним! — Чуть не вляпались, да? — Лоу как ни в чем не бывало усмехнулся, раскинувшись на кровати друга. — Обязательно было его злить? — Я не виноват, что он все время злой. Тем более он сам виноват, когда ворвался в комнату. Мы вообще-то были заняты делом. — Скэр, это не смешно. — Готье покачал головой, опускаясь рядом с парнем на постель. — Он мог тебя убить. — Говоришь так, будто бы он уже не пытался это сделать. Пусть станет в очередь. На меня пол-Ромуса открыли охоту. — Я заметил. Хитклиф аккуратно лег рядом, обнимая друга поперек туловища. Лоу слегка поморщился от боли, но ничего не сказал. Вместо этого полукровка ласково коснулся губами лба Готье, оставляя целомудренный поцелуй. — Расскажешь мне, что за урок преподал тебе Гедеон? — тихо спросил Скэриэл, устраиваясь поудобнее на кровати. — Как-нибудь в следующий раз. Лоу молчал минуту, а затем позволил себе вновь коснуться волос чистокровного, пропуская их между пальцев. — Он же не навредил тебе, да? Готье тяжело вздохнул, опуская голову на грудь парня. Правду говорить не хотелось. — Нет, все в порядке. — Готи, посмотри на меня, — чистокровный послушно поднял взгляд на Скэриэла. Тот был необычайно серьезным. — Я его убью, если он посмел тебя покалечить, ясно? По коже Хитклифа побежали мурашки. Это не было предупреждением или шуткой. Готье знал, что Скэриэл выполнит обещание. Таков был тот настоящий Лоу, который скрывается за маской его друга. — Да, — прошептал Готье, прижимаясь к парню. — Но я не позволю.