Судьбу не обманешь

— Превосходно! — заключила Дестини. — Гермиона, ты большая умничка, сказать просто нечего. Год подходит к концу и мы с тобой весьма подробно разобрали целых две руны. Ты необычайно талантлива! Думаю, у тебя в будущем есть все шансы сдать ЖАБА по моему предмету на "превосходно". Кстати, ты готова к СОВ? За учебный год Анима и Грейнджер разобрали руну восстановления, при которой можно вернуть к прежнему существованию всё то, что разрушено, что-то вроде "репаро", но без палочки, и руну снежной магии, которую ещё конечно предстояло раскрывать и раскрывать. Все стихийные силы были бесконечно разнообразны в своём использовании, на что хватит фантазии у волшебника, то он и может делать. Дестини научила Гермиону своим любимым приёмам с этой руной, но естественно и она не могла знать всего. Тем временем у пятикурсников активно приближалась сдача СОВ. Они все ходили нервными и растерянными. Некоторые даже стали чаще ходить на занятия к ней, просто потому что им нужно было отвлечься. — Я уверена в своих знаниях, но волнуюсь так, будто бы весь год вела себя, как Гарри с Роном, — ответила Гермиона — Мне кажется, ты справишься, — нежно улыбнулась Дестини и протянула девушке листок из своего блокнота. — Я обычно так сразу не делаю, однако мне кажется, что тебе было бы интересно знать наверняка. Это расшифровка всех твоих рун. Разумеется, ты не сможешь практиковаться за пределами Хогвартса в Англии, но если ты будешь в какой-то другой стране, то есть шанс, что об этом никто не узнает. В любом случае, возможно, тебе просто любопытно. Гермиона приняла листок: — Я думала, вы отдаёте их на выпускной. — Обычно так и есть — Спасибо большое, я и правда очень бы хотела с ним ознакомиться. И если не попрактиковать, то хотя бы подумать, как бы я хотела их развивать. У Гермионы была 21 руна, что в общем то было очень даже не плохо, и после раскрытия каждой причислило бы её ко второму разряду океров. — У тебя всё в порядке? Ты крайне задумчива в последнее время, — спросила Дестини, когда Гермиона собиралась покинуть кабинет. Грейнджер остановилась и слегка погодя поинтересовалась: — Вы когда-нибудь любили, профессор Анима? Почему-то эту тему Дестини меньше всего ожидала услышать, но она сама напросилась на разговор. — Конечно — А с чем это связано? Почему в какой-то момент мы влюбляемся? Нет, не подумайте, я понимаю, что такое любовь и почему люди любят друг друга, но почему мы влюбляемся так неожиданно и именно в тех людей? — Ну, неожиданности в этом меньше чем кажется, — усмехнулась Дестини. — В вашем возрасте влюбляться совершенно нормально — Вы тоже были влюблены в этом возрасте? — Да, это были мои первые чувства — Расскажите? Дестини подошла к окну и задумалась. Она не была готова к этому разговору и не хотела, чтобы кто-либо узнавал о её чувствах с Томом Реддлом, кроме тех кто уже знает, разумеется. — Что ж, — она решила всё-таки рассказать, но не переходя на личности. — Я расскажу, если ты не будешь задавать вопросов, — Гермиона кивнула. — Мы учились на разных факультетах. Я чуть позже вернулась с каникул на пятый курс и никому в школе не было известно, где я, потому по Хогвартсу разнеслись разные слухи о том, что со мной могло случиться. Моё появление произвело на всех дикое впечатление, так как любой первым хотел узнать из первых уст, где же я пропадала на самом деле. В тот момент на меня впервые с доликой любопытства посмотрел один парень, давай придумаем ему кодовое имя? — Хорошо, пусть будет Крисом, — быстро отозвалась Гермиона — Моя история о том, что я просто была в Румынии и забыла о времени мало кого удовлетворила. Крис подошёл ко мне в один из дней и попросил поведать ему правду, обещая, что никому не скажет, но мы тогда даже не общались, так что рассказывать ему я ничего не собиралась, к тому же, до этого у нас было очень натянутые взаимоотношения. В тот год я подробно изучала невербальные заклинания, что тогда не входило в программу Хогвартса, и он случайно застал меня за тренировкой, его это впечатлило. Во время следующих занятий дуэльного клуба он бросил мне вызом и был очень разочарован, когда я не использовала ни одного невербального заклинания. С того момента он постоянно пытался как-то наладить со мной контакт, некоторое время совершенно неуспешно, однако мне льстило его внимание. Крис был красив, высок, одарён и постоянно в центре всех событий. Он был лучшим учеником на курсе и старостой факультета, все подозревали, что у него были все шансы стать старостой школы вскоре. Он позвал меня в том же году на Рождественский бал, однако сделал это очень поздно, когда у меня уже был партнёр, потому я ему отказала. Зато в следующий раз, он тянуть не стал и, когда профессор Слизнорт устраивал у себя вечеринку, в честь того же Рождества, только немного позже, Крис пригласил меня первым. Я согласилась, и наше появление произвело фурор! Никто этого не ожидал. На той вечеринке мы очень сблизились, а после стали заниматься невербальной магией вместе, а вскоре и магией души. Мы были вместе два с половиной года, до выпуска, а потом кое-что произошло и мы разошлись. Но могу сказать, что это было весьма памятное и приятное время. Мы искренне любили друг друга и даже строили планы на будущее, которым, к сожалению или к счастью, не дано было свершиться. Но не все первые чувства заканчиваются так плачевно, может быть твои будут лучшим и единственным опытом в твоей жизни. Кто знает, — Дестини пожала плечами. — А вы виделись после? — Ты обещала не задавать вопросов, — напомнила Анима — Простите, — виновато потупилась Гермиона. — У меня всё совсем по-другому, я давно его знаю, поэтому мне кажется это совсем неправильным, понимаете, он мне как брат — Это совершенно нормально, у вас было время привыкнуть друг к другу. Знаешь, это даже лучше. Вы знаете недостатки и проблемы и готовы с ними мириться или меня это вместе. Я считаю, что важно в отношениях быть и друзьями, чтобы под старость лет остаться если не возлюбленными, то хотя бы очень близкими людьми. Если бы ты рассказала мне чуть больше, то, может быть, я смогла бы дать тебе совет. — Не стоит! Спасибо за разговор, профессор Анима, до встречи — До встречи, Гермиона. Когда дверь за волшебницей захлопнулась, Дестини закрыла глаза и мысленно натянула свои старенькие ментальные нити. Они всё ещё были на месте. На что она надеялась? Куда им деться

***

"Дорогая Деси, по твоей наводке я пытаюсь развить руну замедления и признаюсь, мне бы очень понадобилась твоя помощь, приезжай, как сможешь. А на самом деле, я очень скучаю. Когда ты в прошлый раз уходила, то забыла у меня заколку. Не стал отправлять тебе её письмом, заберёшь позже сама. Надеюсь, вскоре мне разрешать покидать дом и я тоже смогу спокойно навещать тебя. Знаешь, мне очень не хватает твоей преподавательской натуры

С любовью, навеки твой Сириус!

P.S. пиши мне чаще, я уже зачитал прошлые письма до дыр"

***

Дестини подняла глаза на открывшуюся дверь и заметила на пороге Драко Малфоя. Она тяжело вздохнула. Пару недель назад она приняла для себя решение, что будет вести себя, как обычно, не подавая вида, будто они друг другу что-то должны. Ей не хотелось шокировать юношу, да и признаться, разрывать с Сириусом. — Здравствуй, Драко, — вежливо улыбнулась Дестини. — Как твои дела? Ты продвинулся в поисках? Она всё ещё не понимала его, но решила не относиться к нему критично, пока сама во всём не разберётся. — Здравствуйте, профессор Анима, — презрительно фыркнул юноша. — С чего вы взяли, что я пришёл учиться? — Зачем же тебе ещё находиться в моём кабинете? — пожала плечами девушка. — Ну, к примеру, чтобы сдать вас профессору Амбридж, — нахмурился Драко, когда увидел, что Дестини его совершенно не боится и даже не насторожена его появлением. — Но ты же не за этим сюда пришёл. По правде говоря, если бы за этим, то кабинет тебе на открылся бы. Так что я знаю, что ты с благими намерениями. Ну, что там с местом силы? — Ничего, — признался он с каким-то разочарованием в самом себе. Дестини аж на мгновение пожалела его. — Как мне быть? Что мне сделать, чтобы найти своё место силы? Она в какой-то степени поражалась тому, как упорно он не собирался бросать её занятия, несмотря на то, что заметно отставал от сокурсников. Он же мог просто уйти и заняться чем-нибудь другим, однако продолжал, наверное, пытаясь доказать себе, что чего-то стоит. — Возможно, — тихонько начала девушка, — я скажу сейчас кое-что не очень приятное. Но тебе нужно понять кто ты такой — Что ж я не знаю кто я такой, — огрузнулся Малфой — Ты меня не понял. Я имею ввиду настоящего тебя. Твою сущность и самые сокровенные мысли и желание. Ты не такой, как твой отец. Ты не обязан быть им. И когда это поймёшь, возможно, продвинешься дальше — Я и так знаю, что я не мой отец, — нахмурился Драко. — Тоже мне, сказали новость! — Однако, — перебила его Анима, — почему-то ты продолжаешь вести себя так, как бы хотелось ему, а не тебе. Это нормально, ты так воспитан, но пора что-то менять Малфой презрительно фыркнул: — Да что вы знаете об этом, — и покинул кабинет. Но как бы плохо ни завершился их диалог, встречая дальше Аниму по коридору, он никогда не сдавал её Амбридж, лишь делал вид, что не замечает. Конечно, возможно это его путь обиды или он был слишком занят во время СОВ, однако по коридорам стало передвигаться спокойнее.

***

Если в ту ночь кому-то приходилось идти по крылу преподавателей, то они могли слышать, как из комнаты профессора Анимы доносились тяжёлые всхлипы и туманый голос. Для Дестини это была поистине тяжёлая ночь, наполненная кошмарами. — Ты ещё не замёрзла? — Том шёл следом за девушкой. Дестини понимала, что это сон, да, связанный с её воспоминаниями, однако сон, но не могла проснуться. Она даже знала почему. Это он ей его посылал. — Замёрзла? Смеешься? — хихикнула Анима. — Знаешь, когда я счастлива, никакой холод не страшен — А ты счастлива? — Конечно, — она высунула язык и стала ловить им снежинки, падающие большими хлопьями. — Простудишься ведь, — усмехнулся Том, — я не буду сидеть у больничной койки. — Будешь, — фыркнула девушка. Он и сам знал, что будет. — А ты разве не счастлив? — она повернулась к нему и остановилась. Волосы были хаотично усыпаны снежинками, а ресницы от холода покрылись инеем. У него словно дыхание остановилось. Она всегда имела на него какое-то особое воздействие — Счастлив, — улыбнулся он и притянул девушку к себе. — Как рядом с тобой возможно не быть счастливым? — он аккуратно, словно Дестини хрустальная, поцеловал её губы. По факту этот сон не был кошмаром. Но на душе у Анимы находилось в этот момент что-то тяжёлое, а в горле вставал ком, который мешал дышать. Было бы легче, если бы она позволила ему спокойно использовать их связь, не было бы боли, но она не могла так поступить и потому каждый такой сон сопровождался взрывом души. — Я хочу быть рядом с тобой вечно, ты одна заставляешь меня чувствовать, — прямо сказал он. — Пообещай мне, что нам ничего не помешает, — Том пристально смотрел на неё, он говорил абсолютно серьёзно. — Ты меня пугаешь, — усмехнулась Дестини. Конечно, тогда она не могла знать к чему это всё приведёт, да и опыта никакого у неё толком не было. Это были её первые чувства. Её первые 15 лет. Её первый парень. Что она должна была делать? Как она могла запретить себе любить? — Я обещаю, что ничего, кроме нас самих, не сможет нам помешать. Этого достаточно? — Вполне, — кивнул Том и снова поцеловал её. Дестини прервала связь и проснулась тяжело дыша. Она была в холодном поту, глаза выглядели испуганными, а грудь сдавленно болела. — Том, — прохрипела она, — за что же ты со мной так поступаешь?.. Но никакого ответа быть не могло, она это знала. Как знала и то, что плохое предчувствие, расцветающее у неё в груди, появляется там не спроста. С одной стороны это не могло не настораживать, а с другой она понимала, что если посмотрит в будущее, то нарушит ход событий и ни к чему хорошему это не приведёт. Девушка встала с кровати, в полупрозрачной белой сорочке она напоминала ангела. Она прошлась по комнате и остановилась у окна. Сегодня что-то должно было случиться, но что? Ещё и мысли о том теперь беспорядочно занимали её голову. Если бы она могла не думать!.. Вообще по правде говоря, она могла и даже знала, что для этого нужно сделать, но она не хотела прибегать к таким мерам, потому что очень хотела оставаться обычным человеком. Она прошлась босиком до комода и мысленно очутилась в белом пространстве, заполненном разными нитями, проходящими везде и непрерывно. Девушка огляделась. У всех нитей не было ни начала ни конца, по крайней мере, там, где она находилась. Дестини подошла к одной из нитей и накрутила её часть на палец. — Дестини? — послышался голос в голове. — Да, Минерва, прости, если разбудила, — так же где-то на подсознании, не открывая рта, ответила девушка передавала посыл. — Можно я приду к тебе прямо сейчас? — Не помню, чтобы тебе когда-либо что-либо останавливало, — послышался смешок. Девушка отпустила нитку и открыла глаза. Примерно так в её сознании и выглядела ментальная связь. Дестини как была в ночной сорочке выскочила в коридор, а следом и из Хогвартса. Она долго брела по запретному лесу, пока не переступила защитную линию школы, а там трансгрессировала в переулок. Ночью там никогда не было, она постучала в заброшенное здание и ей ответил сонный голос: — Леди, вообще-то комендантский час, приходите утром — Это очень срочно, прошу, — мило улыбнулась Анима, напуская чары убеждения, и вошла в больницу Мунго. Минерва Макгонагалл с недавних пор лежала в одной из этих палат. Когда Амбридж пришла за Хагридом с отрядом мракоборцев, женщина попала под горячую руку и получила в грудь четыре заклинания разом. Это было тяжелое испытание для здоровья любого волшебника в особенности когда тебе вот-вот стукнет семьдесят лет. Дестини говорила всем, что сама в состоянии вылечить Минерву, однако пока Дамблдора нет в школе, она не имеет ни малейшего влияния и доверия к её магии. — Что-то случилось? — поинтересовалась шёпотом Макгонагалл, когда Дестини пошла в её палату — Плохое предчувствие, — тоже шёпотом ответила девушка — Связанное с... — Не знаю, если честно. Знаешь, просто на душе тяжело и этим всё сказано. Мне снился Том — Опять? Что на этот раз? — Моё обещание, что нашим отношениям ничего не помешает — Смотрю, он не оставляет попыток тебя вернуть Дестини присела на край кровати рядом с ногами подруги: — Думаю, я нужна в его плане по завоеванию мира — А мне казалось, он просто любит тебя — Не думаю, что он ещё может любить. Тогда действительно любил, а сейчас... Не знаю. Столько времени прошло — Думаешь, он что-то замышляет прямо сейчас? — Да, я уверена в этом. Но не знаю что. Я чувствую, что не должна знать — Меня убивает твоё шестое чувство — Меня тоже, — грустно усмехнулась Дестини. — Проблема в том, что я понимаю, что если не узнаю, случится что-то очень плохое, а если узнаю, то мне всё равно не дадут этому помешать. Это безвыходное неменуемое положение. Я ненавижу это! Хочешь я вылечу тебя? — Если ты это сделаешь, тебя могут обвинить непонятно в чём, — заметила Минерва. — Я понимаю, но никто не заметит. Честно. Просто поприкидуйся ещё чуть-чуть, что тебе очень тяжело Макгонагалл кивнула. Дестини положила руку ей на грудь и закрыла глаза. Волосы её начали излучать яркое свечение, и на мгновение Макгонагалл подумала о том, что кто-нибудь в палате определённо проснётся от этого. Будто прочитав её мысли, Дестини накрыла их купалом недосягаемости. Минерва почувствовала, как грудь её наполняется энергией, боль медленно начинала отступать, а потом и вовсе исчезла, а вслед за этим упали и погасли волосы Анимы и исчез купол. — Спасибо, — улыбнулась Минерва. — С твоими способностями в больнице бы не понадобилось столько врачей — Да, — кивнула Дестини, — но ты же знаешь, что это очень энергозатратно, да и министерство мне всё ещё не доверяет. — Дураки, — закончила Макгонагалл и подвинулась, чтобы подруга могла лечь рядом

***

Когда Дестини проснулась, она не знала сколько времени, лишь увидела вспыхнувший возле себя огонёк — звездочку, подаренную Сириусом. Она скакала перед лицом и хотела о чём-то предупредить. Чтобы не разбудить Минерву, Дестини тихо встала с кровати и попыталась взять огонёк в руки, но только она до него дотронулась, как мигом очутилась в кабинете Дамблдора и удивлённо раскрыла глаза. Сердце в груди забилось ещё сильнее, плохое предчувствие нарастало ещё сильнее, звёздочка вернулась в её души. Теперь Анима стояла одна посредине просторного кабинета и совершенно не знала, что ей делать. — Ты не Дамблдор, — заметил один из портретов. — Я не знала, что в Хогвартс возможно трансгрессировать, — упрекнул другой. — Это же профессор Анима, — заверил третий — Что ты здесь делаешь, милочка? — спросила приятная дама с портрета Но не успела Дестини ответить, как в комнате очутился Гарри Поттер. Слишком резко. Слишком неожиданно. — Гарри, — шёпот Дестини вздрогнул. Юноша обернулся. Его взгляд был ей непонятен, но она точно знала, что ничего хорошего ожидать не стоит. — Что привело вас сюда в столь ранний час? — наконец осведомился один из портретов. — Согласно правилам, доступ в этот кабинет запрещен всем, кроме законного директора. Или это Дамблдор прислал вас сюда? Постойте-ка, не говорите... — Он во весь рот зевнул. — Очередное поручение для моего никчемного праправнука? Гарри молчал. О, Дестини начала строить мысли о его молчания и всё, что приходило в голову ей совсем-совсем не нравилось. Но лесть в его воспоминания она не имела права. Он посмотрел на неё с неким сожалением и страхом. — Что случилось, Гарри? — голос Дестини хрипел. — Скажи мне, пожалуйста, что случилось? Гарри молчал. Еще несколько портретов зашевелились. Страх перед возможным допросом заставил Гарри пересечь комнату и взяться за дверную ручку. Она не поворачивалась. Они были заперты. — Надеюсь, — сказал волшебник с портрета, — это означает, что Дамблдор скоро вновь окажется среди нас? Гарри обернулся. Волшебник глядел на него с большим интересом. Гарри кивнул, потом снова подергал ручку у себя за спиной, но она не поддавалась. Дестини тяжело вздохнула и присела на стул в ожидании, стоять было невыносимо тяжело. — Что вы тут делаете, профессор Анима? — вежливо поинтересовался Гарри — Я не знаю, — честно призналась она. Среди портретов пробежался шёпотом обсуждения. Однако Гарри смотрел на неё с пониманием, он тоже не совсем знал, что там делает В пустом камине вспыхнуло изумрудное пламя, и Гарри отскочил от дверей, глядя на вращающуюся в огне человеческую фигуру. Пока Дамблдор выбирался из камина, все остальные маги и волшебницы, изображенные на портретах, тоже очнулись ото сна. Послышались приветственные восклицания. — Благодарю, — мягко сказал Дамблдор. Не глядя ни на Гарри, ни на Дестини, он прошел к двери и, вынув из внутреннего кармана мантии крохотное, обезображенное, лишенное перьев птичье тельце, бережно опустил его на подносик с мягкой золой под золотым насестом, на котором обычно сидел взрослый Фоукс. — Здравствуйте, профессор Анима, я рад, что вы уже здесь и мне не придётся пытаться найти вас бегая по школе. Спасибо, что посетили мой кабинет. Ну, Гарри, — сказал он наконец, отворачиваясь от птенца феникса, — ты будешь рад услышать, что ночные события не нанесли серьезного ущерба здоровью твоих товарищей и все они скоро поправятся. Гарри хотел сказать «хорошо», но не мог выдавить из себя ни звука. Дестини бегала глазами по лицу Дамблдора пытаясь найти все ответы на свои вопросы, но тот был непоколебим и чего-то выжидал, а возможно и боялся сказать ей правду. — Мадам Помфри быстро поставит на ноги всех раненых, — сказал Дамблдор. — Возможно, Нимфадоре Тонкс придется провести некоторое время в больнице святого Мунго, однако, по всей видимости, дело кончится полным выздоровлением. Как бы Аниме ни хотелось, она не стала торопить директора, в надежде, что он не будет слишком долго мучать её ожиданием. — Я понимаю, что ты чувствуешь, Гарри, — очень тихо произнес Дамблдор. — Нет, не понимаете, — сказал Гарри неожиданно громким и сильным голосом. — Видите, Дамблдор? — насмешливо спросил Финеас Найджелус. — Никогда не пытайтесь понять учеников. Они этого не потерпят. Они предпочитают быть несчастными и непонятыми, упиваться жалостью к себе, валяться в собственном... — Довольно, Финеас, — прервал его Дамблдор. Гарри повернулся спиной к Дамблдору и упрямо уставился в окно. — Не надо стыдиться своих чувств, Гарри, — снова послышался голос Дамблдора. — Наоборот... в том, что ты способен ощущать такую боль, заключена твоя величайшая сила. Дестини ловила каждое слово, пытаясь дойти до истинного смысла, понять в чём же дело. Но пазлы в голове совершенно не складывались! Или по крайней мере, она не хотела, чтобы они складывались таким образом! — Ах, вот как — моя величайшая сила? — Голос у Гарри дрожал. — Да вам-то... вы-то откуда знаете... — Чего же я не знаю? — невозмутимо спросил Дамблдор. Гарри обернулся, дрожа от ярости. — Давайте не будем обсуждать, что я чувствую, договорились? — Гарри, твои страдания доказывают, что ты остаешься человеком! Боль — удел человеческий... — ТОГДА — Я — НЕ ХОЧУ - БЫТЬ - ЧЕЛОВЕКОМ! - взревел Гарри и, схватив с ближайшего высокого столика хрупкий серебряный прибор, швырнул его через всю комнату — он ударился о стену и разлетелся на сотни крошечных кусочков. — Я больше не могу, довольно, выпустите меня отсюда, надоело, мне теперь все равно... — Это пройдет, — сказал Дамблдор. Он не шелохнулся и не сделал ни малейшей попытки удержать Гарри от разгромления кабинета. Лицо у него было спокойное, чуть ли не отрешенное. — Да и сейчас тебе не все равно — настолько не все равно, что ты готов умереть, лишь бы перестать мучиться... — НЕПРАВДА! — завопил Гарри так громко, что чуть не сорвал горло — Нет, правда, — сказал Дамблдор еще спокойнее. — Ты потерял мать, отца, а теперь еще и того, для кого был почти что родным сыном. Конечно, тебе не все равно. — Откуда вам знать, что я чувствую! — закричал Гарри. — Вы... стоите тут... И вы еще... "Родным сыном" эхом отдалось у Дестини в голове. Сириус... Все самый страшные догадки оправдались, ей в один момент захотелось исчезнуть, испариться, стереть себя с лица земли! Ей захотелось умереть. Она не слушала, что было дальше Гарри носился по комнате, потом ринулся к двери. А потом Дамблдор с Поттером долго о чем-то говорили. Она не понимала о чём, в голове лишь мелькали воспоминания. Чётко, будто на яву всплыл образ Сириуса, который наблюдал за ней с балкона, когда она уходила после их последней встречи. — Деси, — крикнул он, — я люблю тебя! Она улыбнулась, щурясь от солнца и послала воздушный поцелуй, а он сделал вид будто тот сразил его на повал, а после поймал отрикошетивший знак любви и положил в нагрудный кармашек у самого сердца. Девушка тогда засмеялась. Теперь смеяться ей вовсе не хотелось. Теперь смеяться было больно. Разрывало изнутри непонятное чувство! Слабо верилось, что её Сириуса могло уже не быть! Это было невообразимо! Однако было так... — Сириус...? — она прервала разговор Гарри и Дамблдора. Оба повернулись на неё так, словно уже забыли, что она всё ещё стояла в кабинете и ждала какого-то вердикта. А она глядела на них с надеждой, будто бы сейчас кто-то из них резко улыбнётся и скажет, что это всё была шутка, приуроченная к какому-то новому дню веселья. Но никто из них и не думал улыбаться. — Да, Дестини, — Альбус редко называл её по имени, но видимо в этот разрешил, что стоит выйти из официальной обстановки; она сразу почувствовала себя девочкой, коей была много десятков лет назад. — Я сожалею твой утрате. Сириус Блэк мёртв... В ушах у девушки зазвенело. Она слышала что-то о том, как он умер, слышала, как Гарри перед ней извинился, совсем тихо и виновато. Ноги вдруг ослабели совсем, и Дестини упала на колени. Хотелось выть от боли, но сил не было, потому она просто сидела на полу, а слезы сами катились по нежному лицу