Судьбу не обманешь

Солнечный луч, в последнее время редкий гость в комнате Анимы, скользнул по стенке и осветил подкосившуюся колдографию в рамке. Девушка нежно поправила рукой деревянное обрамление и взглянула на счастливые лица. На колдографии, в украшенном большом зале, в окружении таких же учащихся, танцевали двое. Она была в длинном красном платье, которое идеально облегало фигуру, небольшие плечики-фонарики были спущены, открывая вид на ключицы, ножка была открыта вырезом, поднимающимся чуть выше коленки. Он был в строгом чёрном костюме с красной бабочкой на шее. Дестини до сих пор вспоминала, как все удивились, что он надел что-то с цветом не своего факультета. Эта колдография была единственным телесным воспоминанием о Томе Реддле, которое она продолжала хранить, потому что, несмотря на то, что этот когда-то милый юноша был теперь монстром, она помнила его прежнюю человечность. Она всё ещё любила Тома Реддла и искренне ненавидела Волан-де-Морта.

***

Они плавно вошли в большой зал, украшенный в честь Рождества. Он вёл её под руку медленным горделивым шагом, словно она была самым ценным, что находилось в том зале и непременно принадлежала ему. — Учти, — сказала Дестини не слишком громко, чтобы слышно было только им, — раз уж ты меня пригласил, то тебе придётся танцевать весь вечер или смотреть, как я танцую с кем-то другим, потому что сидеть я не намерена — Я так тебя затанцую, что у тебя будут болеть ноги и ты будешь молить о пощаде, — усмехнулся Том — Не дождёшься, — засмеялась Дестини и ударила его локтем под бок. — Это мы ещё посмотрим! Они танцевали весь вечер, прерываясь только на то, чтобы попить или подышать свежим воздухом. Голова уже кружилась, ноги стояли лишь на полной уверенности в себе, но останавливаться никто из них не планировал. — Улыбочку, пожалуйста, для школьной газеты! — сказал кто-то сбоку и послышался щелчок С этой колдографией в школьной газете позже вышла интересная статья, наполненная самыми необычными сплетнями и теориями! Как бы много вопросов потом ни задавали им, ни Дестини, ни Том на них не отвечали, оставляя всех в раздумьях, правда это или ложь, а сами после перечитывали и смеялись над некоторыми теориями. На выпускной Том неспеша подошёл к девушке, удерживая её за руку, чтобы не убежала: — Я помню, что мы с тобой в ссоре, и извиняться не намерен, но мне хотелось сделать тебе прощальный подарок в честь тех лет, что мы провели вместе. Если они для тебя значили столько же, сколько для меня, я надеюсь, ты его сохранишь, — и он протянул ей эту колдографию, видимо нашедшуюся в архивах школьной газеты Она её сохранила, потому что была на ней её счастлива и любима

***

— Профессор Анима, можно войти? — на пороге появился Поттер — Конечно, — девушка листала альбом с колдографиями на неё нашёл приятный круговорот воспоминаний — Мне нужно поговорить с вами — Присаживайся, — она указала на подушку поблизости. — Я слушаю тебя Гарри сел и молчал некоторое время, Дестини отложила альбом в сторону и тоже молчала в ожидании — Гарри, — наконец-то произнесла она, возвращая парня из потока мыслей — Извините, — встрепенулся Поттер. — Профессор Дамблдор проводит для меня частные занятия — Да, я в курсе — Мы с ним смотрим воспоминания о Волан-де-Морте Дестини замерла. Последнее слово неприятно прошлось дрожью по её позвоночнику и коже. — Чтобы я понял, кто он такой. Врага нужно знать в лицо Девушка кивнула — Профессор Дамблдор сказал, что вы были весьма близки... — он посмотрел на неё аккуратно, будто боялся спугнуть её доброжелательность Дестини не ожидала, что директор расскажет Поттеру о её с Реддлом отношениях. Не то, чтобы это был секрет! Скорее это была та информация, о которой не принято говорить — Что именно он тебе сказал? — поинтересовалась девушка и взяла кружку чая из воздуха, делая глоток — Сказал, что вы хорошо общались, имели общее дело, и что о вас по Хогвартсу ходили разные слухи. Он сказал мне, что вы расскажете мне о нём побольше, если я попрошу. Я не требую, чтобы вы говорили о вашем общении, я прошу вас рассказать как он стал таким какой он есть и каким он был. Если вы не хотите это обсуждать, я не настаиваю, — поспешил заверить Поттер — Всё хорошо, Гарри, — усмехнулась Детсини, тронутая его аккуратностью. — Мы и правда были очень близки с Томом. Он был... ладно скажу, первой любовью, и я могу с уверенностью сказать тебе, что в тот период он тоже ещё умел любить. В самом начале я даже подумать не могла, что всё так обернётся. Он был особенным для меня, понимаешь? Мне приятно, что Дамблдор не стал показывать тебе мои воспоминания без моего согласия, хотя у него были некоторые из них. Что ж, у меня нет здесь омута памяти, так что если ты не против, я могу показать тебе воспоминания другим образом — Конечно, — кивнул Гарри Девушка улыбнулась и положила руки на его голову так, чтобы большие пальцы находились у висков. — Я подам тебе воспоминание, ты будешь видеть его от моего лица. Для этого тебе нужно будет сейчас расслабиться и закрыть глаза, а когда я скажу, открыть и просто смотреть, когда я посчитаю нужным, я прекращу воспоминания и ты вновь очутишься в этой комнате, только предупреждаю, первое время может кружиться голова после возвращения. Всё понял? Гарри кивнул — Закрывай глаза Оба закрыли глаза и Дестини сосредоточилась на одном из своих воспоминаний — Открывай Когда Поттер открыл глаза, он словно находился в теле Анимы, но управлять им не мог, только смотрел. Рядом с ним, точнее с ней, за столом сидел юноша, в котором он сразу узнал Тома Реддла. Его коленка касалась коленки Дестини и словно передавало, Гарри не был уверен, но по крайней мере ему так показалось, энергию. Причём не тёмную, а вполне себе тёплую и нежную, что почти удивило, потому что по воспоминаниям всех остальных, даже в юности Том не был наделён особенной способностью к привязанности. Они сидели над тетрадкой, где большими буквами было написано Том Марволо Реддл с разными стрелочками и кружками на надписи, а чуть ниже Лорд Волан-де-Морт, ярко подчёркнутое три раза. Гарри быстро понял, что за несколько секунд до этого воспоминания Том очевидно рассказывал Дестини о появлении своего нового прозвища. — Я всё ещё не понимаю, зачем тебе это? — твёрдо сказала Дестини, на секунду Поттеру показалось, что это он говорил — Как зачем? — усмехнулся Реддл, это была вовсе не злая усмешка, а скорее будто он что-то пытался доказать ребёнку. — Во-первых, это очень круто звучит. Ну, послушай, — он прокашлялся, — Лорд Волан-де-Морт. Ну? Как величаво и гордо. Во-вторых, я не хочу иметь ничего общего ни с отцом, ни с дедушкой. Я не знал их никогда и знать не хочу, одна мысль о них противна моему организму, — в том выражении, с которым он говорил второй аргумент, Гарри узнал того Тома, которого ему всегда показывали, но вскоре он вновь стал неузнаваем — Нет, это ты конечно интересно придумал. Буквы хорошо, звучно переставил, — согласилась Дестини, — но Лорд? Серьёзно? — она прыснула — Не смешно, — твёрдо сказал он — Это, кстати, знаешь, на что похоже с лингвистической точки зрения? — перевела она тему. — Смотри! "Вол", — обвела она чернилами на пергаменте, — с латинского "бегство", "морт" — смерть, в предлог "де" всегда означал предназначение к чему-то или принадлежность, что-то вроде "из" или "от", понимаешь? У тебя прям получается символическое название. Бегство от смерти. Иронично Она не стала подмечать то, как это похоже на него. — Я понимаю, что для тебя это важно, что ты всех уже попросил называть тебя так, что ты даже подписываться начал так, что ты хочешь отделить себя от обычной человеческой жизни, но я не могу называть тебя так, прости, — она положила свою руку ему на щёку и он... Словно котёнок, припал к ней? Гарри был поражён! Том поцеловал пальцы девушки уголком губ и расплылся в улыбке — Я буду звать тебя Томом — Ладно, — тепло сказал он, — пожалуй, я сделаю исключение для тебя Перед глазами всё резко поплыло, и через секунд 20 Гарри чётко увидел лицо сидящей перед ним Дестини — Как ты себя чувствуешь? — обеспокоенно спросила она. — Что-нибудь болит? Голова кружится? Тошнит? — Только голова кружится, — честно ответил Поттер — Хочешь воды? — Нет, спасибо. Я даже подумать не мог, что вы были в таких близких отношениях с человеком, при имени которого теперь содрогаетесь — Нет, Гарри, я содрогаюсь не при его имени, а при прозвище того, чем он стал. Он был раньше совсем другим, может быть не со всеми, но со мной точно. Я любила Тома Реддла, а вот его тёмную версию предпочитаю обходить стороной, да — Но если я по итогу одержу победу с его тёмной версией, умрёт ведь и он — Он давно умер, Гарри, давно, — покачала головой Дестини. — Я уже смирилась с этим, но первое время, конечно было тяжело. Я показала тебе этот эпизод, потому что это был наш единственный разговор о создании его альтер-эга. Я слышала, что он часто после злился на всех, кто называл его Томом, по правде говоря, его мало кто называл так после, наверное, либо уважали, либо боялись. Он твёрдо не хотел иметь ничего общего со своим прошлым. Я говорила ему, что это невозможно, что мы есть то, что складывалось от самого начала, но его мои слова мало убеждали, пусть он и не пытался их оспорить. — По факту вы были единственным, что удерживало в нём человека, — заметил Гарри, пытаясь сложить в голове пазл — Можно и так сказать, — Дестини не нравилась эта мысль, но что поделать если такова правда. — Продолжим? Поттер кивнул и закрыл глаза. — Прежде чем я покажу тебе следующее воспоминание, должна сказать, на случай, если Дамблдор не успел. Том мало что знал о своей семье, поэтому долгие годы провёл в нахождении своего древа, своего начала. Он долго знал совершенно немногое. Однако на курсе седьмом подошёл ко мне и заявил, что смог выяснить, как именно звали его мать, а вместе с тем и где находится их семейное поместье. Ещё мы с ним в тот день пролистали много книг и документов, ища упоминания о его матери в волшебных источниках. Это была моя идея. Тому казалось, что волшебником определённо должен быть отец, потому что будь его мать чародейкой, она бы не умерла так просто и не сдалась, когда была так нужна ему. Однако вскоре мы нашли упоминания о её родителе, дедушке Тома, потому сомнений в том, что она волшебница практически не осталось. Он решил, что ему нужно навестить семейное поместье. Меня с собой брать не хотел, я и не настаивала, считала, что если ему нужна будет моя поддержка, он сможет получить её вернувшись в Хогвартс, а поговорить с родственниками лично ему необходимо. До сих пор не знаю правильно ли я тогда поступила, может, пойдя я вместе с ним всё сложилось бы совершенно по-другому Гарри хотел было как-то успокоить Дестини, чтобы она не брала на себя вину за то, кем стал Том Реддл, однако девушка подала энергию воспоминания, потому ему пришлось закрыть глаза, чтобы, открыв, оказаться на астрономической башне. На улице стояла ясная ночь, на небе была видна каждая звёздочка. Девушка стояла опираясь на одну из колон, поддерживающих крышу. На краю сидел, свесив ноги, Том. Оба молчали, пока не стали гаснуть дрожащие огоньки в окнах — Если мы сейчас не вернёмся в спальни, то рискнём быть замеченными, и получим нагоняй, — разрушила тишину девушка. — Если ты не хочешь рассказывать мне, как всё прошло, то можешь не говорить, я правда не обижусь — Нет, — нахмурился парень, словно не рассказывать ей о произошедшем было чем-то противоестественным. — Я был в поместье. Оно очень старое, тёмное и какое-то полуразрушенное. Я думал, что там уже никто не живёт, но, когда зашёл внутрь, увидел мужчину, сидевшего у камина. Его звали Морфин. Он был очень неаккуратным, грязным и мерзким. Он хотел было на меня напасть, но, когда я заговорил на змеином языке, остановился. Он и поведал мне, что мой отец обычный маггл, к тому же, никогда не любивший мою мать. Она его привораживала что ли, а когда действие прошло, он просто взял и ушёл, оставив её беременной. А у неё после этого ещё и хватило тупости назвать меня его именем и дать его фамилию, вот же идиотка Он говорил всё это совершенно без эмоций, потому Гарри почти почувствовал, как Дестини не знает, что ответить — Ты пойдёшь навещать отца, чтобы понять почему он так сделал? — Нет, — твёрдо отрезал Том, — причина его поступка и так ясна. Мне не нужны оправдания Она оттолкнулась от колоны и подошла к краю, чтобы сесть рядом с Томом и положить голову ему на плечо — В любом случае, — тихонько заговорила девушка, — мы не наши родители. Иногда им свойственны глупые ошибки, которые изменить нам не дано, просто принять. Жаль, что у тебя так вышло, — она переплела пальцы их рук. Воспоминание резко остановилось, и, пока Гарри не успел опомниться, перед глазами всё будто поехало в ускоренной в тысячу раз съёмке, а после он очутился уже в другом воспоминании за столом в большом зале. Дестини держала в руках газету, но новости уже не читала, Гарри заметил краем глаза, что там писали об убийстве неким Морфином семейства магглов. Как только девушка увидела в дверном проёме Тома, она вскочила с места, бросила газету и направилась к юноше, перехватывая его до того, как он успел сесть за свой стол Она требовательно вывела его в коридор за галстук, он чувствуя её настроение не сопротивлялся — Не хочешь объясниться? — полушёпотом спросила она, стараясь не привлекать внимание ещё находящих в большой зал учащихся — Как только ты укажешь в каком направлении я должен объясняться, потому что я не вполне понимаю, — согласился Том — Твой дядя убил твоего отца, явно же не от любви к тебе, м? — она выжидающе смотрела на него — Дестини, давай не будем веретить эту тему, мой ответ, уж поверь, тебе не понравится Он уже было хотел вернуться в зал, но она схватила его за запястье и резким движением остановила: — Нет уж, Том, я имею право знать правду, чтобы понимать, с кем я всё это время общаюсь — Ну вот ты же сама уже знаешь, что произошло на самом деле. Зачем? Зачем тебе нужно всё услышать из моих уст? Да, это не Морфин их убил, а я его палочкой. Потому что я был зол. Я пришёл к ним, а они такие счастливые сидят за столом и даже не знают о моём существовании, родственнички, блин. И что? И что в этом такого? Они заслуживали смерти? В них и так не было ни грамма человечности, когда они бросили гнить меня в детском доме! — А в тебе? — Что во мне? — не понял Том, умеревая свой пыл — В тебе много человечности осталось после совершенного тройного убийства? Ты взял с собой палочку дяди, значит намеренно шёл туда убивать, а потом вернулся и изменил мужчине память, будто это он убил. Конечно, ты для всех остался белым и пушистым, но неужели тебя не гложет мысль, что ты убил своего родителя и бабушку с дедушкой, ещё и подставил своего дядю на дальнейшую жизнь в Азкабане? — она внимательно смотрела в его глаза, будто пытаясь разглядеть в них осознание ошибки Том молчал — Неужели тебе не больно при мысли, что у тебя больше нет родителей? — У меня их и не было, — хмыкнул Том и направился к большому залу, Дестини не стала его останавливать Гарри вновь очутился перед профессором Анимой лицом к лицу, голова упорно кружилась — Вы это кому-нибудь рассказали после? — поинтересовался Поттер — Нет, Гарри, я надеялась, что он раскается. Я любила его и ещё не видела в нём монстра, хотя, по правде говоря, тот уже активно появлялся — Он раскаялся? — Нет. Он начал делать вещи, которые мне совершенно не нравились и вскоре это привело к нашему расставанию. Он стал более жестоким, холодным и коварным. Его мысли совершенно изменились после того убийства. Оно и понятно, когда душа человека раскалывается, он либо переживает это слишком сильно, чтобы продолжать спокойно существовать дальше, либо входит во вкус — Душа раскалывается... Подождите, вы знаете о..., — Гарри вдруг умолк, не зная, можно ли было говорить то, что он хотел сказать — О крестражах, — помогла ему Дестини, показывая, что можно. — Да, знаю. В последний год он на них просто помешался, долго сидел в библиотеке и говорил чушь какую-то о бессмертии — А он знал, что вы бессмертна? — Нет, на тот момент мне было запрещено кому-либо говорить, чтоб не вылететь из школы, потому не знали ни Том, ни Минерва, вообще никто по правде говоря, кроме Дамблдора. Даже директор того времени не знал. Продолжим? Гарри кивнул и закрыл глаза, а когда открыл, очутился в библиотеке. За столом напротив Дестини сидел Том, в руках он держал чёрную ветхую книгу, по её наружности и энергетики можно было предположить, что она весьма неприятного содержания. Эти воспоминания были будто бы поглощены какой-то серой дымкой и только в тот момент Гарри понял, что чем тяжелее было воспоминание для Анимы, тем из него сильнее были выкачаны все краски. Он вспомнил, каким ярким было воспоминание о имени, когда они ещё не ссорились, и ему стало очень жаль Дестини, потому что он резко понял, как много для неё всё это значило, и теперь мог предположить, как сложно было пережить. Поттер чувствовал, что Дестини закусывала губы и с некой опаской и ожиданием смотрела на Тома. — Том, — требовательно обратила на себя внимание девушка Юноша поднял на неё глаза и улыбнулся с нежностью, как прежде, что вызвало у Анимы некоторое успокоение: — Да, мой луч надежды? — он положил свою ладонь на руку девушки, которая лежала на столе, и слегка сжал — Может, ты перестанешь читать эту ужасную книгу? От неё исходит просто чудовищная аура и мне некомфортно от одной только мысли, что ты проводишь с ней уже пятые сутки подряд. Она тебе загипнотизировала? Посмотри на мою руку! — она подняла руку и резко замкнула её в кулак, пытаясь снять заклятие, которого не было. — Нет, всё чисто. Ради Мерлина, скажи мне, что ты там ищешь так упорно? — Ты никогда не хотела стать бессмертной? — как ни в чём не бывало спросил Том — Что? Бессмертной? Зачем? — Неужели ты не боишься смерти? — Не боюсь — А я боюсь, — честно признался Реддл. — Но кажется я что-то нашёл, смотри! — он повернул к ней книгу и указал пальцем на место, где нужно читать. — Крестражи — идеальная возможность приблизиться к бессмертию! Ты не умираешь полностью, пока существуешь где-то ещё, понимаешь? — Да, понимаю, а ещё я вижу, что тут написано, как его создать. Ты с ума сошёл, Том? Ты меня пугаешь! Чтобы создать крестраж, нужно... — она оглянулась по сторонам и перегнулась через стол, переходя на шёпот, — расщепить свою душу, то есть сделать что-то противоестественное, а именно убить! Убить человека, Том! Неужели ты готов на такое пойти? — она вернулась на своё место и от осознания сказанного широко раскрыла глаза — Не смотри на меня так, будто я уже кого-то убил, — фыркнул юноша — Одна мысль об этом должна приводить тебя в ужас! Почему я должна смотреть как-то иначе! — Послушай, а что в конце концов плохо в уничтожении некоторой части внутренних врагов? — Том, — перебила его девушка — Нет, Дестини, дослушай. Подумай, ведь даже ваш Бог, ну из маггловской Библии, если мы читаем Новый или Ветхий завет, прямо планирует в будущем уничтожение большого количества людей, даже не как назедание или месть, а как устрашение остальных — Но ты не Бог! — А что на самом деле есть Бог? Дестини усмехнулась, потом ещё раза, усмешки медленно переходили на смех, который больше походил на истерический — Мы правда сейчас будем обсуждать, что есть Бог на самом деле и кому можно убивать людей, а кому нельзя? Левый уголок губы у Дестини дёрнулся, а подбородок едва заметно задрожал: — Прости, Том, этот диалог выходит за пределы моих сил и понимания, — она встала из-за стола и спешно направилась к выходу — Дестини! — крикнул ей вслед Том, но его тут же шукнули за то, что он шумит в библиотеке. Почему-то он за ней не побежал. Гарри вновь очутился в кабинете Анимы — Вы рассказали об этом кому-нибудь? — поинтересовался он — Нет. Ни одна душа об этом больше не узнала. Мы, кстати, потом помирились, я наивно думала, что смогу его переубедить. Какая дура, скажи? Мы разошлись с ним через несколько месяцев, незадолго до выпускного, потому что я перестала понимать его, мне было некомфортно с ним находиться. И как я до этого не замечала всего происходящего? Знаешь, сейчас, оглядываясь во всё это, я не могу сказать наверняка, любил ли он меня, или просто манипулировал. Очевидцы говорят, что любил, мне тоже так казалось, но он определённо как-то пытался на меня влиять, даже если неосознанно. И уж точно я смогла стать его тренажёром для достижения совершенства в магии — Окером какого разряда был Волан-де-Морт? — Третьего. Причём очень хорошо владевшим своими способностями. Природа дала ему всё для того, чтобы стать тем, кем он есть, а я ей великодушно помогла. Когда мы были на начале седьмого курса, он предлагал мне после выпуска остаться в Хогвартсе, чтобы преподавать. Просил меня представиться, как круто было бы, если мы с ним вели бы занятия по магии души. Конечно, он хотел не столько обучить учеников, сколько собрать себе для будущего преданных союзников. Я даже соглашалась с этой идеей, хотя, по правде говоря, никогда не мечтала связать свою жизнь с педагогикой, но мне нравилась мысль о том, что мы сможем продолжить общее дело. Конечно, когда мы разошлись, о том, что я останусь работать в школе и речи не шло, а ему не разрешали. Больше я не видела Тома таким, каким полюбила — И чем же вы занимались до того, как пришли преподавать в Хогвартс? — Жила среди маглов, — улыбнулась Дестини. — Работала редактором в разных издательствах и много путешествовала. Наверное, это один из самых лучших периодов в моей жизни, по крайней мере, точно самый спокойный. Я думаю, хватит, Гарри, если вдруг вспомню что-нибудь важное ещё — скажу, а так в голову ничего не приходит, если у тебя появятся вопросы, приходи, я постараюсь ответить. — Спасибо, — кивнул Поттер. — Извините, что отвлёк вас, — он взглянул на лежащий неподалёку альбом — О, ничего страшного, Гарри, — Дестини тепло усмехнулась. — Ты вовсе не отвлёк меня. Я лишь смотрела свои колдографии разных лет — Можно я задам ещё один вопрос? — Конечно — Дамблдор сказал, что вы были одной тех людей, которые сами почувствовали то, что я буду избранным. Что он имел ввиду? Как вы узнали о пророчестве? — Дело в том, Гарри, что я сначала почувствовала, а потом узнала. Я чудесно в своё время общалась с Джеймсом, Сириусом и Люпином, возможно, тебе рассказывали или показывали общие фотографии. Лили меня немного недолюбливала, по правде говоря, мы во многом не понимали друг друга от чего-то. Однако мы виделись с ней пару раз, когда она тебя вынашивала. Я сразу ощутила от живота энергетику, я не про мощную силу, которая должна по мнению многих находиться в тебе, а про... — она на секунду запнулась, — Гарри, я тебе ещё не говорила, но наши с тобой пророчества связаны, и в общем-то именно это я и почувствовала. Связь между судьбами. Я не стала говорить Лиле, не хотела её пугать. Позже, когда мы говорили об этом с Дамблдором, он сказал, что время всё покажет, но подметил так же, что доверяет моему чувству событийности. Когда я увидела тебя, пришедшего на первый курс в Хогвартс, я сразу узнала тебя. Не по шраму и даже не по внешнему виду, от тебя исходила та же энергетика! Я почувствовала, как ты вошёл в школу. Мне не разрешали видеться с тобой до твоего поступления и не разрешали тебя усыновить. Да, опережая твои вопросы скажу, что я предлагала несколько раз. На самом деле, многие предлагали, но я это делала не из желание воспитать избранного, а потому что ты мне был дорог, как память о самых ярких годах моей жизни. Когда ты зашёл в большой зал впервые, я почти ахнула. Ну ты и без меня знаешь, как сильно ты похож на Джеймса, но глаза... — Мамины, да, — улыбнулся Поттер — У меня, кстати, здесь есть колдографии с ними, — девушка взяла на руки альбом и закрыв протянула юноше. — Можешь просмотреть и сделать копии тех, что тебе понадобятся, а потом вернуть мне альбом

***

— Профессор Дамблдор, можно войти? — Дестини заглянула в кабинет — Конечно, дорогая, проходи, — доброжелательно улыбнулся директор. — Что-то случилось? — А вы считаете, что нет? — Если вы о том, что Рональд отравился медовухой, то почему вы идёте ко мне? Почему бы вам не сходить к нему? Он же отравился — Я уже была у него. Поппи говорит, что он поправится, что Гарри вовремя среагировал — Видите, как всё благополучно свершилось Дестини просто раздражал тот факт, что Дамблдор делает вид, что ничего не происходит, или по крайней мере он ничего не понимает — Эта медовуха предназначена была вам, — твёрдо заявила Дестини. — Вы так и будете делать вид, что не замечаете, что вас хотят убить? Нужно же что-то предпринять — Что уж там предпринимать, — тепло улыбнулся Альбус. — Однако мне очень приятно, что вы так беспокоитесь обо мне. На самом деле, смерть — это не самое страшное, что есть на этом свете, не находите? Куда страшнее нелюбовь, отсутствие дружбы, духовные кризисы, потеря контроля над собой, да я могу ещё долго перечислять. Не волнуйтесь за меня, профессор Анима, у меня всё идёт под контролем, я ни за что не позволю сделать это Малфою. Он ещё слишком юн, чтоб душа его раскалывалась, да и я уверен, что в глубине души он не хочет этого. Дестини сжала губы в складки. Она слишком хорошо видела то, что не только другие не могли понять, но и Дамблдор не давал им никакой возможности. Только ей он мог доверить приближение своей скорой запланированной смерти. — Я буду скучать по вам — О, профессор Анима, — растянул Дамблдор, — давайте не будем наводить драму раньше времени, да ещё и там, где она не нужна. Любой конец — это отличное начало, к тому же я прожил долгую, яркую и насыщенную жизнь. Мне не о чем жалеть. Пообещайте мне только, что будете помогать Минерве, когда она встанет на пост директора, и продолжите занятия с Драко, и чем раньше, тем лучше Дестини смотрела на него, не отрывая глаз — Пообещайте, — вновь потребовал Альбус — Обещаю, — девушка давно усвоила, что в такие моменты спорить бессмысленно — Спасибо — Что вы будете делать? И что делать нам после? Не считает ли вы нужным кого-нибудь просветить с своих планах — Не уверен, что это так уж необходимо, — покачал головой Дамблдор. — Единственное, что я скажу: необходимо найти все крестражи, иначе к Волан-де-Морту не подобраться — Все? Вы какие-то ещё нашли? Кроме дневника, разумеется — Да, — протянул Альбус, — последствием разрушения стала моя рука. Не пробуйте, милочка, уничтожить крестраж вручную. Конечно, вы можете, как и я, всё что угодно превратить в пепел, возможно, вы в этом даже сильнее, но крестраж оставит последствия, как видите — Что это было? — Кольцо. Помните, то семейное, с которым он вернулся из дома своих предков, которое вас ещё настораживало своей энергетикой? — Отчего же не помнить, — поёжилась девушка — Однако, пока я прошу вас в эти не лезть, — вдруг решил уточнить Дамблдор, — мы с Гарри уже занимаемся крестражами, ваша основная цель – Малфой

***

Дестини расчёсывала волосы перед сном и думала о своей семье. В последнее время она часто вспоминала их, людей, которых ей так не хватало всю жизнь, людей, которых она любила всем сердцем, но практически не знала. Конечно, ей повезло гораздо больше, чем Поттеру, который даже не помнил своих родителей, однако от этой мысли легче не было. Быть может, когда-нибудь она найдёт в себе силы посетить город, где они жили, но пока... — Привет, Деси, — раздался голос Сириуса, теперь она точно поняла, как его слышала и почему только она, он шёл прямо из её души, как бы внутри неё и распространялся по её телу, но за пределы не выходил Она увидела его за своей спиной в отражении, но оборачиваться не стала, потому что знала, что стоять около неё на самом деле он не будет. — Привет, — нежно улыбнулась она. — А я всё думала, как скоро я ещё раз смогу тебя увидеть. Почему ты так редко приходишь во сне? Там у меня есть хотя бы возможность прикоснуться к тебе — Прости, — он опустил голову набок, — это не зависит от меня, но в следующий раз я непременно постараюсь, девочка моя, непременно. Как ты? — Жива, как видишь, и совершенно здорова, за исключением зияющей дыры вот тут, — она положила кулак на груди и надавила, будто он мог пройти её насквозь — Как Гарри? — Тусуется с Дамблдором, командует Гриффиндорским квиддичем, цепляет девчонок, сам того не осознавая, в общем, живёт почти полноценную юношескую жизнь. Мы с ним усиленно пытаемся освоить ментальную связь, я подумала, что это будет важно для него, чтобы связываться с друзьями, но пока что успехи так себе — Деси, почему ты рассказываешь о других больше, чем о себе? Никогда не любил эту твою привычку — А мне казалось, тебе нравится во мне всё Он грустно усмехнулся: — До чёртиков, даже то, что ненавижу. Ну скажи что-нибудь ещё о себе, — он сложил руки в умоляющем жесте — Люпин мне приносил твоё письмо, я прочла его и долго вспоминала нас, а на днях я разобрала свои архивы и нашла твои стихи. Ты был таким романтиком в юности — А в зрелости, что, уже не был? — Был конечно, но последние стихи были написаны до Азкабана, по крайней мере, ты мне больше их не передавал — Но они были, — признался Сириус, — в ящике в комнате с гобеленом. В третьем снизу. Там целая стопка. Я думаю, Гарри не будет против, если ты их заберёшь. Если хочешь, конечно — Я заберу, перенесу их твоим почерком на красивые листы и переплеты их в книжку, которую буду носить с собой и открывать, когда в особенности тоскливо — Очень смешно — А я не шучу. Знаешь, когда я была в твоём доме, мне было там так некомфортно и непривычно без тебя, аж кошки на душе скребли. Я была там ещё раз, ну после нашего разговора, неделю назад. Там всё по-прежнему, будто ты всё так же жив и вот-вот туда вернёшься. Конечно, я говорю глупости, даже если бы ты был жив, это было бы последним местом, в которое ты хотел вернуться и всё же. Твои вещи никто не трогал, они лежат на своих местах. Знаешь, даже твой пиджак всё так же висит на плечиках и молчит, потому что ему-то не известно, что произошло. Вот он и висит на привычном месте, будто ты возьмёшь его ещё. А ты исчез — ни в пустоте, ни в темноте не отыскать. Мы даже похороны нормально провести не смогли, потому что дела нет, просто отпели, поскорбили, закопали пустой гроб и поставили памятник. А ты слился с воздухом и превратился в дым. Я всё ещё перечитываю твои письма и если честно, хотя ты, наверное, и сам видел, поэтому не знаю зачем я тебе это рассказываю... — Нет, что ты! — поспешил её заверить Сириус. — Для меня важно то, что важно для тебя и я люблю до беспамятства твой голос, поэтому, пожалуйста, говори Он выжидающе посмотрел на неё и она продолжила: — Я забрала у тебя все свои письма и уже сотни раз успела просмотреть буквы, которыми выведенно твоё имя. В твоём доме всё обычно, всё в порядке, всё на месте и не тронуто. Я не могу не вспоминать там о том, что ты шутил о том, что я могла бы стать мисс Блэк — Я не шутил, — мягко улыбнулся он — Как тяжело видеть тебя и не иметь возможности прикоснуться, получается так, что ты и не близок и не далёк. Ты вообще не понятно где. Не под землёй, не смотришь с высоты. Где же ты? Почему ты исчез так быстро в прошлый раз? — К сожалению, я могу навещать тебя только при двух условиях: первое — не дольше выделенного времени, второе — если кто-то прерывает, я обязан исчезнуть, прости — Ничего, — грустная улыбка дотронулась до кончика её губ — И за то, что я с тобой так недолго И он исчез, будто его вовсе не было, оставив после себя пустоту

***

Дверь тихонько, почти беззвучно отворилась. Дестини подняла взгляд от своих записей и увидела Малфоя, стоящего у входа Она молчала. Он потоптался на месте, потом прошёлся по комнате, остановился у окна, потом снова прошёлся — Я нашёл своё место силы, — наконец-то заявил он Девушка замерла, а потом на губах растянулась улыбка: — Я рада за тебя. Ты можешь теперь... — И выписал свои руны В этот момент она поняла, что видимо с местом силы он справился давненько, просто не знал, как к ней подойти — Что ж, — кивнула Дестини, протягивая руку, — давай посмотрю Он вложил в её ладонь лист с рунами и ожидающе сел на ближающую подушку. Девушка посмотрела на лист и увидела 23 руны, которые сразу же принялась подписывать, когда она закончила, то не отдала лист назад, лишь пообещала, что их ждёт очень интересное обучение, а у него есть все возможности стать окером второго разряда

***

На дворе стоял мирный 1970 год. Дестини в замшевых чёрных сапожках до колена шагала по коридорам Хогвартса. Она не была здесь уже двадцать пять лет и даже скучала по этим стенам. Все оглядывались на неё и бесстыдно перешёптывались, но ей по правде говоря было всё равно. Дестини дошла до прохода, охраняемого гаргульей, и назвала пароль — Дестини, какая приятная встреча, я так рад, что ты всё-таки не отказалась навестить нас, — широко раскинул руки Альбус Дамблдор и, выйдя из-за своего стола, сжал девушку в объятиях — Как же я могла не прийти, когда вы так убеждающе просили? Знаете, директорское место вам очень к лицу — Не льсти мне, милая, присаживайся! Они сели на два кресла по соседству и Дамблдор любезно предложил ей чашечку чая. Они все эти двадцать пять лет не виделись, но вели переписку самоотправляющимися письмами, о изобретении которых Дестини рассказала любимому профессору за несколько дней до выпускного. Накопившаяся настольгия по тем временам резко нахлынула на обоих, но никто ничего не говорил. Чай приятным теплом расходился по телу, кабинет окутывал комфортом, хотелось заснуть. — Расскажи мне, чем ты занималась и где была? — Вам ли не знать, — отмахнулась Дестини. — Столько открыток вам отослала за эти годы, неужели вы ничего не читали? — Читал, конечно. Просто услышать об этом в живую совсем другое дело. Полмира околесить, как никак, чудесное дело! — Я завела себе по этому случаю альбом, в который вклеиваю фотографию с каждого города, в котором была! Всё же среди магглов живётся хорошо, у них собственный мир, собственная суета, собственные взгляды на жизнь. Это всегда так интересно, что я ни капли не жалею, что решила вернуться к обычной жизни — Однако магией ты всё-таки пользуешься — Да, это весьма облегчает мою жизнь. Я, как вам, наверное, известно, зарабатываю на жизнь редакциями, и иногда это очень интересно, а иногда сидишь и от скуки можно умереть, поэтому даже в таких бытовых ситуациях магия в помощь. Ну ладно, признавайтесь к чему вы клоните, я вижу по вашему лицу! Не чай же пить вы меня позвали — То-то, мало от тебя чего укрыть возможно, — улыбнулся Дамблдор — Да вы и не пытались! — усмехнулась Дестини. — Прекрасно знаете, что вам на самом деле это под силу, к тому же не люблю я заниматься чтением людей — Помню, — кивнул Дамблдор, — ты считаешь это подлым. Ко мне пару суток назад приходил Том, сюда, в Хогвартс Дестини перестала пить чай и тяжело вздохнула, а потом, откашлявшись, нахмурилась: — Зачем? — Хотел занять пост преподавателя по ЗОТИ, вакантная свободная должность, как ни как — Но вы ему отказали? — Да, отказал, и ты не вправе меня за это судить — Я и не сужу, — она пожала плечами. — Но если вы пытаетесь мне предложить пост преподавателя по ЗОТИ, то я вынуждена... — Как ты думаешь, — перебил её Дамблдор, — для чего Лорду Волан-де-Морту нужна работа в Хогвартсе? — Не знаю наверняка, — девушка аккуратно почесала бровь, — думаю, он мог хотеть быть ближе к ученикам, чтобы быть их гением, наставником, и, простите... хозяином. В последний раз, когда мы с ним виделись, у него была какая-то мания к величию, боюсь, он от неё не откажется — Я тоже так подумал, — кивнул Дамблдор. — А ещё, зная его тягу к волшебным артефактам, предположил, что он мог хотеть завладеть ими. Мне даже кажется, что, к сожалению, что-то если не вышло, то определённо выйдет скоро. А тебе известно, что он уже пытался устроится на эту должность в Хогвартсе, как только выпустился? — Я предполагала, что так будет, он делился своим желанием до нашей ссоры. А почему у него не вышло? — Он был слишком молод, в его возрасте странно иметь такую страсть к преподаванию, так что было решено, что если через время он захочет, то сможет прийти ещё раз — Знаете, мы думали с ним в своё время о возможности работоутроиться в Хогвартсе, но мы хотели преподавать не ЗОТИ, а магию души — Как хорошо, что ты упомянула. Это и есть тема моего разговора с тобой — Магия души? — Да. Я благодарен тебе за то, что ты открыла для меня полные способности моей сути, и считаю, что ты могла бы преподавать этот предмет для волшебников Хогвартса. Что думаешь? Я считаю, что Волан-де-Морт что-то задумал, если не в ближайшие годы, то через десяток лет он точно попытается добиться власти, и было бы хорошо, если волшебники и чародейки могли бы пользоваться своими силами так, как это может он. Было бы честно. Не находишь? Дестини примолкла — Я не настаиваю, — поспешил заверить Дамблдор. — Ты можешь не соглашаться. Я помню, как важен для тебя покой. Просто мне было бы легче при мысли, что ты где-то неподалёку, а учащиеся и выпускники хотя бы в относительной безопасности Анима обещала подумать. Через две с лишним недели она написала Дамблдору о своём согласии и он долго ходил по министерству, пытаясь выпросить для Хогвартса возможность преподавания такого предмета. И пусть у него это не вышло, с начала нового учебного года Дестини стала новым преподавателем Хогвартса по новому предмету, хотя по бумагам и была просто секретаршей