Арда/Point 0

Указы были подписаны, расксерены и распространены среди Нолдор. Эльфы не стали тратить время зря, они немедленно отправились в Гавани Сириона, где принялись за постройку кораблей. В великом строительстве принимали участие все эльфы, которые хоть что-то знали. Карантир и Финрод участвовали в постройке, и даже сам Феанор постукивал молотком по швам на корабле, свесившись за борт на специальной верёвке. Они строили так озабоченно, что уже спустя неделю большая часть кораблей была готова. Оставалось приделать капитанский руль, сочленить разные внутренние механизмы с весловыми, проверить ещё раз надёжность. Мифрил, который эльфы в огромном количестве нашли в Нарготронде, оказался отличным материалов для внешней брони, хотя ковать целые корабли из него не вышло, — его было не настолько много. Ольга же наблюдала за происходящим, но скорее из вежливости. Она хорошо знала, как устроены прекрасные земные авианосцы, но эти знания были бесполезны в Средиземье, где не было современных двигателей. Корабли этого века следовало строить совсем на иных принципах. Феанор вообще не спал на протяжении всей недели и горел страшным энтузиазмом. Казалось, Самоцветы в короне, с которой он не расставался, придавали ему сил, которые были за пределами понимания — Очень рад, что ты отправишься с нами, — сказал он, продолжая подлабливать молотком корабль, но каким-то особым чутьём почувствовал её внимание, — Думаю, ты понимаешь, отчего мы так торопимся. — Понимаю. Если все боги этого мира решат атаковать, поражение неизбежно. На самом деле, если Аман является чем-то вроде Внутреннего Моря Планеты, то возможно, призвать Слуг там получится. — Несомненно. Я провёл несколько собственных экспериментов. Как ты наверное читала, духознатство практиковалось в этом мире, а некоторые майар могли возвращать призраки умерших или привязывать их в новым телам. Запрет воздействует на некоторые фундаментальные взаимодействия, которые существуют в Незримом мире. Однако рядом с Валар и майар они обязаны работать, иначе боги просто не смогут с нами сражаться. — Ты уверен в этом? — предостерегла Ольга. — Мы не до конца понимаем, кто вообще управляет этой сингулярностью. Запрет может действовать по иным принципам, чем мы ожидаем. — Придётся остаться без твоих героев, — не особенно огорчаясь, ответствовал Феанор. — Но я верю в своё предположение. Валар не могут сражаться, если их магия просто не сможет распространяться по материи. Если бы они могли ограничить только кого-то конкретно, то в крепости Моргота ограничения бы тоже действовали. Но как ты знаешь, они не действовали! Бинго. — Может быть, крепость Моргота позволяла призыв, так как она стала частью самого Моргота, который рассеял энергию по миру, и особенно много её ушло в пики Тангородрима. А Валар не рассеивали свои силы. И призыв будет возможен только совсем рядом с ними? — Это может оказаться проблемой? — вопросил Феанор. — Конечно. Призыв занимает несколько минут. Думаешь, боги будут стоять и ждать, пока я осуществлю призыв? Они поймут, что происходит какое-то неведомое чародейство, и это ещё если Сам-Знаешь-Кто не вмешается, — сказала Ольга. — Возможно нам понадобится захватить одного из майар, после чего призвать рядом с его телом. Хотя, тогда Слуги наверняка исчезнут, как только отойдут от него. Может быть, присобачить после этого пленника к спине Слуги, — инженерный ум Феанора зажужжал на полную мощь. Ольга поразилась глубине его мыслей. Император Нолдор был не просто великим воином, но и гением. — А если они просто убьют тебя, когда ты откажешься отдать Сильмариллы? Или просто возьмут и ударят в спину? — На случай моей смерти корону стяжает Маитимо, — резко ответил Фэанор, явно не обрадовавшись таким теориям и ударяя по кораблю несколько сильнее, чем было надо, так что тот огорчённо зазвенел. — Вместе с ним вы найдёте другой путь. Всех Нолдор одним ударом они не убьют, и к тому же на переговоры отправлюсь только я с некоторым прикрытием. Но отставить пораженчество, сестра. Мысли как Нолдо. Феанор был прав. Пожалуй, стоило привыкать присовывать себе эстель каждый раз, когда возникали сомнения.

***

Когда до отплытия оставалось несколько дней, Ольга стала разрабатывать собственные планы. Была весьма большая вероятность, что на самом деле призыв в Амане просто невозможен, но было вероятно и то, что одна из феаноровых идей сработает. Кроме того, в Амане практически наверняка была та же самая мана Эпохи Богов, что позволило бы сражаться и посредством иного оружия. Возможно, стоит проработать и призыв метеоров, хотя он и показал уязвимость против внезапной магической атаки. Она вспоминала имена Героических Духов, которые могли бы на равных сражаться с богами. Местная мана позволила бы им использовать свои Благородные Фантазмы, и в то же время только действительно сильные Слуги могли победить таких противников. Помимо мощных воинов она также размышляла о саппортах, которых можно было призвать для того, чтобы они защищали Нолдор и других Слуг от атак врага. Например, если удастся использовать защиту класса Анти-Очищения, то практически любой вред не пройдёт. Однако… такой тип защиты опирался на концептуальную защиту Авалона, а Аман и был Авалоном этого мира, так что станет ли эта защита работать, как надо? Мысли роились в её голове подобно властным пчёлам, которые только что закончили роение и заступили на новое место проживания в большом и просторное улье, который станет отныне их настоящим домом. Мысли больно ударялись о стенки, когда их скорость становилась слишком высока. Но следовало учесть все возможности, всё, что могло пойти не так. В Халдее гнездилось несколько сотен Героических Духов, которые собрались там после множества сингулярностей, в которых витязи Халдеи защищали Порядок Человечества. Обычно рекомендации давала автоматизированная система, так что приходилось напрягать память, чтобы точно не пропустить героя, который мог бы помочь. Когда начнётся битва, времени размышлять уже не будет. Она вспоминала таких героев, как Карна, наделённый божественными дарами и способный поражать врагов посредством Васави Шакти. Кучулайн, который обладал копьём, способным отменять причинно-следственные связи и учился у убийцы богов. Рама, которого она уже призывала, был аватаром бога и мог бы научить местных божков уважению к Вишну и Кришне. Оберон Вортигерн… хотя нет, этого не следовало трогать, хотя с уничтожением Британии он справлялся неплохо, ибо признавал он только одного Мастера. Следовало также расставить героев в порядке приоритета, так как вполне возможно, что осуществлять призыв придётся быстро, когда вокруг будет бушевать битва. Она взяла кожу, на которой писали эльфы, и стала расставлять героев по разным показателям, а потом считать при помощи метода Шульце, с какого героя следовало стартовать. Дальше было достаточно просто запомнить первых пять героев. Корабли были построены загодя. Всего было двести судов, на каждом из которых могли разместиться по пятьдесят эльфов. Нолдор не стали их нагружать припасами, зато оборудовали запасы железа и мифрила, чтобы выковать себе снаряжение, пока корабли плывут. Авангард кораблей возглавили лорды Нолдор, собственный корабль пытались всучить и Ольге, но она предпочла флагманский, решив, что в случае чего сможет как-то прикрыть его магией. Напоследок эльфы устроили празднование. Да, всё же это были феи. Неважно, насколько был искажён мир, неважно что они шли на свой последний смертный бой, эльфы продолжали петь и веселиться. Они вспоминали подвиги Феанора, прославляли пчеловодство и винопитие, рассказывали о преданиях старины глубокой, и падших героях, — Славостяжце, Маэглине, Тургоне, Аредель. Встречалось в песнях и имя некоего Саурона, о котором удалось понять только то, что он был рыжим и когда-то сильно помог Нолдор, а потом сгинул. Они отплыли до рассвета, когда Солнце ещё не встало. Моргот более не угрожал им, а следовательно не было смысла и бояться сумерек. Корабли пришли в движение со страшным скрипом, но всё же медленно развернулись и поплыли. Эльфы стояли, весловали, и смотрели на горизонт. Хотя Ольга внимательно смотрела на океан и иногда казалось ей, что внезапно может кто-то напасть. Иногда она принимала отблески от Солнца за щупальца, которые извивались в глубине и были готовы наброситься. Несколько раз она отшатывалась, но всё же воздерживалась от поднятия тревоги, так как знала, что если это будет не просто её воображение, куда быстрее это сделает острозренный Феанор, который видел не хуже орла. Однако и сам Феанор смотрел на воды мрачнее ночи, хотя и не паниковал. — Ваше Величество… — обратилась Ольга, — ты так смотришь, словно и не жив вовсе. — Знаешь… у моряков есть поверье, что все те, кто погибли во время плаванья или на берегу моря, становятся его частью. Когда мы отправились в Исход, нам преградили путь фанатики с чёрными сердцами. У нас не оставалось выбора, кроме как сражаться. Их тела были сброшены в море. Я знаю, что это вряд ли случится, и всё же меня преследуют мысли о тех временах. Что если рабы Альквалондэ поднимутся из глубин для собственной мести? Тысячи мертвецов поплывут к нашим кораблям и потопят их…

***

— Ульмо никак на не мешает, — заметил Карантир. Он стоял у борта, наблюдая за горизонтом, и базарил с Маглором, от которого его отделяла вода. Музыкант себя чувствовал не в своей тарелке и даже не поигрывал. — Владыка Вод мог бы вызвать шторма, которые моментально бы потопили наши корабли. Выходит, Манвэ не шутил, когда просил явиться. Впрочем, стал бы он топить, если бы получил приказ?.. — Ты полагаешь, он бы нам помог? — вопросил Маглор. — Кто знает, кто знает. — Карантир задумался. — Ульмо всегда был самым независимым из Валар. Он идёт своим путём и нередко нарушал высшие приказы. Интересно, встретим ли мы его там, в Амане? Вечером они увидели вдалеке слева какой-то мутный остров, однако Феанор не отдавал новых приказов и они продолжали плыть куда-то ещё. Ульевые бывало выпускали пчёлок из улья, но ты были какими-то вялыми, лишь немногие разочарованно летали над морем и возвращались обратно. Сильного гудения, которое могло бы поднять боевой дух, не получилось. Спустя несколько часов что-то произошло. Ольга почувствовала это прежде, чем смогла даже понять, что именно ощущала — это был сдвиг в концептуальной сути пространства, через которое они двигались. Воздух немедленно стал иным, а количество энергии в нём возросло едва ли не десятикратно, что соответствовало уже не просто Эпохе Богов, но скорее особым областям… таким как Олимп или Внутреннее Море Планеты. Если этот остров чем-то напоминает Авалон, то проблем по крайней мере с высадкой не возникнет. С другой стороны, почти не будет и укрытий, которые могут пригодиться на случай возможных сражений. — Мы пересекли границу, — объявил Феанор, который стоял рядом с ней. — Это середина Прямого Пути. Он позволил нам пройти. Впрочем, я сейчас подумал, что возможно все эльфы могут его пересечь, и проклятие не могло бы нас остановить, если бы мы хотели вернуться. — Да, это пространство явно имеет иные свойства, — подтвердила Ольга. — Это как… ещё одна реальность, наложенная на океан. Текстура внутри Текстуры. Вот и наша точка невозврата, я полагаю. — Говорят, что лишь те, кому позволяют Валар, могут достичь Амана, — сказал Феанор. — Смертные, пытающиеся совершить это путешествие, обнаруживают, что плывут по кругу, никогда не приближаясь, сколько бы они ни направляли корабль сюда. Благословенный Край существует отдельно от обычного мира, он доступен только эльфам и майар. Карантир, который подслушивал с соседнего корабля, кивнул: — Я тоже считаю, что мы можем пересечь границу, потому что мы эльфы, а эльфы имеют неотъемлемое право достичь Амана независимо от текущего недовольства нами Валар. Ограничить Прямой Путь никто не в состоянии. Если Аман существовал отдельно от Средиземья, подумала Ольга, Святой Грааль мог спокойно находится здесь. Она не чувствовала ни единого признака существования этого пространства, хотя фонило тут куда больше, чем даже под Тангородримом. Однако концентрация маны была настолько большой, что если впереди и были какие-то силы, почувствовать их не представлялось возможным. Снова приходится идти вслепую. Мир значительно изменился, словно глубокая тишина опустилась на море. Здесь не было морских птиц, не было заметно и рыбы, которая бывало попадалась до пересечения Прямого Пути. Даже звуки гребли и скрип кораблей стали какими-то приглушёнными. — Где наблюдатели? — громко крикнул Маэдрос. — В прежних путешествиях великие орлы Манвэ наблюдали за всеми приближающимися судами. Нас должны были заметить. Где хоть кто-то? — Они знают, что мы идём, — гаркнул Феанор. — Эонвэ лично доставил ультиматум, они не могут не следить. Но вообще это действительно странно. Соблюдайте максимальную бдительность. Маглор, врубай музыку. — Надеюсь, они не нападут на нас немедленно после высадки, — мрачно пробормотал Фингон, — он вспомнил детскую страшилку, которую эльфы любили рассказывать слишком любопытным людям, про короля, который высадился в Аман и был погребён под грунтом. А ведь говорят, что в каждой сказке только доля сказки… На третий день на горизонте появилась большая и толстая земля. Ольга подумала, что хотя Аман крайне отличался от Авалона, он всё равно выглядел как земля из сна, как что-то полностью нереальное. Но возможно, что так действовала концентрация маны в воздухе, которая была совсем чрезмерной. В теории с такой силой можно было просто устроить юкатанское событие, впрочем поскольку Валар были богами, вероятно их бы это не проняло. Белый пляж, на который сейчас пёрли корабли, отличался невероятной частотой. Леса на склонах гор были слишком яркие, растения были просто колоссальными, некоторые деревья были буквально выше гор. А горы были так высоки, что некоторые вершины касались неба. Авалон выглядел не так, он весь был заполнен огромным количеством цветов, ландшафт был довольно однообразным, имелось большое озеро и не менее большая башня, которая висела в воздухе, и в которой жил очень старый волшебник. Корабли стали причаливать, и Нолдор выбрасывались с них подобно китам, которые увидели манящий их берег, перекатывались и моментально вставали на ноги. Они были предельно сосредоточены, но похоже, атаковать их никто не торопился. Ольга ступила на пляж и почувствовала, что земля здесь тоже необычная. Сама земля здесь едва слышно жужжала, словно под почвой проходили сильные электрические линии, либо сами породы его каким-то образом проводили. — Вот мы и прибыли, — сказал Карантир, медленно расправляя плечи, как настоящий атлант, а потом начиная отжиматься прямо от песка. — Да, как же гудит. Здесь находится сердце мироздания. Нолдор принялись строить лагерь, впрочем вернее его было назвать просто временным местопребывалищем, ибо строили они его из песка. Никаких каменоломен рядом не было, да и времени обрабатывать камни тоже. Это были скорее окопы, которые позволили бы хоть как-то обороняться. Но пляж был полностью пуст — хотя Валар вызвали их в Аман, они не спешили появляться. Не было ни их соглядатаев, ни геральта. Тишина была весьма жуткой, ибо непонятно было, чего можно ждать. — Я ожидал, что они встретят нас в момент высадки, — сказал Фингон, обращаясь к Императору. — Что они пожелают потребовать исполнения ультиматума Эонвэ, прежде чем мы успеем даже занять позиции. Феанор стоял на краю большой траншеи, и глядел вглубь материка на далёкие горы. — Кто их разберёт. Возможно, они действительно опасаются призыва Слуг рядом с ними. Максимальная бдительность! Он повернулся, обращаясь к лордам Нолдор: — Здесь мы проведём ровно десять часов, максимум сутки. Карантир, ты построишь солнечные часы. Одновременно разведчики направятся и обследуют несколько мест, которые им известны. Мы ждём их, надеюсь, возвращения, после чего я отдают немедленные новые приказы. У нас полноценное чрезвычайное положение, так что мы не голосуем, а немедленно исполняем все мои повеления. — Я примерно понимаю, куда отправились основные группы разведчиков, но куда ушла крайняя? — спросил Маэдрос, когда эльфы попёрли, — В том же направлении нет ничего… — Там находятся Чертоги Мандоса, — практически неслышно сказал Феанор. — Немало Нолдор полегло в сражения с орками, и немало прочих эльфов погибло. Где-то там сидит Адар, ваш дорогой отец. Я не надеялся его увидеть. Но… Нолдор быстро заняли свои места по окопам, некоторые скрывались за деревьями, другие залегли в траве, при этом исхитряясь в полной боевой броне не повредить ни единой травинки, которая здесь росла. Ольга же ходила туда и сюда, высматривая хоть что-то в небесах, но они были полностью пусты. Она тогда начертала символы связи на песке, решив проверить, но никакой возможности связаться с Халдеей не было. Значит и возможность призыва Героических Духов была заблокирована, не стоило даже пытаться. Её также крайне напрягало отсутствие Валар, которые никак себя не проявляли. Обычно это значило ловушку. В таком случае у неё, как у большинства нолдор, не было никаких задач, которыми можно было бы заняться. Сидеть в окопе особого смысла не было, так что она начала нарезать круги, пока не наткнулась на появившегося словно из ниоткуда Феанора. — Какие-то проблемы? — спросил Феанор, одновременно смотря куда-то сторону. — Магия призыва здесь бесполезна, — подтвердила Ольга. — Я не могу связаться с Халдеей или призвать Слуг. Если ситуация потребует, я могу применить призыв метеоров, но сначала надо увидеть цели. И меня потребуется прикрывать. — Если понадобится, то прикроем, — ответил Феанор. Он коснулся короны на голове, и Сильмариллы засияли так ярко, что Солнце показалось унылым фонарём, на который забыли подать полагающуюся сотню вольт. — Так или иначе, всё решится благодаря Самоцветам. За время нашего путешествия я снял с них зловещие чары Варды, которыми она пыталась запутать магию камней. Возможно, теперь они помогут нам и против Валар. — Надеюсь, они не нападут внезапно, — повторила Ольга. Тишина была страшной, так как могла прерваться в любой момент, и прилететь могла атака вплоть до планетарной… Император Нолдор усмехнулся. — Тогда они раскроют свою истинную природу, а мне кажется, что по крайней мере некоторые из них этого очень не хотят. Они любят чистоту и тишину. Поэтому я полагаю, что они не станут нападать, как крысы. Боги, даже такие порочные, как эти, очень ценят рассказы о себе. Им нужно сохранить хотя бы видимость справедливости. Вскоре на Аман опустилась ночь. Эльфы не спали, похоже, они решили вообще не спать до того, как это всё закончится. Срок ультиматума истекал спустя несколько дней, и тогда неизбежно произойдёт столкновение, и если что-то пойдёт не так, им придётся сражаться. Вдалеке, едва видимые на фоне сумеречного неба, Ольга различила огни. Видимо, то были города Амана. Особенно яркий свет исходил с высокой горы, вокруг которой беззвучно носились какие-то точки, напоминавшие мотыльков, но она не стала уже беспокоить Феанора расспросами.